A Soldier's Harmony (Солдат Гармонии)

      — Взгляни туда, — сказал Дин, следуя за копытом Миднайта через бинокль, и его внимание остановилось на передних воротах лагеря. Его шлем позволял увеличивать изображение на значительное расстояние, но для текущей разведывательной миссии этого было недостаточно. Поэтому он воспользовался большим камуфлированным биноклем. Снежная вершина, на которой расположилась небольшая группа, была покрыта льдом и представляла немалую опасность, но это сыграло им на руку. Солнце, отражаясь от склонов, постоянно освещало лагерь, создавая идеальные условия для наблюдения. Дин пока не беспокоился о том, что блики от его бинокля могут быть замечены — гора сама по себе служила щитом... по крайней мере, ещё около часа. Как только солнце окажется над головой, их местоположение станет известно. Дин тщательно проанализировал ситуацию и пересчитал охранников у главных ворот. Он был уверен, что в лагере не хватает персонала, но это была лишь видимость лени! Он насчитал в общей сложности три сторожевые башни, где стражники казались скучающими и безразличными к своей работе. У входа стояли лишь три эльфа, двое из которых кутались в теплые плащи в своих дотах. Только один стоял на страже снаружи, но даже он не отходил далеко от небольшого костра, разведенного в бочке рядом с входом. Дин предположил, что такая лень объясняется их нынешним окружением. Куда бы делись пони, если бы им удалось сбежать? Либо они погибли бы от холода морозного севера, либо их расстреляли бы, как только они приблизились бы к Сталлионграду. Дин также заметил несколько летающих машин, патрулирующих вдалеке, но мало кто из них приближался к лагерю. — Это не вход, Дин. Посмотри на тот склад в стороне. — Миднайт снова указал копытом, и Дин в отчаянии вздохнул. Конечно, он всё видел… Он опустил бинокль, чтобы протереть глаза. Неужели ему мерещится? Он снова поднёс прибор к лицу и посмотрел в сторону склада. У него перехватило дыхание, когда он взглянул на металлическое чудовище. Массивный танк, чем-то напоминающий Mk.IV, с большой башней и массивным стволом, без дела сидел внутри, скрытый под снегом. Несколько темных эльфов расхаживали по складу и беззаботно болтали друг с другом. Крупнокалиберные бронебойные снаряды — Дин не думал, что эльфы способны на такое – были аккуратно сложены в ряд. Он видел почти точную копию этих снарядов на основном боевом танке тамплиеров M3S4. Дин замер. Он помнил мощь этих машин, когда они разрывали в клочья линии Орифов и противопехотные машины. Ярость их пушек и размеры заставили многих захватчиков бежать, и это был один из двух случаев, когда Дину довелось увидеть, как орифы проявляют страх. Первый – перед танком, второй – перед оперативником RSTF. — Дин? — Человек покачал головой и повернулся к Миднайту. — Ладно, план такой. Сегодня вечером ты, я и Спитфайр войдём через главные ворота. Сторожевые вышки расположены в труднодоступном месте, и с них не видно входа. Я смогу снять часовых из своей винтовки, пока мы будем начинать проникновение. Кобальт, Стил и Штормфлай нападут с тыла лагеря. Их задача — разрушить казарму, а также успокоить пленных пони. Несомненно, они будут напуганы, когда посреди ночи в их дверь ворвётся случайный человек. Свифт Спир будет вести наблюдение с того склона, что в центре лагеря. Он достаточно высок, чтобы видеть большую часть лагеря, за исключением нескольких слепых зон. Когда вы войдёте в лагерь, вы и Спитфайр пойдете и разбудите остальных пленников. Всех эльфов, которых вы увидите безоружными, вы попытаетесь собрать в центре лагеря. Большинство будет спать, так что проблем не возникнет. Я сделаю то же самое с ближайшим ко входу бараком. Если кто-то попробует поднять тревогу или попытается сопротивляться... прикончите его. Я видел яму в задней части лагеря. Мы можем связать оставшихся эльфов и оставить их на дне. Утром генерал должен прибыть на поезде. Мы убьем его охранников и инженеров, а затем захватим транспортное средство. Дальше мы будем вести паровоз, пока не доберёмся до Леса, а затем разгрузимся у побережья. В конечном счете, простой поход в Морскую Бухту! — Дин улыбнулся и продолжал улыбаться, откинув голову. Улыбка мгновенно исчезла, когда он снова взглянул в бинокль. — Дин, но разве мы не должны оставить свидетелей? Ведь вся суть того, что ты был Демоном в металле, заключалась в том, что ты убивал без пощады и спасал невинных. Конечно… Внезапно Миднайт оказался прижатым к земле: мощные руки человека схватили его броню и повалили на землю. — Я НЕ… — его голос сорвался на крик, но он быстро осознал свою ошибку. Даже на холоде пот струился по его шее. Дин скривился и посмотрел на пегаса. — Я не хладнокровный убийца. — его голос был едва громче шёпота, а глаза, казалось, прояснились. — То, что делают эльфы, неправильно, я это понимаю. Я уже видел истребление, но если мы будем действовать как они, то мы ничем не лучше. В голове Дина всплыл образ группы гражданских. Он вспомнил, как находился в окопе и кричал, чтобы они укрылись. Именно тогда из дыма вырвалась энергия жёсткого света, разрезавшая бегущих людей, как коса пшеницу. После этого они с Дженкинсом бросились на наступающего врага и в одиночку уничтожили целый батальон. Сослуживцы прославляли их как героев, но образ тех гражданских остался в его памяти. Эльфы были другими, они должны были быть другими! В какой-то степени они были похожи на людей, и он видел среди них женщин и детей. В Рэйвенфорде он слышал женский крик, а если там были женщина и мужчина, значит, были и дети. Эти эльфы не были орифами, даже близко. Подожди… Что-то было не так. В голове снова промелькнул образ, но уже другой. Это была маленькая кобылка, Люси. Она лежала на земле, а в её груди зияла дыра. Образ пронёсся вперёд, туда, где он почувствовал всепоглощающую ярость к Кровавому Барону. Он убил его, сравнивая свой вид с орифами. В Дине включились инстинкты борьбы и бегства, и он внезапно обнаружил себя сидящим на земле напротив растерянного Миднайта. Чёрный пегас перекатился на колени и встал на четвереньки. Он медленно подошёл к стоящему перед ним человеку и ткнул копытом в его сапог. — Сержант? Вы в порядке? — Миднайт был глубоко обеспокоен: что случилось с Дином? Человек поднял глаза и тяжело задышал. Его руки дрожали, когда он пытался схватить шлем, висевший у него на поясе. Дин некоторое время возился с громоздким головным убором, прежде чем надеть его на голову. Знакомое шипение срабатывающих замков и запуск HUD'а вызвали у него чувство облегчения, и его паника заметно утихла. Миднайт, должно быть, тоже заметил внезапную перемену, потому что сел на снег на корточки. — Хочешь поговорить об этом? — его голос был спокойным, а глаза смотрели с пониманием. И у стражников, и у гражданских наблюдались одни и те же симптомы того, что только что пережил Дин, и, если рискнуть предположить, человек переживал это уже очень давно. — Да всё нормально, — голос Дина был каким-то невнятным, и Миднайт вздрогнул. Он решил не обращать на это внимания и продолжить разговор. — Дин, я был вторым пони, кого ты встретил на этой планете. Я считаю тебя своим другом и союзником. Что бы тебя ни беспокоило, я готов выслушать. Я тоже солдат, ты можешь мне доверять, — Миднайт снова положил копыто на ногу Дина, и тот, казалось, расслабился. — Я потрясён, Миднайт. У меня дома война и семья, которую я должен найти. Я попал сюда по воле случая и теперь снова сражаюсь. Я обещал себе, что не буду заводить связей, пока нахожусь