Поверь в меня

Маша проснулась и поняла, что не в отеле, ощущалось покачивание, значит, они были все еще на яхте. Блондинка потерла бок и распахнула глаза: — А одежда где… — она спросила себя в слух, ощущая обнаженную кожу под рукой. — Не переживай, потеряла ты ее с проверенным человеком, — к ней повернулась Лукина и поцеловала в губы, — Боже… голова тяжела. — А ты… а мы… Ничего не помню, — Маша уткнулась в ее плечо, зажмурившись. — Мы вчера, — у Лукиной немного хрипел голос, — Мы вчера были в разных местах, но к 3 ночи, поняли, что… нам надо, ну, как говориться, объединиться всем. Поэтому Мари звякнула, и мы встретились на пирсе, но, там было мелко и мы перлись до яхты по воде. Ты пошла меня сушить… Датая, как я… Ну и… все. — Все? — Секс и сон, — Лаура кивнула с улыбкой, — Нам много не нужно. — Ммм, девичник удался значит, — Маша усмехнулась, — А чего у тебя голос хрипит? Не простыла? — Маша… — Лаура шепнула, — Я орала караоке… Всю ночь. — Ты?! — Маша подняла голову с улыбкой, — И я пропустила?! Ну! — Маша засмеялась. — Слава Богу, а то ты бы отменила свадьбу, — Лукина поцеловала ее и погладила щеку, — Остался один день. — И он будет похмельным, — Маша шепнула. — Ничего, поэтому заранее и отметили. — Да, — она кивнула и взяла ее за руку, глядя на ее улыбку, — Ты придумала… клятву? — Я конечно сочинила… Но, Маша… если я запнусь, посыплюсь. — Ничего, — Маша улыбнулась, — Я тоже вроде что-то держу в голове, но… от волнения могу забыть. — Да, — Лаура улыбнулась, — Я буду в белом, главное это не перепутать. — Я тоже буду в белом, — Маша улыбнулась, — Все будет отлично. — Да. Это наш день. Захотим затупить — затупим. Обе. — Это я за, — Маша засмеялась, обнимая ее. Маша и Лаура остаток дня провели вместе, сходили в спа, расслабились и под вечер встретили родителей Лукиной и пару гостей, которые были уже со стороны брюнетки. Пока Лаура очень активно общалась со своими друзьями, Альберт подошел к Маше: — Как настрой на завтра? — Волнуюсь, — Маша пожала плечами, — Но думаю, будет все… Классно. — Иначе и быть не может. Ты же знаешь, она всегда за тебя. — И я за нее, — Маша улыбнулась, — Вы же не будете плакать завтра? — Я? Хм… Буду. Если она будет. Или если Таня. Или если ты. Я уже так… проникся к тебе. Словно, ты всегда была частью нашей семьи. И я очень рад, что моя дочь и ты выбрали, друг друга. Это большое взаимное счастье. — Мм, — Маша с умилением обняла его. — Ты большая умница, и завтра, все будет так, как захочешь ты. А зная твой характер — все будет прекрасно. — Спасибо, — Маша кивнула и посмотрела на Полякову, — Вы уже забираете Лауру? — Надо выспаться, чтобы завтра все было хорошо, — женщина с улыбкой кивнула, — Лукина. — Все, ладно, до завтра, — брюнетка попрощалась к друзьями и подошла к невесте, — Ну? Уже? — Все вещи взяла, все в машине. Пора ехать туда. — Ладно, — Маша улыбнулась, — Ты же знаешь, время пролетит быстро, — девушка взяла ее за руки, — Увидимся у алтаря? — Да, — брюнетка кивнула и посмотрела на родителей со смущением. — Боже, а завтра как? — А завтра повод будет... — Ладно, — они отвернулись и Маша с улыбкой поцеловала свою возлюбленную. — Спокойной ночи. — И тебе, — Лукина поцеловала ее в лоб, — Все, всем до завтра. — Пока, — родители обняли брюнетку. Маша проснулась рано. Очень волновалась, поэтому пол ночи ворочалась. Она приняла душ. Умылась. Пару раз посмотрела на платье на вешалке и вздохнула, пытаясь успокоить себя. К 9 утра пришел ее визажист и парикмахер, которые будут собирать девушку. Блондинка очень волновалась, поправляя снова и снова кольцо на пальце, чем привлекала внимание мастериц: — У вас будут еще одни