Том и подарок для Гарри Поттера

– Эй, ты сама это сделала? — Грубо спросил Том и схватил за запастье испуганную девочку. Реддл не любил контакты с людьми, особенно когда именно ему приходилось трогать других. Но сейчас его это особо не волновало. Внимание слизеринца очень сильно привлекло украшение на руке этой девочки, кажется фенечки? Так это называли воспитаницы приюта между собой. До этого, Том не обращал никакого внимания на девичьи разговоры и украшения, но увидев на руке одной из них браслет в знакомо ало-золотых цветах он просто не мог не заинтересоваться. – О, Том, — испуганно отреагировала девочка, — Д-да, я это сделала, тебе нравится? Хочешь подарю? — Пусть девочка была явно старше Реддла, она его боялась. Если честно, все воспитаники приюта боялись Реддла. А после того, как он вернулся из своей загадочной школы на лето, стали бояться сильнее прежнего. Том довольно хмыкнул и отпустил девочку. – Нет, не надо, научи делать такие же. Ты ведь Сэми? — Том мило улыбнулся. Сэми кивнула. – Хорошо, когда тебе будет удобно? Приходи в спальню к девочкам в любое время, — Сэми забегала глазами, стараясь не смотреть в лицо Реддла, с улыбкой, тот выглядел ещё более пугающе. Если Том улыбается, все знали, что скоро у кого-то умрёт домашний питомец, или кто-то "случайно" упадёт с лестницы. Улыбки Тома боялись все в приюте. – Сейчас. Сейчас вполне удобно. – Но сейчас обед, — возразила Сэми. – Это к лучшему, никто не будет мешать, пошли, — у Сэми не было другого выбора кроме как повиноваться, быть следующей кто упадёт с лестницы ей не хотелось.       С чего это Том вообще заинтересовался ало-золотым украшением, когда сам является ярым слизеринцем? Всё дело в одном гриффиндорце с которым он познакомился ещё в купе поезда, и который посчитал его чуть ли не лучшим другом с первых секунд этого самого знакомства. И то, что их распределили на враждующие факультеты не являлось для Гарри проблемой. Наоборот, Поттер был благодарен судьбе, что Реддла отправили в Слизерин, а не в Рейвенкло, как он предполагал. У Гриффиндора нет сдвоеных пар с Рейвенкло, а значит, никто бы не помогал Гарри на уроках, и никто бы не давал Гарри списывать контрольные. В благодарность Реддлу, Поттер постоянно таскал тому сладости или домашние печенья мамы.       Том был весьма рад такому обмену и иногда даже делал за гриффиндорца домашку, пока этот самый гриффиндорец пропадал где-то в глубинах Хогвартса или же кормил очередную очень опасную зверушку в запретном лесу. А со временем, Том и сам стал участником приключений Поттера. Не то чтобы Реддл был против этого. Гарри постоянно болтал и находил необыкновенных существ, Том был готов слушать расказы Поттера о магии часами и так же часами был готов исследовать необычное зверьё.       Реддл считал Гарри идеальным человеком, который может поведать о волшебном мире. О котором Том не знал до одинадцати лет. Поттер же считал слизеринца другом, который единственный готов был терпеть его болтовню и подколы, а так же, единственный кто с радостью убегал с ним после отбоя в запретный лес. И считая Реддла своим другом, конечно же он не мог не пригласить его на свой день рождения. А Том, наслушанный о доме Поттеров и желавший побывать там хоть раз, не мог не согласиться.       Только потом слизеринец понял, что на дни рождения принято дарить подарки, а, что именно дарить Реддл не знал. Поттер казался таким человеком, у которого всё есть. Да и у Тома нет особых возможностей, чтобы подарить что-то необычное. Так он и ходил пол-лета в раздумиях о том, что же можно подарить Гарри. А увидев на руке Сэми фенечку, вспомнил прекрасную фразу, что «Лучший подарок — это подарок сделанный своими руками». И именно по этому, Том загорелся идеей сплести гриффиндорцу фенечку.       