здесь, но мне это не удалось. В сочетании с тем, что всё кажется неправильным, я стал слишком много думать обо всём. Мне кажется, что я что-то упускаю. Чего-то такого очевидного, но в то же время такого неуловимого. Знаешь, я никогда не сталкивался с посттравматическим стрессовым расстройством, пока не пришёл в этот мир. Там, откуда я пришёл, всё было как в тумане, всё внимание было сосредоточено на борьбе. Теперь я не уверен. Что-то здесь влияет на ход моих мыслей, и мне кажется, что что-то чужое сражается с моим собственным разумом. Если бы не Твайлайт, думаю, я бы уже давно сломался. Меня посещают такие мысли: в один момент эльфы не кажутся настоящим врагом, а в другой – они порождение самого Сатаны. Даже если я сыграл такую большую роль в освобождении вашего народа, я всё равно чувствую себя маленьким по сравнению с тем, чего мне не хватает. Дин вздохнул. — Не говори об этом никому, даже Твай. Я не могу показаться слабым, особенно когда я должен быть чемпионом для принцессы и героем для вас, пони. Это мне кое-что напомнило. Что я говорил о том, что я убийца? Я потерял представление о том, что это значит, много лет назад. И вот, когда я пришёл сюда и проникся ненавистью к эльфам, что-то внутри меня проснулось. Я понял, что значит убивать, и какие последствия это влечёт за собой. Я пытался сравнивать эльфов с орифами, но они слишком похожи на людей. По крайней мере, пока я не увижу, как они совершают поступки, напоминающие врага моего народа. Происходит что-то ещё, и я чувствую, что если убью Императора, то карточный домик рухнет. Дин медленно поднёс одно колено к груди и уставился в сторону концентрационного лагеря. — В моём мире шла большая война. Враг, нацисты, строил такие же лагеря, как этот, только гораздо больше и с большим количеством солдат. Они были предназначены для медленного уничтожения определённой группы людей, и им это почти удалось. — Я так понимаю, ваши люди остановили этих нацистов? — Миднайт склонил голову набок. Пони не знали, как воевать друг с другом, но он читал истории о былых временах. Он понимал, что такое война. Дин усмехнулся над его вопросом и покачал головой. — И да, и нет, мы сыграли свою роль. Это были групповые усилия, многие страны принимали участие в многочисленных сражениях. В конце концов, мы освободили людей в лагерях и навсегда покончили с нацистским режимом. — Миднайт не мог этого видеть, но Дин пристально смотрел на камуфляж. — Мы, как группа, собираемся сделать то же самое. Мы освободим этих пони или умрём, пытаясь это сделать. Долг солдата – защищать и служить, так что именно это мы и сделаем. На хребте воцарилась тишина: Миднайт смотрел на Дина с новым чувством восхищения. До этого битва казалась сопротивлению безнадёжной, но с Дином, похоже, всё наладилось. Он уже собирался открыть рот, когда до их ушей донёсся звук хрюканья. Пистолет Дина мгновенно оказался в его руке, так как хрюканье становилось всё громче и громче. В голосе слышалось что-то женское, и Миднайт улыбнулся, узнав эти звуки. Он быстрой рысью подошёл к краю и заглянул туда. Жёлто-оранжевый пегас в зимнем камуфляже уже почти добрался до вершины хребта, но остановился, когда на него опустилась тень в форме пони. — Эй, Спитс! — крикнул Миднайт сверху. Дин снова сел в позу и уставился вниз на лагерь. Из-за шлема он был похож на рейфа, безмолвно преследующего свою жертву. — Привет, Найтти! — Спитфайр запыхалась, когда её друга втащил её на смотровую площадку. — Привет, сержант. Дин лишь хмыкнул в ответ. — Что его так расстроило? — прошептала она на ухо Миднайту. Пегас нахмурился, наблюдая за человеком со спины. — Возможно... он просто не в настроении планировать, — предположил он, решив не упоминать о разговоре, который состоялся между ним и человеком. Похоже, его догадка оказалась верной: Дин едва заметно кивнул, а затем продолжил наблюдение. Миднайт вздрогнул: он никогда не привыкнет к тому, что у человека такие маленькие уши, а он, кажется, улавливает малейшие звуки. Подкрасться к нему было невозможно. Спитфайр изобразила на лице букву «О», затем рысью подошла к сержанту и отдала честь. — Сержант, Штормфлай, по словам Кобальта, полностью восстановилась. Остальные ждут ваших результатов и плана действий, — отсалютовала она и присела на корточки. Ее нос подергивался, когда она смотрела вниз на лежащего человека. Она вдруг обнаружила, что заинтригована его ростом и не может не анализировать заднюю часть его тела. Для пони все двуногие существа кажутся особенно высокими. Эльфы были для пони как гиганты, и это сыграло свою роль в завоевании ими Эквестрии. При технологическом превосходстве всё, что было нужно – это фактор страха. Стандартный боевой костюм темного эльфа был устрашающим сам по себе: заостренные края и смертоносные держатели оружия. Стандартный шлем темного эльфа в их армии напоминал череп. Наряд Дина был по-своему пугающим. Его массивное телосложение в сочетании со слоями металлического сплава создавало впечатление гиганта. Его массивные сапоги оставляли на снегу такие заклепки, что в них могла бы поместиться маленькая кобылка. Спитфайр вздрогнула. Им повезло, что сержант был на их стороне. Больше всего на свете она ощущала силу, которой обладал этот человек. — Осторожно, Спитс, его забрала Твайлайт! — Миднайт, танцуя в стороне, игриво погрозил копытцем Спитфайр, которая тоже не удержалась от смеха. Их веселье было прервано гравированным, искаженным голосом Дина. — Очень смешно, Миднайт. Ты же знаешь, я не могу быть с ней. Мне нужно вернуться в семью, а времени на это совсем не так много. — Дин встал, и Спитфайр с Миднайт обратили на него свои взгляды. — Давайте спустимся к остальным, они, вероятно, уже задаются вопросом, почему так долго. — его спина была напряжена, а голос звучал твердо. Спитфайр растерянно посмотрела на Миднайт, который ответил: — Я расскажу тебе позже. — она кивнула в знак понимания и последовала за человеком. Спитфайр взглянула на своего друга и Дина. Внезапно у нее возникло чувство, что она вторглась во что-то важное, но она не могла понять, что именно. Опустив уши, она уставилась на свои копыта, пока группа спускалась по склону горы. Она чувствовала на себе взгляд Миднайта, но не поднимала глаз. Крыло обвилось вокруг ее спины, и она ощутила успокаивающее тепло меха Миднайта на своем боку. Они остановились и посмотрели друг на друга. Спитфайр бросила взгляд на Дина, который был в трех метрах под ними, а затем вопросительно взглянула на Миднайта. — Моя работа как капитана – видеть, что что-то не так. Что происходит с сержантом? — она надеялась, что из-за сильного ветра и расстояния до усиленного человека ее слова не будут услышаны. Она услышала, как Миднайт вздохнул, и его уши слегка опустились. — У Дина какая-то травма. Я не могу рассказать тебе всего, я обещал ему не говорить об этом, но мы должны быть осторожны. Он – наш лучший шанс освободить Эквестрию, но я боюсь, что его жизнь в армии наконец-то настигла его. Что бы ни случилось, мы должны поддержать его, потому что сейчас он – последняя надежда Сопротивления. — Миднайт прижался к Спитфайр и улыбнулся. — Обычное дело. Дин заподозрит и решит, что мы занимались чем-то непотребным. — он многозначительно пошевелил бровями. Спитфайр хихикнула и проскочила мимо Миднайта, но не успела прихлопнуть его хвостом по носу. — Вылезай из канавы, Найтти. — Миднайт снова рассмеялся и последовал за ней. Ветер завывал у них за спиной, а день медленно продвигался вперед. Через несколько часов начнется их миссия.

