Дары Природы. Я подчинил себе твои эмоции.

Риям захлопнул дневник, и, не проронив ни слова, поднялся из-за столика. Он опустился на кровать, как камень, погружаясь в омут безразличия. Внутри зияла пустота, абсолютная и всепоглощающая. — Риям, ты же понимаешь… все это давно минуло, — прошелестел тихий голос Лилу, уловив изменения в его настроении. — Тогда были причины так поступить. Родители были слишком консервативны, а ты был единственным наследником рода, и право выбора партнера в таких случаях всегда переходит к родителям. Это все для блага сохранения рода, такова была твоя судьба в прошлом, — Лилу говорила мягко, словно успокаивала, разъясняя то, что Риям понимал и сам. Ям молчал, погруженный в пучину собственных воспоминаний. Он не желал ни говорить, ни думать, ни вспоминать. Обрывки прошлого, как осколки стекла, вонзались в его разум, давили на виски с невыносимой силой. Он зажмурил глаза, судорожно сжимая голову руками, пытаясь оттолкнуть нахлынувшую боль. Не хотел видеть, не хотел чувствовать. — Лилу, ты вспомнила про ритуал? — как-то громко и тревожно спросил он, пытаясь отвлечься. — Пока нет, — прошептала лисица, не зная, как помочь Яму. — Может, сходим прогуляться? — предложила она робко. — Купим пока все необходимое для ритуала, чтобы, когда я вспомнила, все уже было? Риям молчал. В его душе и сердце разливалось чувство вины. Оно душило, липло к сознанию, отравляла каждый вдох своим мерзким, приторным привкусом. Навязчивое чувство вины. Отвратительно. — Юный Господин! — тихий стук в дверь нарушил гнетущую тишину. Вир осторожно приоткрыл дверь, держа в руках несколько конвертов. — Вам письма, — сказал он, подойдя и положив их на прикроватную тумбочку. — Обед будет подан через некоторое время, — предупредил он, внимательно оглядывая Рияма и чуть вздыхая. — Мистер Вандам вернется вечером, не расстраивайтесь так, — добавил он с легкой улыбкой, покидая комнату. Риям приподнялся, схватив конверты и откинув голову на подушки. Письма от Шиннилы и Лима. Раскрыв первый конверт от Лима, Ям стал читать его. "Дориям! Рад получить твое письмо. Я пока что здесь, и думаю, что мы могли бы встретиться у меня – так будет безопаснее. Как насчет ближайшей пятницы? На выходные я уезжаю к родителям, так что пятница – идеальный вариант! Я напишу остальным, сам позабочусь обо всем необходимом, так что не волнуйся ни о чем, просто приходи. Буду ждать тебя к пяти вечера. Лим Николс." Риям отложил его, раскрывая второе. "Ямчик! Солнце, ты как? Есть какие-то продвижения? Прости, что не связывалась с тобой все это время, родители слишком обеспокоены, но я уговорила их отпустить меня к тебе! Завтра приду, так что жди меня с угощениями, поболтаем! Шиннила Лонг." Риям задумчиво перебирал в руках оба письма. Лим зовет на встречу в пятницу, то есть через два дня. Шиннила же придет завтра, но отпустят ли ее тогда в пятницу? Ям поднялся с постели и спустился вниз, чтобы написать ответы друзьям и дождаться обеда. Взяв листы, печать и перо, Риям уселся за стол, чуть потирая виски. Они продолжали гудеть, а назойливые картинки так и лезли в голову. Вся его прошлая жизнь всплыла в памяти, он вспомнил абсолютно все: детство, подростковое время, школу, работу, Кристофера, Элара, детей, всю боль, пережитую тогда. Ям написал Лиму короткий ответ: "Хорошо, до встречи!", а Шинни написал, что ждет ее завтра, и лучше бы ей еще и отпроситься на пятницу, зачем, объяснит при встрече. — Юный Господин, ваш отец хочет видеть вас на выходном семейном ужине, — сказал