ЛЕТО ИМЕНИ ТЕБЯ

10 лет назад

– Это просто уму непостижимо, – Светлана Георгиевна с громким стуком поставила на стол тарелку с только что сваренной овсянкой, – о чем ты вообще думала, скажи мне? – Мам, мы просто ходили смотреть на звезды, – тихо произнесла Алена, уткнувшись в тарелку. – Какие звезды? Тебе что, пять лет? – Константин Петрович перелистнул газету, делая вид, что внимательно читает. – Что ты уставился в эту дурацкую газету, – утреннее занятие отца Алены было остановлено, его руки мгновенно опустели, – скажи что-нибудь, она и твоя дочь тоже! – Аленка, то, что ты находишь новых друзей, это, конечно, прекрасно, но ты бы могла предупредить нас, а не вот так сбегать из дома среди ночи, – спокойно произнес Константин, чуть наклонившись к дочери. – Можно подумать, вы бы меня отпустили, – проворчала Алена, ковыряясь ложкой в каше. – Нет, ты слышишь, она еще и огрызается? – Светлана  нахмурила брови и сложила руки под грудью, – Это все твое сюсюканье, доволен? – Перестань, с ней же все в порядке. Она поняла, что была не права, – уверенно произнес Константин, взглянув в глаза жены. – Значит так, ты под домашним арестом на неделю! А ты ей не поддакиваешь! – Глядя сверху на свою семью, крикнула женщина и поспешила выйти из кухни, показав таким образом, что ее решение не обсуждается. Алена, так и не притронувшись к каше, встала и направилась в свою комнату, чтобы позвонить Славе. Ее разрывало чувство обиды, ведь она не сделала ничего ужасного: ни пришла домой пьяной, ни развлекалась с какой-то плохой компанией, а просто погуляла с подругой. – Привет, Слава, – услышав голос брюнетки, из глаз Алены потекли слезы, будто она не сможет увидеть ее вечность. – Алена, ты чего, что-то случилось? – тихое всхлипывание на том конце провода не осталось незамеченным. – Меня посадили под домашний арест на неделю, – упав на кровать, произнесла девушка, пытаясь говорить тише, чтобы мама не услышала. – Черт. Прости, – на заднем плане послышались крики, а потом они стали приглушенными, будто Слава переместилась в другое помещение. – Ты занята? – Алена почувствовала себя виноватой. – Нет, все в порядке. Я тут просто… – Славка, ну с кем ты там опять пиздишь? Пойдем, тебя уже все потеряли, – Алена услышала незнакомый ей голос. – Я скоро приду, иди, Кристин, – Слава явно была раздражена. – Ты опять с этой что ли, с малолеткой со своей? – Можно подумать, ты дохера взрослая. – Эй, отвали от Славы. Я ее еле как затащила на эту тусовку, а ты даже здесь ей покоя не даешь, – незнакомка явно приблизилась к телефону, потому что Алене пришлось даже отодвинуть свой мобильный от уха, потому что из динамика вырывался слишком громкий звук. – Дай сюда, что ты несешь? – после этих слов послышался звук падения и гудки.       Алена не стала перезванивать, она отвернулась к стене, чувствуя обиду, боль и даже разочарование. А еще, ее ужасно скребло одно раньше неведомое ей чувство. Что это? Ревность? Алена не знала, но знала одно: ей бы очень хотелось, чтобы Слава была сейчас с ней, а не с какой-то хамкой. Весь день она не выходила из комнаты, обидевшись на весь мир. И откуда же в ней этот инфантилизм? Вечером в ее комнату постучали, она обернулась, увидев на пороге отца, который был уже почти готов к выходу. – Ален, у нас с мамой дежурство. Она приготовила вкусный ужин, встань, поешь, ладно? – голос мужчины был явно встревожен. – Ладно, – тихо ответила девушка, не глядя на него. – И пусть звонит мне каждые два часа, чтобы я слышала, что она дома, – из прихожей послышался грозный голос матери. – Хорошо, мам, поставлю будильник на каждые два часа и буду названивать всю ночь, – кажется, в таком плохом настроении Алена становилась похожей на свою мать. – Что она там сказала? – Ничего, идем, а то опоздаем, – ситуацию, как обычно, спас Константин.       