Влюбиться в нечисть.

Летом, в детстве я жил в селе с странным, но очень родным названием. -Синяя медуза-, к слову медуз в этих краях и в помине не было. Но истоки названия и смысл я как то не думал узнавать, не интересовало. Эта маленькая богом забытая деревушка была мне почти вторым домом. Село большое, просторное. Кругом зелень и немногочисленные ухоженные домики стоящи на берегу крупной речки, в окружении непроходимых лесов. Тут легко дышится, одним словом деревенский рай. В -Синей медузе- жил и мой отец, но к своим 20ти перебрался в город, где уже женился на маме. Но я с самого раннего детства ездил в это село, с матерью, пока отец был на заработках. Думал так будет всегда, но как стукнуло мне 20 отец слег, а дальше..не смог выкарабкаться, поэтому мы с мамой одни остались. Похоронили его.Но ездить в деревню более не хотелось, слишком много воспоминаний о теплых вечерах в кругу семьи.Когда отец уставший после рабочей недели все-таки жарил нам вкусные овощи на мангале и рассказывал свои баллады о несбыточном. Так и закончились наши поездки в село. Дом однако продавать она не стала, жалко очень, всю мою сознательную жизнь там лето проводили. Через несколько лет боль притупилась и мы с матерью собрались и поехали туда, дабы наконец решить что с ним делать. Для начала в порядок привести нужно было, столько лет прошло, небось там уже трехсантиметровый слой пыли. После под сдачу можно оборудовать, копеечный, но тоже приятный бонус к основному доходу. Продавать мать на отрез отказалась. Здание слегка потрескалось, естественно сильно запылилось, покрылось мхом и кое где заросло плющом. Более недели мы приводили его в более менее опрятный вид. Устали. Хорошо поработали, можно и отдохнуть. Помнится рядом речка была, если не заросла еще. Да и вообще за неделю почти за пределы дома не выходил. Решил прогуляться, память освежить да предаться ностальгии. Мать решила дома остаться, не молодая уже, колени ноют и все такое старческое. Я сделал круг, никого не встретил помимо двух соседей, тех еще пенсионеров, милая пара. Поговорить с ними было о чем, но настроя как то не было, поэтому пошел дальше, к реке, к полю. Хорошо тут было, красиво. Пейзаж знакомый с детства радовал глаз. Воздух насыщенный разнообразными хвоями и травами, как на турецком базаре. Свежесть, природа цветет и пахнет. В городе такого нет. Я шел и наслаждался округой, свободой. Как вдруг обнаружил что в поле я не один. Впереди неспешно прогуливался кто то. Незнакомый, хотя я в селе почти всех в лицо знал. По крайней мере раньше, года 2-3 назад. Красивый, волосы ярко рыжие, словно огонь, неаккуратно разбросаны по голове. Кожа словно мел, белесая до невозможности. Глаза большие, глубокие, бездонные. И одежда на парне, легка-легкая, летняя совсем, хлопковая белая рубашка да лосины какие то. Я даже подумал не холодно ли ему. К осени близится, ветер уже не теплый совсем. Решил подойти ближе, думал с чего разговор завязать, пожалуй знакомиться с людьми я вправду не умел. Да и вообще у меня было странное пристрастие к парням, красивым особенно, как не странно. Девочки как то не привлекали. Даже в свои 23 у меня было всего 2ое отношений, что уж тут, не часто я и с обычными людьми общался. Слишком был поглощен учебой. -Привет, а ты кто? Я тебя раньше здесь не видел, не из местных? — Я спросил. Он обаятельно и немного странно улыбнулся в ответ, аж мурашки по коже пробежали. Таинственный, очаровательный, как бы банально не звучало, но в это мгновение я и поверил во фразу, любовь с первого взгляда, -Привет, из местных, только давненько не был тут. Голос такой мелодичный, нежный, одновременно спокойный и задорный. — Ой.я тоже- чувствовал я себя немного отсталым от жизни. Запинался, слова глотал, нервничал -Моё имя Чжун Ли, я раньше здесь часто бывал. Пока отец был жив, сейчас вот с матерью приехал, дом облагородить, может продавать будем. — выпалил я, будто отчитываясь, одни нервы, не знаю что толком говорить, вот и выбрасываю первое что в голову взбрело. -А я Тарталья- ответил он. Странное имя. Да ладно и по странней слыхал. -Ты часто к реке ходишь? -Ну да, то есть нет, ну в смысле когда приезжал сюда нередко ходил. Но давно тут не был и давно не ходил — я еще сильнее смутился. Язык напрочь отказывался работать по правилам. Он такой странный, но одновременно милый? А я на его фоне выгляжу как олух. Так мы и разговорились помаленьку, потихоньку. Шли вдоль поля беседуя ни о чем и обо всем сразу. Я все больше убеждался что с этим Тартальей что то не то, такой загадочный, все еще достаточно странный, но ужасно обаятельный и харизматичный. Пока болтали я напрочь забыл про все, в особенности зачем мы в медузу приехали. Теперь я был уверен что не уеду, пока что нибудь не получится. На вопросы о семье и доме он