подошедший Вир, ставя на стол чайник и тарелочку со свежим пирожным. — Что-то серьезное? — удивленно спросил Ям, поднимая голову на Домовика. — Нет, просто Господин Милендес соскучился по сыну, — с легкой улыбкой сказал Вир. — Посетите главные владения, проведите время с родными, — сказал он, будто озвучивал просьбу. Риям кивнул, думая о том, что как-то подозрительно все нахлынуло на него. — Будь добр, — Ям протянул Домовику два конверта, который тот тут же принял и стал читать адресаты. Отобедав, Риям поднялся в комнату, чтобы быстро переодеться и пойти за покупками. Может быть, 200 лет назад купить чашу из черного турмалина и кварцевые лодочки было сложно, сейчас же это не составляло особого труда. Как минимум, их можно было бы сделать на заказ, подождать пару дней, и все готово. Турмалин считался камнем для контроля психологического состояния, поэтому из него не редко делают посуду или вазы - предметы, с которыми чаще взаимодействуешь, или же можно просто поставить около и наполнить чем-нибудь. А вот лодочки из кварца, скорее всего, придется делать на заказ. Трансгрессировав на торговую площадь, Риям пошел в уже знакомую лавку с камнями, в надежде, что она работает. Уж больно добродушная тетушка работает в ней. — Добрый день, — сказал Риям, войдя в лавку, которая к его счастью работала. Из-за прилавка выглянула голова парня, на вид лет 27. — Добрый, — с улыбкой ответил мужчина, вставая в полный рост. — А Миссис Клир? — начал было спрашивать Ям, подходя ближе к прилавку. — Она уже старенькая, поэтому, пока время не спокойное, я подменяю ее, — пояснил мужчина, протягивая руку. — Я ее сын, Джордж, — он улыбнулся шире, ожидая, когда Риям пожмет ему руку. — Ох.. — спохватился он, пожимая руку, — Дориям Фаулер, — Ям натянул на лицо приветственную улыбку. — Мистер Фаулер! Что ж, приятно! — мужчина сильнее обхватил его руку, пожимая ее более напористо. — Что вас привело сегодня? — спросил он, пока Риям быстрым взглядом оглядел его руку. Паранойя это или перестраховка, Ям не мог ответить. — Мне нужна чаша из черного турмалина и кварцевые лодочки, если есть из прозрачного кварца, будет просто замечательно, — сказал Риям, оглядывая полки за Джорджем. — Чаша из турмалина будет, а вот лодочки из кварца... — он задумчиво закрутился по сторонам, потом открыл толстый блокнот, листая его в поисках нужного. — В наличии у нас есть только три лодочки из розового кварца, — сказал он, отрываясь от блокнота и поднимая глаза на Рияма. — Плохо, — ответил Ям, поджимая губы и слегка покачивая головой. — Мне нужно семь, — Риям задумчиво прикусил щеку. — Сможете сделать на заказ? — Думаю, да, только это займет дня 3-4, — подумав, ответил Джордж, беря перо в руки, чтобы начать черкать заказ. — Хорошо, тогда сделаем из прозрачного кварца, — мужчина кивнул, записывая все в блокнот. Риям покинул лавку с одной лишь чашей, теперь осталось купить благовония с листвой ивы, а подвеску с цитрином он заберет из владений, что-то подобное точно должно было там заваляться. Покупка благовоний не отняла много времени, и Риям, не медля, трансгрессировал домой. Голова гудела, веки отяжелели свинцом. Прочитанный дневник словно выпил до дна его жизненные силы, либо так отчаянно защищалось его сознание и психика. Оставив покупки на прикроватной тумбочке, он спешно переоделся и рухнул лицом в подушки, надеясь провалится в сон. Сильный плач и безмолвный крик. Белые стены и темный пол. Безумный поток боли, который хочется из себя выгнать, но возможности нет. Риям съежился