Четыре раза, когда Е Цзунь поссорился с Чжу Хун и один раз, когда они нашли общий язык

Один. Нужно было умереть, чтобы нормально поговорить с братом. Е Цзунь надеялся, что в новой жизни они снова станут близнецами, только на этот раз их не разлучат, что следующая жизнь будет счастливее. И что он не вспомнит прошлую жизнь. Тем неприятнее было проснуться под писк мониторов. Даже не открывая глаз, он понял, что находится в больнице. Хорошая новость — брат лежал на соседней кровати и, кажется, ещё не пришёл в себя. Плохая — вместе с ними в палате лежал ещё и Чжао Юньлань — вечная заноза в заднице! Ну почему он не сдох?! Е Цзунь отделал его так, что он не должен был выжить! Он даже хотел встать и придушить его подушкой. Остановило то, что это плохо скажется на взаимоотношениях с братом, которые хотелось бы наладить. Ну и немного то, что стоило попытаться встать — закружилась голова, а путь до соседней кровати казался непреодолимым. Е Цзунь откинулся на подушки и прикрыл глаза. *** В следующий раз его разбудили приглушённые голоса. Шэнь Вэй сидел на кровати Чжао Юньланя, держа его за руку. Они что-то обсуждали — Е Цзунь не вслушивался, — но смотрели друг на друга так, будто готовы наброситься друг на друга с поцелуями. — Я вам не мешаю? — прервал их воркование Е Цзунь. — Диди, ты проснулся! — Мешаешь, но больница переполнена, так что придётся потерпеть. Это было проще, пока ты молчал. — Чжао Юньлань! — мягко упрекнул Шэнь Вэй. — Вы двое отвратительны, — буркнул Е Цзунь. — Снимите номер! — Как только отпустят — первым делом. Хотя зачем, у меня есть квартира, у Шэнь Вэя есть квартира… номер придётся снять тебе. — Гэгэ! — возмутился Е Цзунь. — Диди, — Шэнь Вэй выпустил руку Чжао Юньланя, встал и поморщился, но подошёл к Е Цзуню и обнял его. — Я очень рад, что мы все вернулись. Начать новую жизнь с тобой — это здорово, но ещё лучше попытаться наверстать упущенное в этой. — Не очень-то ты рвался пообщаться с братом, — проворчал он, отвечая на объятия. — Воркуешь со своим бородатым! — Диди, — Шэнь Вэй погладил Е Цзуня по спине. Семейную идиллию прервала медсестра. — Это ещё что за разброд и шатание?! — строго спросила она. — Что непонятного в словах "постельный режим"?! К нарушителям не допускаются посетители, даже если они махают удостоверениями! — Посетители? — удивился Е Цзунь, он никого не ждал. — Прошу прощения, — Е Цзунь фыркнул, увидев, как у Шэнь Вэя покраснели уши. Он перебрался в свою кровать и принял смиренный вид. В палату заглянули сотрудники спецотдела, Е Цзунь даже не пытался запомнить, кто из них кто. Парень, которого он поглотил, неловко переминался с ноги на ногу, дисинец сурово стоял возле кровати Чжао Юньланя, склонив голову и виновато косясь на Шэнь Вэя. За его рукав цеплялся ещё один — малыш, который пытался сопротивляться ему. Интересный парнишка. Самый смелый в этой компании резво запрыгнул на кровать и, превратившись в кота, устроился на груди Чжао Юньланя. Шэнь Вэй нахмурился. Чжао Юньлань почесал кота под подбородком и спихнул с себя. — Слезай, толстяк. — Я — десятитысячелетний кот! Вершина эволюции! А ты обращаешься со мной, как с каким-то дворовым котёнком! — возмутился тот, превратившись в человека. Но с кровати не слез. Морщинка между бровей Шэнь Вэя стала глубже. Е Цзунь злорадно ухмыльнулся. — Что ты ухмыляешься? — прошипела девушка, её глаза сверкнули красным. Змейка. Дралась неплохо. Конечно, ему она не соперница. Если бы не Шэнь Вэй… — Опять задумал какую-то гадость? Я тебя насквозь вижу! — О, неужели змеи обладают рентгеновским зрением? Не знал о таких способностях. И что, какое ребро у меня сломано? — Ты! Я тебе сейчас все рёбра переломаю! — она сжала кулаки. — Полегче, сестрёнка, думаешь, если я в больнице, то не смогу противостоять тебе? Я надеру твою