Волосы цвета карамели и поцелуй со вкусом слёз

      Группа не находилась вместе 24/7, у парней были и свои дела, они уезжали по одному, парами или все вместе, посещая тренировки, интервью, закрытые мероприятия, вечеринки и так далее.       Кэти постепенно вливалась в рабочий процесс, она уже свободно ориентировалась в объемной адресной книге, зная, какие письма кому стоит пересылать, подгоняла участников группы, когда те опаздывали на собственный эфир, помогала с идеями для трансляций, ходила или ездила по магазинам и уже выучила пристрастия каждого бантана в еде.       Загадкой оставался только Чимин, с которым они, кажется, взаимно друг друга избегали. Девушка порой замечала на себе его острые взгляды, но стоило встретиться с ним глазами, и он тут же отворачивался.       А Чимин в это время пытался понять ее тайные мотивы и цели. И себя. Он часто вспоминал ту ситуацию в шкафу и то, как закипела его кровь, когда он к ней случайно прижался. А еще он готов был поклясться, что ее тело тоже откликалось на его присутствие. Но ведь он слышал, как она призналась Намджуну в асексуальности. Солгала? Чимин не знал, и это сводило его с ума. А еще он не верил в искренность ее желания помочь всем и каждому, но то, что он видел, сбивало с толку. Она казалась совершенно искренней. Жизненный опыт подсказывал певцу, что в реальной жизни такого не бывает, и он хотел докопаться до истины, разгадать эту девушку. Он боялся, что она, намеренно или нет, навредит людям, ближе которых у него никого не было. А еще боялся, что его сердце колотится в ее присутствии не просто так.       РМ же решил предоставить девушке свободу, чтобы не давить на нее со своими чувствами. Шутил, дурачился, смеялся вместе со всеми и не подавал виду, что внутри него каждый раз при виде Кэт что-то трещит, грозя сломаться и надломить такого сильного с виду лидера. Может предлагать ей работу и не было такой уж хорошей идеей, но она справлялась отлично. За те полторы недели, что она здесь, ассистентка успела качественно улучшить жизнь бантанов, взяв на себя часть их обязанностей. Однако Рэпмона очень беспокоил еще и тот факт, что Чонгук проводил слишком много времени наедине с Катариной в ее комнате. Хён ничего не мог поделать с клокочущей ревностью, которая затапливала его с головой.       Чонгук и Катарина действительно очень сблизились. Им обоим было по 23, они были очень одиноки и многое держали в себе, веселясь на людях, привыкшие справляться с проблемами самостоятельно, так что им было комфортно друг с другом. Часто Кэт читала вслух, а Чон просто лежал рядом с закрытыми глазами, наслаждаясь умиротворением. С ней ему было спокойно. Как дома, с мамой и папой. Иногда он приходил с фотоаппаратом и делал прекрасные снимки с самых неожиданных ракурсов, а порой девушка вырывала у него камеру и тогда макнэ становился жертвой объектива.       Самыми любимыми фотографиями девушки были несколько из них. На одной из них был лишь нос Хиро, запечатленный при помощи макросъемки, на другой босые ноги Кэт и Чонгука, сложенные друг на друга, а на третьей был смеющийся младшенький, фотография была слегка размыта из-за поехавшего фокуса, поэтому улыбка особенно выделялась. Кэт распечатала эти фотографии с позволения Чонгука, и теперь они были ее сокровищем.

