день номер пятьсот восемьдесят два

То был один из хмурых и пасмурных майских вечеров. Пятница, последний учебный день на этой неделе. Можно сказать, повезло — на следующий день не нужно было снова идти в школу; уроки отменили. Коко не поддерживал бурного ажиотажа одноклассников по поводу окончания уроков во время сборов домой. И он, и Инуи держались как-то в стороне; в классе Сейшу приняли нормально, ничего такого не происходило. Одноклассники довольно быстро поняли, что Хаджиме и новенький подружились. Даже тот самый задира с задней парты не пытался подкалывать ни одного, ни другого. Что не могло не радовать. Сейшу хотелось спать — наверное, это всё влияние погоды. Но он с радостью согласился бы провести время вместе с Коко после уроков, если тот что-то предложит. А пока они молча натягивали куртки, чтобы потом выйти из школы и не замёрзнуть от ветренных порывов. Коко не стал мучится с замком; только сунул руки в карманы чёрной ветровки и поправил свой рюкзак на одном плече. А Инуи точно знал о том, какой ветер за пределами школы и вообще в целом какая там погода. Поэтому свою белую лёгкую куртку он застегнул. — Эй, а ты не замёрзнешь? — Сейшу не мог не озвучить свой вопрос вслух, адресуя его единственному слушателю. — Да там же тепло так-то, — как-то даже беспечно ответил Коконой. Он правда не думал о погоде — он думал о том, как бы быстрее выйти из школы и прогуляться с Инуи. — Ну ты, конечно, смотри сам, но я думаю, что ты не прав, — Сейшу поправил капюшон ветровки и сунул руки в карманы, как бы невербально продемонстрировав свою готовность идти. — Ха-ха, ладно, — Коко первым вышел из гардероба. Инуи поспешно последовал за ним, желая сократить расстояние и пойти рядом с другом. Очутившись на улице, Хаджиме понял, что Сейшу был невероятно прав: не слишком уж тепло сегодня было для майского дня, постепенно сменяемого вечером. Коко поёжился, немного дёрнул в сторону головой, но не слишком уж придал погоде значение. Они спустились со школьного крыльца. Зная, что по дороге прямо было быстрее дойти до дома, Коко всё равно всегда сворачивал вправо. Неважно, что так идти на минут пять, а то и десять дольше. Важнее было сначала проводить Инуи, а после идти домой самому. Однако в этот Хаджиме надеялся, что сегодня удастся избежать разлуки на целые выходные с другом. Да, с его, наверное, лучшим другом. Если Сейшу только согласится с предложение. Парни преодолели некоторое расстояние по школьной территории, покинули её через одни из возможных ворот. Кое-где асфальт был всё ещё мокрым после утреннего дождя. Гром на небе говорил о том, что совсем не долго некоторым кускам дороги ещё оставаться сухими: дождь снова обещал политься. Время неумолимо близилось к вечеру. Коко подумал о том, что гроза может застать район ночью. Потрясающая погода. Если сидишь дома, конечно. Один дома, в большой просторной квартире. Сидишь и ощущаешь, как тяжелеют твои веки от дикого желания провалиться в сон. Вслушиваешься в звуки за окном, в то же время игнорируя надоевшее пиликанье телефона: то ли это приходит сообщение-рассылка с прогнозом погоды, то ли ещё какая реклама. Скучно. Потому что ты один, так как никого дома на выходных и не будет. Стоп... Один? А может быть тогда... — Слушай, — у Коко появилась, как ему в действительности показалось, гениальная идея. — А что сегодня вечером делаешь? Молча шедший Инуи немного подумал, ненадолго подняв глаза, словно посмотрел куда-то наверх, а потом произнёс: — Да ничего такого. А что? — На утро у тебя есть планы? — Нет, а что случилось? — Сейшу всё никак не мог понять, к чему такие вопросы, а Коко пока что так и не отвечал. — Может быть, тогда... — Хаджиме помедлил, как будто бы за несколько секунд прикинул, каковы шансы того, что Инуи откажется от предложения. — Может быть, тогда ко мне в гости заглянешь? Заметь, ты ещё у меня не был, хотя дружим мы уже не первый месяц. Инуи сначала было удивился предложению, но потом задумался о том, что Коконой был прав. Они ведь действительно стали друзьями. Да, почему бы тогда не сходить к другу в гости? — Да, почему бы и нет? Довольно заинтересованный тон, каким была произнесена реплика, не могла не порадовать Хаджиме. Он искренне улыбнулся. Лицо Сейшу тоже озарилось улыбкой. Правда, немного усталой — как-никак выматывающая в течение недели учёба даёт о себе знать. — Всё равно тут не очень-то далеко идти, — констатировал Коко. Хотя, на самом деле, если судить по расстоянию, которое приходилось проходить от дома до школы, Хажиме жил дальше всех. Инуи же каждый день шагал по маршруту, который был раза в два меньше. Сейшу удивлялся, как Коконой умудрялся не опаздывать от слова совсем. Всё просто: последний уже давно рассчитал время, которое ему требовалось на дорогу со всевозможными погрешностями. Он никогда не опаздывал в школу. Никогда. Инуи, наверное, практически не бродил по дворам того жилого комплекса, который отделялся от его улицы и их школы большой дорогой. До знакомства с Коко, конечно же. Там стояли большие новые высотки, которые там же сочетались и с не очень высокими строениями. Многоэтажные дома буквально соседствуют с домами частного сектора. А там, где жил Сейшу, жилые здания были максимум в десять этаже. Инуи жил на пятом этаже, а Коко — на одиннадцатом. Сейшу мог лишь только предполагать, какой вид может открыться с более высокого этажа. И он был бы не против увидеть его своими собственными глазами. Хорошо, что появился такой шанс. Коко же был уверен, что рано или поздно Сейшу придёт к нему в гости. Принесёт частицу своего тепла в холодную квартиру. Сделает её не такой пустой. Хотя бы на один вечер. Для того, чтобы дойти до многоэтажки, в которой жил Хаджиме, необходимо было пройти мимо дома Сейшу, повернуть налево, чтобы выйти на длинную дорожку для пешеходов, прерываемую проезжей частью со светофором там, впереди. Именно такой маршрут и был выбран. Минуя старые подъезды, друзья повернули влево. Они перемолвились несколькими фразами по поводу сегодняшнего поведения школьных хулиганов. Коко искренне не понимал, как можно тратить на такие глупости энергию; а Сейшу элементарно не хотел ввязываться в драки где-то в школе. Хотя если это было бы где-нибудь за школой, то он бы ещё подумал. Если действительно нужно, то всегда пожалуйста. — Хочешь, может быть, в магазин зайдём? Инуи сначала посмотрел вперёд — на пути действительно стоял небольшой продуктовый. Потом он посмотрел на Коко и легонько толкнул его локтем, расплываясь в улыбке. — Я вообще-то первый хотел предложить! — Ну вот видишь: у нас уже одни и те же мысли на двоих! Снова улыбнувшись Сейшу, Коко вдруг задумался о том, что он не помнит, когда он ещё так часто улыбался, как в эти месяцы, которые скрашивал Инуи. Продуктовый магазин небольшой, совершенно обычный. С зелёно-оранжевой вывеской и каким-то белым значком, иллюстрирующий символ фирмы. Они редко туда заходили после школы именно вместе — всё потому, что Сейшу сворачивал домой намного раньше чем магазин встречался на пути. Мимо магазина прохаживал только Коко. И нет, это даже не то место, где произошла их первая встреча. Внутри, на магазинных полках был представлен покупателям довольно широкий выбор продуктов: от молочных изделий до чего-то сладкого или «вредного». Коко непроизвольно немного придержал дверь, пока Инуи заходил внутрь, а после зашёл сам. Они миновали полки с конфетами, обогнули молочку и хлебобулочные изделия и наконец достигли полки с чипсами и газировкой. Коко засматривался на свои любимые чипсы от фирмы «Calbee»; в этот раз парню приглянулась пачка со вкусом классического соевого соуса. Это должно было быть чем-то сладковатым, а ещё и с небольшой горчинкой, скорее всего. Выбор Инуи пал на привезённые из-за границы начос. Хаджиме не особо понимал, чем и вообще почему эта закуска так нравится другу, потому что вкус иногда казался своеобразным; но это не мешало Коко иногда тянуть из пачки Сейшу то один, то другой кукурузный треугольник. И газировка, конечно. Куда без неё? Очень, очень вкусно запивать хрустящие кусочки из ярких, разноцветных пачек сладкой жидкостью, которая даже немного забавно покалывает нос, когда подносишь стакан к губам. Здесь же всё до банальности просто — «Coca Cola». Тот самый любимый сладкий напиток. Коко попросил Сейшу подержать бутылку и пачку начос, а сам, зажав в одной руке упаковку чипсов, пальцами другой руки полез шарить по карманам, чтобы найти кошелёк. А после движением головы показал в сторону кассы, где нужно было бы им встать в очередь. Когда кассир уже было заканчивать