Не должен проявлять слабость

Севиафан проснулся в своей комнате, испытывая сильную головную боль. Сколько он вчера выпил в попытках подавить тревожность и тоску из-за одиночества, неизвестно. Разумеется, в повседневной жизни так и не скажешь, что Севи испытывал тревогу и грусть, на публике и в компании друзей и близких он всё так же производил впечатление уверенного в себе и спокойного парня. Отдых в компании помогал ему на время отвлекаться от негативных мыслей, однако чем больше времени проходит, тем сильнее тревога давит и буквально душит. Тем не менее, держать чувства в себе — это лучшее, что он мог сделать. Ему не хотелось нагружать кого-то своими проблемами (а у кого их сейчас нет), и он ни за что не стал бы раскрывать свои переживания при родне. Признаться семье, что ты испытываешь стресс и тревогу, означало признать себя слабаком и нытиком, после чего получить огромную порцию обесценивания проблем в духе фраз по типу: "Да какой у тебя может быть стресс??". В будущем Севиафан должен перенять обязанности своего отца, а как будущий правитель он не может испытывать слабостей, несмотря ни на что, даже если весь Ад начнёт буквально разваливаться на глазах. Адская система просто-напросто давила тех, кто вёл себя уязвимо, и Севи понял это довольно быстро. Как и все молодые аристократы, он имел привычку самоутверждаться за счёт других, высмеивать чужие слабости и провоцировать демонов на эмоции и ссору, при этом самому остаться невозмутимым и уверенным в себе перед оппонентом — это был один из способов доказать своё место в адской иерархии. Порой аристократичные мажоры скамили собственных друзей в компании. Ну и кроме того, высмеивать других было просто довольно весёлое занятие. Так что признаться кому-то из своих друзей в "депрессии в ноль лет" было смерти подобно для репутации и гарантировало насмешки при любом удобном случае. Так вот, возвращаясь к причинам тревоги. Как и упоминалось ранее, ему предстояло идти по стопам отца. То есть по сути стать королём кольца Зависти. На свою сестру трон и наследство не перекинешь, потому что всё передаётся исключительно по мужской линии. Это не говоря о том, что ему рано или поздно (а лучше как можно скорее) придётся выбрать невесту голубых кровей, чтобы в последствии обязательно завести потомство (а детей он, к слову, не переваривал от слова совсем). Разумеется, Севиафана никто не спрашивал, хочет ли он столько обязанностей на свои плечи, особенно в столь юношеские годы, когда единственное, чего ему хотелось, это гулять и банально наслаждаться молодостью. Он не чувствовал, что достаточно созрел и остепенился для такого, и не успел толком поразмыслить о том, чем он на самом деле хотел бы заниматься по жизни. Но тут и думать бесполезно, ведь его жизнь уже буквально расписана на долгие годы вперёд. А учитывая, какие хеллборны долгожители — на действительно ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ долгие годы. Пожалуй, единственное, что могло бы в теории хоть как-то скрасить его жизнь — это любовь. Но и тут всё не так просто. Сколько времени прошло, а он всё никак не перестанет думать о ней. О своей самой первой симпатии. И вы верно всё поняли, если подумали о Шарлотте. Как ни крути, а она была в буквальном смысле самой особенной из всех, кто возможно когда-либо жил в Аду. По сравнению с другими она была настолько солнечной и открытой личностью, что казалось, она не была создана для жизни среди сплошных ублюдонов и лицемеров. Многие находили её доброту и альтруизм слабостью, но по ней не скажешь, что она слабая. Тот факт, что она оставалась светлой и непорочной в окружении мрака, и делало её по-настоящему сильной личностью, которая следовала своим принципам и мечтам, несмотря на осуждение общественности. Чарли всегда верила, что у каждого демона есть внутри радуга, в том числе и у Севиафана, даже невзирая на то, что он не разделял её альтруизма и во многом думал лишь о себе. Его излишний эгоизм сыграл не последнюю роль в расставании, но об этом как-нибудь в другой раз. После расставания с Чарли Севи неоднократно вступал в отношения с другими демонессами, но каждый раз ему не везло. Севиафан сделал вывод, что женщинам от него нужны только деньги и местечко в иерархии, так что в последствии перестал искать отношения и занимался лишь спонтанными половыми связями. Никто не был достоин его сердца, как ему казалось. Но временами ему очень недоставало того самого тепла и любви, которые были необходимы ему как воздух. Никакой секс с самыми красивыми эскортницами и суккубами не мог заполнить пустоту в душе, так что по итогу он снова возвращался к отношениям с демонессами. И опять больно кололся. Порой женщины настолько пилили мозг, что выводили из себя спокойного и уравновешенного Севиафана до состояния бешенства. Из-за некоторых вспышек агрессии о Севиафане поползли слухи, что он и с Чарли обращался жестоким образом, что было ложью. А всё происходило потому, что ему, вероятно, стоило немного тщательнее выбирать себе партнёров, но желание получать тепло и внимание преобладали. Итог был один: он оставался с разбитым сердцем, словно у разбитого корыта. Ему иногда казалось, что он уже никогда не найдёт себе хотя бы примерно настолько же открытую, честную, и светлую как Чарли. Неудивительно, что потом начались проблемы с алкоголем. Севи утверждал, что он не всегда пьёт, когда ему плохо, или что это лишь, чтобы снять напряжение, но что-то уж слишком зачастил с этим в последнее время. Раньше он не любил алкоголь, и когда он гулял в клубе с друзьями, то всегда оставался трезвее всех остальных. Но в последнее время всё иначе. Однажды ему влетит от отца за то, что он появляется дома в нетрезвом виде посреди глубокой ночи. Севиафан вдруг осознал, что уже минут двадцать сидел на кровати и залипал в одну точку, погружённый в мысли. У каждого наверняка было такое состояние, ну не жизненно ли? Он встал с кровати и принялся приводить себя в порядок. Прежде чем начинать день, он должен выглядеть презентабельно и быть всё таким же спокойным и шутливым, каким его все знают. Никому в этом мире не обязательно быть в курсе, что он мог тревожиться или даже плакать. Сейчас меланхолия покинула его, но с наступлением ночи, когда он останется наедине с собой, она вернётся к нему снова.