хорошенькую задницу! — Не смей звать меня сестрёнкой! — Чжу Хун тыкала в него пальчиком. — И не пялься на мою задницу! Ты! Ты отвратительный, мерзкий… — Минуточка закончилась, — медсестра опять появилась в самый неподходящий момент. Е Цзунь уже почти придумал достойный ответ этой девчонке, и тут такая незадача. — Можете прийти завтра, но не всей толпой, больным нужен покой. — Сестричка Хун, почему ты пятишься задом? — удивился Чжао Юньлань. Е Цзунь расхохотался. Девчонка снова сверкнула глазами, но не развернулась, так и дошла спиной до двери и скрылась из виду. — Маленькая змейка показала зубки, — хмыкнул Е Цзунь. “Она мне нравится”, — подумал он про себя. Два. Е Цзунь скучал. Иногда он даже жалел, что так здорово навалял Чжао Юньланю, ведь теперь того каждый день водили куда-то на процедуры. Брат под предлогом помощи врачам таскался вместе с ними. Шэнь Вэй отказывался выписываться из больницы, пока оттуда не выпустят Чжао Юньланя, а Е Цзунь не хотел выходить отсюда без брата. И вовсе он не боялся — несмотря на поражение, он всё ещё оставался сильнейшим дисинцем. Его смогли одолеть только совместными усилиями, значит, он самый сильный. Ну, может быть только немного уступает брату. А может и нет. Впрочем, выяснять это Е Цзунь пока не планировал. Одним словом, ему совершенно нечего было бояться, просто что делать одному? А в больнице можно было подоставать Чжао Юньланя, послушать сплетни из спецотдела, позлить змейку. Как назло, она больше не приходила. Гении из спецотдела, видимо, устроили жеребьёвку, и каждый день приходил кто-то один, чтобы злющая медсестра не выгоняла их. Дразнить Чу Шучжи Е Цзунь не решался. Он, конечно, сильнейший, но давно не практиковался. Сяо Го не реагировал на его подначки и только интересовался, чем может помочь. Противный святоша. Разозлённый Да Цин превратился в кота и так саданул когтистой лапой, что медсестре пришлось промывать рану и накладывать повязку, потом она ещё долго возмущалась, кто додумался притащить домашнее животное в больницу. Линь Цзин предложил продемонстрировать наручники, блокирующие тёмную энергию. Чжао Юньлань сразу записал Е Цзуня в добровольцы, пользуясь тем, что Шэнь Вэй отлучился. Когда Е Цзунь пожаловался брату, что тут его все обижают, Чжао Юньлань принял невинный вид, а Шэнь Вэй предложил ему поехать домой и спокойно отдохнуть. Никакого понимания в этой семье. Е Цзунь надулся и до вечера ни с кем не разговаривал. Эти мерзавцы даже ничего не заметили. Воспользовавшись тем, что Чжао Юньланя опять увели куда-то, Е Цзунь забрал его телефон — надо же знать, что делается в мире. А Чжао Юньлань сам хорош, начальник спецотдела, называется. Никакого пароля, хоть бы отпечаток пальца поставил или распознавание лица. Или дату своего дня рождения — хоть какая-то загадка. Незапароленный телефон — это же буквально приглашение воспользоваться им. Сперва Е Цзунь изучал новости, но скоро ему стало скучно. Город восстанавливали после разрушений, люди возвращались к своей жизни. Е Цзунь на пробу залез в контакты, нашёл Чжу Хун, полюбовался аватаркой. “Всё-таки змейка хороша”, — подумал он и написал сообщение в шутливом тоне, типа давно не видел, почему сестричка Хун забросила своего друга в больнице. А если она прихватит что-нибудь вкусненькое, то он будет просто на седьмом небе от счастья. И не забыл указать время, когда у Чжао Юньланя точно будут процедуры. Надо же как-то бороться со скукой. Как и ожидалось, на следующий день Чжу Хун вошла в палату с контейнерами. Е Цзунь принюхался: пахло вкусно. — Лао Чжао? — позвала она, окинув палату недоумённым взглядом. — Где он? — Не знаю, — Е Цзунь пожал плечами. — То ли массаж, то ли физиотерапия под присмотром моего брата. Гэгэ глаз не сводит со своего сокровища. — Тогда зачем он попросил приехать в