на полу гардеробной, лицо его было мокрым от слез, пелена застилала глаза. Он протянул дрожащие ладони перед собой, пытаясь рассмотреть их сквозь слезную призму, руки содрогались в агонии. Жар опалил все тело, нестерпимая боль пронзала легкие, словно выжигая воздух и лишая дара речи. По коже побежали ледяные мурашки, несмотря на обжигающий жар, и его била мелкая дрожь. Казалось, что эта нескончаемая истерика длится уже долгие часы. А в голове проносились несколько имен и несколько образов. Киллиан - темноволосый юноша с улыбкой, озаряющей все вокруг. Темные глаза и едва заметная родинка, притаившаяся под правым глазом. Ирнест - темные, как уголь, волосы, чуть закрывающие глаза, заостренные черты лица и чуть нахмуренный лоб. Вэйланд - строгий взгляд, в глубине которого таится нежность и бесконечная печаль. Волосы в беспорядке испачканы грязью, словно отражение его измученной души, и лицо в местах измазанное копотью. Анджелл - светлые волосы, глаза, полные любви и обожания, руки, тянущиеся навстречу с нежностью. Кристофер - отточенные черты, серьезный, пронзительный взгляд темных глаз, гладко зачесанные назад волосы, и едва уловимая, легкая улыбка на губах. Уильям - черные, как смоль, волосы, черные глаза, источающие спокойствие, маленькая родинка под левым глазом, словно случайно поставленная точка. Риям сразу понял, кого видит. Их объединяла фамилия Вандам и бездонные, темные глаза. Сейчас, сокрушенный истерикой, сидя на полу, ощущая оглушающую боль, разрывающую сердце и душу, он видел каждого Вандама, все его воплощения и перерождения, от первого до последнего. Глаза раскрылись от осознания, но перед ними ничего не было. Слезы застилали взгляд, не позволяя увидеть даже собственных рук. — Дориям! — прозвучал встревоженный голос. Уильям бережно вытирал слезы с его лица, обхватив его в ладони, и нежно смахивал соленые дорожки большими пальцами. — Ты чего? — послышался взволнованный голос. — Прости меня... — на взрыд сказал Риям, прижимая к себе чуть прохладные руки, дарующие коже такое блаженную прохладу. — Все хорошо, успокойся, — прошептал Уильям, и прохлада его рук стала ощутимее. Вандам пустил свою стихию Исцеления, пытаясь унять боль и успокоить Рияма. От живительной прохлады и утихающей боли в голове, Ям снова провалился в сон, чуть успокоившись. Уильям остался сидеть на краю кровати, нежно поглаживая его щеки большими пальцами. Он не знал, что причинило Рияму такую отчаянную боль, за что он просил прощения. Сейчас это не имело значения. Главное – успокоить его и привести в чувства. Открыв глаза снова, Риям уже не плакал, лишь хлопал глазами, пытаясь прийти в себя. Он не был на полу в гардеробной, его тело не горело, но боль, словно неприятное дуновение, давала о себе знать. Это был один из самых ужасных снов в его жизни. Он потер глаза, чувствуя, как они немного побаливают. Поднявшись с постели, Ям несколько раз закрывал глаза на несколько секунд, открывая их и пытаясь унять неприятное чувство внутри. Он кинул взгляд на часы, приглядываясь и выясняя, сколько сейчас времени. Он проспал порядка четырех часов, Вандам должен скоро прийти, если уже не пришел. Спустившись вниз, он обнаружил Уильяма, который подкидывал поленья в камин. — Ты уже пришел, — зевнув сказал Риям, спускаясь с лестницы. — Ты не помнишь? — удивленно спросил Вандам, поднимаясь. — Нет, — неуверенно ответил Ям, потирая глаза и чуть нахмурив брови, пытаясь вспомнить. — Мне снился плохой сон, я ничего не помню, — пробубнил он, подходя к Уильяму и