ЛЕТО ИМЕНИ ТЕБЯ

10 лет назад

      Уже третий день подряд, в одно и то же время, Алена, сломя голову, неслась в тот самый парк, к той самой скамье. Но, вот уже два дня, ей приходилось сидеть на ней одной. Девушка старалась не пытаться объяснить себе то, почему же ей настолько сильно хочется увидеть брюнетку. Наверное, просто загадочность ее личности притягивала настолько, что она полдня сидела и ждала ее. Даже анатомия была не столь интересна, сколько вопрос: «Придет ли она?»       Сегодня она проделала всё то же самое, что и в предыдущие два дня: прибежала к белой скамье, присела с правой стороны, открыла книгу и начала читать. Сегодня она была в розовой футболке и голубых джинсах. Вчера вечером прошел дождь, и солнце еще не успело нагреть воздух до оптимальной температуры. Каждый раз, когда мимо проходили люди, девушка невольно поднимала глаза и провожала их взглядом. В очередной раз, вдруг промелькнуло «черное пятно», которое не прошло мимо, а остановилось. Алена подняла голову и увидела ее, ту, кого мечтала встретить все эти дни. Бывает, что видишь человека всего несколько минут, даже не разговариваешь с ним, но он чем-то цепляет так, что потом еще несколько дней не выходит из головы. Это был тот самый случай. Голубоглазая даже не смогла сдержать улыбки, настолько она была рада видеть, казалось бы, совершенно незнакомого человека. – Эм, привет, – услышала Алена, поймав себя на мысли, что уже несколько секунд не может оторвать глаз от стоящей рядом девушки. – У нее зеленые глаза, – отметила она про себя. – Привет, – выйдя из небытия, ответила светло-русая девушка. – Можно? – уголки губ брюнетки немного приподнялись. – Да-да, конечно, – Алена снова нервно заерзала на месте.       Дальше они просто сидели молча, как тогда, в первый раз. Алена не могла не смотреть на брюнетку. Та была во всем черном: толстовке, джинсах и кедах, будто пыталась потеряться среди прохожих. – Ну же, давай, спроси ее, – сама себя уговаривала девушка. Она нервничала настолько, что невольно начала кусать губу. Голубоглазая была очень тихой девушкой, не умеющей заводить новые знакомства, общаться с незнакомыми людьми, для нее все это было непросто. У нее была всего одна подруга, и ей этого было достаточно. Но, сейчас ее будто что-то подталкивало на разговор. – Не зря же ты ее столько ждала? – А как ты читаешь? – вырвалось у девушки. В голове у нее крутилось сразу два вопроса: «Как тебя зовут» и «Что ты читаешь?». В итоге спросила то, что спросила. – В смысле? – незнакомка перевела на нее свой взгляд и свела брови. – Ой, то есть, – вот же дура, – что ты читаешь? – выпалила Алена, мысленно ругая себя. – Вот, – брюнетка закрыла книгу, положив между страниц свою ладонь. Алена прочла надпись: «Афанасий Фет. Избранное». И не могла вымолвить ни слова, боясь, что будет отвергнута. – А ты? – Я? Да, так. В общем, анатомию человека изучаю вот, – какая же глупая, она подумает, что ты разговаривать нормально не умеешь. – Классно. Интересно? – брюнетка сама не заметила, как завела разговор с сидящей рядом девушкой. – В общем-то, да, очень. Я хочу стать врачом, – наконец-то Алена смогла адекватно произнести более одного предложения. – Да? А каким? – незнакомка даже немного повернулась, чтобы ей было лучше видно светло-русую девушку. – Думаю, хирургом или реаниматологом. Я еще не выбрала, в общем, – в ответ она увидела чуть заметную улыбку. Поняв, что ей ничего не угрожает, протянув руку, девушка сказала: «Я Алена». – Станислава. Но, мне больше нравится Слава, – девушки пожали друг другу руки. Алена почувствовала немного суховатую кожу, а сама же поняла, что ее ладонь вспотела. Мысленно поругав себя еще и за то, что не вытерла руку, она улыбнулась и произнесла: «Очень приятно».       