Ни одной души.

Два тела. Два мозга. Два человека. Но ни одной души. Парни стояли напротив друг друга, в одном всегда царил гнев, во втором обитало веселье. Но сейчас всё было иначе. Сейчас ни в каком из них не было ни капли эмоций. Они бездушно смотрели друг другу в глаза, будто бы и другого не надо было. Будто бы они понимали друг друга без слов. Будто бы они жили вместе всю жизнь. –Помнишь, что ты сказал? Той самой звёздной ночью? Шатен кивнул. В глазах рыжего появилась привычная искра гнева, и он продолжил. –"Тебе нужно стать плохим, если со мной быть хочешь!" Казалось бы, эти слова блекнули вдоль всего помещения и растворились в нём эхом. Прошло всего несколько секунд молчания, но казалось, что они молчат слишком долго. –..И я бросил школу, сжёг тетради и портфель, закурил сигарету, залил его портвейном.. Пьяный.. Пришёл к тебе сюда, теперь достаточно крутой, чтобы быть с тобой? Голубые очи распахнулись с отчаянием смотря в карие. Чуя уже не хотел ничего от Дазая. Совершенно ничего. Но вновь и вновь, раз за разом тот повторял, будто крича в лицо суицидника, будто умоляя его познать всю боль. –Да, я бросил школу, сжёг тетради и портфель, закурил сигарету, залил её портвейном! Радуйся, что пришёл к тебе живым.. Ну и как, теперь я нравлюсь тебе таким? Он не докричался. Шатен развернулся. В его лице так ничего и не отразилось.. А ломкие шаги продолжали отдаваться в ушах. А шаги слышались и взад.. А шаги всё отдалялись, Как будто никогда и не появлялись. ... Рыжий вышел из заброшенного здания, сжимая в руках записку. Ту записку, которую Кареглазый выкинул. На ней было написан сам адрес заброшенного дома. И хоть Чуя лично видел, что Дазай её выкинул, они оба знали, что всё же придут на это самое место. Но.. Всё же эти двое знали ещё кое-что. Кое-что, что подвластно знать только им двоим. Им не скрыться от своих чувств. Им суждено было встретиться. А их встрече суждено было состояться.

***

–Если мёртвый внутри, то почему так громко дышишь..?

***

На крыше той самой заброшки.. И в ладонях то самое письмо.. Но без того взгляда, который дан им был для любви. Тела соприкасались, соприкасались друг с другом как никогда ранее. Сжимались сильнее и сливались в одно целое, которое отдавалось тенью. Они обнимались как в последний раз, зная что этот раз и будет последним. Они оба знали на что шли, они оба взяли с собой яд, они оба ополоснули им рот, до того как поцеловались. И они оба упали, всё так же обнимаясь, всё так же под дождём. Всё так же понимая, что ни в этом мире, ни в этой жизни им не суждено быть вместе.. Два тела. Два мозга. Два человека. Но ни одной души.