отвечал кратко и сухо, уклончиво. Говорил что уезжал в город на подработки, что бы братьев прокормить и доучится. Сейчас вот вернулся и не знает уедет ли вновь. Про родителей тоже говорил с неохотой. Говорил что сестра есть, мать, отец, все по стандарту. Что строгие они, в особенности отец, заставлял по струнке ходить и что поэтому он не шибко любит говорить о семье и подобном. Так и проболтали до 8ми вечера, потом он резко сказал что ему нужно бежать и без подробностей скрылся в лесной гуще. Я успел поинтересоваться увидимся ли мы завтра, он крикнул что да и исчез. Так и закончилась наша первая, но не последняя встреча. Матери я естественно ничего не сказал, начались бы упреки, крики. Мол в моем возрасте уже семья, жена дети, а я с непойми кем шляюсь. Еще и вопросами засыплет, одним словом покоя не даст. Она часто пыталась меня вразумить, говорила о девочках, ныла, страдала.Это всегда были очень душные беседы, после которых во рту неприятный вкус желчи. Но я свой выбор уже сделал. Так что матери я сказал что просто отдыхал у реки, любовался красотами. Она охотно поверила. Ночью мне снилось будто снова с рыжим встречались. У речки сидим, на простыне или чем то таком, общаемся. Я его касаюсь, пытаюсь обнять. А он холодный словно труп, ледышка. А я все пытаюсь его согреть объятиями, а он вроде и не против, жмется ко мне навстречу. А на сердце так хорошо, что я прикрываю глаза от наступающей эйфории. Но потом что то происходит и вижу что у него глаза не голубые, не синие, а знаете такой глубокий фиолетовый, почти черный, а на коже проступающие вены. А нежные ранее руки превращаются в острые как лезвия когти. И выглядит как оживший мертвец, даже нет, оборотень. Я в шоке, отлепляюсь от него, пячусь назад врываясь руками в землю.А он улыбается, склонив голову чуть набок и смотрит так, не понимая чего ж я от него уползаю. А он все мутирует, ранее из парня чуть ниже меня он становится каким-то монстром, ростом на все три головы выше, а тело покрывает неведомая черная материя, жижа, фиг знает что. И выглядит страшнее чем живой труп, тем более ночью. Я просыпаюсь в ледяном поту. Странный сон не отпускал, больно врезаясь в память. Выпиваю немного воды, брожу туда сюда. Перевожу дух. А все равно мерещится Тарталья, или это уже не он, эта нечисть. Подхожу к окну, там ветер, сильные порывы чуть ли не прогибают деревья. Дом наш напротив леса, я вглядываюсь в тьму и вижу небольшой силуэт, быстро промелькнувший в чаще. Может это зверушка какая, но я сразу подумал о нем. Не о том миловидном парне, а о той его вариации из кошмара. Этот парень.Он сводит меня с ума. Завтра я вновь пошел к полю, ветер не унимался, пронизывал до костей. Я накинул теплую куртку перед выходом. Тучи медленно, но верно сгущались на небе. Намекая что будет дождь. Тарталья пришел, меня аж передернуло когда я взглянул на него. Все в той же легкой рубашке. Как так можно в такую погоду- подумал я. Предложил ему свою куртку, но он напрочь отказывался. Заявил что ему совсем не холодно и детство он провел где то на севере, поэтому хорошо закален. Я докоснулся до его руки, а кожа ледяная, но не дрожит, Тарталья мило улыбнулся и отдернул руку прочь. Мне показалось что улыбка это была отнюдь не добрая. — Мне не холодно, правда- вновь улыбнулся он и поправил мои волосы. Я чуть не растекся от его касаний. Так сильно хотелось что бы его было больше. Так яростно желал наконец согреть, обнять, но мы были знакомы 2ой день и явных знаков внимания не было с обоих сторон. Я хотел провести её в деревню, показать там все, но Тарталья отказался. Объяснив что здесь, в поле, около реки ему больше по душе. Позвать в гости я его не мог из-за матери. Может позже, когда решусь познакомить. А сейчас мы просто прогуливаемся вдоль реки, говорим что кому нравится и о селе в общем. Часто перед глазами мелькал тот сон, но я быстро отмахивался, вот он, рыженький, веселый, живой, прохладный. -Никогда не понимал, в чем смысл названия то, села. Название какое то странное, не находишь? — спросил я — Все просто, раньше здесь в озере куда впадает река, были медузки, пресноводные. Со временем вымерли, а название прижилось — ответил он взглянув на меня своими глубокими, большими глазами. Странно я никогда не слышал этой истории, даже от самых старых бабулек тут, которые о жизни села знали больше чем о своей. -А ты откуда знаешь? Он смутился и немного отвел взгляд, будто перебирая различные варианты. -Отец рассказывал. — ответил он поставив точку в этом вопросе. Я не придал тогда этому значения. Когда домой вернулся спросил у матери, а она нахмурилась. — Да понятия не имею, чего ж его так назвали. Никто уже и не помнит, померли все кто знал — развела руки мама- А ты чего спрашивает, все равно же было всегда. — Да так.просто интересно стало.