Лес таежный кругом встанет

—Ну-ну, а по тебе видно. —Ромка взглотнул. Знал бы Петров, что на самом деле оседает в глубине его души, потом бы говорил. Хотя, пусть лучше верит в то, что ему и вправду нравится Морозова. Меньше подозрений.. Но даже если так, то долго он это скрывать не сможет. Настанет момент, когда придётся признаться в своих чувствах Петрову. С этими мыслями, шатен поднял голову и посмотрел на мрачное, тёмное и тоскливое осеннее небо, что так было похоже на его жизнь.Антон хмыкнул и повернулся к ребятам спиной, подымая с земли свой портфель. Рома отвёл взгляд, пытаясь придумать хоть что-то. —Че видно то? Ну да, я красивый. Что ты ещё видишь такого? —Ну наконец-то! Рома сумел перевести тему и поставить Антона буквально в неловкое положение... Ну, так подумал Пятифан. На первый взгляд можно было увидеть вопросительные бегающие с места на место глазки, которые пытались скрыться в проходе в школу. Но с другой стороны.. —А ты чего так резко тему перевёл? На себя любимого перескочил? — Антон улыбнулся, да не обычно как-то .. По звериному наверное. От этого бурят закашлял, а Ромку чуть страх в гроб не свёл. И че делать? О секрете Ромки знал только Бяша, и то Пятифан его в подробности не посвящал. Шатен сделал шаг вперёд и сжал кулаки. —А тебе то че? Петров, я смотрю ты в последнее время слишком много пиздишь. Может тебе рот заткнуть? — От этого Антон захлебнулся недовольством. Но с таким Ромкой говорить без толку, он даже слушать не будет, проще спасаться бегством, или, может быть, совершить нечто ужасное.. —А ты чего меня затыкаешь? Я тоже человек, имею право на слово. Только не понимаю я, что ты так от этого "слова" завёлся? —завтра сразу после школы на этом же месте. Усёк? — Рома словно пропустил слова зайчика мимо ушей. Но Антон кивнул, попрощался с Бяшей и пошёл по тропинке домой. Дорога была довольно простой и ничем не примечающей . Лишь только мысли о завтрашнем дне интересовали Петрова, от чего тот интригующе тёр ладони друг об друга. Ну ничего, до завтрашнего дня осталось совсем немного.. Да и время быстро летит. Идя по лесу, Антон оглядывался по сторонам. Деревья, с которых сыпались листья желтоватого охрового цвета, и без них стволы казались такими жутким и и корявыми, будто ребёнок случайно провел несколько линий не ровно от того, что сосед по парте дернулся и ткнул своим локтем в художника. В последнее время по утрам часто везде был иней, а ещё немного погодя, появлялась роса. Ну, признаки наступающей из-за угла осени. Но чем быстрее приближалась настоящая суровая осень, тем с большей скоростью стремились настигнуть тайгу мороз и холод. С одной стороны хорошо, потому что жара надоела, но с другой.. Опять нужно топить печку, тепло одеваться.. А там уже и до зимы не далеко. Но зимой хоть снег есть, а если есть снег, то есть типичные детские забавы, по типу салочек или кидания снежков, а также вылепливание снежных баб и снеговиков. А ещё зимние каникулы.. Ох, какие они чудесные! Новый год, две недели каникул и никакой домашки. Да, это было действительно лучшее время за всё учебное время. Петров снова вернулся на землю из своего транса и понял, что стоит около калитки своего участка. Потупив взгляд о дверцу, Антон вошёл внутрь, а следом и в сам дом. Стоило войти во внутрь, как к парню моментально вернулся слух. Все стало живым, зашумело, загудело.. Например, сейчас на кухне журчала вода, в кастрюле кипел бульон, а в Олькиной комнате гудел телевизор. Всё это за столько лет стало родным и привычным, что без этого заходить домой было не комфортно. Петров скинул с себя пальто и повесил на крючок, моментально заходя на кухню и оповещая Карину о том, что есть не будет. Он поднялся по лестнице на второй этаж, закинул к себе в комнату рюкзак и заглянул в комнату сестры. Оля, на удивление, спала блаженны сном.. Ох бедняга, устала. Антон на цыпочках подкрался к сестре и переложил её на кровать, накрывая тёплым пледом. —Спи, моя любимая сестрёнка. —Прошептал Антон, мягко улыбаясь и выходя из комнаты. Конечно, перед этим он ещё немного прибрал вещицы сестры и выключил телевизор, но потом все таки вышел и зашёл снова к себе, ощущая себя одиноким. Так ужасно ссорится с друзьями.. Но ещё тяжелее мириться. Ведь в это время приходится осознавать свою ошибку и рассказывать об ошибке собеседника. А с Ромой так поступить нельзя, по шапке даст, поэтому Петров и не любил с ним ругаться.