Вечером Алена услышала странные стуки в окно, сначала ей показалось, что это ветер, но, поняв, что деревья расположены далеко и не могут стучать своими ветвями в стекло, она встала с кровати, положив книгу по медицине на подушку. Подойдя к окну, она заметила знакомый силуэт, который бросал маленькие камушки, которые ударялись об стекло, создавая то само ощущение. Алена невольно улыбнулась, мгновенно забыв о своей обиде и плохом настроении. И почему есть люди, которые так сильно влияют на наше эмоциональное состояние? – Привет, – услышала Алена, открыв окно и впустив теплый июньский воздух в комнату. – Привет, ты что здесь делаешь? – Алена заправила за ухо выбившуюся прядь волос, которую ласково трепал ветерок. – Пришла к тебе. Позвонить не могла, телефон упал, не могла включить, а потом и вообще разрядился. Ты извини за то, что эта Кристинка наговорила, она просто пьяная была, не соображала ничего, – Слава стояла под окнами в капюшоне, будто скрываясь от чьих-то глаз. – Это было неприятно. Но, уже все нормально. – Ты одна? – брюнетка взглянула в соседние окна, заметив, что в них не горит свет. – Да, родители на дежурстве, – кивнула голубоглазая. – Понятно, – Слава легонько пнула лежащий под ногой камень, который укатился в кусты. – Хочешь зайти? – девушку вдруг осенило, что если она не может никуда выйти, то хотя бы Слава может зайти к ней. – А можно? – девушка улыбнулась. – Да, конечно. Звони в домофон, квартира 12, – с этими словами окно было закрыто, а девушка скрылась из виду. – Почитай мне что-нибудь, – после ужина девушки отправились в комнату Алены и лежали на ее застеленной зеленым пледом кровати. Постель была широкая, поэтому эти двое с легкостью на ней помещались. Голубоглазая девушка лежала у стены, а Слава сидела, подложив под спину подушку, и листала книгу, которую до ее прихода читала Алена. Смешно морща нос, она разглядывала непонятные, а иногда и страшные картинки и читала малоизвестные слова. – Снова стихи? – брюнетка повернула голову, взглянув в сонные глаза подруги. – Все, что хочешь. Мне нравится тебя слушать, – повернувшись набок, ответила Алена, поправив немного задравшуюся футболку, демонстрирующую бледную кожу ее живота. Это не скрылось от глаз Славы и поняв, что засмотрелась, она поспешила встать. – У меня есть с собой книга с рассказами. Сейчас принесу, – девушка направилась в прихожую. – Папа мне в детстве читал на ночь книжки, мы так же с ним ложились на мою кровать, и он начинал читать, на ходу придумывая свое продолжение сюжета. А я следила за тем, чтобы все было правильно, и ворчала на него, когда он начинал импровизировать. Было забавно, – Алена улыбнулась и подвинулась ближе к брюнетке, готовясь внимательно слушать. – А тебе читали родители? – Нет. Некому было. Отца у меня нет, а мама… работала, в общем, много, чтобы нас с сестрой прокормить, – Слава немного нахмурила брови. – Ты не говорила, что у тебя есть сестра. Как ее зовут? – Алене стало интересно, она приподнялась и оперлась головой на согнутую руку. – Вероника. Но, это неважно. Давай я лучше почитаю, – Слава опустила голову в книгу, найдя нужную страницу. Светло-русая девушка наблюдала за ней, разглядывая ее лицо: черные ресницы, пухлые губы, на которых она задержала свое внимание подольше. Она не понимала, почему гостья так мало говорит ей о себе. Но, боялась об этом спросить, потому что не хотела обидеть ее или показаться слишком любопытной. – Придет время, расскажет, – подумала Алена и начала слушать тихий, спокойный голос брюнетки: «Скоро раздались цыганские мелодии, которых власть надо мною всесильна. Внимание всех было обращено на кактус. Его золотистые лепестки, вздрагивая то там, то сям, начинали принимать вид лучей, в центре которых белая туника все шире раздвигала свои складки. В комнате послышался запах ванили. Кактус завладевал нашим вниманием, словно вынуждая нас участвовать в своем безмолвном торжестве; а цыганские песни капризными вздохами врывались в нашу тишину»*.       Через 10 минут Слава услышала тихое сопение и, повернув голову, увидела, что Алена спит, прижавшись к ней всем телом. Глядя на это зрелище, брюнетка невольно улыбнулась и почувствовала внутри тепло и покой. Все было так, как надо. Будто они уже много лет каждый вечер лежат в этой постели. Ощущение тела девушки настолько близко вызвало в ней какой-то странный трепет. Не контролируя себя, она коснулась макушки спящей девушки и нежно погладила ее. Так они пролежали около получаса. Поняв, что начинает засыпать, девушка, очень тихо встала, все время поглядывая на ресницы светло-русой девушки, боясь, что они вот-вот задергаются и девушка проснется. Но, этого не произошло, и Слава покинула квартиру, защелкнув дверной замок.

