Поверь в меня

Прошло три дня. Мари и малыш были одинаково слабы, но стабильны. Маша и Юра сменяли друг друга, не оставляя Буше одну на долго. Сегодня Маша и Лаура решили прогуляться, перед тем, как идти в больницу вечером. Маша была красиво накрашена и уложена, утром у нее было интервью. Они шли за руку и, к счастью, особо не привлекали внимание. Маша с интересом изучала архитектуру, Лаура еще внимательно следила за Машиным лицом, улыбаясь от ее любопытного и красивого вида: — Маш, — Лаура держала ее руку. — Да, любимая, — блондинка отвлеклась от рассматривания дворцовой площади. — Наверное, в конце недели мы разъедемся. — Тебе надо уже включаться в работу, да? — она посмотрела на нее чуть печальнее. — Угу. До Мира время идет быстро, меня уже ждут. Но ты можешь побыть еще тут, позаботиться о Мари и малыше. — Ну, — она нахмурилась, мотая головой, — Я с тобой поеду. Не хочу тут одна. — Ты не одна. — Но без тебя, — Маша вздохнула. — Посмотрим. Я тебя просто заранее предупредила, чтобы ты подумала. — Хорошо, — Маша кивнула и улыбнулась, — Вот всю жизнь бы с тобой так гуляла. Никуда не торопимся, место новое и всем не особо интересно, кто мы и что. — Да, согласна, — Лаура улыбнулась и взяла ее под руку. Они шагали неторопливо, когда Маше позвонили: — О, Миша, — девушка улыбнулась от входящего, — Алло, привет! — Привет, а ты чего это в Питере? — А откуда вы… — Маша посмотрела назад и остановилась, увидев Настю, Михаила с сыном на руках, — Да ладно… — Чего? — Лукина тоже обернулась и улыбнулась, увидев знакомые лица. Михаил поставил сына и тот неуверенно потопал со счастливой улыбкой к Маше, которая пошла навстречу, раскрыв руки: — Привет, — блондинка подхватила его на руки и зацеловала в щеку. Малыш обнял ее за шею, смеясь от щекотных поцелуев: — Привет, — Михаил и Настя обняли Лауру, а следом Машу, — Вы чего в Питере? — Мари в больнице, родила… мы вот приглядываем, — Лаура кивнула. — А вы чего не в Сочи? — Маша держала малыша. — А у Миши мастер-класс в группе тут, завтра и послезавтра. — Превратил в семейную поездку еще, — Михаил кивнул словам супруги, — Слушай, составь компанию, а? — Я? — Маша усмехнулась, — Я вообще не в форме. — Ну, коньки же привезла? — Угу, у меня съемки все равно. — Вот! Присоединяйся делиться опытом. Завтра группа 14-17, послезавтра 10-12. Так сказать, передай опыт молодёжи. Да и на тебе мне легче показать было бы. — Ну… — Маша хотела давно на лед и это был повод и шанс. — Она согласна, — Лаура кивнула за невесту. — Тогда уж вместе, — Настя показала на Лукину. — Точно! Все, решено, все вместе, — Михаил закивал. — Ладно, — Маша вздохнула, — Тяжелый ты такой стал, — она погладила ребёнка по спинке. — Маш, а он заснул, — Лаура посмотрела на мальчика, который лежал у нее на плече. — Чуть-чуть не дошли до гостиницы, — Настя развела руками, — Весь день гуляем. — Давай, а то правда тяжелый уже парень, — Михаил протянул руки. — Ну, — Маша обняла ребенка. — Давай-давай, потом потискаешь, а то он проснется если, будет скандал. — О, это мы уже от Мари слушали, забирай, — Маша передала осторожно малыша отцу. Лаура и Мари обсуждали скорые соревнования и что брюнетка должна будет уехать. Маша смотрела почту, понимая, что работы ей практически не осталось в Питере и тоже можно будет скоро поехать: — Всем добрый день, — в палату зашел врач, — Как себя чувствует мама? — Не плохо, — Мари пожала плечами. — От