Филия

Слабые люди ударяются в религию, лишают себя жизни либо просто гниют, ожидая кончины. Сильные сами создают себе смысл просыпаться по утрам.

      Что лучше: кофе с наркотиками или алкоголь? Алкоголь, конечно. Скажет Твик.       Алкоголь помогает забыться. Он не заставляет тело дрожать, а сердце бешено колотиться, как кофе. Алкоголь обволакивает. Нежно обнимает, пряча от всего мира. Помогает забыться, расслабиться. Вот и сейчас Твик держит в тонкой руке бутылку. Вы не подумайте, он не алкоголик! Наверное. Твик и сам уже не понимает, остались ли горячительные напитки средством разомлеть на одни вечер или превратились в зависимость. Впрочем, он и не против.       Серая жизнь, серые глаза, серые стены домов и чёртово серое небо. Твик устало потирает глаза и вновь опускает свой взгляд на книгу. Твик - студент. В местном университете. Дрянное местечко. Пойло тоже.       Учиться несложно. Правда. Твику учёба всегда давалась относительно легко. Кроме физики. Возможно, его мозг просто для неё не предназначен. При чём тут физика!?       Учишь. Зубришь. Рассказываешь. Показываешь. День за днём. А каникулы проводишь с книгами. Как сейчас.       Общаться сложно. Твик так и не смог подружиться ни с одним одногруппником. Да и чёрт с ним.       И отношений нет. Но насчёт них Твик не волнуется. Он вообще никогда не любил. Ни разу его слабое сердце, готовое лопнуть от любых физических нагрузок, не коснулась волна любовного волнения. Ни. Разу. Да и плевать. Не вешаться ведь на каждого встречного-поперечного? Не вешаться. Действительно.       Родители далеко. Очень. Твик специально из всех подходящих университетов выбрал тот, к которому Хелен и Ричард Твик никогда не решатся отправиться, дабы навестить сына. Отец - урод. Мать - слабачка. Твик понимает, что, возможно, это неправильно. Но накачивать своего ребёнка наркотиками, вместо помощи и внимания заливать ему в глотку раскалённый и отвратный кофе и вообще не переживать за его состояние? Простите, вырвалось.       Отец - псих. Наверняка. Твик не психиатр, но то, что его отец - наркоман или ненормальный, видно издалека. Мать просто попала под его влияние. Никак не оправдывает, но помогает понять.       Работать тоже приходится. Твик получает солидную стипендию от вуза, но тратит почти всю на покрытие плат за учёбу. Работает баристой в небольшой кофейне, зажатой между двумя домами. А что? Кофе он готовит неплохо, люди там обычно языками чесать не желают. Платят достойно. Почему бы и нет?       Вот и сейчас Твик идёт на смену. Ноги утопают в снегу, а глаза недовольно щурятся из-за белоты сугробов. А небо всё такое же серое. Да и Бог с ним.       Твик любит мешковатую одежду. Правда. Одна из немногих вещей, за которые он благодарен родителям, это привычка покупать не красивую одежду, а тёплую и удобную. Да, возможно, что отсутствие стиля и вкуса не подразумевалось. Но Твику плевать. Свитер приятно защищает горло, не даёт замёрзнуть. На ногах шерстяные носки, на шее шарф, дабы точно не простыть. Шапка, перчатки. Всё, что нужно.       С наушниками Твик не ходит. Они нужны тем, кто боится остаться наедине с собственными мыслями. Твик давно не боится.       Кофейня уютная. Плюс-минус. Приглушённый тёплый свет, плакаты. Снять куртку, шапку. Надеть фартук. Подготовить место. И всё. Ждать клиентов.       Возвращается Твик поздно. С неба на шерсть шапки падают крупные белые хлопья. После смены он проносится по магазинам. Несёт домой пакеты с продуктами, новыми книгами и бесполезной ерундой для дома, которую всё ещё почему-то считает нужной покупать. У подъезда большой грузовик. Что он тут делает так поздно? Твик хмурит светлые брови и подходит ближе. Посмотреть внутрь машины. Внутри мебель, какие-то коробки. Новый жилец? Но почему утром или днём вещи не перенести? Глупость.       На своём этаже Твик замечает раскрытую дверь. Серьёзно? Этот кто-бы-это-ни-был занял квартиру той "душистой" бабки? Невероятно. Пока она была жива, в её квартире стоял отвратительный запах. Какой аромат там сейчас, учитывая, что труп старушки пролежал нетронутым несколько дней, Твик не представлял.       Задумчиво потерев нос, Твик сел на кресло и потянулся. Слева в одной квартире дедок, тихо доживающий свой век, в другой трудоголик, постоянно находящийся в командировках. Тихий этаж, в общем-то. Миссис Малусодо́р тоже не особо шумела. Твик надеялся, что новый сосед тоже будет тихим.       Желания пить не было.       Сон объял внезапно. Схватил за горло и утянул в неясную дымку. На утро будет болеть голова.