кольца? — девушка, которая делала прическу, спросила с улыбкой, чтобы отвлечь немного блондинку. — Да. Обычные, обручальные. Мы решили, что эти будут так… на выход. Лауре неловко носить свое кольцо… оно, дороговато, как и мое. Не на каждый день. — Тоже верно, — девушка кивнула, — Так, ну смотрите. Я заканчиваю. Маша посмотрела на убранные в водопад волосы, которые были красивыми волнами: — Мне нравится. — Спасибо, — девушка улыбнулась, — Фату я прикреплю перед выходом, она у вас длинная, потом можно будет снять, покажу как, чтобы прическу сохранить. — Хорошо, — Маша кивнула и вдохнула поглубже, — Я уже сверх волнуюсь. — Все будет прекрасно, — девушка визажист, продолжила делать макияж. Мари зашла к Маше в 10 утра: — Так, ребенка, жениха и маму выпроводила уже туда, полностью в твоем распоряжении, — Мари с улыбкой подошла к Маше и посмотрела на нее, — Какая ты красивая. — Я? — Маша открыла рот, увидев на подруге уже платье на бретелях с металлическим отливом нежно-золотого цвета, — Ты такая красивая. И когда ты так похудела? — Я держу себя в форме, но сегодня планирую поесть всего и много. Сыну молоко добыла, так что, можно хлопнуть шампанское, — она взяла бокальчик с подноса, — И ты давай, для спокойствия. — Давай, — они с Мари чокнулись, что снял фотограф, — Как пью не фоткай, я же еще член сборной. — Конечно нет, — парень засмеялся. Мари и Тина ждали девушку, пока ей помогали надеть платье и фату: — Дамы, невеста готова. — Ну, — Мари поднялась и посмотрела на Машу, которая вышли из соседней комнаты, где ее все фотографировали, пока собирали, — Офигеть… — Ну что? — Маша скромно улыбнулась, — Нормально? — Шикарно, — Тина кивнула. — Спасибо, — девушка смущенно улыбнулась, — Значит, я готова. — Поехали тогда, — Мари медленно кивнула, платье на Маше и весь ее образ были такими нежными, — Ты очень красивая, Маш. — Надеюсь и Лауре понравится, — девушка обняла ее. — Даже не сомневайся. Лаура была уже готова. Ее комбинезон был нежного кремово-белого оттенка. Держался на груди за счет корсета, красивой оборкой украшался сверху, подчёркивая талию, он переходил в светлые легкие брюки. На поясе было переплетение ткани, которое отходило назад мерцающим легким, красивым длинным шлейфом, который убирался при желании. У Лукиной волосы были подвиды и уложены, с правого края был приколот цветок нежно-белого оттенка. Она выглядела прекрасно, волновалась, но была очень счастлива. Фотограф ее тоже облепил, делая фотографии сборов. Организатор свадьбы следила за всем. В зоне фуршета у дома гости уже ели закуски, пили коктейли, играла живая музыка. Они мило общались, пытаясь предугадать, каким будет образ у невест. Все были счастливы и спокойны в этот день. Родители Лауры переживали за дочь и очень ждали ее появления: — Там Маша скоро приедет, можно начинать, — Полякова шепнула родителям брюнетки. — Уважаемые гости, мы просим вас проходить на задний двор к арке. Скоро начнется церемония, — женщина сообщила и гости, стали активнее проходить на улицу. Народу вышло много. Спортивные друзья Маши и коллеги-тренера Лауры, очень много хороших знакомых, общих и личных. Юра ходил с сыном, который был наряжен в костюм с бабочкой в цвет его галстука. Гости успевали сфотографировать на память и что-то поснимать. Уже все в сетях обсуждали, что пара женится. Словно, весь мир знал, что свадьба вот-вот состоится. Мари зашла в дом и второй раз за день открыла рот: — Какая ты красивая. — Спасибо, — Лаура улыбнулась, — А вы… вы уже тут? — Да, Машу оккупировал ваш организатор. Вы встретитесь у арки. — Как она? Волнуется? Спала? Поела? — Ты сама выдохни и она будет чуть меньше волноваться, — Мари