папы вести, сейчас он придет, а мы пока проверим, как идет заживление, — доктор подошел, а Маша и Лаура наоборот отошли, чтобы не мешать. — Я тут, — Юра зашел с кресло-каталкой, от чего Маша взяла Лауру за руку и потрясла. — А это зачем? — Мари подняла брови. — Надеюсь вы готовы повидать сына? — Сейчас?! — Мари аж приподнялась. — Всего 15-20 минут, не вставая и в кресле. Идет? — доктор кивнул. — Да! Да, идет! — Буше согласно закивала, хотя, вряд ли, вообще слышала что-то. Маша и Лаура держались вместе, когда Мари привезли к ребенку. Буше посмотрела на него печально сложив брови. Такой маленький, но сильный, он лежал в кувесе. — Сегодня снимаем повязку с глаз, так что, одна победа мамы, одна победа сына, — доктор улыбнулся, — Вес поднимается, 1 кг мы перешагнули, это очень хорошо. Дышит пока трудновато. По поводу сердечка мы еще совещаемся. Стоит ли ждать или вмешиваться операционно. Но мы все держим под контролем. — Совсем маленький, — Мари сказала Юре. — Ну, вы фигуристки тоже все маленькие, а какие сильные, вот и он такой, — парень положил голову, на ее макушку. — Это точно, малыш очень сильный и помогает способ кенгуру, с папой он отлично и спокойно спит, — доктор улыбнулся, снимая повязку с глаз малыша, — Вот так, нас он, конечно, пока четко не увидит, но зато мы будем знать, когда он спит, а когда ждет гостей. — Угу, — Мари с улыбкой погладила его малюсенькую щечку, — Красивый, хоть еще не особо и на ребенка похож. — Это пока, — врач видел, как Мари нежно смотрит на сына и даже цвет лица у нее стал лучше. Маша наблюдала за ними, положив голову на плечо Лукиной и держа ее за руку. Следующим утром Маша съездила на съемку для журнала и вернулась в отель: — Лар, ты собралась? — Куда? — брюнетка зевнула, сидя за ноутбуком и просматривая пересланные Женей записи прокатов с тренировок, делая пометки в своей тетради. — На мастер-класс к Мише. — Я забыла, — брюнетка посмотрела на нее, — Ммм, какая ты красивая. — Спасибо, — Маша поцеловала ее, обнимая со спины за шею и заметила, как у Лукиной в ноутбуке фигуристки прыгают четверные на льду, — Ты работаешь, да? — Отсматриваю, — она поставила паузу, — Надо их подкорректировать немного всех, — Лукина подчеркнула строчку, отделяя имя фигуристки и пометки. — Ааа, — Маша протянула и пошла переодеваться. — Все нормально? — Угу, — Маша сняла с себя платье и взяла свою футболку, а затем лосины. — Тоже собираться, да? — брюнетка закрыла видео. — Угу, — Маша снова протянула и Лукина посмотрела на нее, подперев голову. — Ты покатаешься сегодня. — Да, только пока все 4-ки крутят, я тут с пола двойку еле занесу. — У нас много дел, помимо катка, ты же знаешь. — Да, но другие-то не остановились, это я тут регрессирую. Уже вижу… в какой форме выйду на Мир… — она отбросила волосы за уши. — А что я сделаю? Не могу я им сказала — не катайтесь, у Маши много дел. Тина в Москве, как серебряная, тоже работает. И… — И не катается? — Катается, но… — Вот и все, — Маша поправила олимпийку сборной и переложила коньки в рюкзак, — Одевайся, я на улице подожду, а то жарко будет, — она раздражалась на ровном месте, поэтому предпочла взять отвод. — Я быстро, — Лаура кивнула, понимая желание Маши сейчас уйти. Они приехали во дворец за полчаса до тренировки спортсменок. Тренера, к которым они пришли, рассказали про комплекс, воспитанниц и провели на арену: — Вот здесь вы сегодня будете