Symphony No. 9

Туббо не считает себя плохим человеком. Он просто пытается выжить. Пытаться выжить – это позволить себе притвориться ребенком огромной птицы, которая просто не успела осознать, что должна была съесть тебя еще в первые 5 тиков. Пытаться выжить – значит остаться с этой птицей достаточно долго, чтобы узнать, что у нее есть имя, и позволить себе размыть грань между такими словами как «Фил», «Бенихиме» и «папа». Филза был удивлен, но… не расстроен. Он позволил этой оговорке случиться снова и снова. Туббо не знает, что это за чувство, но оно теплое. Это похоже на выживание. Выживание может принимать разные формы. Выживать могут сироты, добавляющие лишний год к своему возрасту на бланках регистрации в гражданскую армию. Выживать можно принимая предложение об уходе за пасекой в общественном саду и выживать можно обходя строгие правила, чтобы создать чуть более лояльную систему регистрации иммигрантов. Выживать может долговязый мальчик-эндермен с пятном на лице в виде полумесяца, не помнящий себя. Выживать может тот, кто молча наблюдает, как человека, который мог бы быть его братом, выгоняют из Манбурга, словно чумную крысу. Выживание может означать – держись как можно ближе к Шлатту. Стань его правой рукой. Туббо слышал, как голос Томми надломился после того, как он услышал эту новость. В конце концов, все будет хорошо, думает Туббо. Томми сделал бы тоже самое, если бы был на его месте. Любой бы так сделал, верно? Это логично. Это всего лишь вопрос выживания. Туббо играет в игру на выживание, и он не знает, есть ли в его команде другие игроки. Шлатт и Квакити не игроки – они ворота, если умело маневрировать между ними, можно добиться многого и увеличить свои шансы на выживание, но каждый неосторожный шаг потянет за собой кучу проблем. В народе назревает недовольство, распаляемое Ники, и Туббо видит это каждый раз, когда выходит на улицу. Фанди тоже играет в игру на выживание, но Фанди играет сам за себя, постоянно строчит в дневнике с пустым выражением лица, которое, тем не менее, быстро меняется на противоречиво-счастливое каждый раз, когда Шлатт хвалит его, поощряет его, предлагает какое-то важное задание. Они играют в одну и ту же игру, но Фанди не поможет Туббо, если он случайно споткнется о штанги ворот. Филза тоже играет в игру на выживание. Он играл в нее так долго, что она начала казаться легкой. Видеть, как выживает Фил, само по себе похоже на выживание. (Туббо так скучает по нему.) – Тебе нравится Шлатт? – Однажды спрашивает Уилбур, тем невинным тоном, за которым, конечно же, скрывается двойное (если не тройное) дно. В этот момент игра на выживание начинается заново. Когда начнется вторая революция, я не хочу убивать тебя. Это предложение. (Это ультиматум.) Шпионить для Уилбура или умереть вместе с Манбургом, когда он начнет гореть. (Дрожащее дыхание Томми колеблется где-то за спиной Уилбура, эхом отдаваясь в пространстве ущелья.) Туббо говорит «да». Это логично. (Он всего лишь пытается выжить.)