***

      В ночном небе зловеще всходила четверть луны, её обычно яркий свет потускнел от отсутствия заботы и преданности. Всего два года назад луна была ярким светилом, которое каждую ночь дарило жителям Эквуса чувство защищенности. Теперь этого уже не было. Со смертью принцесс всё потускнело. Дни перестали быть освежающими и комфортными, а ночи – приятными. В эту ночь небольшое трио тёмных эльфов сидело на своём сторожевом посту и настраивалось на местную магическую станцию. — Две недели, братья и сёстры. В течение следующих двух недель мы должны окончательно уничтожить угрозу, нависшую над нашей планетой. Благодаря силе, данной нашему великому императору и его соратникам, мы станем доминирующим видом на этой планете, а возможно, и во всей вселенной. Я, как и вы, видел обещание Разрушителя. Из пепла родится новая эра, и мы будем править вместе. Никто больше не сможет отказать нам в праве на магию, и никто больше не сможет угнетать нас, пока пони Эквестрии скачут по лугам. Последние десять лет мы вели завоевания, плоды которых будут видны до конца времён. Сейчас наши братья и сёстры сдерживают наступление грифонов, чтобы у нас было время приступить к осуществлению нашего плана по установлению полного господства. Мы будем... Одно из ушей эльфа взволнованно дернулось, что-то привлекло его внимание. Он был средних лет, в отличном физическом состоянии и считался лучшим бойцом на передовой. Если бы не его шалость с одним из своих собратьев за несколько дней до этого, он бы не оказался в этом концлагере. — Ребята, я собираюсь совершить небольшую прогулку, чтобы размять ноги, — объявил эльф, поднимая копье и с удовольствием похлопывая себя по спине. — А ты не мог бы сделать это где-нибудь в другом месте? Сейчас проходит аукцион по продаже новейших пони для удовольствий, и мне нужна достойная цена! — возмутился младший эльф со своего места. — Ну, если ты и дальше будешь работать здесь, тебе понадобится еще шестьдесят лет, чтобы позволить себе хотя бы одного! — ответил третий эльф, а первый усмехнулся и покачал головой. — Вы, дети, никогда не учитесь! В юном возрасте нужно вкладывать деньги и искать хорошо оплачиваемую работу! В мои времена... — начал было старший эльф, но младший прервал его, махнув рукой. — В твои времена, когда я был кем угодно... Я не хочу это слушать, дедушка! Вы, старики, не знаете, каково это – позволить себе что-то еще! А теперь дайте мне послушать, аукционист входит в мой ценовой диапазон. Пожилой эльф, которого звали Цзинь, запыхался, открывая дверь во внешний мир, и все это время ворчал на молодое поколение. Холодный воздух обрушился на него, как поезд, когда он прикрыл глаза рукой. Он сразу же пожалел, что покинул тепло сторожевого поста, но у него была работа. Что бы он ни услышал, он, вероятно, сможет с этим справиться. Мелкие зверьки и случайные духи были на волосок от гибели; ничего более крупного к лагерю не приближалось. Опустив руки и оглядевшись по сторонам, Джин задрожал. Световое копье он крепко сжимал в руке, вглядываясь в надвигающуюся темноту. В нескольких метрах от него едва виднелась странная фигура, и он с трудом сфокусировался на ней. Пошарив по сторонам, он полностью сосредоточился на фигуре и медленно пополз к ней. Чем бы ни было это существо, оно сильно напоминало эльфа. Его теневая фигура оставалась неподвижной на ледяном ветру, и Джин почувствовал, как его охватывает страх. Что-то было не так, и он решил, что эта фигура – ключ к разгадке. Он направил копье и воззвал к темноте: — Покажись, кто бы ты ни был! — ответа не последовало, и он еще раз прокрался вперед, чтобы лучше видеть. Ветерок снова поднялся, и его сапоги захрустели по снегу, приближаясь все ближе. Фигура по-прежнему не двигалась, и пульс Джина только участился. — Ты! Кто ты? Ветер завывал, а он медленно глотал воздух. Его руки начали холодеть, а уши онемели. Темнота, казалось, сжимала его со всех сторон, а фигура перед ним словно вырисовывалась в полумраке. Она по-прежнему не двигалась. Джин замер и медленно повернул голову. После того как он сделал полный оборот, его уши поникли, а глаза опустились вниз. Он был очень далеко от казарм, слишком далеко, чтобы кричать о помощи, да и не факт, что кто-нибудь услышит его из-за ветра. Он проклял себя за глупость и тихонько заскулил. Он сделал несколько шагов в сторону сторожевой заставы, решив, что эта фигура – не более чем его воображение, как вдруг услышал шум. Это было похоже на дыхание. Джин вновь ощутил, как его тело медленно поворачивается. Его уши, казалось, прижались к голове еще сильнее, а руки и ноги начали дрожать. Сердце, казалось, готово было вырваться из груди. Исчезла надвигающаяся фигура, растаяли крупинки снега и непроглядная тьма. Перед ним не было ничего, кроме черноты. Джин огляделся по сторонам и понял, что почти не различает стены перед собой. Но когда он... Разрушитель, спаси меня! Он поднял голову, и ему пришлось изогнуть шею, чтобы разглядеть лицо стоящего перед ним металлического чудовища. Различные инструменты и броневые пластины покрывали тело чудовища, которое смотрело на него сверху вниз. Его безликий визор, казалось, не выражал ни эмоций, ни жалости, ни сочувствия. Джин выронил винтовку, его руки дрожали так сильно, что он не мог ее удержать. Слезы пытались скатиться по его лицу, но замерли, едва достигнув глаз. — Д-д-д-д-демон... — у Джина открылся рот: монстр, о котором он слышал по радио, тот, кто расправился с элитной гвардией королевской семьи, тот, кто схватил и убил принца, тот, кто в одиночку освободил целый город от этих животных... Это был он, Демон в Металле. Джин мог лишь наблюдать, как массивная рука в перчатке молниеносно протянулась к его горлу и обхватила его. Он почувствовал, как его тело приподнялось на несколько футов от земли, и начал бороться. Его дыхательные пути были перекрыты, и он не мог дышать или кричать о помощи. Если бы он перестал паниковать, то обнаружил бы, что действительно может дышать. Демон начал пятиться назад, к заставе, где находились его товарищи по страже, и начал метаться. Если бы он только мог привлечь их внимание... Не успел он опомниться, как Демон и он сам оказались перед дверным проемом. Джин мог лишь беспомощно наблюдать, как металлическое существо достает из кармана оружие и щелкает переключателем. Зеленый луч внезапно прорезал темноту, и Джин заинтригованно уставился на устройство. Его внимание вернулось к текущей ситуации, когда Демон медленно повернул ручку и открыл дверь. Джин увидел, что двое охранников, которых он знал всего несколько дней, сидят у радиоприемника. Хватка Демона внезапно сжалась на его шее, и он обнаружил, что быстро теряет сознание. Последнее, что он помнил — как оба охранника бросились вставать, а затем их головы внезапно взорвались.