работать. — Отлично, — Михаил оценил просторный светлый зал, на баннерах лучшие выпускники. — Можно пока набросать план, — Лаура сказала коллеге. — Угу, — он согласно кивнул. — Я пока переобуюсь, — Маша взяла свои коньки. — Давай, — Михаил согласно кивнул, забирая пару листов и ручки. Маша поправила шнурки и вышла на лед. Приятное чувство в ногах. Она соскучилась по льду. Немного проехавшись, она поняла, что тело бастует и не хочет кататься: — Как лед? — Миша посмотрел на подъехавшую блондинку. — Не плохой, — Маша подвигала немного ногами, глядя на коньки. — Покатайся еще, 20 минут есть, — Лаура кивнула на арену. Девушка отрицательно помотала головой, на что брюнетка подняла брови и посмотрела на Михаила. — Ты чего? Всегда хватаешься за свободные минутки. Раскатайся. Ты сегодня у нас наглядным примером будешь. — Хорошо, — Маша вздохнула и поехала по кругу. Болело резко и все. Спина. Нога после операции. Шея. Сразу чувствовалось, что нагрузки давно не было. Лаура смотрела, что пишет Михаил, немого поднимая взгляд на Машу и замечая, что она трет поясницу: — Живой пример не на прыжки сегодня, — она сказала в полголоса Мише. — Почему? — Спину мы еще не проверяли. Вон… нагрузку едва дала и все… — Понял, — он посмотрел на Машу, которая потерла снова поясницу, пока делала раскатку ног в разные стороны. Блондинка через несколько попыток перекидок, пошла на первый простой прыжок. Заход был правильный, отталкивание тоже, а вот высоты не было совсем и она упала с двойного тулупа, сразу поднимаясь и проверяя удобность коньков. Заиграло раздражение, она почти сразу идет на прыжок, но уже из другой части арены. Едет быстрее, отталкивается и снова падение: — Выше, — Миша сказал ей, не глядя на нее. Маша проехалась немного прямо, поправляя шнурки и делая их туже. Девушка попробовала снова. Заход выбрала чуть с большей скоростью. Оттолкнулась ногами и с большой ошибкой, но выехала с двойки, едва не задевая бортик при выезде. Лаура помотала ей головой и Маша едва не запыхтела от злости на себя и свою форму. Блондинка немного на скорость поездила по кругу, пошла на тройной, что Лукиной сразу не понравилось. Девушка делает прыжок, но угол вообще выпал, от чего она снова упала на лед: — Что за угол, Маша?! — Михаил развел руками. — Не шуми, — Лаура подозвала ее рукой, — Смотри, — брюнетка вышла к ней на лед, — Пропала высота, потому что давно не тренировали ее. Ничего, это подкорректируем. Скручивание надо чуть сильнее и собирайся вот сюда, — она показала ее руками, — Двойке хватит высоты. — Какой двойке, Лаура? — Маша посмотрела на нее хмуро, — Мне 4-ки нужны, — она пыхтела от усталости. — Сделай так, как я сказала. И не Лаура… мы на льду, — брюнетка сказала ей тише. — Поняла, — Маша кивнула и поехала снова на прыжок. Но разумеется, неподготовленное тело снова падает и она раздраженно бьет по льду. — Аренда льда у вас есть? — Лукина смотрит на то, как Маша медленно поднимается, — После мастер-класса? — Да, у нас там окно на час. — Подходит, — брюнетка взяла телефон и пошла позвонить по этому вопросу. Маша стояла у бортика, разглядывая с Михаилом план на мастер-класс и обсуждая его: — После мастер-класса у тебя тренировка, — Лукина сказала Маше немного сухо. — Поняла, — она кивнула, зная, что сейчас с ней говорит тренер Лукина. — Офигеть, это она… — они услышали голоса девушек. — "Офигеть, это она", — Михаил с улыбкой передразнил девочек, шепча