Два года после прибытия путешествиника...

Крио двуручник за два года со времён прибытия путешественика в ли юэ не много то и изменился, всё также отдаёт предпочтение потратить свободное время на тренировки, старается подавлять энергию ян, носит довольно свободную одежду и вырос всего на сантиметров 10, зато чуть отрастил волосы, это стало причиной частого наличия на них милых, в каком-то роде красивых/изящных заколок от знакомых. Син цю же по мнению светловолосо паренька совсем не поменялся, ростом равный ему, предпочтения те же, всё так же является эталоном садизма и любителем издёвок над ним, подколы писателя не были жестокими, но до сих пор вызывали нервный тик у Чун юня, то подложит что то острое в еду, то сьязвит, самого любителя книг очень смешила реакция друга. Сказать что экзорцист сильно злился или надолго обижался после подобного нельзя, да и не смог бы, при одном взгляде на собеседника сердце отказывалось не прощать его. Недавно в очередной раз шутя над Чун юнем писатель немного перегнул палку заставив того чуть ли не плакать, в последствии чего решил пригласить светловолосого на обед в "три чашки в порту" за свой счёт, хоть место и не самое дорогое, но от бесплатной еды парень не отказался, поэтому сейчас собирался на тот самый обед, он только вернулся с тренировки и выглядел очень уставшим, руки заплетались стараясь аккуратно застегнуть кофту и заплести хоть самый простой хвостик, даже идя по улице к месту назначения было жарко, вдобавок к его уставшему состоянию это было убийственное комбо, так что как только Син цю увидел того, приуныл. - Даже твои тренировки и стремление стать лучше не оправдание такому. - тяжело вздохнув сказав это, писатель взял светловолосого под руку и помог дойти до дома. Акуратно положив полу-бессознательное тело на кровать, сам присел около неё. Немного посмотрев на красное лицо друга любитель книг вышел за мороженым предупредив друга. Это было довольно близко, да и покупка уже готового заняла не много времени, так что тот скоро пришёл обратно, отдавая еле сидячему экзорцисту мороженое. Лицо вспотевшего, краснючего Чун юня при дневном свете проникающим через полу открытое окно было крайне красивым, сам Син цю увидев подобную картину замер прикрывая рот и теперь такое же раскрасневшее лицо как у человека напротив. Ему правда нравилась подобная сцена, не сказать что описать её в точности на бумаге он не мог, но писатель искренне пожалел что не в силах зарисовать это. Заметив странный замерший на нём взгляд экзорцист повернулся с недопониманием и еле держа глаза открытыми, теперь он выглядел забавно мило, это вызвало у Син цю смех из-за чего Чун юнь только больше удивился вдобавок возмущенно покраснев. В душе он был рад что даже спустя несколько лет дружбы они могут беззаботно проводить время вместе, наткнувшись на такие мысли парень взял писателя за подбородок мимолётно поцеловав в губы. Первый его поцелуй, это было видно и по невинности поцелуя и по резкой реакции когда тот осознал что сделал, он попытался отстраниться, но Син цю не дал схватив его за руку и поцеловав, на этот раз углубив поцелуй добавив язык, Чун юнь не был против, полностью расслабившись. Спустя буквально пару минут парни отстранились после чего руки писателя потянулись к штанам светловолосого немного запутавшись в одежде, немного стянув их вместе с трусами тот начал окуратно проводить рукой по всей длине изредка задевая головку, заставляя экзорциста ещё больше смущаться, старательно закрывая лицо ладонью. Почувствовав приближение разрядки Чун юнь подвинулся практически впритык к Син цю, заставив тем самым его немного остановиться, а сам оттянул край шорт и трусов чуть вниз, достал член (друга?) и добавив свою руку продолжил его действия на что синеволосый начал расцеловывать другого, начиная от шёк и спускаясь к ключицам, туда куда позволяла кофта голубоглазого. Спустя пару секунд оба кончили стараясь не шуметь из-за открытого окна, живя даже на втором этаже семейного дома полную шумоизоляцию ещё никто не обещал. Было ещё светло, но немного вечерело, на улице было уже не так жарко, а люди меньше шумели за окном, парни всё ещё валялись на кровати довольные разцеловывая друг друга.