быстро чмокнув его в щеку. — Добрый вечер, дорогой, — сказал он, хлопая ресницами и наклоняя голову в бок. — Так полагается встречать своих партнеров? — спросил он, чуть хихикнув и идя в сторону кухни. Уильям стоял как вкопанный. Полчаса назад Риям ревел во сне, а сейчас дурачится и делает вид, что все хорошо? Или он действительно ничего не помнит? — Ты во сне плакал, — разворачиваясь к Рияму, сказал Вандам, смотря на его реакцию. — Серьезно? — удивленно спросил он, наливая себе в стакан воды из графина. — Да, я подумал, может, у тебя упадок или ты просто плохо себя чувствуешь, — Уильям подошел ближе, заглядывая в серые глаза с небольшим прищуром. — Я не помню, что мне снилось, но сон был плохой, — соврал Риям, делая пару больших глотков воды. Хоть он и спал, но организм продолжал чувствовать себя уставшим. Он зевнул еще раз, прикрывая рот рукой. — Что-то все равно спать хочется, — пробубнил он сквозь зевок, ставя стакан на стол. — Ляжем после ужина, — предложил Вандам, поправляя светлые волосы, которые мешали и лезли в глаза. — Не хочу есть, — ответил Риям, чуть морщась. — Завтра заглянет Шин, во сколько не знаю, поэтому будь готов к ее раннему визиту, — предупредил он Уильяма, вновь зевая. — Хорошо, — кивнул Вандам, глядя на то, как Ям разворачивается, чтобы пойти обратно на верх. — Я лягу, а ты присоединяйся, как надумаешь поспать, — он послал воздушный поцелуйчик, поднимаясь по лестнице. Уильям нерешительно кивнул. Его смущало поведение Рияма, обычно активного, как маленький зверек. Но не стал ничего у него спрашивать, зная, что Ям уклонится от ответа, соврет или же сделает вид, что не слышал. Уильям проводил его взглядом, чувствуя нарастающее беспокойство. Что-то было не так. Внезапная апатичность Яма, эта попытка скрыть что-то, не вязалась с его обычным поведением. Что-то подсказывало ему, что это лишь верхушка айсберга и что рано или поздно правда выплывет наружу.

********

Пробуждение одарило Рияма замечательным настроением, словно долгий сон исцелил все израненные уголки души. Мирно спящее лицо Уильяма, дремлющего рядом, добавляло ощутимой нежности этому моменту. Ям прильнул к нему, обнимая крепче, улыбаясь и что-то ласково шепча под ухо. — Дориям, что ты делаешь? — тихим сонным голосом спросил Вандам, не желая открывать глаза. — Кто бы мог подумать, что даже тебе по утрам так сложно расставаться с объятиями Морфея, – хихикнул Риям, вертясь в постели, словно ребенок, познавший мир заново. — Рад, что тебе лучше, – пробормотал Уильям, чуть приоткрывая глаза и морщась от утреннего света. — Утренняя дрочка? — игриво спросил Риям, заливаясь смехом и сбрасывая одеяло в ноги, готовясь встать. Уильям недовольно застонал, ощутив прохладный ветерок от приоткрытого окна. — Прости, прости, – продолжая смеяться, Ям заботливо накинул одеяло обратно на Вандама. – Пойду в душ, – промолвил он, отдергивая полог балдахина и поднимаясь с постели. Он бросил взгляд на Уильяма, который укрылся одеялом по самый нос, глядя на Рияма сонными глазами. Сбросив с себя ночную одежду и отправив ее в корзину для белья, Ям принялся настраивать воду в душевой. Добившись идеальной температуры, он шагнул под струи, слегка вздрагивая от первого прикосновения воды. Постояв несколько минут, давая телу привыкнуть, Риям окинул взглядом свое отражение в небольшом зеркале, висевшем на стене. Выглядел он на удивление хорошо, без намека на отеки или темные круги под глазами. Внезапно дверь душевой кабинки распахнулась, заставив Яма испуганно обернуться, невольно