Маше, которая уже засмущалась, от того, что они обсуждают ее и посмотрела на Лукину, которая была не такая улыбчивая, но блондинке немного улыбнулась. Девочки вышли на лед перед гостям и тренерами, их было человек 15. Во время отрабатывания и мастер-класса, Маша очень помогала со скольжением и вращениями. Михаил и Лаура работали с девочками над прыжками. Маша увлеченно объясняла детям, что и как по технике, пока те, едва ли не в рот ей смотрели. Лауру это немного умиляло, поскольку влияние Маши шло даже тогда, когда она не замечала. И сейчас их мечта сбывается — олимпийская чемпионка показывает, как делать заклон. Михаил обернулся на Машу, когда они уже откровенно стали дурачиться с девчонками и шутить. Поэтому мужчина понял, что пора сворачиваться, как раз к концу тренировки. — Так, фотографию с гостями, — тренер взял телефон. Маша стояла среди девочек и улыбалась. После фотографии, они все ее обнимали и что-то еще спрашивали, пока были последние минутки. Маша старалась со всеми поговорить. — Время, девушки, — Михаил объявил. — Все, удачи, — Маша обняла девочек, которые задержались расспрашивая про олимпиаду и шутя о своем уже. — Спасибо большое еще раз, — они кивнули и поехали счастливые на выход, прощаясь с Лукиной и Мишей. Маша проехалась немного по льду и попыталась сделать вращение, которое они сегодня отрабатывали с детьми. Выход в Бильман дался со второго захвата, но он был стабильно высокий и прогнутый: — Так бы и смотрела на него, — Лукина сказала, когда подъехала Маша. — На мой отбитый зад? — Маша подняла брови с улыбкой. — На твой, чуть-чуть недозахваченный Бильман, — Лукина улыбнулась, — Силы есть. — Надо через них, — Маша кивнула, снимая олимпийку, — Давайте, товарищ тренер, научите меня прыгать двойку. — Не я буду учить, — Лаура кивнула на идущего обратно Михаила, — Я тут поняла… что лучше мне просто поглядывать. — Мм, особые отношения… — А то, — Лукина улыбнулась, — Давай, покатайся хорошо. — Поняла, — блондинка поехала раскатываться. — Толкай-толкай! — Михаил ей кричит и Маша пытается оттолкнуться, но так устала, что тормозит и раздраженно дает себе в лоб, — Ну что за… Маша, елки-палки! — Не кричи… — Лаура говорит ему спокойно, — Она так больше ошибается. — Она во всем что-то сегодня ошибается. Блондинка услышала эту фразу, когда подъехала за салфеткой: — Знаете что? А идите-ка вы в баню с этими прыжками, все, нафиг, никуда не поеду, — Маша собралась выйти со льда, но Михаил легко поставил ее обратно на лед и немного подтолкнул вперед. — Еще раз. Пока не прыгнешь простой каскад два-два, даже не надейся. — И все? — Маша посмотрела на него, — Сразу домой? — Да. Маша отложила салфетку и пошла на прыжок. В ней играло раздражение и отчаяние, поэтому она ловко отталкивается ногами и делает неожиданную для себя тройку, поэтому на двойку просто нет правильного положения ног и она выезжает из элемента: — Третьякова! А какого ты дурака валяешь, если тройку прыгаешь?! — Михаил вздохнул, — Еще раз. Два-два и домой. Маша раздраженно зарычала и топнула ногой: — Я уже не люблю тебя опять больше, — она треснула его плечо. — Ау, больно! — он открыл рот от возмущения, — Вот это вот сразу видно, взяла олимпиаду и выпендривается. — Да, — Маша кивнула задрав нос и улыбнулась, продолжая попытку каскада. — Какие же вы странные, — Лаура усмехнулась. Маша оттолкнулась снова и наконец-то приземлила каскад из двоек: — Лаура, я выбила нам пропуск домой, еху! — она радостно поехала к бортику. — Спасибо, а то засиделись, — Лукина усмехнулась. — Все, спасибо, до завтра, — Михаил обнял их обеих и посмотрел на Машу, — Чтобы завтра размялась перед льдом. Будешь малышне двойки прыгать. — Если встану, — Маша кивнула. — Все пока, — он улыбнулся и ушел. — Давай, выбирайся со льда, — Лаура поднялась и заметила, как Маша сильно сжимает рукой бортик, — Маша? — М? — она смотрела на поверхность, на которую надо подняться. — Маша? — Я нормально… — она сглотнула и подняв ногу, стиснула зубы, поднимая свою оперированную ногу, — Твою мать… — Чего? — Лукина придержала ее под руку. — Нагрузку резко дала… — Маша поняла, что нога болит, как раньше. Все, к чему она долго привыкала, сейчас придется терпеть снова. — Давай, аккуратно, — Лукина пересадила ее на лавку и присела к коньку, — Потихоньку. — Угу, — Маша зажмурилась, схватившись за ее плечо, когда брюнетка попыталась освободить ногу. — Тш-тш, чуть-чуть, — брюнетка расшнуровала еще сильнее конек и аккуратно сняла, — Как? — Угу, — она выдохнула, — Я сейчас, нормально… — Не торопись, — Лукина кивнула, поглаживая ее колено. — Это опять все сначала… с самого начала… — Так всегда в первые дни нагрузки. Но пройдет быстрее. Потерпеть надо, — Лукина погладила светлые волосы. — Угу, — она кивнула и вдохнув поглубже посмотрела на нее, — Чего ты присела-то, сядь нормально, тоже же устала. — Я разберусь, не переживай, — Лукина улыбнулась, — Кроссовки надеваем? — Будешь еще меня одевать? — Даже больше, соберу твои коньки в рюкзак и помогу добраться до такси. — Лучшая, — Маша обняла ее, прикрывая глаза. — Все пройдет, потерпи, — Лукина поцеловала ее щеку, поглаживая спину. На втором мастер-классе следующего дня, хоть Маша и улыбалась и общалась с детьми, как и днем ранее, но Лаура видела, что это через силу, у Маши сильно болела травмированная нога и уколов у них тут не было. Нужно было лететь домой. В любом случае. Блондинка показывала формы скольжения, на одном из которых, у нее так вступило в спину, что она дернулась: — Продолжайте, — девушка натянула улыбку и подъехала к Лауре, — Смените меня, Лаура Альбертовна. — А ты куда? — Лукина посмотрела на нее и заметила, что у нее почти искрятся глаза, — Нога? — Нет, — она помотала головой. — Спина… Иди давай. Не отсидеться. А в больницу. Любую. И прям сейчас. Я не шучу. — Ладно, — Маша выдыхает, у нее падает слезинка. — Тш, давай, иди. — Спасибо, — Маша поехала на выход, а Лукина переключилась на работу дальше. Маша была у Мари и они спокойно разговаривали. Блондинка видела, что Мари расцвела от того, что теперь может ходить к сыну и быть с ним рядом. Ради него она стала стараться больше и сильнее придти в норму: — Ты не обидишься, если мы уже поедем в Москву? — Давно пора, у тебя Мир. — Не факт еще… — Маша вздохнула. — Чего? — Нет наборов прыжков. — Потому что ты тут засиделась. Надо было, как я малыша увидела, ехать. — Наверное, не знаю… Тебя оставлять не хочется. — Я нормально. Тут Юра и мама. — Но доверенное лицо я. — Ну ничего, пора мне доверять и своим близким тоже. Чуть-чуть сильнее, но не так, как тебе. — Да, — Маша улыбнулась. —Привет, — Лукина пришла и вручила Мари букет, на что она улыбнулась и посмотрела на Машу, — Чего? — Мысли схожи, да? — она кивнула на такие же цветы в вазе. — Ты подарила? — Лаура посмотрела на Машу, которая кивнула с