Реддл пожалел об этом уже спустя четыре часа, когда доплетал второе корявое нечто. Том с силой дёрнул за нитку и она порвалась. Сэми и её соседки по комнате вздрогнули. – Том, ничего страшного, не у всех получается с первого раза. Надо регулировать силу с которой ты затягиваешь узлы, — сказала Сэми, Реддл зло на неё посмотрел. – Да знаю я, давай заново, в этот раз точно получится, — сказал Том и попытался успокоиться. – Если хочешь, можешь забрать всё жёлтые и красные нитки и плести у себя в комнате, — Том усмехнулся, это предложение ему нравится. Так он забрал нитки, свои два неудачных опыта и заперся в своей комнате на долгую неделю.       Реддл и не представлял, что это окажется таким трудным занятием. Да даже заклинания третьего курса давались ему легче, чем это чёртово плетения! Том дёрнулся и поморщился, опять у него в голове магловские ругательства. Надо было согласиться на то, чтобы Сэми просто отдала ему ту фенечку, а не мучиться с этим всем самому. Но отчего-то хотелось помучиться. Всё же, он видел как Гарри им дорожил, и сколько всего Поттер для него сделал, хотелось сделать что-то в ответ и чтоб это «что-то» не было обычным эссе по зельям.       Через неделю Том всё же добился идеального результата, правда, теперь у него жутко болела спина, а в шкафу появилась новая коробка с неудачными попытками. Но даже если Том сплёл идеальную фенечку из шести нитей, ему это показалось мало, хотелось сделать фенечку толще. И Реддл решил плести в двенадцать. Построив в своей голове схему, он довольно хмыкнул. А когда потянулся за жёлтым, обнаружил то, что его точно не хватит на схему придуманную в голове. Том нахмурился, вспоминая сегодняшную дату, и поняв, что сегодня уже тридцатое июля и, что он просто напросто уже не успеет раздобыть нужный цвет, решил плести в восемь нитей. Провозился он над фенечкой два часа. А получил идеально ровный браслет, не был этим доволен, он хотел другой результат, фенечка выглядела жалкой и по его мнению маленькой, зачем он вообще подумал, что это будет хорошим подарком? Том уже хотел бросить её в коробку с остальными неудачными попытками, а после желательно сжечь эту коробку, чтобы не осталось следов его провалов. Но когда Реддл уже был готов идти на улицу чтобы свершить приговор, всё же остановился. Том понял, что замены фенечки ему нет и придётся дарить то, что есть.       Том постарался упаковать фенечку как можно более празднично, но кроме бумаги и небольшого отрывка бичёвки ничего не нашёл. А упаковав подарок, всю ночь не мог уснуть, думая о том, как же он жалок, о том, что Гарри увидев такой подарок рассмеёться над ним и решит прекратить с ним общение. И никаких больше сладостей, никаких больше приключений, никакого больше Гарри...       Реддл так и не смог уснуть той ночью, и пошёл на день рождения Гарри мягко говоря не в лучшем виде. Но сам именинник кажется не обращал на его состояния никакого внимания и продолжал всё так же весело болтать, в этот раз говорил он о том, как провёл лето.       На дне рождения было ещё много детей, куча рыжих гриффиндорцев из семейства Уизли, Гермиона Грейнджер, так же с гриффиндора, и с которой он постоянно соперничает за место умнейшего студента, и незнакомая Тому беловолосая девочка. Именно рядом с ней Реддл решил устроиться пока Гарри был занят другими детьми. На самом деле, Том не ожидал, что на дне рождения Гарри будет так много людей. Реддл должен был знать, что Поттер общается не только с ним, но продолжал игнорировать всех кроме Гарри на протяжении всего первого курса. – Не волнуйся, Гарри понравится твой амулет, — внезапно для самого Тома заговарила светловолосая девочка. – Ты о чём? — Спросил Том. – О твоём кармане, там ведь амулет для Гарри? — Спокойно сказала девочка и улыбнулась, — Я тоже хотела сделать такой для него, но у меня не получилось, но зато, я хорошо делаю ловцы снов, — мечталено продолжила девочка, Том не понимающе на неё пялился, в кармане у него покоился только небольшой свёрток с фенечкой для Гарри, но едва ли это можно назвать амулетом, так, магловская безделица, но почему тогда эта девочка говорит об амулете? И как она вообще узнала, что у него в кармане? – Тебе бы тоже не помешал ловец снов, выглядишь ужасно, ты спал сегодня? Гарри растроится если ты уснёшь посреди веселья. – Луна, Том! — Воскликнул Гарри появляясь буквально из неоткуда, Том вздрогнул, — Пошлите есть торт, Том, он шоколадный, специально для тебя выбирал, а потом можем открыть подарки! — Том опять вздрогнул, от таких слов было немного неловко. Светловолосая девочка улыбнулась и пошла к остальным детям, Том же только повернулся к Гарри как тот спросил: – Том, а ты переночуешь у нас? Ты плохо выглядишь, тебе не здоровится? — Тому же стало ещё более неловко из-за этих слов. Он смог выдавить лишь короткое «со мной всё в порядке» и пойти к остальным детям.       