***

      — Ты просто обожаешь устраивать сцены, не так ли? — ухмыльнулся Дин, когда голос Миднайт прозвучал в его внутренней рации. Конечно, было бы проще незаметно подкрасться к ничего не подозревающему охраннику, но он хотел немного развлечься. Нарушало ли это все, что он узнал о шпионаже? Да. Но волновало ли его это? Не особенно. Он не собирался повторять такой трюк, это точно. Если бы он допустил ошибку, операция была бы провалена. — Пленник скоро очнется. Все на месте? — Дин с отвращением посмотрел на бессознательного эльфа, связанного на полу перед ним. Его мысли блуждали и возвращались к тому, что этот эльф сделал с пони. Его взгляд сменился нейтральным гневом, когда он увидел, что темный эльф зашевелился. Вопреки ожиданиям, кожа эльфа не была светлой, но и не слишком темной. Это было похоже на то, как если бы перед ним был человек с голубым оттенком кожи с Ближнего Востока. — Готов к вашему сигналу, сержант. Дин заметил, что его пленник зашевелился, и быстро связался с остальными членами своей команды. — Будьте готовы через две минуты. — Чт... где я? — темный эльф огляделся по сторонам и моргнул, его голос слегка хрипел из-за того, что люди раньше обращались с его шеей. Дин медленно присел, чтобы оказаться на уровне глаз существа, стоящего перед ним. Когда он посмотрел прямо перед собой, его глаза расширились до невозможности. — Т-ты... — рука Дина метнулась вперед и стремительно закрыла рот темного эльфа, остановив его скороспелый крик. Он наблюдал, как челюсть темного эльфа двигалась вверх-вниз, а его глаза не отрывались от металлической громадины перед ним. Дин испытывал чувство удовлетворения, видя, как его враги приходят в ужас. Хорошо, что они испытывали подобные чувства, ведь в данном случае он был судьей, присяжным и палачом. — Сколько эльфов в лагере? — произнес Дин эти слова медленно, чтобы не смутить стоящее перед ним испуганное существо. Его безликий взгляд не дрогнул и не оставил места для споров. Он медленно отвел руку и положил ее на колено. Его глаза пронзили череп пленника, и Джин сглотнул. — В-всего здесь около сорока охранников. Есть еще команда Разрушителя и несколько... э-э... врачей... — Джин запнулся, когда яростный взгляд Демона впился в него с еще большей силой, даже без глаз. По его щекам потекли слезы. Он не знал, что скрывается под шлемом, да и не хотел этого знать. Но он почти чувствовал необузданную жестокость и силу, которой обладало это существо. Его собственных магических способностей было недостаточно, чтобы справиться с ним, как и всех остальных, кто жил в лагере. — Я-я больше ничего не знаю! П-пожалуйста... пощадите меня! У м-меня семья! — Джин наблюдал, как демон наклонил голову в сторону. Он услышал что-то похожее на ворчание, после чего Демон в Металле встал, возвышившись над ним и отбрасывая зловещую тень. — Ты будешь ждать здесь, — сказал он просто. Джин вздохнул с облегчением и закрыл глаза. Его сердце никак не хотело успокаиваться, и ему нужно было взять дыхание под контроль. От голоса демона по позвоночнику пробежали мурашки, его металлические и беспорядочные звуки вселяли в него страх. Джин уже собирался сесть, как вдруг кусок ткани оказался зажат у него между зубами, не давая произнести ни звука. Он зарычал и попытался тряхнуть головой, но это было бесполезно. Через несколько секунд на его затылке был завязан крепкий узел, а грубая рука схватила его за волосы. Крик боли Джина был приглушен, но это не помешало слезам застыть в его глазах, когда он был вынужден смотреть в несуществующее лицо демона. Казалось, воздух стал еще холоднее, когда внушительная фигура подняла вторую руку к его голове. Джин хныкнул и отшатнулся. — Шшш, — указательный палец руки демона указал на рот эльфа, и Джин, не задумываясь, кивнул. Демон еще раз наклонил голову, а затем внезапно отпустил ее. Джин изо всех сил вжался в кресло, когда шаги демона стихли за постом охраны. Дверь была закрыта с удивительной осторожностью, и он попытался понять причину. Но не нашел ответа, так как демон исчез, словно его и не было вовсе. В нос ударил запах железа, от которого Джин сморщился, а его глаза снова наполнились слезами. Сбитый с толку, он попытался повернуть шею, чтобы определить, что это за мерзкая и слегка тошнотворная вонь. Казалось, она исходит справа от него. Он заставил себя повернуть голову, и перед его глазами предстало то, что раньше было другими эльфами на сторожевом посту. Он не мог полностью вспомнить, что произошло, когда демон взял его в плен, но ему показалось, что он видел какое-то насилие. Зрелище, представшее перед ним, было непохоже ни на что, что он когда-либо видел, и он почувствовал, как паника поднимается в его горле. Его дыхание участилось, когда он увидел разбросанные по полу мозговое вещество и кости. У младшего из охранников отсутствовала половина лица, и на его месте виднелись раздробленные кости и мышцы. Половина его мозга исчезла, а другая половина сочилась в доски пола. Он задыхался. Старший эльф, которого он знал всего несколько дней, лежал на полу. Его голова полностью отсутствовала, и, взглянув на стену, Джин обнаружил, куда она делась. Красная, серая и желтая субстанция покрывала стену над магическим коммуникатором, не пощадив и само устройство. С одного из его усиков капала кровь, каждая капля попадала на грудь мертвого эльфа. Он не мог больше смотреть на него. Никогда еще он не видел такой жестокости и крови. Он был новобранцем, который бросил вызов офицеру и оказался на Ледяном Севере. Ему обещали хороший бой, почетную войну с врагами. Но это была не война... а нечто совсем другое. Внутри него что-то оборвалось, и Джин закричал сквозь ткань во рту, но его никто не услышал. Его тело дергалось взад-вперед, по лицу текли слезы, но глаза ни разу не оторвались от тел. В его сознании навсегда запечатлелась работа демона.