улыбкой. — Ну, ничего, два веселее, — брюнетка добавила их в вазу. — А мы тут совещаемся вот, — Мари кивнула на Машу. — По поводу? — брюнетка подняла брови. — Марию Владимировну пора высылать в Москву. — А не получится. У Марии Владимировны еще три дня встреч, она забыла, кажется… — Блин, — Маша поморщила нос, вспоминая. — А вот мне бы надо сегодня вылететь, — Лаура поджала губы. — Господи, да летите уже. Конечно. Спасибо, что побыли со мной. Правда. Но… мы с сыном собрались, так что потихоньку будем поправляться и держать вас в курсе. — Уверена? — Лаура смотрела на нее внимательно, — Все-таки, ты со мной долго тогда возилась. — Ну, знаешь, мы не меряемся, тут дело в состояниях. Вот я уже в той кондиции, когда меня можно доверить жениху и матери. — Да, — Маша кивнула. — Ну и все. Идите там провожайтесь, собирайтесь, я нормально, правда. — Тогда пойду собираться, — Лаура обняла Мари. — И провожаться кто-то пойдет, — Буше сказала Маше. — Конечно, — девушка кивнула. — Все, шагайте, — она отпустила Лауру. — Помоги-ка только, — Маша протянула руку к Лукиной, на что брюнетка взяла ее за кисть и Маша болезненно поднялась, — Ни-че-го страшного, пошли, не делай такое лицо, — она развернула брюнетку, — До скорого, я приду еще. — Хорошо, — Мари помахала. Маша смотрела, как Лукина собирает вещи в отдельную сумку, чтобы оставить Маше чемодан. Брюнетка подошла к ней и посмотрела в глаза: — Честно скажи. — Спина просто защемилась. Честно. Доктор сказал так. Я приеду в Москву и пройду еще раз все, правда, — Маша сложила руки на ее пояснице, — Я тебя люблю. — Я тебя тоже, — Лукина вздохнула и обняла ее, — И как… как тебя тут оставлять? — Легко. Утром будет все нормально. Три дня и я приеду к тебе, — Маша улыбнулась, — Что нам три дня? Это же не три месяца, да? — Ну да, — она погладила ее щеки и поцеловала, — Но я уже скучать начинаю. — Я приеду тебя развлекать, не переживай, — Маша улыбнулась, — Я в порядке. Ну, потаскаю этот пояс, да потом посовещаюсь с ВасГеном, он скажет, чего еще пошаманить. — Уколы он скажет колоть, что, впервые что ли, — Лукина погладила ее поясницу в ощутимом плотном поясе, — Наверное, заклоны вчера и падения, да? — Неа, — Маша помотала головой, — Просто нагрузка после перерыва, — блондинка протянула к ней губы, — Лечи. — Лечу, — она с улыбкой поцеловала ее, обнимая к себе крепче, — Какая ты красивая у меня, сил нет. — Вся в тебя, — Маша засмеялась, — Все, давай, я провожу тебя до лифта, извини, вниз не поеду, а то потом топать далеко. — А давай-ка тут попрощаемся и ты ляжешь отдыхать, угу? — Ладно, — она кивнула. Они смотрели друг на друга долго и Маша крепко ее обняла, прижимаясь всем телом, — Люблю тебя. — Я тебя тоже. Они несколько раз целовались, но звонок о том, что такси ждет и Маша вздыхает, понимая, что ее пора отпустить: — Все, на телефоне. — Хорошо, не скучай. Побудь еще немного с малышом Буше и с ней, и домой, угу? — Договорились, — Маша улыбнулась, — Хорошо долететь. — Спасибо. Все, люблю, — она ее поцеловала и прошла к двери, — Береги спину, и ногу, и… — Всю себя, я поняла, — Маша засмеялась. — Да, — Лукина обнимает ее еще и выдыхает, — Все. Пока. — Пока, — Маша помахала рукой и проводила ее до поворота взглядом. Закрывая дверь, сразу становится грустно, от того, что они опять будут в дали, хоть и не много. Маша забралась на кровать и легла, обнимая к себе подушку, которая пахла шампунем Лукиной.