Реддл был в восторге от торта, тот был просто великолепен, Том даже позавидовал Гарри, он бы тоже хотел иметь маму которая готовит такие вкусные торты. Но радость от торта быстро прошла, когда настало время подарков. Ему до сих пор было неловко отдавать жалких свëрток с фенечкой Гарри, но делать было нечего. Он неуверенно протянул подарок Гарри, гриффиндорец с интересом разрывал упаковку, а увидев содержимое на мгновение перестал дышать. – Гриффиндор, Том, неужели ты сам это сделал? Просто невероятно, я теперь её не сниму! — Гарри с восторгом нацепил украшение, то было немного великовато и свисало, но это не отменяло радости Поттера. После, Гарри обнял Тома. Это был первый раз, когда слизеринца вообще кто-то обнимал, Реддл неуверенно обнял гриффиндорца в ответ. И почему он переживал на счёт подарка, зная, что Гарри не тот человек который бы стал насмехаться? И тем более не тот человек которому бы не понравилось украшение в цветах любимого факультета.

***

– Том, а это что за коробка? — Поинтересовался Гарри взяв в руки маленькую и потрёпанную временем коробку. – Думаешь я помню? Но думаю лучше туда не заглядывать, я любил хранить неудачные эксперементы зелий в таких вот коробках, просто выкинь её, — сказал бывший слизеринец и с усталым вздохом сел на диван, — Почему у тебя так много вещей? Не переезд, а чёрти что, — от магловских ругательств в своём лексиконе Том так и не избавился, Гарри только пожал плечами и всё же открыл коробку. Там он обнаружил гору потускневших от времени браслетов, так напоминавших ему тот, что прямо сейчас находился на его левой руке. Гарри усмехнулся. Том же посмотрел на подозрительно притихшего Поттера. – Ну, думаю тут и правда неудачные эксперименты, но эй, многие из них не так плохи, почему ты их, можно сказать, выбросил? — Спросил уже бывший гриффиндорец. Том с интересом уставился на коробку. А после скривился. – Я думал, уже это сжёг, — сказал Том и полностью потерял к коробке интерес. – Эй! Я не позволю, как можно сжигать такую красоту? — Пробурчал Гарри и начал доставать все более-менее удачные фенечки, — обвешу ими все руки, буду защищён от укусов, если меня в очередной раз захочет попробовать на вкус очередной зверёк, — Реддл усмехнулся. – Налезут хоть? Ах, точно, я забыл, что ты почти не вырос с первого курса, а я бы и правда советовал их сжечь, обычные магловские нитки никак тебя не защитят, и я ещё узнаю, когда это тебя пытались попробовать на вкус животные, вроде бы, это только моя привилегия, — в этот раз усмехнулся Гарри. – Кто ж виноват, что ты вырос так сильно? Чем тебя только кормили, и это не обычные магловские нитки, а амулеты, твой вон какой хороший и огонь и воду пережил, всё ещё ношу! Восемь лет прошло ведь! — Гарри продолжал рыться в коробке. – Я думал ты спалишь фенечку на первой же неделе, а нитки и правда обычные, не знаю почему Лавгуд назвала это амулетом. – Ну, Луну многие не понимают, она на своей волне, а эта твоя фенечка и правда амулет и ты меня не переубедишь, — Том ничего на это не ответил, воцарилась тишина, но когда Гарри перестал рыться в коробке Том всё же тяжело вздохнул и сказал. – Хочешь сплету на этот раз настоящий амулет? С защитными чарами, чтоб тебя не кусали твои зверюги на работе, — Гарри заулыбался. – Правда сплетёшь? В цветах гриффиндора? – В цветах гриффиндора, — согласился Том уже представляя как будет мучаться от боли в спине. Зато, в этот раз он сплетёт фенечку в двенадцать нитей, как и хотел сделать в двенадцать лет...