сороконожка

      Часы пробивают 5, отчего брюнет, до этого мирно спящий, резко вздрагивает, открывая глаза. Доброе утро встречает его ощутимым холодом и мурашками по коже, а за окном во всю завывает ветер. Парень не может сдержать внутри своё раздражение, поэтому включая своего ребёнка, разрешает себе перевернуться на другой бок, игнорируя громкий звук. Вселенная явно не желает отпускать парнишку в доброе царство Морфея, создавая ещё один шум, и мучча сдаётся, шипя, нехотя вставая с тёплой кровати. У Скарамуччи нервно дёргается глаз.       Учебный день только начинается, а его настроение паршивее паршивого, намного паршивее, чем обычно. Он постоянно заглядывает в телефон, то ли посмотреть время, то ли наконец увидеть долгожданное «иду» от Итэра. У него уже все ноги сводит от чертового холода!       Юноша мелко подрагивал, совершенно забыв о том, что мама сто раз напомнила ему, на данный момент, о забытом шарфе, чтобы не замёрзнуть. И если какой-то другой день, мог хотя бы чуток расслабить парня, несмотря на то, что учебный год всё ещё в полном разгаре, то сегодняшний убивает лишь погодой и парнем, который обещал быть у него под дверью с минуты на минуту. Да вот, видимо у того что-то не срослось, поэтому Мучча, не выдерживая, набирает номер Итэра, бурча под нос что-то невнятное. В трубке его встречает очень сонный и не понимающий ничего голос блондина. Неужели тот только глаза открыл?! — черт тебя дери, Итэр, какого хуя?! — не может сдержать грубых выражений брюнет, практически выкрикивая это чуть ли не на всю улицу. Да как тут сдерживаться?! — у меня уже скоро член замёрзнет и отвалится, не то что ноги! блондин что-то пробубнил, скорее всего, ещё не до конца проснувшись.       Это начинало выводить из себя ещё сильнее, но всё, что остаётся, это злостно сжать телефон в руке, воздерживаясь от того чтобы не кинуть его на дорогу. Холод пробирает до костей и брюнет теплее укутывается в куртку, пряча руки в карманы. лучше будет дождаться парня и отвесить ему не сладких пиздюлей, вместо того чтобы просиживать одиноко свою задницу на уроке. — Скара!.. — раздаётся запыхавшийся голос парня, на что брюнет лишь переводит взгляд но него, и едва задержав его, возвращается к экрану телефона. Что-то себе кивнув, он выключает телефон. — дорогой мой, ты медленно бегаешь. За такое только двоечку можно поставить, — с насмешкой произносит Скарамучча. Он сразу замечает вопрос в глазах друга, закатывает глаза и цокает языком, вызывая ещё больше вопросов со стороны блондина. — да ну, мучча! Я опоздал всего.. — на секунду замолкает парень, неловко отводя взгляд. — ну всего.. всего.. — на час, — отчеканил Мучча. — ну..— итэр закусывает внутреннюю щеку, отводя взгляд в сторону мусорника, пытаясь спрятать. Скарамучча пристально изучает его взглядом: тот действительно спешил. по виду его гнезда было всё сразу понятно. Тишина, повисшая между парнями, прерывает лишь гул проезжающих машин, вместе с тихим шмыганьем от Скарамуччи.       виновато поднимая взгляд, он всё ещё краем глаза посматривал на мусор. Смешок не застревает в горле, сразу же звуча так громко, что Скара щурится, показывая своё недовольство. Отвечать блондин не спешит, он начинает действовать, надеюсь, что этим не усилит своё наказание за опоздание: он кое как стягивает со своей шеи шарф и подхода ближе к Скарамучче, обвязывает им шею друга, тщательнее перекрывая носик, смущённо улыбаясь. — в качестве извинений! — Скарамучча хочет открыть рот, чтобы что-то сказать, но Итэр оказывается быстрее, — и это! Не домогательство! — показательно поднимая палец вверх, а затем прячет их за спиной. — идиот, — мучча снова цокает языком, разворачиваясь и поправляя шарф: либо чтобы согреться, либо чтобы скрыть румянец. Он склоняется к первому.       Урок наконец подходить к концу, а кабинет ещё до звонка наполняется звонкими голосами и спорами, которые как можно скорее переходят в коридор, создавая волну шума уже там.       — я так жрать хочу, пиздос, Муч, — складывая тетради в сумку, произносит Итэр. Учебники он не носит, ведь, по его словам, после двух-трех учебников он не чувствует своей спины, поэтому это приходится делать Скарамучче, дабы спасти бедного паренька от сломанной спины. — с тебя минет, — внезапно произносит брюнет, а Итэр, не до конца поняв, лишь кивает, вмиг замирая на месте. Скарамучча лишь хмыкает, накидывая рюкзак на плечо и обходя парня, старается унять бьющиеся сердце.       В очереди они стоят тихо: Скарамучча лазиет в телефоне, а Итэр как-то неловко мнётся на месте, всё ещё витая в своих мыслях и пытаясь понять значение слов одноклассника. С одной стороны Мучча на все 100% пошутил(буквально пару минут до этого, Итэр производил расчёты) а с другой стороны что-то в словах и поведение Муччи не даёт ему довольного покоя.       В груди нарастает раздражение: чёртовы дети толкаются, пытаясь пробраться как можно ближе, стараясь преодолеть огромную очередь в столовой, тем самым наступая на ноги. Итэр шипит, когда кто-то задевает его ногой, но отходить не спешит, поэтому больший шум сзади заставляет Муччу сжать в руке телефон. Как-то неожиданно для себя он резко обхватывает талию Итэра рукой, понимая, что в покое не останутся, прижимая к себе и давая ходу наглым ученикам. А они ещё что-то про старшеклассников говорят!       