Помогло?

Очередной нудный день, очередная ссора Эмиля с Димой. Не то чтобы они часто ссорились… Но их ссоры заходили слишком далеко, как со стороны Масленникова, так и со стороны Иманова. Эта ссора не была исключением. — Да лучше бы ты вскрылся! — в порыве гнева кричит Масленников, — И зачем я только повёлся на тебя… Я хочу, чтобы ты ушёл из моей жизни! Дима продолжал кричать, в то время как Эмиль замолчал. Тот смотрел буквально влажными глазами на Масленникова. В его глазах не было того тепла, которое было раньше. Дима злиться, сильно. — Опять молчишь… Что, сказать нечего?! — разъярённо спрашивает старший, не уступая Иманову. Младший всё смотрел на него. Он не верил, что ему это говорит самый близкий для него человек. Больно. Сердце вот-вот выпрыгнет из грудной клетки, упадёт, разобьётся… Минутное молчание, и Дима уходит из дома, хлопает дверью, и уезжает, оставляя Эмиля одного. Горячие слёзы потекли по его щекам, одна за другой. — Лучше бы я вскрылся?.. — сам у себя спрашивает младший, опустив голову. — Хочет, чтобы я ушёл из его жизни?.. Эмиль знал, что Дима скоро вернётся. Знал, что извинится. Но он не может больше терпеть это. Он сдался. Ноги поплелись в ванную. Руками тот смахнул слёзы, дабы лучше видеть. Руки дрожат, как и сам Эмиль. Он боится, но не видит другого выхода. Руками парень тянется к шкафчику, потом к лезвиям. Берёт одно и убирает всё на место. Парень положил лезвие на раковину, после уходит в спальню. Тот быстро нашёл листочек с ручкой, и дрожащими руками написал лишь одно слово, которое объясняет всё. С этим листочком Эмиль и вернулся в ванную комнату. Тот смял его, после чего сжал в руке. Следом берёт лезвие, крутит его между пальцами, разглядывает. — Хорошо, Масленников… Пусть будет по твоему, — усмехнулся Иманов, после чего ложиться в ванную. Эмиль вытянул левую руку немного вперёд, дабы было удобнее. Вены выступают, будет проще… Парень приставил лезвие к одной из, и вздохнув, проводит по всей её длине. Глубоко, больно… Слёзы вновь подступили к глазам юноши, а сам он тянется, чтобы сделать второй порез. Получилось ещё глубже. Крови уже много, всё идёт по плану. Третий порез, четвёртый… Пару минут и Иманов теряет сознание.

***

Проходит час, как Эмиль уже мёртв, а Масленников в это время только возвращается домой. — Малыш, я вернулся… — виновато говорит тот, надеясь, что Эмиль прибежит к нему в объятия как раньше. В квартире подозрительно тихо. Дима проходит в спальню, там никого… На кухне тоже, осталась лишь одна комната… Дверь открылась, и Масленников встал в ступор. В ванной лежит его малыш, со вскрытыми венами. Дима не верит. Думает, что это всё сон. Тот подходит к телу, нащупывает пульс… Его больше нет. Парень замечает бумажку, которая находилась в руке Эмиля. Достаёт её, читает… На окровавленной бумажке виднеется надпись, которая немного поплыла от жидкости, но можно с лёгкостью разобрать слово «Помогло?».