улыбнулась, — Ооо, я уже соскучилась, — Буше взяла у Юры малыша. — Так, я все проверил, все там, — Альберт подошел к ним. — Альберт Васильевич, вы с теской познакомились? — Имел честь, искренне приятно, — он улыбнулся, погладив малыша по руке. — Так, все подружки невест на месте? — организатор посмотрела на Мари. — Я друг, — Женя подошел, поправляя пиджак. — А я подружка, — Татьяна Алексеевна кивнула. — Тина сейчас подойдет, — женщина кивнула, — Разволновалась Маша сильно, нервничает что-то… —Ну? Сейчас? — Мари удивилась, — Держи, вы идите к маме, — Мари передала сына и пошла к подруге на улицу, на лицевую сторону дома, — Мах? — Я сейчас, — Маша держала фату, чтобы не испачкать и опиралась о машину. — Ты чего? — Мари посмотрела на нее, — Маш? — Я боюсь одна идти там… залажаю все… — Ты чего? Это невозможно, это же твоя свадьба. Это ваш с Лаурой день. Ничего не может быть плохо. Ты увидишь ее и забудешь обо всём. Ты просто волнуешься, — Мари обняла ее, — Не бойся. — Хотела, чтобы мои были тут… — Маша печально сложила брови, — Словно, что-то не закончено... — Я думаю, дядя Вова сейчас очень счастлив. Ты выходишь за человека, которого любишь всем сердцем. Ничего… ничего что сейчас опять чувствуешь его нехватку… такой день. — Угу, — она вдохнула, — Ладно. Надо просто уже выйти за Лауру, да? — Определенно, — Тина улыбнулась. — Тогда вперед, не ревите сейчас, а то я тоже продолжу, — она вдохнула поглубже. Когда вступили скрипки, гости направили взгляды и телефоны на спуск. По проходу к арке шли подружки невест. Мари и Тина прошли друг за другом и встали слева. Татьяна и Женя прошлись и встали справа. Играла живая музыка, очень нежная и подходящая под вечер. В микрофон говорила ведущая церемонии: — А сейчас, первой, выйдет сюда наша прекрасная невеста Лаура и ее отец Альберт Васильевич. Гости обратили внимание на спуск снова. Брюнетка выглядела очень счастливой, но не чересчур, стараясь держать свое лицо даже тут. Она на секунду крепче взяла отца под руку, когда увидела количество гостей, которые сидели и смотрели все на нее. Но почти все улыбались, хлопали им с отцом. Альбер накрыл ее руку своей и они прошли к арке, украшенной цветами. Гости очень восхищались тем, насколько Лукина прекрасно выглядит. Женщина встала на сторону своих друзей, поправляя немного шлейф и обнимая отца, который занял место в первом ряду, рядом, с уже роняющей слезинки умиления, женой. — А теперь, я прошу поддержать нашу вторую невесту, которая очень волнуется. Я приглашаю к нам Марию. Лаура задержала дыхание, понимая, что сейчас увидит ее. Гости затаили дыхание, после аплодисментов. Маша прошла до спуска и сглотнула, какие-то доли секунды боялась посмотреть на людей, боялась и волновалась, поэтому остановилась. Она остановилась. В эту же секунду Альберт поднялся и поправив пиджак, прошел до Маши: — Вы чего? — Маша шепнула, выдыхая ртом. — Можно… я сопровожу тебя до арки? — он выставил перед ней руку с улыбкой, — Я конечно не твой отец, но для меня ты очень родная. Маша посмотрела на него и появилось желание уже заплакать, но она вдохнула глубже, кивая, взявшись за его руку: — Спасибо. — Идем, — он завел ее руку под свой локоть. Они спустились и пошли по проходу. На Маше было платье на бретельках. Оно было легким и струящимся. Идеально подчеркивая ее талию, оно разлеталось снизу, из-за разреза почти до бедра, который особо не было видно. Подул ветерок, который развивал волосы, платье и фату. Лаура захотела навсегда запомнить этот момент. Маша не сводила с нее глаз. Она была влюблена в абсолютно все в Лауре. Татьяна лила слезы, потому что в руках у Маши был букет, один