***

      В один вечер Юнги вернулся с тренировки по баскетболу с перевязанной рукой на косынке, злющий как черт. Оказалось, во время неудачного паса Шуга порвал связки. Оттуда его сразу отвезли в больницу товарищи по команде, так что бантаны узнали обо всем уже по факту. Похоже, ему было стыдно, так как парень усиленно прятал глаза и, быстро сославшись на усталость, ушел к себе. — Придется завтра на тренировку в штаб-квартиру без него ехать. Седжину скажем, что приболел. Они итак слишком давно ищут повод ограничить Шугу в увлечении баскетболом — РМ, как обычно, быстро включил лидера, принимая решение в интересах группы. — Кэт, присмотришь завтра за ним? Я планировал тебя с собой взять, но, похоже, здесь ты будешь нужнее — Намджун беспокоился за друга, но знал, что лучше дать тому остыть, поэтому его просто оставили в покое. — Конечно, я сама хотела предложить.       На следующее утро Юнги не вышел завтракать и попрощаться с друзьями, отвечая матом на стук в дверь. — Если что, сразу звони. — Намджун обеспокоенно поглядывал в сторону двери Юнги, будто надеялся, что тот вдруг выйдет со своей привычной десневой улыбкой.       Кэт кивнула, провожая бантанов. Вернутся они, скорее всего, только к вечеру. Девушка предприняла было робкую попытку вывести Шугу на разговор через дверь комнаты, но ответом ей была тишина.       С улыбкой вспомнив народную мудрость про путь к сердцу мужчины, Катарина решила приготовить пулькоги, любимое блюдо Мин Юнги. Надежда, что он выползет из своей норы, почуяв аппетитный аромат тушащейся говядины, разбилась о неподвижную дверь. Тогда девушка решила действовать более твёрдо. Она уже развернулась в сторону лестницы, когда наверху послышался жуткий грохот, обдавая девушку волной мурашек. Кэт, белея, сорвалась с места и без стука налетела на дверь, которая, к счастью, была не заперта. — Ты что творишь?! — Глаза полезли на лоб от творящегося вокруг хаоса. — Я тебя не звал. Свали — сказал Шуга твердо. — Слушай, ну хватит. Ничего непоправимого ведь не случилось. Ты быстро восстановишься и возобновишь общие тренировки, ты же знаешь, они не будут выступать без тебя… — Перестань. Ты кем себя возомнила, гребаной Матерью Терезой? С чего ты взяла, что мне нужны твои ванильные сопли, ты что, моя мамочка? — Юнги тяжело дышал, сдерживая ярость.       Кэти глубоко вдохнула, унимая собственный всколыхнувшийся гнев, и спокойным тоном продолжила. — Нет, Юнги, я не твоя мамочка. Я твой друг, как мне хотелось бы верить. И я переживаю за тебя, как и парни. Порванные связки не стоят твоих душевных терзаний. — Да как ты смеешь?! Ты нихрена. НИХРЕНА. не знаешь о душевных терзаниях — Шуга швырнул какую-то стеклянную статуэтку, которая, разбившись сбоку от головы девушки, поранила ей щеку отлетевшим осколком. Юнги, казалось, даже не заметил. Кэт дернулась и молча вышла из комнаты, затапливая парня еще большим чувством вины и собственной никчемности.       Когда она вернулась спустя несколько минут с пластырем на щеке, Юнги не поверил своим глазам. После всего, что он наговорил. Он ведь даже так не думал, но она-то об этом не знала. — Пошли. — Никуда я не пойду. — Мне тебя за шкирку тащить, Мин Юнги? — в тоне Катарины сквозили стальные нотки, а привычные смешинки из глаз исчезли. Парень пробормотал пару крепких словечек себе под нос и поплелся за девушкой, которая уже вышла, не дожидаясь растерянного певца. Они вышли во двор и двинулись к зоне для барбекю. — Что, решила меня зажарить за мои слова, крошка Кэт? — Не называй меня так. — Голос совсем бесцветный. Юнги, кажется, нехило задел ее. — Слушай… — Нет. Помолчи. — Парень увидел, что на столе стоит целая гора тарелок. На смену злости пришло недоумение. Девушка продолжила, поднимая на него пустой взгляд. — Бей. — Ч-что? С ума сошла? — Возьми тарелку в руки и разбей ее о стену или об асфальт. Просто сделай это. Прошу.       Спорить с этой чокнутой было бессмысленно, проще было сделать, как просит, чтоб отвязалась наконец. Шуга неуверенно взял в руки тарелку и опять уставился на девушку. Может отстанет? Но Кэт только приподняла широкую бровь. Ему совсем не нравился ее взгляд. Кажется, он наломал дров. Только какими именно словами? Во время вспышек своего деструктивного поведения Мин Юнги совершенно не следил за языком. Так что именно из сказанного им пробило дружелюбную стену их нового ассистента?       