***

      Дин, притаившись перед воротами, был надежно укрыт от ленивых взглядов стражников, охранявших башни. Сквозь прутья ворот он заметил нескольких стражников, которые, казалось, не несли свою вахту, а просто перемещались туда-сюда. Если бы боевой дух пони не был так низок, то сбежать самостоятельно было бы гораздо проще. Подняв руку, он включил тачпад, проскользнув между двумя ящиками. Устройство не было слишком ярким, но он не собирался рисковать. — Четырнадцать, минус два… — произнес он, программируя количество эльфов, оставшихся в лагере. Это позволило бы ему отследить, не пропадет ли кто-нибудь после завершения операции. Когда обитатели лагеря будут освобождены, он также подсчитает их. Посмотрев в сторону холма у горы, он едва различил тени второй группы. Кобальт, Стил, Свифт Спир и Штормфлай лежали на гребне, ожидая его команды. — Миднайт, Спитфайр, за мной, — прошептал он в рацию. Он подождал около тридцати секунд, прежде чем два пегаса, словно фантики, скользнули к его позиции. Они держались ближе к земле и в тени, пробираясь вперед. — Мы здесь, — прошептал Миднайт из-за спины человека. Они притаились за какой-то баррикадой, и только голова Дина виднелась, когда он выглядывал из-за нее. — Отлично, вы оба помните уроки прорыва, которые я вам преподавал? — зевнул один из охранников башни, посмотрев в их сторону. Дин как раз вовремя опустил голову. Оба пони ответили утвердительно, и он одобрительно кивнул. — Хорошо, я пойду первым и пойду направо, а вы двое – налево», — произнес он. Они снова ответили «да», и Дин включил рацию. — Вьюга, вьюга, вьюга… — произнеся последнее слово, он успел заметить металлическую вспышку, прежде чем она исчезла в ночном небе. Мгновение спустя охранник в самой дальней башне попятился назад. Дин увидел, что болт застрял у него в горле. Стражник рухнул без единого звука. Еще два арбалетных болта пролетели по воздуху без единого звука, и два последних стражника были повержены. Все три болта попали точно в цель. — Отличная работа, Спир. Всем выдвигаться. Спир, обеспечивай наблюдение. Конец связи. — Дин дождался подтверждения, после чего снял винтовку с предохранителя и поднял ее к плечу. Он включил тепловизор и подал сигнал рукой к движению. Трио направилось к воротам, но обнаружило ржавый висячий замок. Дин схватил металлическую конструкцию и быстро сорвал ее. Он слишком сильно сжал петли, в результате чего замок развалился пополам. Он не придал этому значения, так как ворота легко распахнулись. — Выдвигаемся на позицию. Прием… — услышала Штормфлай по рации. Он не ответил, поскольку они уже обсудили план. Было три барака, в каждом из которых находилось неизвестное количество темных эльфов. В каждом бараке будет по два человека (кроме него), и как только все займут свои позиции, они одновременно бросят свои девятизарядники. По опыту Дин знал, что метательные снаряды очень эффективны, чтобы ошеломить большую группу эльфов, а поскольку в этот раз они будут находиться внутри здания, эффект будет гораздо хуже. — Кобальт, слева от тебя за дверью стоит эльфийский стражник, я его устраню. Приём. — Дин отправил Миднайта и Спитфайр к их цели, а сам направился к своей, проходя мимо танкового склада. Сапоги Дина едва слышно ступали по лёгкому снегу, что лишь усиливало зловещую тишину ночи. Луна висела в небе, словно прожектор, а перед её диском клубилось облако. Мир вокруг него погрузился в абсолютную темноту, но он продолжал идти. Каждый пони в его отряде был оснащён парой очков ночного видения, которые Дин с большим трудом смог изготовить. Последний комплект был создан буквально за день до того, как они покинули Морскую Бухту, так как для работы фабрикатора ему потребовалось раздобыть огромное количество специфических материалов. Дин поднял глаза, когда справа от него кто-то кашлянул. Он мгновенно развернул пистолет и навёл прицел на голову эльфа. Единственным, что остановило его от нажатия на курок, было то, что существо перед ним оказалось голубым на тепловом сканере его шлема. Он сделал паузу в полсекунды, которой хватило, чтобы фигура успела сказать хоть слово. — Дин, это я. — Хранитель вышел из тени и сложил руки перед грудью. Дин проверил всё вокруг, прежде чем переместиться в тень, отбрасываемую зданием снабжения. Тепловые сканеры вокруг него ничего не показывали, поэтому он сосредоточился на Хранителе. — В чём дело, я занят. — прошептал он, чтобы казаться тише, и отключил искажающую способность шлема. Хранитель вздохнул, когда Дин ещё раз проверил свои углы. — Эльфов здесь нет, они заняты в своих казармах. Я пришёл предупредить тебя. — Хранитель сделал шаг вперёд и протянул руку. — Я взглянул лишь мельком, но в этом концлагере творятся поистине ужасные вещи. Уверен, ты знаешь об этом, ведь нацисты совершали подобное во время Второй Мировой Войны, но твои солдаты не знают. Не теряй себя здесь. Эльфы находятся под влиянием силы Разрушителей, и лучше... Дин зарычал и направил обвиняющий палец на Хранителя. — Ты не знаешь, кто я, и уж тем более не знаешь, как плохо здесь на самом деле. Ты застрял в камне, и я готов поспорить, что ты начал обращать внимание только тогда, когда появился я. Мне всё равно, есть ли здесь влияние, наказание должно быть назначено. Гитлер под влиянием немецкого народа убил миллионы людей, и у него не было никаких дерьмовых полномочий. Все они понесли ответственность, и здесь они тоже понесут. Я пришёл сюда не для того, чтобы убивать всех подряд, но если придётся, я это сделаю. — Дин нахмурился и двинулся прочь. Хранитель, проходящий сквозь него и поворачивающийся, заставил его снова приостановиться. — Послушай! Может, я и не знаю, насколько всё плохо, но один человек не может играть роль бога в этой ситуации! У этих эльфов наверняка есть семьи, и кто ты такой, чтобы судить, насколько злой человек на самом деле...? И снова Хранитель замер, когда кулак Дина ударил в цементный блок, разнеся его на мелкие осколки. Хранитель слегка вздрогнул, хотя он