сжавшись. — Ты чего пугаешь? — с небольшим вздохом облегчения сказал Ям. Уильям, словно бесшумная тень, проскользнул под струи воды, и теперь его силуэт таял в горячем мареве пара. — Ты сам разбудил меня, — прошелестел Вандам в самое ухо, обвивая руками талию Яма и положив голову на его плечо. Риям стоял как вкопанный, смотря на отражение в зеркале, он видел себя и Уильяма, прикрывшего глаза в блаженной истоме. Вандам открыл веки, и взгляд его, томный и приглушенный, встретился со взглядом Рияма. В глубине этих глаз плескалось что-то неуловимое, хищное и манящее. Внизу живота Яма зародилось странное, пульсирующее тепло. Чуть нахмурившись, он посмотрел на Вандама в отражении. — Ты чего? — прошептал он, чувствуя, как Уильям прижался членом к его бедрам, проскальзывая им вперед, вызывая короткий, острый укол желания. — Разве не ты предлагал утреннюю дрочку? — сказал Вандам. Его руки скользили по влажной коже Яма, обхватывая бедра и сжимая их с нарастающей силой. — Я не думал… — запнулся Ям, его губы слегка приоткрылись в немом удивлении. Он чувствовал, как Уильям трется о его бедра, вызывая волну мурашек. Это было похоже на секс, лишенный лишь одного - проникновения. — А надо было, — с усмешкой ответил Вандам, смотря на чуть покрасневшее лицо Яма. То, что они смотрели друг на друга только за счет зеркала, немного смущало Рияма. Он чувствовал жар тела Уильяма, прильнувшего к его спине, и это странное, щекочущее трение, которое вызывало одновременно и смущение, и какое-то странное, доселе незнакомое возбуждение. Он видел, как в зеркале Вандам прикусил губу, наблюдая за его реакцией. Уильям обхватил его живот, притягивая ближе к себе. Зеркало отражало их переплетенные тела, создавая сюрреалистичную картину. Ям видел в нем свое растерянное лицо, покрасневшее от смущения и нескрываемого желания. — Расслабься, — прошептал Вандам ему на ухо, обжигая кожу горячим дыханием. Риям закрыл глаза, сдаваясь на волю чувств, позволяя волне возбуждения захлестнуть его целиком. Уильям накрыл его член одной рукой, начиная двигаться, медленно, словно дразня. Ям чувствовал, как становится тяжело стоять, ноги слегка подкашивались, от чего он уперся руками в стену. Вандам удерживал его рукой, прижимая к себе и не давая упасть. Звук воды перекрывал слабые стоны Рияма, вырывавшиеся вместе с выдохами. Дыхание участилось, а зеркало постепенно начинало запотевать, скрывая отражающиеся в нем лица. Уильям довольно смотрел на лицо Яма, не желая пропускать это зрелище. Он протер зеркало рукой, которой держал Рияма. Тот посмотрел в отражение на ухмыляющегося Уильяма и почувствовал, как он крепче сжал его член, глазами ловя реакцию. Ям, облокотившись на стену чуть ли не всем корпусом, улавливал напористые толчки Вандама, что продолжал свою манипуляцию с межбедренным сексом. Кожу начинало немного жечь из-за трения, но Ям, кажется, не особо обращал на это внимания. Ему было хорошо, настолько, что он не особо понимал все происходящее, лишь чувствовал прикосновение рук Уильяма, его прожигающий взгляд томных глаз на себе и участившиеся толчки с движением руки на его члене. Еще несколько толчков, и Риям почувствовал, как его накрывает волна неконтролируемого экстаза. Уильям крепко обнял его, позволяя ему выплеснуть всю энергию, и лишь потом ослабил хватку, сам доходя до оргазма. Все закончилось так же внезапно, как и началось. В зеркале отражались два измученных, но довольных лица. Риям отвернулся от зеркала, пытаясь отдышаться. Его сердце колотилось, как