Баллады о волках

       — Кабаре? — Витольд поднимает глаза на пожилого мужчину. Тот ни свет, ни заря явился к ним домой, переполошив всех с самого утра. Сигарета в руках юноши продолжала спокойно гореть, наполняя комнату горьковатым запахом. Документы в руках ему почему-то показались не более чем, какой-то ошибкой. Кассия, что старательно натягивала тёплый платок на плечи, глядела на журнальный столик и не могла ничего понять.       — Да, мистер Новак. Ваш отец завещал вам это кабаре. — сухо и даже отстраненно отвечает нотариус, пока молодой оборотень вчитывался в каждую строчку.       Смерть Филиппа Новака была слишком неожиданной. Особенно для его семьи. Верить в это попросту не получалось, ведь все выглядело, как и эти бумаги, фальшивым.       Вито снимает очки, устало потирая покрасневшую переносицу.       — Хорошо, спасибо… — выдыхает он, пропуская мимо ушей то, что нотариусу пора уходить и бумаги лучше подписать в ближайшее время.       Дверь за мистером Филдом с глухим рокотом закрывается, пока Витольд переглядывается с сестрой тревожным взглядом.       — Папа не говорил ничего о кабаре… — задумчиво протянула Кассия, размеренным шагом подходя к брату и перехватывая у него из рук завещание. Витольд же будто заторможенно никак не мог принять то, что отец скрывал от них что-то. Неважно какую ценность и размер это что-то имело, сам факт очень неприятно облеплял холодным потом.       Хотелось выйти на воздух, что Вито и сделал. Он вышел на крыльцо, где присев на ступени глубоко вдохнул морозный воздух и выдохнул. Тот обдувал лицо и плечи, забираясь не только под тонкую рубашку, но и в стены особняка. Тот завывал непонятные мотивы, пока ставни слегка покачивались взад и вперёд. Раньше Витольда очень успокаивал ветер, особенно когда его порывы были настолько сильными, что тот стоял в ушах.       Только вот раньше ветер уносил нежеланные мысли и заботы, но не теперь. Теперь шум ветра приносит тревогу.