был лишь проекцией. — Эти… эти монстры – не люди! Они дикари, и я не позволю им порабощать жителей этого мира! К тому же они уже начали массово казнить Эквестрийцев. Если добавить к этому то, что произойдёт через две недели, можно понять, что формируется более масштабный план. — Дин снова указал пальцем на Хранителя. — Ты можешь либо помочь мне победить, либо сидеть и смотреть, мне всё равно, но я не оставлю эти преступления безнаказанными. — Дин прошёл сквозь Хранителя, не произнеся больше ни слова. Его винтовка снова начала совершать круговые движения, проверяя каждую щель и угол на пути к цели. Хранитель вздохнул. В его голове промелькнула картинка, и он увидел два пути. Он знал, по какому из них идёт человек, и на глаза Хранителя навернулась слеза, когда он уставился в пустоту. Он не прекращал попыток, но рано или поздно Дину придётся сделать выбор. Если он продолжит идти тем же путём, что и сейчас, всё существование будет обречено. — Я не могу потерпеть неудачу, не после всего, что случилось. На лице Хранителя появилось выражение решимости, и он начал рассеиваться. Он проиграл эту маленькую битву, но впереди была ещё война. Его работа заключалась в том, чтобы обеспечить победу. Хранитель ушёл, и ночь вновь погрузилась в непроглядную тишину, которую нарушало лишь редкое завывание ветра.

***

      Дин бесшумно приблизился к казармам, его чувства были на пределе. И не зря: в казарме горел свет. Он нахмурился, обдумывая возможные варианты действий. Остальные члены команды уже были на месте и ждали его команды, но элемент внезапности и дезориентации в этой ситуации мог бы быть менее эффективным. Ему необходимо было точно определить расположение целей, чтобы понять, с чем именно он имеет дело. Дин бесшумно подкрался к окну и осторожно заглянул внутрь. Он увидел множество двухъярусных кроватей, около десяти или около того, и лишь несколько из них были заняты. Его взгляд скользнул по зданию и остановился на дальнем углу комнаты. Там царила суматоха, а свет зловеще приглушался. Дин почувствовал неприятное покалывание в животе, когда заметил мелкие детали. Почти все темные эльфы были без штанов, некоторые смеялись, другие злобно улыбались. Они загораживали ему обзор того, что происходило перед ними, и Дин изо всех сил старался разглядеть, что происходит за этой стеной тел. Яма в его животе снова увеличилась, когда в полукруге появился эльф чуть выше ростом. Его лицо было мокрым от пота, он задыхался от напряжения, а улыбка на его лице была безумной. Остальные члены группы зааплодировали, достаточно громко, чтобы Дин мог услышать их через стену. Он сжал кулаки, медленно убирая SCAR в кобуру и доставая нож. Эльф отошел в сторону, и тот, что выглядел изможденным, прошел сквозь щель. Дин еще раз прищурился. Он увидел ногу, покрытую мехом, на которой запеклась кровь. Затем он заметил хвост, а потом... Дин мог только наблюдать, как темного эльфа толкают вперед, смеясь при этом и делая щель еще больше. Его пальцы шевелились и сгибались, а зеленоватый оттенок окружал его обнаженные гениталии. В голове Дина пронесся ужас: мужское достоинство эльфа, казалось, увеличилось в пять раз по сравнению с его первоначальной длиной и обхватом. Его взгляд вернулся к пони, а чувства притупились. В ушах раздался стук, и время, казалось, потекло быстрее. Слова Хранителя, казалось, эхом отдавались в его голове, когда он навел курсор на лежащую на полу кобылу. — Один человек не может играть в бога... Слова эхом отдавались в его голове. Его губы беззвучно произнесли эту фразу, хотя и насмешливо. Ярость сменилась шоком и ужасом, когда он увидел, как эльф вводит себя в кобылу. Он слышал, как она вскрикнула от боли, но все вокруг казалось тусклым. Дин заметил движение, и мимо группы прошел тот самый эльф. Он был полностью одет и, похоже, держал в руке трубку. Он что-то невнятно сказал приятелю на одной из коек, после чего скрылся из виду. Дин, как фантик, скользнул к входу в казарму, и серебристый блеск нержавеющей стали сверкнул в лунном свете. Дверь открылась, и послышались шаги. После секундного колебания Дин шагнул за угол, и его свободная рука обвилась вокруг горла эльфа. Эльф издал крик удивления и страха, когда ему мгновенно перекрыли дыхательные пути. Он начал бить ногами и руками по металлической громадине, которая его удерживала. Дин не слышал и не чувствовал боли. — Сержант, мы готовы, когда вы будете готовы, — голос Миднайта вывел Дина из оцепенения, и он сделал паузу в нападении на эльфа, чтобы ответить. — Начинайте операцию. По лагерю разнеслось эхо двух отчетливых ударов, и Дин снова сосредоточился на эльфе в своей хватке. Тот еще пытался сопротивляться, но его движения были вялыми и слабыми. Дин опустил эльфа на снег, прямо рядом с выброшенной трубой. Солдат захрипел и закашлялся. Он в ужасе поднял глаза на схватившее его существо, но обнаружил, что оно исчезло. Следов, свидетельствующих о его бегстве, не было, и глаза эльфа расширились от паники. Он вскочил на ноги и бросился к двери в казарму. Ворвавшись в деревянный проем, почти все головы повернулись в сторону его поспешного вторжения. Единственный, кто не смотрел на него, был темный эльф, который возился с пони. — Соберите оружие, на нас напали! — прокричал он, двигаясь к ближайшей койке. Он схватил легкое копье и меч, пока офицер шел к нему. — Успокойся, сынок, что с тобой? — спокойно сказал он. Он был без рубашки, и его мускулы, казалось, бугрились, когда он смотрел на рядового. — С-сэр! На меня только что напали! Что-то напало на меня снаружи. Оно было сделано из металла и схватило меня за горло... По казармам разнеслись крики, и эльф, сверливший маленького коня, даже поднял голову, чтобы поиздеваться над потрясенным эльфом. Эльф зарычал от досады, прижав уши к голове. Он бросился обратно к двери и предстал перед своим командиром. — ПОЖАЛУЙСТА, СЭР, ВЫСЛУШАЙТЕ МЕНЯ! — он почти кричал на своих товарищей. Они были слишком заняты смехом. Позади него по лестнице