пробивать товары, Инуи будто опомнился и сам полез за своим кошельком. Только вдруг рука Хаджиме его остановила. — Я заплачу, не переживай, — произнёс парень. Сейшу же, на самом деле, не очень-то и переживал; скорее, наоборот, был в шоке, что Коко решил так поступить. Он медленно взял свою пробитую пачку и бутылку газировки, до конца, видимо, не понимая, что́ только что произошло. — Опережая все твои вопросы, задам встречный: почему, думается, я не могу так сделать именно так, как сделал? Угостить тебя, своего друга чем-то вкусненьким? Коко довольно быстро направился к выходу: не терпелось уже попасть домой, из-за чего планировалось как можно быстрее преодолеть всё оставшееся расстояние в объятиях не очень-то благополучного вечера с точки зрения погоды. Немного опешивший Инуи в очередной раз ускорил свой шаг, чтобы за ним поспеть. От магазина оставалось пройти где-то такое же расстояние, что и до него. Перед пересечением проезжей части пришлось подождать где-то секунд сорок на светофоре. — Давно ты тут живёшь? — Сейшу вроде как никогда не задавал этот вопрос, а сейчас появился довольно обоснованный повод, чтобы вспомнить о нём и, соответственно, озвучить. — Лет восемь назад переехали. — Здорово!.. После перехода через дорогу перед Сейшу постепенно, словно грибы, вырастали то десяти-, то четырнадцатиэтажные здания. Он удивлённо смотрел по сторонам. Некоторые дома выглядели даже относительно недавно построенными, какими-то свежими. И вот Инуи теперь мог поближе рассмотреть дом, в котором находилась квартира Коко. Визуально совершенно обычный, ничем таким не отличающийся четырнадцатиэтажный дом. Взглянув на строение немалой высоты, Сейшу искренне понадеялся на наличие лифта внутри. Иначе на одиннадцатый этаж после выматывающих школьных занятий было бы очень трудно подняться. К счастью, надежды парня оправдались: лифт действительно работал. Когда двери кабины закрылись, Коко притянул к себе рюкзак, чтобы из маленького кармана выудить ключи, с чем он успешно справился. Сейшу осматривал кабину: не то чтобы он никогда не ездил на лифтах — в случае расположения его квартиры это было не особо уж и обходимо, а так он редко бывал там, где нужно было пользоваться лифтом. Поэтому Инуи безмолвно порадовался возможности лишней раз прокатиться — почему бы и нет? Это лучше хождения по лестнице. С непривычки из-за подъёма кабины всё выше и выше стало закладывать уши. Коко посмотрел на немного растерявшегося из-за этого факта друга и невольно ухмыльнулся. Это было забавно. Однако он подсказал, что если сглотнуть слюну, то ощущение заложенных ушей пропадёт. Так оно и случилось, на самом деле. Лифт очутился на нужном этаже. На площадке было не так уж и светло, однако Хаджиме наизусть знал, куда идти и в какую замочную скважину вставлять один из двух ключей от входной двери. Как только дверь распахнулась, Инуи очутился в довольно просторной квартире, планировка которой отличалась от той, где проживал он. Здесь было две комнаты, большая кухня, ванная, туалет и большая прихожая, в которой парни первым делом и очутились. — Ты проходи, не стесняйся, — проговорил Коконой, который в свою очередь поторопился расправиться с обувью и курткой быстрее, пока Сейшу заинтересованно рассматривал всю обстановку; пригласивший это сделал для того, чтобы успеть обойти площадь квартиры и, в случае чего, прибрать то, что лежит не на своём месте. Блондин заинтересованно смотрел на белые, даже какого-то светло-голубого оттенка стены, на которых висело минимальное количество фотографий; увидел расправленный светло-серый ковёр зала, куда Сейшу по инерции прошёл сам. Коко же чем-то шумел на кухне: вероятно, искал стаканы под газировку. Тут вдруг парень направился к выходу из большой комнаты для того, чтобы озвучить свой вопрос: — Слушай, а где у тебя можно руки помыть? Хаджиме, который тем временем, приподнялся на цыпочки, чтобы добраться до самых верхних шкафов и взять оттуда стаканы, оглянулся через плечо и, продолжая придерживать дверку шкафа, ответил: — Можешь здесь, на кухне, а можешь в ванную пройти, которая за стенкой относительно зала. Немного поразмыслив, Сейшу решил отправиться в ванную; заодно и полюбопытствовать, посмотреть, как там всё обустроено. Хотя ничего необычного обнаружено не было: стиральная машина стояла напротив раковины, над которой висело зеркало. Они занимали правую и левую стенку от входа; напротив входной двери стояла сама ванна. Инуи включил воду, капнул жидким мылом на руки и в процессе мытья рук невольно начал рассматривать своё отражение в зеркале. После его взгляд упал на зубные щётки, которые стояли в стаканах из матового стекла. Всё как у всех, конечно. После тщательного мытья рук Сейшу вернулся в большую комнату с диваном перед небольшим телевизором. Коко же достал откуда-то небольшой простенький столик, на который водрузил две тарелки, с начос и чипсами, а также поставил стаканы с шипящей газировкой. На пол поставил ещё и на две трети полную бутылку. Когда блондин устроился на диване, Хаджиме направился к полке перед телевизором, на которой лежали кассеты с фильмами. Перебирал, перебирал внимательно и вдруг всё-таки остановил свой выбор на одной. — Что думаешь насчёт американской версии фильма «Звонок» две тысячи пятого года выпуска? — Коко непосредственно продемонстрировал кассету Инуи. — Это тот, который про какую-то страшную женщину, которая вылезает из телевизора? Коко хитро сощурил глаза, глядя на Сейшу, и проговорил с загадочной улыбкой, вытряхнув кассету из тонкой коробки: — Именно. Он вставил кассету в проигрыватель, после чего взял пульт для того, чтобы включить телевизор и запустить фильм, а потом опустился на диван, подминая одну ногу под себя. Сейшу сначала было напрягся, но потом подумал о том, что навряд ли этот ужастик начнётся сразу же с жутких скримеров, после чего расслабился и упёрся лопатками в мягкую спинку дивана, не заметив расположившуюся буквально за его шеей руку Коко. Потом, на секунду будто бы отчего-то опомнившись, парень резко потянулся вперёд за тарелками с закусками. Он вручил тарелку с чипсами Хаджиме, а начос прибрал поближе к себе. Фильм шёл и шёл; Сейшу, что для него самого было удивительно, неотрывно смотрел на экран, поглощённый событиями киноленты. Он доставал свои съедобные треугольники, даже не смотря в тарелку. Коко тоже хрустел чипсами; только вот он изредка переводил взгляд с экрана на Инуи и назад. С экрана на Инуи и назад. Иногда казалось, что последний переставал дышать. В какой-то момент Хаджиме решил сменить позу, так как рука, покоившаяся на спинке дивана, начала затекать. Поэтому он убрал её, взяв тарелку с чипсами теперь двумя руками, сложил ноги «по-турецки» и сел так, как Сейшу. И чуть ближе к Сейшу. Интерес к событиям фильма вёл борьбу с желанием провалиться в сон: очень и очень хотелось спать. Инуи чувствовал, как его веки постепенно тяжелеют. Однако же кульминационный момент, связанный с личностью Ричарда Моргана, заставил Сейшу неплохо так вздрогнуть и от неожиданности события и для собственной неожиданности в том числе схватить правое предплечье сидящего рядом Коко. — Да ла-адно тебе, — полушёпотом успокаивающе проговорил друг, — зато сейчас они всё узнают... Слова действительно подействовали должным образом и произвели ожидаемый эффект. Однако чем ближе был конец фильма, тем больше Сейшу хотелось спать, правда. Хотелось спать так, как в то же время хотелось досмотреть и фильм. Больше ничего особо страшного не было. Наверное, последнее, что точно увидел Инуи — кадр, где главная героиня с сыном снова что-то пытались предпринять, что-то сделать со зловещей кассетой. Но ещё дольше со сном он бороться не мог. Тело расслабилось — Сейшу уснул, немного откинувшись на спинку дивана и частично касаясь щекой плеча друга. Коко этого не смог не почувствовать. Он аккуратно посмотрел вправо — Сейшу и правда уснул. Но в не очень удобной позе: что для одного, что для второго. Хаджиме не хотел нарушать его сон. Вместо этого, насколько сделать это ему могло позволить нынешнее положение, парень взял практически опустевшие тарелки и опустил их на пол. Он дотянулся до пульта и нажал кнопку, погружая комнату в темноту, нарушаемой лишь какими-то более светлыми оттенками ночи, которые просачивались с улицы через окно. Когда стало в комнате темно, Коконой вдруг сам осознал, как сильно он утомился. Поэтому не стал ничего предпринимать для того, чтобы улучшить их с Инуи положение. Хаджиме лишь сам опустил свою голову поверх покоившейся на его плече головы Сейшу. И тоже провалился в сон.