в один, как у самой женщины на ее свадьбе. Альберт подвел Машу к дочери. Блондинка обняла его и поблагодарила. Пока мужчина садился, пара очень нежно обнялась, потому что успели соскучиться и чтобы успокоить волнение друг друга. — Уважаемые гости, уважаемые друзья. Сегодня мы собрались здесь, чтобы связать узами брака два любящих сердца — Марию и Лауру. Держа Лукину за руку, Маша смотрела в ее глаза и видела, что ее любимое сердце вот-вот проронит слезы. Поэтому Маша и сама начала испытывать этот трепет того, что все очень романтично и важно сейчас: — И первой свою клятву и слова любви произнесет Лаура, — женщина передала Лукиной микрофон. Брюнетка взяла его, но не могла начать, потому что начали душить слезы: — Все хорошо, — Маша с мокрыми глазами погладила ее щеку, оставляя на ней поцелуй, на что гости похлопали, понимая волнение пары. — Я соберусь, — Лаура улыбнулась, выдыхая, и держа Машину руку крепко, — Я правда выучила свою клятву, но смотрю на тебя и в голове только — я тебя люблю. — И я тебя, — Маша от умиления, хоть и улыбалась, тоже роняла слезинки. — Когда мы познакомились, я думала, что ты слишком упертая и вредная. Не верится, но ты даже раздражала меня, — все засмеялись, — Но почему-то вместе с этим, я еще и испытывала к тебе большую симпатию и восхищение. Никогда не поверила бы, что смогу влюбиться в кого-то такого… прекрасного, как ты, да ещё и взаимно. Но с каждым днём, когда бы упорно покоряла лед, еще больше ты покоряла меня. И допокорялась, — все снова засмеялись, — Я восхищалась сперва тобой, как человеком дела, слова, упорства… а сейчас я просто восхищаюсь тобой. Я и не думала, что влюбившись в тебя, я обрету так много: ты и мой друг, и мой союзник, ты дала мне много правильного, дополнила все то, чего не хватало. И я клянусь тебе, что с этой секунды и всю жизнь впереди, я буду твоим крепким плечом, я всегда буду на твоей стороне, я поддержу тебя и буду понимать, стараться понимать всегда. Я клянусь, что буду рядом, буду тебя оберегать, ценить, любить. И я клянусь, что эту скомканную речь, я тебе потом переговорю так, как учила, — Маша улыбнулась, утирая слезинку и кивая — Я верю, знаю и обещаю — мы будем счастливы, мы будем крепкой семьей и… я тебя люблю. — И я тебя, — Маша обняла ее. — А теперь, слова своей клятвы, скажет Мария. — Лаура хитрая, отстрелялась, пока мы еще не затопили совсем тут пристань, а я теперь шмыгай носом на пол Мексики, — все засмеялись от Машиной шутки. Лаура смотрела в глаза Маши и видела счастье, хоть и слезы катились по щекам: — Когда в группу Снежного пришла ты… я звала тебя Великой. Говорила про то, что ты лишь зазнайка… Это до сих пор так, — Маша улыбнулась, — Только сейчас ты Великая для меня по настоящему. Ты поверила в меня, когда никто не верил, — Маши голос немного дрожал от слез, — Ты научила и показала мне, что когда рядом человек, который поддерживает — можно взять любые цели, и не один раз, — Маша посмотрела на их руки, — Нас свел спорт… Но влюбили друг в друга души. Каждый здесь, кто знает тебя, давно понимает и видит, что за маской твоей холодной строгости, всегда была, есть и будет очень добрая, нежная и чуткая ты. И я счастлива, что вошла в круг этих людей. И прежде, чем поклясться, я хочу сказать лишь одно… Спасибо тебе, — Маша сглотнула, — За то что ты была рядом в самые сложные времена, что была рядом в самые счастливые время, что ты есть в моей жизни, что понимаешь меня и всегда… уважаешь и веришь в мои силы. И я клянусь тебе, что никогда не буду тем человеком, к которому ты не можешь прийти за помощью. Я обещаю быть с тобой рядом и в здравии, и болезни, и в спорте, и