зазвучали спокойные шаги, и он в ужасе оглянулся. По его штанам текла моча. — О, это хорошо, рядовой, но мы не хотим слушать о твоей грязной... — офицер замолчал, и смех резко оборвался. Слышно было лишь отчетливое завывание ветра и бульканье, с которым рядовой, похоже, захлебывался собственной кровью. — Чт... Раздался звук разрыва, и кто-то в ужасе закричал: металлическая рука схватила рядового за горло и резко дернула. Его голова оторвалась, и кровь хлынула потоком. Офицер, окунувшись в жизненную жидкость своего товарища, замер в шоке, а остальные, казалось, были в состоянии шока от происходящего. Пони, забытая на полу, воспользовавшись моментом, отползла в угол. Тук-тук-тук... В казарму вплыла огромная фигура. У нее не было лица, а на груди и на боку головы виднелись маленькие гаджеты. В одной руке она держала голову рядового, в другой – сверкающий красный нож. Его внушительная фигура отбрасывала тень на маленькую казарму, а в воздухе витал запах мочи. — Бу! Эльфы бросились врассыпную. Одни доставали оружие, другие прятались. Дин за секунду изучил комнату, прежде чем начать действовать. Он прыгнул вперед и, схватив офицера за голову, дернул его за волосы, вонзая нож в сердце. Эльф выплюнул кровь и упал на пол, как мешок с мукой. Дин оказался лицом к лицу с остальной частью казармы, когда все стихло. У каждого из эльфов в руках было какое-то оружие, и, похоже, они уже оправились от шока. Он улыбнулся. Первый эльф бросился на него, и кто-то за его спиной выпустил луч энергии. Быстрый, как гепард, он отклонился в сторону и позволил снаряду пролететь мимо его плеча. Его первая цель издала боевой клич, обрушив свой меч на сержанта. Длинный кусок металла столкнулся с пустым воздухом, и эльф обнаружил, что нож перерезал ему спинной мозг. Его труп был использован в качестве щита, когда три темных эльфа одновременно выпустили свои копья. От запаха горелой плоти у многих начались рвотные позывы, но шлем Дина заслонил воздух. Он швырнул тело в одного из копьеносцев, затем вынул нож и достал пистолет. Он сделал два выстрела, оба из которых разнесли головы двух нападавших. Одна из пуль, не останавливаясь, вонзилась в грудь ничего не подозревающего эльфа. Химические вещества внутри сработали, и кровь, кости и органы вырвались наружу. Двое эльфов бросились в атаку, но второй оказался медленнее и поднял копье. Быстро соображая, Дин уклонился от удара меча первого эльфа и перевернул его на бок ударом ноги. Как раз в тот момент, когда второй эльф нажал на курок, Дин сделал боковое сальто, увлекая за собой ошеломленного эльфа. Луч энергии не попал в перевернутого человека, а вонзился в заднюю часть головы первого эльфа, в результате чего она взорвалась, превратившись в жженую жижу. В ответ Дин вскинул пистолет и, не сходя с места, всадил пулю в голову насильника. Его тело кучей рухнуло на пол. Остальные, все обнаженные ниже пояса, побросали оружие. В общей сложности около десяти эльфов. Дин с тревогой наблюдал за молодым человеком, который, не старше подростка, был поднят массивным орифийским монстром. Скрытый за укрытием, он не мог вмешаться, и группа орифийцев не подозревала о его присутствии. Дин мог только слышать, как орифиианцы переговариваются на своем щебечущем языке, а девушка, над которой они издевались, рыдала от отчаяния. Внезапно один из солдат, по-видимому, офицер, одним движением сорвал с девушки одежду. Дин никогда раньше не видел, чтобы орифианцы занимались чем-то иным, кроме убийств, но вскоре он с ужасом осознал, что жестокость их действий выходит за рамки геноцида. Странные части тела, не слишком похожие на тарзанку, проникали внутрь девушки через каждое из отверстий. При ближайшем рассмотрении Дин обнаружил, что офицер – женщина. Женщины были редкостью в этой армии, так как обычно они не входили в основной состав. Кроме того, они отвечали за то, чтобы их использовали, а не наоборот. Девушка была уже давно мертва, ее живот раздулся вдвое. По ее макияжу текли засохшие слезы, а самцы, похоже, были намерены содрать мясо с "свободных" мест на ее теле. — Штаб дает добро, разрешаю вступить в бой. Дин двинулся, готовый отомстить за девочку. Человек заметил ноги пони, торчащие из угла, где она пыталась спрятаться, и обратил внимание на красный цвет. Он убрал пистолет и быстро перезарядил свой SCAR-H. Эльфы попытались бежать, но Дин был быстрее их. Раскаленный свинец разрывал тела последних монстров, превращая их в кровавое месиво. В казарме воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием пони. ... — Пони! Дин, подбежал к измученной лошади и опустился перед ней на колени. В его руке уже был баллончик с пеной BAI-Foam, который он готовился применить, но, как только он начал осматривать раны, его руки ослабли, и баллончик выпал из них. Кобыла умирала, и остановить ее было невозможно. Дин видел ее вздувшийся живот, зияющую дыру, которая раньше была ее гениталиями, и выскочивший позвоночник, разрушенный магическими улучшениями эльфов. Он приложил дрожащую руку к ее ушибленной щеке и другой рукой стянул с себя шлем. По рации пони сообщали об успехе их миссии, но Дин не обращал на это внимания. Пони фыркнула, затем закашлялась. Ее глаза нашли его, и по лицу потекли слезы. — Н-не надо больше. П-пожалуйста, — почти прошептала она. Дин изобразил свою лучшую улыбку и приложил ладонь к ее голове, но она никак не отреагировала на его прикосновение. — С вами все будет хорошо, мисс. Все закончится, — успокаивающе прошептал он. Его рука потянулась к ее голове, и он ощупал ее, боясь того, что может там найти. — Пожалуйста, мне так больно. Я хочу к родителям, — захрипела она и посмотрела на потолок. Ее ноги подергивались, и она пыталась пошевелиться. Дин прижал ее к себе и зашептал ей на ухо успокаивающие слова, но она все еще пыталась двигаться. — П-пожалуйста, позвольте мне увидеть их. Я не хочу уходить! П-пожалуйста! — Дин прижал ее спиной к стене, и пони начала всхлипывать. Он отдернул руку от ее головы, так как