***

Утро прошло типично. Манная каша с комочками, бутерброды в школу и горячий чай, который сумел согреть парнишку перед походом в школу. Антон натянул своё серое пальто и сверху на плечи накинул рюкзак. Карина проводила сына удрученным взглядом и закрыла за ним дверь. Петров, как только вышел на улицу, грустно улыбнулся, понимая, что очень нервничает перед разговором. Он не знал, что можно ожидать от Пятифана в целом. Холодный воздух вдарил в ноздри. Парень поёжился и наконец ступил с порога, направляясь примяком к школе. Дорога была холодной и хмурой. Погода к концу сентября стала портится, утро не было таким ярким и тёплым, как на первое сентября. Зноба часто стала приходить к Антону, бережно обнимая его, и не очень желанно отпуская дома. Кажется, так должен был проходить каждый день, ведь осень.. Но сегодня светловолосый даже не вздумал клацать зубами. Он так задумался, что просто на автомате брёл по лесу совсем не замечая того, что происходит в округе. Он на ручнике прошёл мост, деревню и наконец оказался в школе. Очкарик тихо хмыкнул и вошёл в пределы тёмных маслянистых ворот, которые хитро открылись перед парнишкой, приветливо впуская его. Все уроки Петров даже не сумел поднять глаза на соседнюю парту второго ряда, где сидели его товарищи. Ему было тошно что-то говорить до того, как они увидятся за школой, а потому все уроки молчал и молча вырисовывал пейзаж тёмного леса в своём альбоме. Учителя конечно бранились на него за это, но он не мог пойти против своего настроения. Полина заметила изменения в Антоне, и спустя два урока наконец-то подошла к нему, подсаживаясь рядушком за парту. Она помолчала, выдохнула и решила подать голос, видя своего будучи парня подавленным. —Антоша, что случилось? Ты сегодня такой грустный.. —она говорила как можно мягче и ласковее, чтобы не спугнуть очкарика. А тот в свою очередь даже не посмотрел на девушку, продолжая вырисовывать ели леса. —Всё нормально. — коротко ответил он, останавливая своё производство творчества. Полина ахнула и закрыла рот ладошкой, когда на неё посмотрело несколько человек из класса, в том числе и Смирнова. Катя что-то шепнула своей подрушке и одарила Полину суровым взглядом. —Полина, пожалуйста, можешь уйти? Я хочу побыть один.. —темноволосая уже открыла рот для ответа, но Антон продолжил. —Полина, прошу тебя. Девушка опустила глаза вниз и молча ушла на свою парту. Она не ожидала, что будет такой расклад событий, и Антон знал, что она лишь хотела помочь. Но сейчас против своего характера не попрёшь, да и что сделано, то сделано. Он потом найдёт выход и извинится перед подругой.. Подругой. Ах, он уже забыл, что они начали встречаться. Ему не верилось, что это происходит именно с ним, черт.. И теперь придётся ещё извиняться за то, что он её бросает спустя несколько суток " совместной жизни" . Антон ударил себя по лбу и тихо прошипел, понимая, что ужасный день явно не закончится так просто.