тренерстве. Я обещаю на каждую нашу годовщину находить самую дурацкую комедию, брать роллы и сидеть у телевизора только с тобой, — Лаура улыбнулась, кивая, — Твое сердце всегда со мной, а мое с тобой, поэтому я клянусь, что буду всегда тебя любить. Я давно искала свою семью, то, что потеряла с уходом отца и сейчас я наконец-то чувствую, что я ее нашла с тобой, потому что я очень тебя люблю, — Маша сдалась своим слезами совсем и прижалась к Лауре. Брюнетка крепко обнимала ее к себе, одновременно плача. Гости им хлопали, поддерживая и тоже роняя слезы. Им понадобилось время и они обе чуть успокоились, все так же держась за руку: — Пусть слезы, которые сегодня проронили мы все, всегда будут только от счастья, — ведущая смотрит на пару, — Осталось задать всего один главный вопрос. Лаура, согласны ли вы стать женой Марии? — Согласна, — Лукина кивнула, глядя в глаза блондинки. — Мария, согласны ли вы взять в свои жены Лауру? — Да. Да, согласна, — Маша кивнула. — В знак того, что вы обе согласны, я прошу вас обменяться кольцами. — Держите, — Мари подошла к ним с коробочкой. — Ты первая, — Маша шепнула. — Давай, — Лаура взяла колечко и аккуратно надела на Машин палец поверх кольца с птичкой. Маша взяла кольцо и тоже надела на палец Лауры. — С это минуты я объявляю вас женой и женой. Можете поздравить друг друга. Маша сразу поцеловала Лауру, обнимая за шею и ощущая объятие за талию. Гости хлопали и свистели счастливо, пока девушки с улыбками утирали остатки слезинок друг у друга с щек и улыбались. Все бросали вверх лепестки и разные ленточки, пока Маша с Лаурой прошли по дорожке от арки. Все рассаживались за столы, пока пара делала совместные очень красивые, нежные и трогательные фотографии на память на территории зеленой зоны и у океана. Они снова и снова целовались и обнимались, чтобы выразить все свое счастье, которое распирало душу: — Дамы и господа, поприветствуем семью Лукина-Третьякова, — ведущий объявил их. Маша уже сняла фату, как и Лаура отказалась от шлейфа. Они радостно помахали всем, проходя за свой стол, красиво украшенный цветами. — Я голодная, — Маша шепнула Лауре. — Я тоже. За утро вообще не хотелось есть, — Лаура улыбнулась. Весь праздник поддерживал ведущий, были и конкурсы, чтобы гости не скучали и поздравления. Разумеется, первыми пошли поздравлять родители Лауры, поэтому пара поднялась: — Так, я предупреждаю, рыдать буду, — Альберт сказал в микрофон. — Не надо, — Мари помотала головой, — Уже и так все тут с красными носами. — Это солнце, — Татьяна улыбнулась ей. — Я начну или ты, — Альберт шепнул жене, но было слышно из-за микрофона. — Да давай уже, — Татьяна кивнула. Маша с Лаурой улыбнулись друг другу, от того, какие милые они были: — Даю, — Альберт вдохнул поглубже, — Для меня, как отца Лауры, это всегда тяжело… отпускать и доверять ее кому-то, хоть в 20, хоть в 36 лет, — он улыбнулся, — Но… Когда я вижу вас рядом, таких… счастливых, влюбленных и любящих, я даже не боюсь за нее. Нет. Я доверяю полностью тебя Маше, — блондинка благодарно кивнула, — И я хочу вам пожелать сохранить эту любовь, пройти все, что будет на пути… И знайте, что мы вас очень любим и всегда поддержим. И… фух, дальше мама скажет, — он стал слишком эмоциональным, поэтому передал микрофон жене. — Ну да, вовремя, один в один как Лаура, — Татьяна смахнула слезы. — Или она как он, — Маша улыбнулась, держа руку брюнетки в своей. — Я хочу вас искренне поздравить с этим днем. Я горжусь и тем, что Лаура так изменилась, в лучшую сторону, и рада, что Маша стала членом нашей семьи. Да. У вас своя семья теперь. Но мы всегда ждем, любим и рады в нашей семье вам. Будьте