Выныривая из своих мыслей, парень вздохнул и, размахнувшись, бросил тарелку в стену. Та разлетелась на осколки с задорным звоном. Странно, но натянутые до упора струны души музыканта будто немного ослабли. Неконтролируемая улыбка вдруг осветила его лицо, преображая. Он взял следующую керамическую тарелку и отправил ее к первой. Тугой комок ненависти к себе перестал пускать липкие щупальца в уставший мозг. Третья тарелка дополнила россыпь осколков в паре метров от них. Кэт стояла и молча наблюдала, скрестив руки на груди. Сработало. Юнги отвлекся. И ей бы не помешало, вряд ли он намеренно хотел ее задеть. Но, тем не менее, ранил ее прямо в остатки растрепанного сердца. — Теперь ты. — Шуга протянул очередную тарелку девушке. — Мне незачем, я в порядке. — Твой взгляд говорит об обратном. Ну же, это и правда весело. — Ноль реакции. — Кэт, прошу, прости меня. У меня не было права говорить тебе все эти слова. — Кэт подняла на него глаза, блестящие от непролитых слез. Что ж, она гораздо лучше его умеет справляться с эмоциями, поэтому легкая улыбка тут же была возвращена на лицо. Однако от Юнги не утаилось, что улыбка не коснулась глаз. Пока ему было этого достаточно. А дальше он что-нибудь придумает. — Сам напросился, сейчас мамочка покажет класс, — с этими словами девушка красиво крутанула тарелку и стремительным броском направила ее в стену. — Да ты, похоже, не первый раз этим занимаешься, — смеялся Юнги, наблюдая за шутливым реверансом. — Эй, какого черта? — Глаза входившего в ворота Джина буквально лезли на лоб, прячась в лохматой челке. Очередная тарелка, пущенная Шугой, как раз пролетела мимо старшего, который отпрыгнул, как испуганная кошка. — Избавляемся от негатива, кто-нибудь еще желает? — Юнги открыто ржал, уже от выражения лиц остальных согруппников, толпящихся у ворот.       Чимин не мог поверить своим глазам, видя разительную перемену в настроении Юнги. Обычно друг надолго закрывался в себе в подобных ситуациях, подпуская к себе только его, Чимина. — Я! Я тоже хочу! — Конечно, это был Чонгук, кто еще мог проявлять настолько искреннее любопытство и вовлеченность?       Когда спустя некоторое время все тарелки были разбиты, а бантаны помогли Катарине все убрать, все выглядели довольными. И это было как бальзам на душу. И для Кэт, и для Юнги, и для Джуна.       Пулькоги исчезла в бездонных желудках довольных бантанов, которые готовы были новый альбом посвятить кулинарным умениям бесценного ассистента. Балбесы, любя думала Кэт. Девушка незаметно ускользнула в свою комнату, когда парни, громко споря и обсуждая, выбирали, какой бы фильм посмотреть.       Единственным желанием было залезть в любимую пижаму и закутаться в одеяло, усиленно изображая шаурму. Кэт как раз стягивала с себя белую футболку, похожую на небольшой шатер, когда дверь без стука открылась. — Кого там нелегкая принесла?! Я вообще-то девушка, стучать не надо, алло?! — прижав к себе футболку, она выглянула из-за шкафа, встречаясь с льдинками глаз Пак мать его Чимина и давясь дальнейшими словами, молча хлопая ресницами. — Ты не осталась на фильм. — Что с голосом, дядя? Биполяркой запахло, в смятении думала девушка. То зыркает, будто хочет убить, то чуть не шепчет ей тут своим бархатным голоском. — Не хочется. Устала. — футболка превратилась в подобие щита, которым она пыталась защититься от этого взгляда, приподнимавшего волосы на затылке. — Так что ты хотел? Говори и выметайся, я тут как бы переодеваюсь.       