Мафия - не игрушка.

      Антон просыпается в своей маленькой, неубранной, потрёпанной жизнью однушке. Лёжа на диване в очень подавленном состоянии, он осознает то, что никому не нужен, его не приняли на работу, хотя он долго настраивался эмоционально на серьёзный разговор, но вчера его планы разрушились. Он закрывает глаза и пытается отпустить все мысли. голова раскалывается, по телу бегут мурашки, к которым юноша уже привык и частично смирился. Отпустить не получилось.       Шаст ползёт в ледяной душ, который взбадривает и хоть как-то заглушает боль. Пойдя на кухню, он понял, что есть нечего и нужно идти в магазин. Денег нет.       Придя обратно в комнату, он решил, что опять нуждается в эйфории, что он больше не может найти силы в себе. Он не может. Он не вывозит. У него нет сил. Он слишком слаб. Он никому не нужен. У него ничего нет. Он никто.       Мрачная и такая дешевая квартира на самой окраине Питера. Солнечные лучи почти не поступают в помещение. Занавески и даже шторы отсутствуют напрочь. Антона передергивает лишь восьмой по счету телефонный звонок.       –Блять… – шипит юноша, понимая, что амфетамин подождет еще хотя бы десять минут, –Когда же от меня все отъебутся… – сматерившись, Антон все же решает отойти от своего тремора и взять трубку, –Да?- единственное, что смог выдавить из себя парень неизвестному человеку. Ругаться было не вариант, может быть звонил кто-то важный. Хотя, кроме людей из налоговой, никто и никогда не звонил на номер юноши уже более двух лет.       –Антон! Почему до тебя так сложно дозвонится? Собирайся, вызывай такси и едь в офис в котором тебе вчера отказали. Павел Алексеевич хочет с тобой серьёзно поговорить, спасибо скажешь потом.       Шастун так и не понял, кто ему звонил, так как номер он забить конечно же не успел, да и сказать ему толком ничего не дали. Сразу же сбросили. Недолго думая, Антон открыл ВК и был удивлён, увидев на иконке уведомлений заявку в друзья от некого "Арсения Попова", а так же тысячу сообщений в мессенджере от него же.       –Сколько я стоял по средине комнаты?...       Разбираться парень не стал, так как голос мужчины в трубке довольно четко дал понять, что быть в офисе нужно немедленно.

***

      –Ахуеть… Это же тот самый мужик, который попросил Волю выйти на пару слов… – Шаст стоял в прихожей и осматривал свой гардероб. Выбор был скромный. Пару толстовок, джинс и спортивок. Антон долго думать не любил, оно и видно, если бы он сначала думал, а потом делал, такого бы сюрприза в резюме не было. Накинув черную толстовку с серыми спортивками, юношу пробила волна мурашек. В теле неприятно закололо, руки невольно начали подрагивать.       –Блять… Я не смогу завязать с этим… Мне нужно уже выходить, я не могу сделать это прямо в прихожей... – парень старался мыслить разумно, но желание принять заветную дозу наркотиков было сильнее. Буквально через пару минут, у Антона оказался шприц с какой-то жидкостью. Она была вколота в вену почти сразу, как только очутилась в крепких, мужских руках.

***

      Юношу нехило так пробирало в дрожь. Тело слушалось через раз. От резких движений в глазах темнело. Это заставляло Антона двигаться плавно, неспеша.       –Антон, пройди за мной, Воля хочет видеть тебя немедл… – Шастун пытался, правда пытался услышать слова Арсения, но все что он мог воспринять в данный момент, так это шум в ушах и редкие вставки слов по типу: «Антон», «за мной», «Воля», «быстрее», «сюда».

***

      –Антон Андреевич, садитесь напротив, не медлите, времени в обрез, – Паша говорил быстро и четко. Чтобы не понять его, нужно быть конченым в край. Юноша прошел в кабинет Воли. в нос ударил сладкий запах дорогого одеколона. Подойдя к столу, Шастун плюхнулся на кресло напротив мужчины, как ему и было приказано.       –Итак, начнем, – начал цедить Паша, –Я не собираюсь давать тебе ложных надежд по поводу рабочего места. Сам понимаешь. Работать в моем офисе может не каждый, – Паша отвел взгляд от бумаг и направил его прямо на Антона. Большие зрачки не заметить было практически невозможно, – поэтому слушай меня сюда, щенок, –Если я узнаю, что ты допустил хотя бы одну ошибочку, если я узнаю, что ты что-то сделал не так, если я узнаю, что ты слишком много проебываешься, вылетишь от сюда с горой последствий и кучей анти-рекомендаций. И ничего уже не поможет тебе, Антош. Один могильный крест ты скрыть смог, а вот второй… – мужчина невесомо прикоснулся к руке юноши. Его знобило словно при сороковой температуре. Выглядел Шаст мягко говоря не очень. В голове было слишком много мыслей. Он как будто пережил всю свою недолгую жизнь заново, от самого рождения. Снова пережил весь этот страх. Воля напомнил Антону его отца. Такой же мудила.