счастливы, а остальное будет, — Татьяна улыбнулась дочери. — Спасибо, — они похлопали с гостями, подходя и обнимая их по очереди. — Ну что же, один особый человек со стороны Маши просил слово после родителей, поэтому я приглашают его сюда. — Не-не-не, мы решили всей семьей, — Василий Геннадьевич поднялся и к нему подошли Михаил и Евгений. Машу это тронуло очень, поэтому она взялась за руку Лауры, трогаясь внутри. — Я уточню, Снежной семьей, не то, чтобы мы втроем тут… ну неважно, — Михаил улыбнулся, от чего гости засмеялись. — Я начну, — Василий взял микрофон, — Потому что я тот человек, который видел тебя в 3 года на коньках в нашем дворце, вот такой кнопкой, — он показал у пола, — Ты едва справлялась с силой притяжения, у тебя были только пухленькие щеки, — Маша кивнула с улыбкой, — И огромные карие глаза. Такие большие, что казалось — она боится льда. Но нет… только ты выходила на лед и у тебя появлялся блеск. Я видел огромный путь, который ты шла, потихоньку, помаленьку, но очень красиво, и я рад, что сейчас ты стала такой прекрасной девушкой, которая ничего не растеряла, как была доброй Машей, которая всегда тайком после тренировки съест шоколадку, но поделится со мной, так и осталась ей, мы уже подъели немного конфет, пока все фотографировались. — Василий Геннадьевич, — Маша с улыбкой показала ему палец у рта. — Не-не-не, это были не мы, — он улыбнулся, — Я вас поздравляю. Обеих. Я верю, что вы будете прекрасной семьей и я уверен, что плечом к плечу вы со всем справитесь. — Спасибо, — Лаура кивнула, пока они хлопали. — А я, встретил Машу, когда в 12 она перешла в юниорки, — Евгений развел руками, — Ты была ужасная вредная девочка… — Маша закивала, — Но с невероятным талантом, пластикой, музыкальностью. Ты была и осталась такой. Я убежден, что даже если ты уйдешь из катания, катание из тебя не уйдет. И мы еще поставим ни одну великую программу, которую ты воплотишь даже лучше, чем я представляю. Не побоюсь сказать, что ты муза моей работы, и… Самый добрый человек. В руках Лауры, ты стала еще и очень нежной, очень любящей и очень смелой. Я вам желаю держаться друг друга и поддерживать, на всем пути. — Спасибо, — Маша улыбнулась. — Вы что в Лукиных поведением, оставили меня на последок? — Миша помотал головой, от чего Маша засмеялась, — Ладно, ты знаешь, что я еще тот плакса, — он сказал Маше, на что она кивнула. — Мы все знаем, — Яна и Мари закивали. — Тш, это секрет, — он пригрозил им пальцем и выдохнул, — Я не умею красиво говорить… А очень много хочу сказать, — он посмотрел на Машу, — Прежде всего, это то, что я безмерно за тебя счастлив, — блондинка кивнула, стараясь удержать слезинки, его слова были самыми важными для ее сердца всегда, — Я всегда думаю, что ты меня не удивишь сильнее, но вот, ты первая в группе учишь 4 оборота, потом еще и еще, и еще, ты смело и рискованно идешь на все, чтобы достичь желаемого, чтобы быть довольно собой. И когда я думал, что ты больше не вернешься к нам… на твоем пути в добавок к нашему составу добавился тот самый, самый главный механизм, который смог начать все сначала у тебя и… Ты снова загорелась, после того как погасла. И я очень рад, что как бы не штормило… ты светишь. Как солнышко. Потому что вы рядом и вместе. Я уже не боюсь, что мы в Сочи, оставили тебя, потому что ты с таким человеком, который твоя опора и поддержка. Это дорогого стоит. И я тоже видел этот путь… путь, когда я думал, что вы подружки… ошибался, — все засмеялись, — Но я был рад, когда узнал об этом, словно, все так, как и должно быть. А кто не согласен… хм, ну посмотрят пусть через пару десятков лет на вашей 20-й годовщине, — он