больницу и привезти ему еду? — Чжу Хун всё ещё неуверенно улыбалась, пытаясь понять, где ошиблась. — А с чего ты взяла, что это был он? — Е Цзунь с интересом наблюдал, как растерянность сменилась яростью, улыбка сползла с лица Чжу Хун, глаза сверкнули красным, под цвет платья, губы сжались в тонкую линию. — Ты! — Ну да, разве я не подписался? Думаешь, твой Чжао Юньлань написал бы подобное? Да он же кроме моего брата не видит никого и ничего! — Да, действительно, как я могла подумать, что мне пишет лао Чжао, если сообщение пришло с ЕГО ТЕЛЕФОНА! — Но у меня нет своего, как-то не нужен был раньше. А если бы и был, там нет твоего контакта. — Ты… — Я специально написал “друга”, я точно помню! Вот, можешь проверить, — Е Цзунь достал из-под подушки телефон Чжао Юньланя — этот олух даже не заметил пропажи! — Вот, — он ткнул пальцем в экран. — Видишь?! — Кто твой друг?! — возмутилась Чжу Хун. — Разве я не твой друг? После всего, что между нами было?! О, — он схватился за грудь. — Ты ранишь меня в самое сердце! — Ты гадкий… — Ты это уже говорила, придумай что-нибудь новенькое. И раз уж всё равно пришла, не пропадать же еде! Чжао Юньлань вернётся не раньше чем через час, всё уже остынет. Что ты там принесла? Чжу Хун ехидно улыбнулась. Е Цзунь посчитал, что это хороший знак. — Хочешь узнать, что я принесла? Рисовую кашу с морепродуктами, — она открыла контейнер и вылила кашу на голову Е Цзуню. — Наслаждайся, — круто развернулась на каблуках и вышла. — Отличная задница, — крикнул вслед Е Цзунь, слизывая стекающую по лицу жидкую кашу. — Горячая штучка. Три. Е Цзунь надеялся, что после выхода из больницы сможет больше времени проводить с братом, но оказалось, что брата он видел только ночью, да и то не всегда. Шэнь Вэй разрывался между обязанностями Посланника, профессора университета и консультанта в спецотделе. Кажется, на личную жизнь времени у него тоже не оставалось. Даже если удавалось встретиться с Чжао Юньланем за ужином — иногда Шэнь Вэй приглашал соседа к ним — они обсуждали дела. — Вы слишком хорошего мнения о министре Го, — авторитетно заявил Е Цзунь. — То, что его племянник — сотрудник спецотдела, не делает его другом дисинцев. Политик — всегда политик, и в первую очередь думает, как прикрыть собственную задницу, а уже потом — как помочь людям. — Раз такой умный, предложи свой вариант, — огрызнулся Чжао Юньлань. — Министр Го — лучший вариант. — Из имеющихся, — Е Цзунь скривился. — Разумеется. — Значит, с ним будет разговаривать Шэнь Вэй, но не как профессор Шэнь, а как Посланник в чёрном. Люди узнали о существовании дисинцев, теперь нужно развеять страшные сказки и показать, что дисинцы и яшоу — такие же люди, только немного другие. И что дружить с нами может быть полезнее, чем враждовать. А я поговорю с регентом. Брат слишком мягкий, за столько лет так и не смог приструнить эту скользкую гадину. — Опять же, он был лучшим из имеющихся вариантов. — Ты просто не пытался найти другого кандидата. — Просто Шэнь Вэй был занят, разбираясь с твоими происками. — Это несущественные детали, к тому же дела прошлые. Не важно, кто виноват, сейчас надо решить, что делать. Регента я беру на себя. — О, — многозначительно кивнул Чжао Юньлань, но возражать не стал. Е Цзунь засчитал это своей маленькой победой. После этого разговора он как-то незаметно влился в жизнь спецотдела. Когда он появился на пороге в первый раз, работа замерла. — Что он здесь делает? — спросила Чжу Хун. — Помогает нам. — Я против! — возмутилась она. — Сестричка Хун, — Чжао Юньлань взял её за плечи, и Е Цзунь скрипнул зубами. Что за манера лапать всех подряд? Шэнь Вэй не одобрил бы подобного поведения! А он сейчас заменял брата. — Знаешь, что друзей надо держать близко, а врагов ещё ближе? — Раз сестричка Хун не признаёт меня своим