Чимин нахально поднял бровь, приближаясь к ней, как волк к своей жертве. — Юнги рассказал, что ты сделала. Спасибо — она двинулась умом, или это теплота в его голосе, направленная на нее, Кэт? Чимин коснулся кончиком пальца пластыря на щеке, его взгляд в один момент изменился, утратив всю теплоту. — Это он сделал? Больно? — Нет, это просто случайность. — Отмахнулась, как будто это не ее кожа рассечена стеклом. — Не за что меня благодарить. Я знаю, что вы близки, но он и мой друг. — какого черта ее ладони потеют прямо сейчас? — Я заметил. Как и с Чонгуком. И с Джуном. — ей кажется, или от него идет легкий алкогольный шлейф? Да ну, бред какой-то, бантаны не часто позволяли себе выпить. — Ревнуешь? — так обязательно его провоцировать сейчас, глупая? Губы Кэт пересохли, и она быстро провела по ним языком, привлекая внимание Чимина к этому движению. Взгляд его потемнел. Он шагнул еще ближе, убивая расстояние между ними. — Слушай, иди уже, а? Хватит на меня тут пытаться страх нагнать. Пуганная. — Я все еще не загадал желание, которое ты мне проиграла — шепчет, глядя ей прямо в глаза своими наглыми зенками. — Мне какая разница? Это была разовая акция, день прошел, желание сгорело. — Поняв, что он не отойдет, Кэт решила сама от него отстраниться. Не вышло. Сердце грозило пробить ребра и вывалиться жалким ошметком на мягкий ковер между ними. — Не согласен. — он схватил ее рукой, обхватывая щеки, заглядывая в глаза и ища там что-то, но не предпринимая других действий, будто ведя внутреннюю борьбу. И у девушки не было выбора, она смотрела, отвечая на его пристальный взгляд своим раздраженным, все еще судорожно прижимая к себе футболку, которая прикрывала кружевной лиф и пару шрамов под ребрами. От него так притягательно пахло, аромат забивался в ноздри, как наркотик, провоцируя вдыхать еще глубже. И эта дурацкая розовая челка, падающая до самых щек. Линия шеи, слишком ровная, слишком гладкая. Кэт сглотнула. Да что же это? Лягни ты его между ног, освободись, оттолкни, выгони, он не имеет права так нагло нарушать твои личные границы, а ты стоишь на ватных ногах и смотришь на него телячьим взглядом. И так хочется снова облизать губы. Она совершенно не собиралась разрывать зрительный контакт и переводить взгляд на его губы. Интересно, они на вкус такие же сладкие и мягкие, как и на вид? Что? Да ты сбрендила, подр…       В следующий момент в голове Катарины образовался абсолютный вакуум, вытеснив все мысли до одной, потому что Чимин наклонился и накрыл ее губы своими. Так нежно, будто она фарфоровая, пальцы переместились, оглаживая линию скул, подбородок. Ресницы девушки, затрепетав, сомкнулись, отпуская душу парить где-то в облаках. Но тут он провел по ее губам языком и Кэт прошил разряд тока, заставив судорожно выдохнуть ему в губы. Теплый настойчивый язык парня аккуратно скользнул ей в рот, осторожно знакомясь, прокатываясь по ровным зубам, сплетаясь с ее языком, прося ответить, разжигая огонь где-то внизу живота. Вторая рука Чимина пришла в движение, прижимая к себе за талию, ложась на обнаженную спину и оголяя нервы девушки, которая никогда раньше такого не испытывала. Пальцы выпустили из отчаянной хватки футболку, упавшую между ними белым флагом капитуляции, чтобы в следующее мгновение запутаться в мягких розовых волосах, прильнув горящим телом к прохладной ткани его рубашки, ощущая животом твердость его возбуждения. Теперь была очередь Чимина не сдержать стон, полный желания и… боли?       Если сейчас не остановиться, то потом она уже не сможет этого сделать. Да и он тоже. Готова ли она? Нет. Приходя в себя, будто выныривая из болота, не желающего отпускать разум, Кэт опустила руки, прокатившись кончиками пальцев по затылку и шее льнущего к ней Чимина, и уперлась ладонями ему в грудь. Подняв взгляд, затуманенный желанием, Кэт увидела в его глазах тот же огонь. — Хватит. — Он покорно отступил, девушка нервно провела пальцами по губам. — Не делай так больше. Чимин, оставь меня в покое, пожалуйста, и больше не досаждай своими приставаниями.       Он выглядел так, будто Кэт отвесила ему пощечину. Мгновенно надевая маску безразличия и пожав плечами, он ушел, оставляя в душе девушки леденящий холод и желание немедленно вернуться в омут его глаз. Но она не может. Или?.. Чимин в смятении пытался понять, что произошло, почему между ними воздух трещит от напряжения?       Натянув футболку задом наперед, она рванула наверх, на мальчишечью половину и забарабанила костяшками по двери, которая тут же открылась, будто ее ждали. — Я согласна. — Выпалила она на выдохе. — Что? — Ты хотел попробовать. Я согласна. — Развернулась и умчалась обратно так же быстро, оставляя Намджуна в счастливом недоумении.