"Октябрь" в Гардарике

      Том шел по мостовой, держа в руках туфли. Сам не знал, почему решил разуться, но это позволяло лучше прислушаться к вибрациям ночного Змарагда.       Было спокойно и тихо. Город отдыхал, успокаивался после рабочих будней, набирался сил. Он отличался от суетливых Абсея и Сильвана и слишком ветвистого шуршащего Буяна. Том почти ничего не слышал, все сливалось в мягкий плавный шум: отдаленные голоса магов, журчание рек, гул автомобилей. И было что-то кристаллическое, гладкое, оправдывающее название города.       Том не мог объяснить, что именно он чувствует. Слова всегда давались ему сложнее, чем хотелось бы. Музыка — вот его страсть, отдушина и способ передать все свои эмоции, поделиться ими с остальными. В группе «KnO», которую он создал пару лет назад, текстом занимались другие, у них это лучше получалось. И все друг друга понимали.       Сейчас Том хотел остаться один, идти по тихому изумрудному городу и чувствовать биение его сердца, пропускать через себя и генерировать вокруг легкую тихую мелодию. Он был рад, что смог сбежать от группы, менеджера и фанатов, которые караулили музыкантов возле черного входа. Том понимал, что в этом есть некая романтика, доставшаяся из традиций обычных людей. Все знали, что если группа хочет еще повзаимодействовать с фанатами, то выйдет к ним, если нет, то уйдет через Зареркалье или как-то иначе. Тома забавляли подобные игры, но сегодня он не был к ним готов: выдохся и чувствовал себя опустошенным. Менеджер потом будет ругаться, а члены группы — шутить про девиц на одну ночь, но сейчас это не имело значения.       Проходя мост, Том остановился на середине, вглядываясь в огни набережной. Красиво и безмятежно. Его мелодия звучала в унисон Змарагду.       — Сударь, вы же не собираетесь прыгать? — послышался обеспокоенный звонкий голос.       Музыка затихла. Том повернулся и увидел девушку-фэйри в синем платье и с темно-бордовыми небольшими рогами.       — Нет, — хрипло проговорил он и добавил, прочистив горло. — Почему вы так решили?       Девушка смутилась.       — Ну, вы разулись, стоите грустный на мосту. Конечно, убиться тут не получится, но мало ли.       Том мягко улыбнулся. Он не думал, что так выглядит со стороны.       — Я просто гулял, — сказал он и заметил на платье девушки значок с названием своей группы.       Он не опасался, что она его узнает, ведь он всегда маскирует свое истинное лицо и почти не поет, а на интервью немногословен. Лишь единицы в курсе, что Томайо Кайто — скрипач Юкайо. Так ему спокойнее. Он не любил внимание вне сцены. Да и приятно было оставаться одним из числа загадочных артистов.       — А почему босиком? — спросила девушка. — Можно же пораниться. Вдруг кто-то стекло бросил, или камушек попадется.       Том посмотрел на свои ноги и вновь улыбнулся.       — Я не подумал об этом, — сказал он.       Девушка тоже улыбнулась. Она хотела что-то еще сказать, но словно не решалась, хотя видно было ее желание. Том начинал чувствовать неловкость. Он никогда не знал, что нужно делать в таких ситуациях.       — О, я Мария, — представилась девушка и протянула руку.       — Том.       — А вы тоже с концерта?       — С концерта?       — Да, тут недалеко проходил, — Мария блаженно растянула губы, вспоминая. — Группа «KnO». Давно хотела на них попасть, но билеты постоянно раскупают быстрее, чем опомниться успеваешь. Но папуля помог, и я смогла увидеть всех вблизи. Они такие классные! А какие песни! И музыка! И атмосфера шоу! — Мария не могла выразить восторг, а Том, понимая ее, продолжал улыбался. — Вы знали, что внешность Юкайо ненастоящая?       Том в удивлении поднял брови. С ним впервые говорили о нем же. Особенно с таким восхищением. Это смущало, хоть Мария и не догадывалась, кто перед ней. Том привык, что в основном в их группе вспоминают вокалиста или барабанщика.       — Что-то такое слышал. Да и разве главное не музыка?       — Конечно, музыка. Но все же… Один мой знакомый сказал, что почти вычислил его настоящую личность.       Том старался не хмуриться, хотя это заявление ему не понравилось.       — А может, не просто так он скрывается? Должна же у артистов быть личная жизнь.       Мария вновь смутилась.       — Да, но всегда хочется знать что-то, чего не знают другие. Вдруг он прячет истинную внешность, чтобы проверить, кто сможет его найти?       — Думаю, королевская служба безопасности давно его вычислила, — Том хмыкнул.       Лицо Марии вытянулось.       — А что если он один из наследников, поэтому и прячется? — предположила она.       — Все может быть.       На самом деле Том понимал, что не получится долго скрываться. Голос он никогда не менял, имя схоже, а поддельное лицо отражало мимику, привычки. И если будет кто-то, кто хорошо его узнает, может догадаться, особенно сравнив таланты. Но Том был одиночкой и пока мог себе позволить эту тайну.       — У них такая пронзительная музыка, она словно касается самой души и уносит в далекие страны из самых сказочных грез. И правда, музыка сердца.       Мария приложила руки к груди и счастливо зажмурилась.       — Я думал, что после концертов принято дожидаться музыкантов, чтобы продлить ощущения, — сказал Том.       — Да, — отмахнулась Мария. — Я хотела, но папуля был против. Сказал, что… — она замялась и замолчала. — В общем, что только неприличные девушки остаются.       Том кивнул, понимая, о чем она. Можно сказать, у группы была противоречивая репутация. Но менеджер всегда тщательно следил за тем, кто с ними уезжает в гостиницу или тусить дальше. Проблем никогда не возникало, хотя некоторые журналисты пытались поднять шум в некоторых случаях.       — Думаю, ваш отец частично прав. Музыканты на сцене и в реальной жизни могут вести себя по-разному, — сказал Том.       — Да нет! — расстроенно воскликнула Мария. — Маги, способные на плохие поступки, не могли бы писать такие прекрасные песни.       Том бы поспорил, но не стал, только кивнул. Он хотел спросить, куда так поздно Мария идет одна и где ее отец. Сразу нужно было. Она же явно еще совсем юная, едва ли перешла грань совершеннолетия. Но промолчал, почувствовав вибрации от приближающегося к мосту автомобиля. Дорогому, если судить по уровню шума, который возникал даже от магнитной подушки.       Том повернулся в сторону подъезжающей черной иномарки. Такую не каждый мог себе позволить.       — О, папуля меня нашел, — хихикнула Мария, вглядываясь.       — Точно он? — на всякий случай уточнил Том.       — Ага. Ладно, я побежала. Спасибо за беседу, — Мария готова была упорхнуть к открывающейся двери, но задержалась. — Вы же точно не собирались прыгать?       Том улыбнулся.       — Точно.       Мария на прощание помахала рукой. Том заметил хмурое лицо ее отца, которое тут же расслабилось, когда дочь забралась в салон.       Том еще какое-то время стоял, прислушиваясь к городу, а затем достал из кармана телефон и просмотрел все пропущенные вызовы. «Не сильно беспокоились» — подумал он, разворачиваясь обратно. Нужно было выспаться.