улыбнулся, — Мы говорим сегодня втроем, потому что мы три мужчины в твоей жизни, которые всегда надерут зад за тебя любому и поверь, мы все твоя семья. — Спасибо, — Маша кивнула, утирая слезинки. — Я рад, что с той секунды, как ты стала моим другом, ты стала лучшим другом. И я не могу представить лучшей крестной для своего сына и не могу представить никого лучше тебя в роли жены Лауры, или кого-то другого в твоей жизни на месте нее. Как я и сказал… ты идешь на все, чтобы достичь желаемого, и сегодня вы обе прошли все… чтобы стать семьей. Я желаю, чтобы мы собрались вот таким составом через лет 20 и отмечали вашу годовщину. И… 3… 4… — Мы вас любим, — Василий и Женя сказали с ним одновременно. — И мы вас, — Маша первая пошла обнимать их. Пока был небольшой перерыв, Маша смеясь с девочками делала фотографии, они дурачились и смеялись. Блондинка успевала поговорить со всеми гостями, Лаура тоже активно общалась со своими гостями, благо граница это потихоньку стиралось и люди знакомились между собой. Ведущий держал атмосферу расслабленной и дружеской. — Сейчас, я хочу пригласить сюда, на эту площадку человека, который подарил жизнь, опору, плечо и поддержку и силу, для Лауры — ее отца. И саму Лауру. — Что… нет, мы же отказались, — Лаура посмотрела на Машу. — Все хорошо, — Маша улыбнулась, потому что это она придумала, — Иди… потанцуй с папой. Лаура улыбнулась ей и поцеловала, поднимаясь и проходя к отцу. Блондинка смотрела на них с замиранием сердца и теплом. Очень нежные и трогательные, они неспешно танцевали: — Можно… пригласить? Я конечно не твой отец… но я очень тепло к тебе отношусь, — перед Машей выставил руку Михаил. — Конечно, — девушка кивнула и поднялась с ним, проходя на площадку. — Маш, — Михаил держал ее руку, — Поверь… он очень за тебя счастлив сегодня. — Да, — Маша обняла Михаила, потому что потекли слезинки. Они провели так не много времени и Альберт посмотрел на дочь: — Ну все… передаю тебя той… кому ты нужна и кто нужен тебе. — Спасибо, — Лаура кивнула, подходя с ним к Маше и Михаилу, — Можно? — Нужно, — Миша кивнул и погладив Машино плечо, передал ее руку Лауре. — Первый танец? — Лаура улыбнулась ей. — Первый танец, — Маша кивнула, взявшись за ее руку. Они ничего не репетировали, но от этого выглядели так трогательно и мило, танцуя обнявшись и иногда шутя о своем и посмеиваясь, заглядывая в счастливые глаза друг друга. К вечеру началась уже вечеринка, на танцполе танцевали гости. Маша выбралась подышать от шума к побережью, где Мари и Юра немного спорили: — Привет, — блондинка подошла к ним. — Привет, — Юра немного отошел назад, потому что злился. — Вы чего такие? — Маша спросила осторожно. — Мы нормальные, — Мари натянула улыбку. — Я пойду, еще поем, там вкусное мясо такое, — Юра обошел их и ушел. Маша проводила его взглядом и посмотрела на Мари: — Все нормально? — Угу, — Буше кивнула, — Не переживай. Как… как тебе вечер? — Мари улыбнулась, поправляя ее прядь волос. — Вроде все хорошо прошло. Я уже не переживаю, мы самое важное прошли, а дальше… только отдыхать, — Маша улыбнулась, — А вам как все? — Я реву все речи, все танцы, вы очень милые и красивые. — Спасибо, — Маша улыбнулась и посмотрел на заходящее солнце, поджимая губы. — Он сто процентов счастлив за тебя и видел все, — Мари погладила ее плечо, — Твое счастье, это его счастье. — Просто сегодня опять почувствовала его нехватку… — Я понимаю, все это понимают. — И я это понимаю, — Маша кивнула и посмотрела на нее, — Что у вас случилось-то? — Ааа, да ерунда, — Мари махнула рукой. — Ну так скажи, если ерунда. — Я хочу в Москву. Переехать. А… А Юра считает, что Питер это наше