другом, я готов стать врагом и держаться ещё ближе, — Е Цзунь оттеснил Чжао Юньланя плечом и сам приобнял Чжу Хун. — Ты согласна? — Будь другом и держись от меня подальше! — она оттолкнула Е Цзуня. — Как жестоко, моё сердце разбито! — Чжу Хун на этот пассаж только фыркнула. Четыре. — Это платье тебе не идёт. — Не помню, чтобы спрашивала твоё мнение. — И оттенок помады дурацкий. Слишком яркий для дневного макияжа. — Заткнись и работай. — И давно пора освежить стрижку. — Кто бы говорил! — Чжу Хун наконец оторвалась от экрана, смерила Е Цзуня презрительным взглядом и дёрнула за длинную прядь. — Твои волосы повсюду, я не могу надеть чёрное платье, потому что все будут думать, что здесь завёлся кот… — Вообще-то, здесь есть кот, — вставил Е Цзунь. — Вообще-то Да Цин не линяет, как ты! — возмутилась Чжу Хун. — Я услышал своё имя? — к столу Чжу Хун подошёл Да Цин с сушёной рыбкой в руках. — Тебе послышалось, — в один голос заявили Чжу Хун и Е Цзунь. — Простите, что помешал вашим брачным играм. — Заткнись, — Чжу Хун опять уставилась в монитор. — И всё-таки это платье тебе не идёт. — Сказал человек, который уже неделю носит один и тот же костюм. Кстати, цвет дурацкий. Он тебя бледнит. — О, значит, тебе не всё равно, во что я одет? И что же посоветуешь? — Е Цзунь устроился на краешке стола, не обращая внимания на гневный взгляд. — Вот ещё, делать мне больше нечего, — фыркнула Чжу Хун и застучала пальчиками по клавиатуре. — Ну, что ещё? Не все гадости высказал? — Я ошибся. Хорошее платье. Отсюда открывается прекрасный вид на декольте. Зря прячешь такое сокровище! — Хам, — Чжу Хун влепила Е Цзуню звонкую оплеуху. — А что я такого сказал?! Один. — Да они издеваются! — Е Цзунь испепеляющим взглядом смотрел, как Чжао Юньлань суёт в рот Шэнь Вэя креветку. — Надоели, — согласно кивнула Чжу Хун и потянулась за пивом. — Мы все уже давно поняли, что шеф Чжао занят, что профессор Шэнь помогает здесь не ради денег, зачем снова демонстрировать всем, как они счастливы? — Просто не могут держать руки при себе, — Е Цзунь повысил голос и заметил, как у Шэнь Вэя покраснели уши. Впрочем, руку с колена Чжао Юньланя он так и не убрал. — Отвратительно, — Чжу Хун осушила бутылку и потянулась за следующей. — Сняли бы номер! — Я давно им это говорю! — Е Цзунь стукнул своей бутылкой по её. — А Чжао Юньлань говорит, что номер нужно снять мне и что я злоупотребляю чужим гостеприимством. — Такое чувство, что все вокруг влюблены и счастливы, — Чжу Хун перевела взгляд на сяо Го, подкладывающего вкусные кусочки в пиалу Чу Шучжи. — Это дискриминация одиноких людей! — поддакнул Е Цзунь. — Они выглядят так, будто сейчас набросятся друг на друга и начнут срывать одежду! — А ты бы хотела на это посмотреть? — Что?! Ну, может быть… немного. А что ещё остаётся одинокой девушке? Ты меня напоил! Я ничего такого не имела в виду! — Ничего подобного, ты отобрала моё пиво, я не виноват! — Зачем спрашиваешь такие глупости?! — Чжу Хун снова припала к бутылке с пивом. — Вы ещё целоваться начните прямо тут, — крикнул Е Цзунь, тыча пальцем в Шэнь Вэя. — Только после вас, — Чжао Юньлань показал ему фак. — Тебе мастер-класс нужен? Это делается так! — Е Цзунь отобрал у Чжу Хун бутылку и прижал её себе. — Смотри и учись, второй раз показывать не буду! — Что ты творишь?! — Чжу Хун пыталась возмущаться, но Е Цзунь не обращал внимание на попытки сопротивления, накрыл губы своими, проник языком в рот. Вскоре она перестала сопротивляться и начала отвечать, обвила руками плечи Е Цзуня, прижалась теснее. Некоторое время спустя Е Цзунь осознал, что они лежат на диване, блузка на Чжу Хун наполовину расстёгнута, юбка смята, а она сейчас борется с пряжкой его ремня. И, судя по тишине, они остались одни в спецотделе. В каком-то смысле это даже лучше, чем номер.