обнаружил то, чего боялся больше всего: пролом черепа и утечку крови из мозга. — Мне так жаль, — по его лицу стекала слеза, а внутри нарастала ярость. Он моргнул и снова посмотрел на кобылу. Ее глаза смотрели в его, и, казалось, она снова обрела ясность. — Пожалуйста, сделайте так, чтобы боль прекратилась. Я хочу увидеть их. — она прислонилась к стене и поморщилась. Ноги снова подкосились, и Дин медленно встал. Ночь медленно переходила в утро, и на горизонте появился темно-синий оттенок. Кобыла застонала, и Дин обнаружил, что его трясет – то ли от горя, то ли от шока, то ли от ужаса, то ли от всего вышеперечисленного. Он не хотел этого делать, он не мог этого сделать. Его рука поднялась, и SCAR задрожал в его хватке. Он навел прицел на кобылу и попытался успокоить дыхание. Ничего не получалось, он не мог выстрелить в нее. Она была пони, но в то же время и человеком. Гражданкой, попавшей в паутину зла темных эльфов. Он не мог выстрелить в нее. — П-пожалуйста, — снова произнесла она. Дин снова поднял винтовку, в его глазах отразились эмоции, которых он не испытывал уже давно. Он закрыл их и нажал на спусковой крючок. Из глушителя раздался шепот, и звук удара тела об пол. Ему стало плохо. — Не будь слабаком, Дин, тебе не чужды убийства, — прозвучал внутренний голос. — СЛАБАКОМ? ОНА БЫЛА ГРАЖДАНСКИМ ЛИЦОМ! ОНА НЕ ЗАСЛУЖИВАЛА ЭТОГО, А ТЫ ЗАСТРЕЛИЛ ЕЕ! ТЕБЕ НИКОГДА НЕ ПРИХОДИЛОСЬ УБИВАТЬ ГРАЖДАНСКИХ! НИКОГДА! НИКОГДА! Лицо Дина исказилось от ярости, а слезы полились по лицу. Последний раз он чувствовал себя так, когда... когда... Он оглянулся на пони и уставился на ее труп. Выстрел был чистым и идеально пробил ее мозг. Не было ни боли, ни страданий. — АГГГГГХХХХ! — он выкрикнул свои эмоции в воздух, направляя свой SCAR на тело мертвого эльфа. По совпадению, именно этот эльф использовал магию. Дин нажал на спусковой крючок и почувствовал, как оружие врезается ему в плечо. Гильзы упали на землю, и кровь брызнула на пол. Семь лет ненависти, смерти и разрушения вырвались на свободу, когда тело под ним превратилось в бесформенную массу. Только когда винтовка опустела, он остановился. Дин отвернулся, не в силах оторвать взгляд от этого зрелища. Его ярость сменилась отчаянием и депрессией. Когда-то этот мир был мирным, а теперь он должен был его спасти. Это был снова орифы — та же война, новые лица. — Мы собираемся спустить пленников в большие ямы у южной стороны лагеря. Встречайте нас там. Прием, — раздался голос Спитфайр по радио, и Дин ответил утвердительно. Переход через лагерь занял всего две минуты, так как он отказался от скрытности и бесшумности. Пленники были в безопасности, а обитатели лагеря – спасены. Среди эквестрийцев, похоже, была группа под названием «Кристальные пони». Дин подошел к группе со спины, и в воздухе пронеслось множество вздохов. Головы повернулись, когда он направился к своим бойцам, которые стояли на страже вокруг темных эльфов. Около двадцати человек выстроились в два ряда на снегу, склонив головы перед пленниками. Никто не обратил внимания на то, что перед ними стоит знаменитый Демон в металле. — Дин, мы собрали их, как ты и говорил. Миднайт должен вернуться в любую секунду с нашим планом спрятать их, когда… — Я УБЬЮ ИХ! Дин прыгнул вперед и перехватил Миднайта, когда тот с распростертыми крыльями устремился к эльфам. Эльфы в страхе взирали на его внезапное появление, и многие из них начали что-то бормотать друг другу. Наконец они увидели Дина, и не раз на чьих-то лицах промелькнул страх. — Миднайт, Миднайт! — крикнул Дин пегасу, пытаясь успокоить его. Спитфайр и Штормфлай оказались рядом с ним и тихонько заговорили в уши Миднайта, но это не слишком помогло. Его уши были откинуты назад, а глаза расширены. Зубы скрипели и скрежетали, а крылья дергались по бокам. — Скажи мне, что случилось? Что случилось? — Дин опустился на колени перед пенившимся пегасом, стараясь занять весь обзор. По мордочке пони текли слезы, он зажмуривал глаза. — Т-т-там ямы… — он всхлипнул, когда две кобылы прижались к нему с боков. «Что такое ямы, Миднайт? Что это такое?» Эльфы обратили внимание на суматоху, и некоторые из них прислушивались своими чуткими ушами. Остальные члены отряда Дина медленно приближались к ним, но оставались начеку. — Я-я-ямы… у них там… — Миднайт покачал головой и что-то пробормотал себе под нос. Его ноги дрожали от выброса адреналина, полученного несколько минут назад, и Дин положил руку ему на холку. — Что в ям... — ТЕЛА! — воскликнул Миднайт, его крылья затрепетали. — ЭТО МОГИЛА, И ИХ СОТНИ! Я... Я НЕ МОГУ ЭТОГО ВЫНЕСТИ! ЭТИ МОНСТРЫ ВИНОВНЫ, ОНИ УБИЛИ ИХ ВСЕХ! — Миднайт начал всхлипывать, а Спитфайр попыталась его успокоить. Дин и Штормфлай тоже встали. Эльфы начали паниковать, их замешательство росло с каждой секундой. О чем говорил пегас? Один из эльфов догадался, о чём идёт речь, и пришёл в ярость. Он встал и попытался убежать. — Бежим! — крикнул он, но его скорость оказалась недостаточной. Пуля застряла у него в черепе, и эльф упал на землю. Остальные эльфы молча смотрели на своего павшего товарища. Дин воспользовался этой возможностью, чтобы повернуться лицом к освобождённым пони. — Прикройте глаза! — прогремел его голос. Родители поняли, что он имеет в виду, и закрыли глаза своим детям. Они сами тоже прикрыли глаза, когда Дин обернулся к своим товарищам по отряду. Он кивнул Кобальту и Стилу, затем Штормфлай и Свифту. Он дослал патрон в пистолет. — УБЕЙ ИХ ВСЕХ! Крики были слышны на многие мили, некоторые даже говорили, что они достигли города Сталлионграда. Никто не пришёл разбираться, так как предположил, что это были пони. Никто не потрудился пойти и проведать своих сородичей, которые теперь лежали мёртвыми на снегу. Это был новый вид войны для Эквуса, и Дин был слишком хорошо знаком с ним. Ни жалости, ни пощады. Когда последний темный эльф упал с клинком в спине, из тени за ним наблюдала какая-то фигура. Через несколько минут она исчезла, и всё, что осталось – это ужасы войны.