Вечером девушки шли к дому Алены, потому что Слава вызвалась ее проводить. Они говорили обо всем, и даже скромная Алена болтала больше, чем, казавшаяся ей смелой, Слава. Она больше слушала и задавала какие-то вопросы. – Мои родители – врачи. Они пропадают на дежурствах, мы редко видимся. Дома всегда было много книг по медицине, и я, чтобы хоть как-то себя занять, начала их читать. И затянуло. – Настолько, что решила тоже поступать на медицинский? – спросила Слава, идя рядом с девушкой, пряча руки в карманы. – Да, именно, – улыбнулась Алена. – А ты? На кого ты учишься? – По мне так заметно, что я уже не школьница? – Нет, просто, когда ты клала в рюкзак книгу, я заметила в кармашке студенческий, – девушка немного смутилась, подумав, что Слава решит, что она очень любопытна. На самом деле, ей просто была интересна брюнетка, и она пыталась замечать каждую деталь. – Я учусь в колледже, на экономиста, – по интонации Алена поняла, что девушке не очень приятна эта тема и не стала расспрашивать. В это время они как раз подходили к ее дому. Девушка жила с родителями в двухкомнатной квартире, которая досталась им от бабушки – матери ее отца. Район был не самый близкий к центру, но зато спокойный и тихий. Во дворе росло много деревьев, на детской площадке играли дети, а на лавочках неизменно сидели старушки и мамочки с колясками. – Мы пришли, – Алена остановилась, сцепив руки в замок за спиной. – Может, дашь свой номер, я как-нибудь позвоню?  – улыбнувшись, спросила Слава. – Да, конечно. – Я позвоню, – уходя, произнесла Слава, а Алена смотрела ей вслед, пока та не скрылась за углом дома. – Все-таки, она настоящая загадка, – подумала Алена, взбегая вверх по лестнице, понимая, что родители уже заждались ее дома.

Наши дни

      Алена вернулась в отель поздно ночью. Она бродила по когда-то знакомым местам, вспоминая о времени, когда ей было хорошо. Теперь же, когда парка не стало, а на его месте строят дома, она будто потеряла частичку прошлого. Недостающих кусочков пазла и так было предостаточно, а теперь еще и это. Это не просто парк, не просто скамья, это часть ее прошлого. Счастливого прошлого, от которого остались лишь воспоминания. Девушка знала, что будет тяжело, когда ехала в Санкт-Петербург, но, чтобы настолько, даже не предполагала.       Всю ночь она проворочалась, ей снились кошмары, заставляющие просыпаться в холодном поту. А рано утром, когда ей только-только удалось уснуть, ее разбудил стук в дверь. Она с трудом открыла глаза, под которыми пролегли тени, и заставила себя выбраться из постели, так как стуки не прекращались. – Михаил Геннадьевич? Что-то случилось? – девушка открыла дверь и, увидев, кто за ней находится, посильнее укуталась в белоснежный халат. – Можно? – мужчина взглядом показал, что хочет войти. – Ну, – голубоглазая задумалась, – входите. Михаил не стал проходить вглубь номера, а просто, закрыв дверь, прижался к ней спиной. Он выглядел довольно свежо для человека, который вчера не так уж и мало выпил. Его волосы были немного влажными, он был одет в голубую рубашку и синие джинсы с черным ремнем. Рядом с ним стоял его чемодан, который он держал за ручку. – Я пришел извиниться, – в его взгляде читалось искреннее сожаление, – я не должен был всего этого говорить вчера. И выпитый алкоголь меня никак не оправдывает. Ты правда мне очень нравишься, но я даже предположить не мог, – он замолчал, пытаясь подобрать слова, – в общем, прости. Надеюсь, нам удастся сохранить хорошие рабочие отношения. – Я думала, что вы не захотите со мной больше работать, – честно призналась Алена. Эти мысли и правда гложили ее вчера ночью, когда она возвращалась домой. Она мысленно ругала себя за то, что, кажется, потеряла работу. – Не беспокойся об этом, ты хороший специалист. У меня нет причин увольнять тебя, – твердо заявил начальник. – Хорошо. И вы извините за то, что накричала вчера на вас, – девушка перевела взгляд на чемодан. – Уезжаете? – Перестань, я это заслужил. Да, уезжаю. Думаю, что ты тут и без меня справишься. А у нас там скоро подписание контракта. Ну, ты знаешь, – между этими двумя сохранялась небольшая неловкость в разговоре, в большей степени со стороны Михаила Геннадьевича. – Тогда хорошей дороги, – девушка улыбнулась. – Да, спасибо, – с этими словами он открыл белую дверь, выкатил чемодан и ушел. Алена увидела, как он идет по коридору, направляясь к лифту, и закрыла дверь. Внутри было странное чувство, все это было достаточно неожиданно для нее. Но, начальник, после этого разговора, определенно стал выше в ее глазах.       