Поверь в меня

Маша занималась домашними делами, когда пришла Лаура: — Маша? — Да? — девушка вышла к ней в коридор, потому что любимая звучала ужасно взволновано, — Что? — брюнетка взяла ее за щеки и много много раз поцеловала в губы, — Ммм, это что за нежности? — девушка засмеялась, отвечая на все поцелуи. — Я была на примерке. — Так, и? — девушка прищурилась — Примерке того, что придумала ты. — Ааа, так, и? — Маша подняла брови испугавшись внутри, что невеста не оценила то, что они насочиняли с модельером. — Это идеально, — Лаура была правда радостной, — Все-все-все, как надо. — Серьезно? — девушка улыбнулась. — Ну, немного она еще там подошьет, но… в целом, мне очень понравилось все. — Ммм, теперь мы обе радостные, — Маша обняла ее за шею. — Очень сильно, — брюнетка потянулась опять поцеловать, когда в дверь позвонили, — Ты кого-то ждешь? — Ага, любовницу, а тут ты пришла раньше времени, — девушка усмехнулась. — Давай возьмем ее к нам третей. — Не мечтай, — Маша чмокнула ее в лоб и пошла открывать. Лаура посмотрела на дверной проем и напряглась. Маша вообще замерла и стояла, как вкопанная: — Мама? — девушка озвучила, то, что видела. — Здрасьте, — женщина не разделяла радости встречи, выглядела вполне хмуро, строго, прохладно. — Здрасьте, — Лаура медленно кивнула, настораживаясь. — Я пройду? — Эм, да… — Маша отошла до Лауры. — Приглашение пришло, вот… Пришла спросить, что за шутки у вас такие? — женщина показала карточку, которую блондинка отправила письмом, после того, как на электронное приглашение ответа не получила. — Это… — Маша стала волноваться и почти заикаться, — Это не... шутки. Мы... мы правда женимся через... 1,5 недели. — Нет. Не может быть. Вы же… Боже, Маша! Да зачем так шутить? А Вы зачем поддерживаете? — Да мы вроде… ну, не шутим, — Лаура сглотнула, — Мы уже три года вместе… Сейчас вот… Свадьба будет, — брюнетка переняла заикание возлюбленной. — Какая к черту свадьба, девочки?! — она улыбнулась, — Вы слышите этот абсурд сами? Свадьба… у девочек. Бред же! — Мы любим друг друга, — Маша пожала плечами. — Как подружки? — Да нет же, как… как обычная пара, — Лаура начала отвисать и понимать, что поздравлений им ждать не стоит. — Какая из вас пара?! Маша! Это что за цирк, где главные клоуны ты и твой тренер! — Лаура давно не моей тренер, я тренируюсь в Америке и мы… мы не клоуны, мы… Мы пара. Любим друг друга. Давно и сильно. — Это невозможно. Она же даже… — Не говори ничего, — Маша нахмурилась, только почувствовала попытку обидеть Лауру, — Она прежде всего прекрасный человек, которого я люблю, а все остальное, что ты хотела озвучить, для меня не имеет значения, как и для нее, — Лаура согласно кивнула. — Как тебя Москва испортила… Зазналась, да? — женщина смотрела на Машу с таким призрением, что Лауре было ее жаль, жаль потому что для Маши эта встреча была мечтой… которая посыпалась и продолжает рушиться прямо сейчас сильнее. — Я не зазналась, мама. Я все такая же. — Нет! Моя дочь себя так никогда бы не повела! Ты позоришь семью. Меня. Отца! Куда не плюнь, уже все знают, что ты с теткой взрослой играешь в обнимашки, да свадьбу какую-то планируешь. Только, если ты выйдешь за нее, мы навсегда прекратим общение! Я тебе клянусь! — Ма, да я же ничего не сделала, — Маша возмутилась от абсурда, поэтому и улыбнулась даже. — Сделала! Разочаровала в очередной раз! Стоил вот этот твой прокат на Мире, того, чтобы вообще заново в коньки лезть?! Стоило приезжать сюда, чтобы вот так себя вести?! — Да как я себя веду?! — она развела руками, — Что я сделала? — Ты позоришь память отца! Прежде всего! Я сказала, выйдешь за нее, мы больше никогда не увидимся. Вот прям сейчас скажи ей все и поехали домой. Давай! Маша молчит, она смотрит на мать, от чего Лаура поджимает губы: — Маша… — брюнетка осторожно тронула ее плечо, — Может… вы с мамой вдвоем поговорите и… — Нет, — Маша помотала головой, моргнув пару раз, — Нет. Я все для себя решила. — Правильно, — мать Маши кивнула. — Уходи, — она сказала ей печально, — Из нас двоих, память папы только что оскорбила ты, когда бросила меня, зная, что ты единственная из родных, кто у меня остался. Это не я его подвожу своим выбором, не я разочаровываю. А ты. Ты, когда ставишь такой ультиматум. Но играть по правилам я умею. Я никогда не предам людей, которых люблю. А Лауру не предам еще и потому, что она давно мой самый близкий и родной человек. И ты мне уже и не нужна. Когда была нужна, ты отвернулась от меня. Но я злиться так и не научилась, и если когда-нибудь тебе будет нужна моя помощь, всегда рада… Даже после таких разговоров. Но сегодня, уходи. И… я желаю тебе счастья. Удачи с твоей семьей. А у меня своя будет, — Маша посмотрела на Лауру, взяв ее под руку и сплетая пальцы в замок, — Даже если ты против. Даже если тебе не нравится. Я уже так люблю, что никуда не отступлю. А ты… ты давно показала, что я не номер один в твоей жизни, ну и ладно. Зато