Наше время

      Сегодняшние размышления о прошлом привели Алену в старый двор Славы. Здесь, в отличие от многих мест, будто ничего не изменилось, время буквально застыло. Старая детская площадка, состоящая лишь из горки и одной качели и колец, от которых остались лишь цепи. Пятиэтажки, требующие капитального ремонта. Девушка не дошла до дома Славы, решив развернуться и уйти. На сегодня достаточно. Нельзя так сразу бросаться в колодец, где тебя поджидает вязкая тина прошлого. Нужно аккуратно спуститься, все осмотреть и желательно подняться наверх. Алена обратила внимание на сидящую на скамье знакомую девушку. Она не могла вспомнить, кто же это, пока та не повернулась к ней лицом. Перед ней сидела подруга Славы – Кристина. Они как-то пересекались пару раз в прошлом. Но, разговор у них явно не шел, Кристина так же, как и в том телефонном звонке, обвиняла Алену в том, что та не дает ей проводить время со Славой. Так что, они так и не поладили. – Кристина? – девушка сощурила глаза, слегка повернувшись, к источнику звука. – Кристина. А ты кто такая? – все такая же грубая, ничего не изменилось. Тот же прямой нос, усыпанный веснушками, острые скулы. Единственное, что добавилось – небольшие морщинки между бровями и в уголках карих глаз. – Я Алена, помнишь меня? – подойдя ближе, сказала девушка. – Да ты красотка, тебя не узнать, – с каким-то пренебрежением произнесла кареглазая, оглядывая с ног до головы, стоящую напротив девушку. – Хорошо тебе живется в столице, да? – Да, не жалуюсь. – А ты че приперлась то сюда? Душу мне потравить своей физиономией и дорогими шмотками? Говорила я Славке, чтобы не связывалась с тобой. Вся такая пай-девочка из интеллигентной семьи, тьфу! – незатушенный бычок полетел в сторону. – Я просто подошла узнать как ты, вот и все. Не нужно скандалить, тем более, вспоминать Славу. Это сейчас ни к чему, – взглянув прямо в глаза напротив, произнесла Алена, спрятав руки в карманы пальто. – А ты, значит, ее уже забыла? Конечно, это же из-за тебя она, – голос сорвался на крик. – Так, стоп, хватит, замолчи! – закричала Алена, пригвоздив Кристину к скамье. И не став продолжать разговор, просто повернулась и пошла в обратном направлении. – Это все из-за тебя! – услышала она где-то за спиной.       Оказавшись в номере гостиницы, Алена сразу же позвонила Вике. – Привет, ну как ты? – из динамика прозвучал радостный голос подруги и не менее радостный лай Джека, который услышал приветствие хозяйки. – Тяжело, но я справляюсь. Вроде, – неуверенно добавила она последнее слово. – Джек, привет, мой хороший! – девушка очень соскучилась по своему верному другу. – Как вы там? – Да мы прекрасно. Джек ест, гуляет, спит. Не жизнь, а сказка у собаки, – посмеялась Вика. – Помнишь Кристину? Подругу Славы? – Эту мерзкую девчонку то? – Алена на расстоянии почувствовала, как подруга скорчила недовольную гримасу. – Значит, помнишь, – улыбнулась голубоглазая. – Я ее сегодня встретила. Ничуть не изменилась, все такая же хамка. Начала меня обвинять в том, что случилось со Славой, – по щеке скатилась непрошеная слеза. – Вот идиотка! Надеюсь, ты не стала слушать эти бредни? – Нет, я ушла. – Молодец, пошла она вообще, – Вика разозлилась не на шутку. – Ты там что, плачешь? – Немного, – облизнув губы, девушка почувствовала солоноватый вкус. – Мне здесь тяжело очень, каждый день что-то о ней напоминает. И с одной стороны, кажется, что здесь все по-прежнему, но нет, так много изменилось. И я стараюсь к этому привыкнуть. Ты права, пора со всем этим покончить, раз и навсегда. Только пока не знаю как. – Ты разберешься со всем, обязательно. И мне звони. Помогу, чем смогу. – Хорошо, спасибо, Вик. *Отрывок из произведения А.А. Фета «Кактус»