Поняв, что уже не сможет уснуть, девушка решила наведаться сюрпризом в гости к своим родителям. До начала работы оставалось несколько часов, поэтому она быстро приняла душ, надела черную юбку-карандаш и белую блузку, и поспешила вниз. Сев в такси, она подумала о родителях. Она была их единственным ребенком, но, из-за работы они не уделяли ей должного внимания. Они были достаточно требовательными, пристально следили за ее успеваемостью в школе. Нельзя сказать, что они не любили ее, но Алене всегда их не хватало, можно сказать, что она воспитала себя сама. Сейчас мама уже была на пенсии, а папа подрабатывал в медицинском институте, подменяя некоторых преподавателей. А также, его приглашали консультантом на его прошлую работу, когда кому-то предстояла сложная операция.       Такси остановилось возле дома, в котором Алена прожила 18 лет. Двор ничуть не изменился, хоть она и не была здесь целых 8 лет. Вот на этой дорожке папа учил ее ездить на велосипеде, а вот тут, под деревом, на траве она любила сидеть и читать книги. А вот здесь, перед самым входом в парадную, они со Славой прощались. Отогнав эти мысли подальше, она вышла из такси, захлопнула дверцу и с тортом и цветами направилась в свою старую квартиру. – Боже мой! – услышала девушка, когда дверь открыла ее мама, – Костя, иди скорей сюда, смотри, кто приехал! – Привет, мам, – Алена улыбнулась, увидев счастливое лицо матери. – Да, что ты так орешь? – из комнаты послышались шаркающие шаги. – Аленка, ты что ли? – прокричал Константин Петрович, увидев дочь.       Вся семья сидела за столом, по кухне разносился аромат свежезаваренного чая, вперемешку с запахом белых хризантем – любимых цветов Светланы Георгиевны. На стене громко тикали часы с кукушкой, которым было, наверное, лет 50, не меньше. На подоконнике лежали газеты, которые любил читать Константин. В общем, мало что изменилось, кроме кухонного гарнитура и ремонта, который в прошлом году оплатила Алена, убедив родителей в том, что пора немного освежить квартиру. – Что же ты ничего не сказала? – спросила Светлана, разливая чай по чашкам. – Я по работе и хотела сделать сюрприз, – девушка обхватила ладонями чашку, согревая холодные руки. – Удался сюрприз, ничего не скажешь, – улыбнулся Константин Петрович. – Наконец-то ты приехала в Питер. Может, и насовсем останешься? – внимательно глядя на дочь, спросила женщина. – Нет, мам, я не могу, ты же знаешь, – вздохнув, ответила голубоглазая. – Да что ты там себе придумала? Из-за какой-то подружки не можешь вернуться в родной город, – Светлана интонационно выделила слово «подружка». – Мам, она не какая-то подружка, я ее любила, понимаешь? Я говорю тебе об этом 10 лет, а ты будто меня не слышишь, – девушка из последних сил пыталась сохранить спокойствие. Отец же не влезал в разговор, но недовольно хмурил немного седые брови. – Это ерунда, а не любовь! – Светлана стукнула по столу, – тебе было 16, что ты вообще тогда понимала? Она тебе просто голову задурила, вот и все. А ты и повелась на россказни этой малолетней извращенки, – голос женщины чуть ли не срывался, так сильно она хотела, в который раз, убедить дочь в своей правоте. – Не смей, слышишь? – Алена встала со стула. – Про меня можешь говорить все, что угодно, но не трогай Славу! – она развернулась и направилась в прихожую, посмотрев на закрытую дверь ее бывшей спальни, и быстро отведя взгляд. – Аленка, ты куда? – следом за дочерью поспешил Константин. – Прости, пап, я так не могу, – пальто моментально оказалось на теле девушки. – Она это все не со зла. Просто хочет, чтобы ты поближе была, внуков нарожала нам, – почти шепотом произнес мужчина. – Какие внуки, пап? – девушка смягчилась, глядя на то, как переживает отец. – Ты не подумай, я все понимаю. Медицина у нас вон как продвинулась, присутствие мужчины уже и не нужно для того, чтобы зачать ребенка. А вообще, мне важно, чтобы ты была счастлива. И если будешь счастлива с девушкой, значит, и я буду счастлив. – Спасибо, пап, – девушка крепко обняла отца, – я правда пойду, мне на работу нужно. – Хорошо. Но, насчет внуков ты подумай все равно, – широко улыбаясь, сказал ей в след Константин. – Ну, пап, – протянув последнее слово, сказала девушка, услышав в ответ хихиканье, доносящееся из-за закрытой за ней двери.