есть люди, которые меня ценят за меня, а не за статусы и медали, — Маша пожала плечами, — Спасибо, что заехала. — Ты очень ошибаешься, Маша, — женщина помотала головой, — Ты даже не понимаешь еще, маленькая совсем, глупенькая, какую же ерунду ты делаешь. Ничего не изменилось. Как творила глупости, так и делаешь их. Женю бросила, хотя такой жених… — Ой, все, хватит! — Маша помотала головой, не желая слушать, — Женя давно счастлив с Яной, у них любовь, они путешествуют, живут прекрасно без спорта, сошлись на почве своих минусов и стали плюсом. Так же и у нас. Дело не в Баеве или ком-то еще. Дело только в любви. Понимаешь? Ты можешь топать ногами, я это умею от тебя, но… Но ничего это не даст. Ты только позоришь себя сейчас, в глазах Лауры и моих немного… — Слушайте, на улице льет, как из ведра, — в дом зашел Альберт, — Прошу прощения, не помешал? — Нет, я уже ухожу, — женщина стиснула зубы. — Напрасно, давайте знакомиться, Альберт Васильевич. — Папа… — Лаура помотала отцу отрицательно головой. — Ааа, так вы отец этой женщины?! Живете тут с ними? Не педофил, нет? Жить с молоденькой… — Тш, — Маша притормозила руку Лауры, которая разозлилась, — Тебе пора, все, — Маша пошла сама к двери. — Я твоя мать! Ты должна меня слышать! Уважать! — Я тебя слышу! Я тебя уважаю! Но я не хочу понимать! — Маша крикнула на нее, — Ты зачем сюда пришла?! Нагадить всем?! У тебя получилось! Все, иди, а мы будем обтекать! Какая ты молодец, да! Я плохая, что Лауру люблю, а ты хорошая, что с порога человека оскорбила! ДА! Все, браво, теперь можешь идти и жить свою прекрасную жизнь с Иваном, мы вам мешать не собираемся! Ни я, ни Мари! Он, кстати, дедом стал, мог бы для приличия приехать, она ждала. — У нас нет времени. — Но приехать из-за того, что я лесбиянка ты смогла?! — Даже не называй себя так! Это ужасно! — Слушайте, давайте выдохнем, — Альберт смотрел на спор озадаченно, — Я вот тоже первое время и против был, ворчал много, Машеньку бывало словами задевал и дочь свою тоже, но потом я же узнал и ее, и пару их, да и успокоился. Дочь у вас, что надо. Воспитанная и очень добрая. И совсем не проблема, что любят они друг друга. Нам родне вообще рядом надо держаться. Вы сами посудите… Маша же чемпионка всего, на слуху, за ними и так постоянно следят, все кому не лень, хотя бы семья должна быть полностью за них. Светлана смотрит на него и переводит взгляд на Машу: — Ты не передумаешь? — Никогда, — Маша ответила спокойно и сразу. — Тогда матери у тебя больше нет, — женщина обошла ее и ушла за дверь. Маша сглотнула и посмотрела на Лауру. Брюнетка взяла ее за руку и обняла к себе, укладывая подбородок на макушку: — Зато у тебя мы есть, — Альберт улыбнулся ей, — Знаешь, как мы тебя любим все. Не как Лаура, конечно. Но сильно-сильно. — Извините ее, — Маша взяла его руку, прижимаясь к груди Лауры. — Ничего, бывает, может одумается однажды, — мужчина махнул рукой, — Благо мамы нет, вот она бы за меня надавала твоей, я, вон, какой красавец. Она же меня в свои коготки так и забрала. — Выбила? — Маша улыбнулась. — Дралась насмерть, — он кивнул и улыбнулся, — С моей мамой, — он шепнул, — Я вам не говорил, — мужчина с улыбкой пошел в гостиную. Маша закрыла глаза, обнимая Лауру крепче и ближе. Брюнетка поглаживала ее светлые волосы. Маша слышала, как у Лауры бьется сердце, слишком быстро, она за нее волновалась: — Я тебя люблю, — Маша прошептала. — Я тебя тоже люблю, — Лукина кивнула, — Ты права… У нас и своя семья будет. Я тебе обещаю, что никогда не оставлю и не предам тебя. Хватит тебе этого уже. — Хорошо, — она посмотрела на нее, — Я тебе верю, очень сильно, — Маша улыбнулась, — Так же сильно, как люблю. — И я тебе, — Лаура поцеловала ее, обнимая крепче, — Не расстраивайся. Понимаю, что обидно, но… — Нет, — Маша посмотрела в ее глаза, — Мне обидно не за себя. А за тебя. Потому что она в очередной раз приводит доводы, основываясь на своем узком мышлении и не желании понять и узнать тебя. Но я очень счастлива, что теперь, я полностью могу переключиться на нас. И не думать про то, что было до. Как видишь, ты была права. Никакая медаль ее не вернет, потому что она и сама не хочет… Я пыталась. Мы пытались. Но… Вышло, как вышло. — Папа прав, — Лаура погладила ее щеку, — Ты самая добрая и искренняя. И такое сокровище надо беречь. Даже иногда от близких людей. — Больше не близких. — Не говори так, ладно? Ты можешь злиться, но мама она твоя все равно. Наступит момент, когда она захочет тебя увидеть или ты. И это будет нормально. Поэтому… не зарекайся, ладно? — Может ты меня научишь… — Чему? — Быть вредной, с принципами, а не… давать себя топтать всем подряд. — Неа, — Лаура улыбнулась, — Потому что ты не даешь себя топтать… Ты просто пропускаешь и не впитываешь гадости людей… Этому, надо мне научиться. — Ну, благо, времени у нас будет много. — Да, — Лаура улыбнулась и обняла ее, — Все будет хорошо. — Я знаю, мы же вместе. — Угу.