***

Рома закуривал сигарету за школой, в ожидании того, когда придёт его товарищ и они смогут поговорить. Своего лучшего друга Бяшу Пятифан благополучно прогнал, мол, не должен ты лезть в чужие разговоры, но бурят даже и не спорил, сам хотел свалить,да поскорее. Вот поэтому шатен один хмуро буравил взглядом деревья, растущие поблизости. Антон появился не сразу, минут через пять от поставленного времени( а это сразу после окончания уроков). Ну во первых, он ходил извиняться перед Морозовой, а потом одевался. Пятифан выкинул окурок в неизвестном направлении и повернулся к Антону, который с улыбкой бежал к товарищу. Петров как девчонка, ей богу. Он бежал даже как-то слишком неторопливо, будто разговор будет о чем-то бабском.. А ещё, от него пахло парфюмом. Запах был не едкий, наоборот лёгкий и манящий. Ромка закрыл глаза и сильнее нахмурил брови, удивляюсь такому Петрову. —Ой, Ром, извини. Я сильно опоздал? — Шатен промолчал. Светловолосый потупил взгляд и грустно опустил голову, понимая, что разговор будет действительно серъезным и взрослым. —Тох, сейчас нам лучше вообще и отсюда уйти. Пошли в лес? —Антон опасливо шагнул назад. Ромка выгнул одну бровь и улыбнулся свой самой хищной улыбкой, непонимающе косясь на зайчика. Но тот все равно испуганно и сжато пялился, словно его идут убивать. —З-зачем же, мы можем и тут поговорить? —Да нет Тох, ты видимо не понял меня. —Рома развернулся и пошёл куда-то в сторону деревьев, подальше от школы. Антон устало выдохнул и все таки двинулся следом. Под ногами хрустели листья, лужи и грязь заставляли чистую обувь голубоглазого хлюпать по ним, потому то другого варианта нет. Только Ромка шёл как трактор, не видя перед собой преграды. Антон фыркнул. —Давай вон там остановимся? Я не хочу морать свою обувь, меня мама прибьет потом. —Шатен остановился, подумали все таки свернул в том направлении. —Да ты не ссы, просто не хотелось бы, чтобы остальные подслушали. —Антон непонимающе опустил голову на одно плече, останавливаясь около сосны. —Так, ну, слушай. —Ромка посмотрел вверх, где высоко - высоко за острыми ветками деревьев пролетали грачи, которые, наверное, решили начать спасаться от холода и выдохнул, как только взглянул на Антона. —Вот ты только не вздумай смеяться, я на полном серьёзе. —Ну-ну, я весь во внимании. —Антон дружелюбно улыбнулся, в ожидании того, как Ромка начнёт свою реплику. А тот в свою очередь растегнул кожанку, достал из внутреннего кармана листок и сунул в руки Петрову, который вообще ничего не понимал. Очкарик повертел листок в руках и наконец открыл, наблюдая исписанное содержимое кривыми буквами. Но со временем Ромкин почерк стал выглядеть лучше, чем, например, в том же самом шестом классе. Пробежавшись глазами по написанному, Антон удивился и открыл рот для того, чтобы прочитать вслух. —Петров, ты конечно идиот конченный..Спасибо,кхм. Но люблю я тебя больше своего ножа. Согласишься ли ты принять мои чувства и принять меня таким, какой я есть?.. Что это? —Антон направил взгляд на Рому, который стоял как истукан с красным лицом. Кажется, до Петрова начало доходить происходящее. —Подожди, так ты серьёзно?! —Я тебе че, на клоуна похож, шутить так? —огрызнулся темноволосый, начиная краснеть с большей силой. Антон что-то проскулил и залился краской, в смятении посматривая на листок с признанием, если, конечно, его так можно было назвать. Лес замолчал, вслушиваясь, взглядываясь в парней. А оба молчали, не в силах произнести что-то ещё. Антон молчал от того, что собирался с мыслями, а Рома от того, что ему просто нечего было сказать. С ели со свистом упала шишка, от чего Антон пришёл в себя и решил подать голос. —Я не знаю что и говорить даже. Я не могу это переварить, слишком всё сложно. —Светловолосый отвёл свои голубые глазки в сторону и задумался, по привычке закусывая губу. Рома это заметил ещё давно. Когда парень нервничал или размышлял, то постоянно в бой вступала нижняя губа, прям как для снятие стресса. Но потом Антон жаловался на то, что губа его вся покусана и надо бы переставать такое творить. Странный рефлекс, однако же. Через минуту, Рома наконец ответил. —Ой, думай быстрее, ты же умный, а то мы щас тут замерзнем. —Так ты застегнись! —ответил Антон, суетливо подходя и застегивая товарищу кожанку. —Лучше? —Лучше. —Рома отвернулся. —Блять , я мог бы и сам застегнуть, кто тебя вообще просил? —Ты мне тоже нравишься. —сказал Антон, резко вдупляя в слова товарища. —Эй, да если бы не я, мы бы сейчас домой шли! Шатен улыбнулся и взглянул своими зелёными глазками глубоко в душу Антона, словно разыскивая во всем этом разумное объяснение. Увы, но этого не было.. —Да пошли уже, зайчик. —... Господи. —Рома свесил свою руку на плече Петрова, глупо улыбаясь. Но по виду этого зверя, можно было понять, что он очень доволен. Антон хихикнул и двинулся с места, слушая то, как колотится сердце его и Ромки. Видимо, это было нормально..