***

      –Твою мать… – парень прислонился рукой на квадратную, мраморную, до блеска оттертую раковину. В глаза было темно. В голове был туман. Еще бы чуть-чуть, и он бы упал в обморок прямо в офисном туалете. Собравшись с силами, Антон кое-как открыл ледяную воду в кране и набрав ее в одну ладонь, спрыснул себе на лицо, –Лучше бы я вскрылся… Лучше бы я спрыгнул с многоэтажки… Лучше бы я передозировался… Лучше бы я умер от голода… Лучше бы я вообще не рождался! – каждое слово давалось юноше с огромным трудом. И вскоре из уст Антона сорвался приглушённый крик. «Лучше бы я не рождался», – это предложение проскальзывало в голове шастуна снова и снова, словно заевшая кассета в проигрывателе.       Ты никому не нужен       Все хотят навредить тебе       Хватит давать этот клочок надежды       Закончи эти мучения       Ты не справляешься       Ты никто       Ты жалкий малолетний подонок       Ты сам загнал себя в эту пропасть       Никто тебе не поможет       Ты уже не выберешься один       Закончи эти страдания сегодня       Раз и навсегда       Кто если не ты вправе положить конец этому аду?       С каждым новым словом в своей голове, парню становилось всё хуже и хуже…       Куда еще хуже?       У него началась истерика. Ему было страшно. Ему было плохо. Он опять думал, что никому не нужен, хотя только час назад поверил в чудо. Думал, что все хорошо. Думал, что его примут.       В момент бурной истерики Антона, вошёл Арс, он поначалу не понял, откуда идут тихие похлебывания и писки. Попов догадался, что это Шастун, потому что видел, как парень вышел из кабинета в подавленном состоянии.       –Тош, это Арсений, открой дверку, я хочу с тобой поговорить,- медленно и спокойно, промолвил Арсений.       –Я не хочу с вами разговаривать, мне плохо, можете уйти? Арс понимал, что надо оставить парня, но уходить не собирался.

***

      Так прошло около часа. Попов вновь решил обратиться к Шастуну:       –Антош, хватит сидеть и рыдать, твои проблемы не уйдут, они не оставят тебя в покое. Открой дверь, Тош, я ничего тебе не сделаю. Я не могу сидеть здесь вечно, но и уйти не могу. Видя твое резюме и то, как ты реагируешь на Пашу, как ты пытаешься справиться с проблемами… Ну слушай, тебя на минуту оставить нельзя, мало ли что.       –Арсений Сергеевич, я нормально со всем справлялся, – начал цедить Антон.       верим, верим...       –Он спизданул мне слишком много… Слишком много лишнего… Я думал, меня отключит прямо в кабинете… – немного успокоившись и угомонив дрожь, юноша произнес,–Сказал, что если я сделаю хотя бы один не правильный шаг, то мне пиздец.       Попов тяжело вздохнул, он понимал, что Воля на такое легко способен, многие уходили из-за его психологического давления.       –Антон, быстро выходи. Обсудим все это за рабочим столом, времени пиздец, как мало, Тош, – уже чуть более грубо сказал Арс.       Шастун после нескольких секунд раздумий, открыл дверь, подошёл к раковине. Отражение в зеркале было мягко сказать, не в лучшем виде.       Умывшись и более менее успокоившись, они вместе пошли в новый кабинет парня. Антон Андреевич был сильно удивлён, что даже на испытательном сроке у него есть личный кабинет. Юноша начал знакомиться с обязанностями.

***

      Семь вечера, Антон уже вник в суть его работы. Конечно, Арсению пришлось много помучиться, что-бы объяснить все понятным и простым языком.       –Арсений Сергеевич, спасибо... – проговорил уже собиравшийся домой Шатснун. Они с Поповым говорили немного, но этого вполне хватило, чтобы восполнить недостатки внимания и поддержки в Антоне.       Шаст понял, что лишний раз Арса лучше не беспокоить. Он достаточно востребованный работник в этой корпорации. Характер у Попова не сладкий, но уж точно получше Волиного. А еще, Антон отметил для себя тот факт, что Арсений пиздец какой красивый.

***

      Выйдя из офиса, Попов закурил сигарету в ожидании такси и даже предложил Шастуну, но тот отказался, ссылаясь на то, что начал здоровый образ жизни.       Конечно же Антон соврал. Какой нахуй ЗОЖ? Он только несколько часов назад фигачил в себя иглу, а потом сидел в двух часовой истерике из-за сраного разговора с боссом.       В мобильнике всплыло уведомление о задержке такси из-за пробок. Это было очевидно. Тысячи человек сейчас хотят попасть из душных офисов к себе домой, и Арс с Антоном не исключение.       Они стояли не произнося ни слова. Вдруг из ниоткуда появился Воля. Подойдя к Попову и встав рядом, мужчина уткнулся в свой телефон вызывая такси.       –Сегодня вы хорошо поработали, я не ожидал, что Антон Андреевич так хорошо вникнет в рабочий процесс за один день,- грубым и размеренным тоном промолвил Павел.       Все немного заулыбались, а Воля уже успел сесть в машину, которая приехала на удивление всем слишком быстро для вечернего Питера.       –До свидания, Павел Алексеевич,-автоматом произнес Попов.       Оба были рады, что Паша не узнал о истерике Шастуна. Оба были рады, что Паша не узнал, что они нихера не делали несколько часов, а просидели в туалете. Тут подъехало такси, и Арс, запрыгивая в него, попрощался с Антоном. В ответ Тоша натянул лёгкую улыбку.