сумасшедшее, а тело дрожало. Вода продолжала литься, заглушая их сбившееся дыхание и унося с собой следы их страсти. На бедрах, в месте где Уильям терся об него, вбиваясь толчками, почувствовалась прохлада. Он присел, руками касаясь мест, где была натертая кожа, используя Исцеление. Ям повернул голову на него, смотря из-за плеча. Уильям прислонился головой к его пояснице, довольно смотря на Рияма и касаясь губами ягодицы, оставляя небольшой поцелуй на ней. Вот значит, чем занимался Уильям каждый раз, как они заканчивали: заботливо приводил Рияма в порядок, залечивая следы, чтобы не было больно. Уильям был намного нежнее, чем мог показаться со стороны. — Юный Господин! Завтрак готов, — послышался голос Вира за дверью. Буркнув ему быстрое "Хорошо", они с Вандамом быстро приняли душ и спустились вниз. За столом уже стояли тарелки с чашками. Ям, присев, скользнул взглядом по угощениям и выбрал воздушное безе, избегая более плотной пищи. Вандам же наложил себе салат с тунцом, с аппетитом поедая его. Риям наблюдал за ним с легкой улыбкой, отпивая чай. — К вам гостья! — прозвучал голос Вира из гостиной, прервав их неспешную трапезу спустя полчаса. — Проводи ее сюда, — ответил Риям и, вспомнив просьбу Шин, сказал уже вслед: — И подай еще одну чашку и чего-нибудь сладкого, лучше побольше! — Почему ты меня не встречаешь!? — послышался недовольный голос вошедшей Шинни. Она влетела в обеденную зону, удивленно останавливаясь и вытаращив глаза. — Так ты не один... Она оглядела парочку, сидевшую за столом. Риям был в халате, Шин могла предположить, что, скорее всего, под ним не было одежды. Вандам, который сидел рядом, отпивая чай и смотря на нее, был одет более прилично: пижамные штаны и футболка. — Шинни! — с улыбкой произнес Ям, вставая, чтобы обнять и поприветствовать подругу. — Как ты? — спросил он, отстраняясь от девушки и отодвигая для нее стул. — Все славно, дома тишь да гладь, у тебя, смотрю, дела явно получше будут, — с усмешкой ответила Шин, присаживаясь. Риям, обойдя стол, вернулся на свое место напротив неё. Вир тем временем начал расставлять новые тарелки, заботливо подставляя чашку с ароматным чаем перед гостьей. — Не сказал бы, что прям лучше, но, думаю, я не страдаю, — задумчиво сказал Ям. — Доброе утро, Шиннила, — Вандам слегка склонил голову в знак приветствия и получил такой же жест в ответ. — Дориям не соврал, когда сказал, ждать тебя рано, — тень улыбки скользнула по его губам и тут же растворилась, спрятанная за краем фарфоровой чашки. — Мне наскучило заточение в четырех стенах, вот и вырвалась при первой же возможности, — пояснила девушка, с любопытством разглядывая сладости на столе. — Ничего страшного, — с улыбкой ответил Риям. — Так, для чего мне надо еще и завтра отпрашиваться? — поинтересовалась она, запихивая в рот пирожное. — Завтра мы идем в гости к Лиму, — Риям перевел взгляд на Уильяма, смотря на его реакцию, ведь ему он не успел вчера сказать об этом. — Не лучше тебе одному... — Шинни замолкла, также смотря на Вандама. — Я предложил ему встретиться всем вместе, в надежде, что он позовет ту девушку, с кольцом, — Риям изобразил кольцо на пальце. — Как же ее… — он нахмурил брови, пытаясь вспомнить имя. — Без тебя я точно никуда не пойду. — Что ж, постараюсь уговорить маму отпустить меня к тебе еще раз, — пожав плечами, ответила девушка. — Так что там у вас? Накопали что-нибудь интересное? — она переводила взгляд с Уильяма на Рияма, ожидая ответа. — Более чем, — уклончиво произнес Ям, не сводя взгляда с Уильяма.