далее, совершенно не обращая внимания ни на что вокруг, Скарамучча уже спокойно листает ленту какой-то группы, словно стараясь отвлечься от удивления своим собственным действиям. Что, он, блять, сделал? Просто притянул к себе своего друга за талию, или чего? а вдруг это не он? Ну да, конечно. Нужно взять и отпустить его, но что-то не позволяет: заставляет прижать к себе сильнее, смахивая всё на то, что те ещё сильнее толкаются между собой, пытаясь пробраться в дырку, которая осталась после Итэра. — у меня просто рука дёрнулась, — Скарамучча сглатывает, не находя ещё более глупого оправдания своим действиям.        у Итэра эти слова звучат эхом в голове, пока он сжимает рубашку Скарамуччи на его плече, слегка сминая. Вопросов куча как у одного, так и у второго, поэтому никто не решается поднять взгляд друг на друга, решив, что пожалуй, лучше подождать молча. Наконец, кое как успев забрать две пиццы, ребята покидают злосчастное место, не желая оставаться в этом аду. куча шума и криков заставляют хмуриться, а потом ускорять шаг.        Итэр плетётся сзади весь красный и медленно кусающий свою пиццу. Мучча сам не уверен, находится ли он вообще в этом мире, ибо, судя по всему, кушает словно на автомате. Взгляд устремлён в пол, а искорки в глазах сменяются одна за другой. Мучча не торопится — старается либо подстроиться, либо не спешить: мало ли тот врежется в кого-то, поэтому принцу лучше быть рядом.       на улице всё такое же огромное количество людей: все они спешат в кабинеты занять последние парты, дабы снова скрыться от взора учителя на уроке, да пообщаться. Скарамучча останавливается рядом с лестницей, наблюдая за тем, как будет делать это смущённый Итэр, посмотривая на него изподтишка и сразу же убирая взгляд в сторону.       На улице все такой же холодок, раздувающий волосы парней в разные стороны: длинные волосы Итэра развиваются на ветру, словно светясь для взора Скарамуччи. Для него одного. И он невольно задерживает взгляд на них, и как только Итэр подходит ближе, вопросительно смотря прямо в глаза, Мучча волнительно сглатывает от близости, теряясь в золотистых глазах юноши. Брюнет пытается спрятать взгляд, но не выходит: он опускается ниже, останавливаясь на испачканной щеке блондина, и, походу, убеждается в том, что он одержим, наклоняясь к нему и неловко проводя языком. Для кого руки придуманы?! Итэр готов поклясться: он наложил проклятье на Скарамуччу собственным утренним порывом заботы. точно идиот.       по дороге им встречается ползущая по стене вниз сороконожка, тут же привлекающая взгляд Итэра. Теперь, пришло время Скарамуччи думать над своим поведением, не одному же Итэру мучиться от терзающих мыслей, да вот только обдумать всё как следует ему не дают, тихонько дергая за плечо, стараясь привлечь внимание. Стоит признаться, для этого парня его внимание бесконечно.       Произносить вслух он это не спешит. Не идиот же, в отличие от некоторых? Лишь замирает, с немым вопросом смотря прямо на Итэра, который хмыкает, показывая пальцем на розоватую стену.       Осмотрев, он наконец натыкается взглядом на то, что так старательно пытался показать ему юноша, и тут же испуганно подлетает к парню, распахивая свои фиалковые глаза, и дергая парня за руку, которой он потянулся к бедной сороконожке, и без того пытающийся поскорее покинуть этот ад. — не трожь, Итэр! Она же.. она же воняет! А ещё ты можешь её убить, столкнув! — возмущённо кричит брюнет, а блондин лишь задорно хохочет, вновь стараясь прикоснуться к ней, — пусть она сама это сделает, Итэр, погоди! — с чего ты взял, что она хочет покончить с собой? — вопросительно изгибая бровь, спрашивает юноша, не скрывая своей хитрой улыбки. — да потому что эта сороконожка забирается каждый день на вон ту штуку и пытается прыгнуть с неё, не мешай! — всё также дергая и пытаясь отодвинуть парня, кричит мучча. — да с чего ты переживаешь, Боже, Муч? — да с того! я его мать! — возмущено кричал Скарамучча, размахивая руками. — какой из тебя мать, если ты даже не можешь спасти свою дочь? Она уже в который раз пытается убить себя, прыгая с крыши! — не унимался всё никак Итэр, дуя щеки. — она ползёт вниз, идиот! — наконец решается закончить этот спор Мучча, подходя ближе к Итэру, чуть ли не впритык. — а зачем она ползёт вниз, дебик?! — резкий, необдуманный вопрос, заставляющий Муччу вспыхнуть ещё сильнее. — чтобы жить, балбес! — и вот, Итэр заливается громким смехом, потому что фраза Скарамуччи звучит как в фильмах про любовь, слишком уж наполнено "эмоциями". — ты смеешься надо мной?! — Скарамучча совершает ещё одно необдуманное действие: резко толкает Итэра к стене, на которой засела тема их спора, и практически вжимая в неё, целует. — теперь, получается, это и моя дочь? — всё ещё шокированно и тяжело дыша, спрашивает Итэр, надеясь, что Скарамучча вновь поцелует его, а не ударит со всей дури.