все. И… мы кардинально не сошлись во мнениях. — А что в Москве? — Ты. Вы. И… мне предложили тренировать малышек в том же клубе, что и тренерский штаб Лукиной. — Да? — Маша подняла брови. — А Юра считает… что мое дело смотреть за сыном и сидеть дома. Всегда. У меня знаешь… в последнее время такое чувство… Не знаю, бред наверное. — Что? — Я люблю Альберта, и совсем разлюбила Юру. — Нельзя сравнивать эти две любви, Мари. Любовь к своему ребенку одна и она самая сильная, а любовь к… к человеку — она разная. Другая. И… Я не думаю, что ты его разлюбила. Может быт надоел, но… Не разлюбить… Нет. Ты улыбаешься, когда он рядом и глаза блестят, я вижу. И дело тут просто в усталости. — Да? — Ты мама, он отец, вам тяжеловато. Но вот только 10 минут назад, твоя мама забрала Альбертика домой в отель, вы остались вдвоем, может… может надо просто расслабиться и кайфовать? — Кайфовать? Это Лаура практикует такой стиль? — Какой стиль? — Лукина услышала свое имя, пока подходила к ним и приобняла Машу. — Стиль кайфовать и не париться, — Мари развела руками. — О, да, мы пропагандируем часто это, — Лукина кивнула. — Так что иди к своему, почти мужу и быстро его зацелуй. Не поверю никогда, что вы так разругались, что разлюбили. — Ладно, — она вздохнула, — Сегодня твой день, попробую твой совет. — Иди-иди, — Маша довольно улыбнулась. — Эх, красивые вы конечно вместе… — Буше вздохнула, — Пошла. — Спасибо, — Лаура улыбнулась, провожая ее взглядом, — Все нормально? — Шумно слишком, решила подышать, — Маша взяла ее за руки, вставая напротив. — А я тебя потеряла и еще ведущий ищет тебя, пора бросать букетик, — Лаура шепнула с улыбкой. — Сейчас, две минуты и пойдем. — И что мы делать будем? — Как обычно, — Маша поцеловала ее. — Ммм, это можно и 15 минут, — Лаура улыбнулась, целуя ее и обнимая за талию. — Я тебя так люблю, Лаура. — И я тебя очень люблю, — брюнетка кивнула и обняла ее. — Так и стояла бы всю жизнь, — Маша уложила голову на ее плечо. — В любое время, — Лукина погладила ее и посмотрела в глаза, — Но, букет не брошен, торт еще не ели, и ты должна мне пару танцев. — Хоть все, — Маша улыбнулась и посмотрела на горизонт, — Красиво, да? — Очень… и закат. — Ммм, — Маша довольно посмотрела на нее, — Мило. — Не хочу мешать, но вас ждут, — к ним подошла Татьяна. — И маму уже отправили, — Лаура вздохнула. — Неа, я просто слышала и знала, где искать. Где тихо, но красиво. — Твоя мама тебя отлично знает, — Маша сказала Лауре с улыбкой, — Значит, пора бросить наш красивый букет. — Который ты сделала в честь моего букета, — Татьяна сказала Маше. — Я люблю символизм, — Маша подвигала с улыбкой кулон на шее, проходя вперед. — И я, — Лаура поправила кольцо с птицей, взяв маму под руку. Маша и Лаура держали букет вместе, пока гости девушки вставали ловить его: — И так… 3! — гости и ведущий считали, — 2! 1! Маша с Лаурой сделали замах, но цветы не отпустили, от чего все засмеялись, а они с улыбкой прошли к претенденткам и вручили букет Оксане: — Мне? — девушка с умилением приняла цветы. — Тебе, — Лаура кивнула. — Обернись, — Маша с улыбкой шепнула. — Зачем? — девушка обернулась и открыла рот, потому что на колене стоял Евгений с кольцом и цветами, — Ты чего? — она распахнула глаза. — Оксана, раз букет невест у тебя… Выйдешь ли ты за меня замуж? — он спросил с волнением. — Аа… Да. Да! — она закивала. — Ура, — Маша радостно захлопала, пока они обнимались. Маша подпила немного шампанского, поэтому уже весело танцевала с Тиной, Мари, Яной и Юлей в толпе других друзей. Лукина и Полякова живо и с улыбкой болтали за столиком и брюнетка была до не узнаваемости счастлива. Они все были счастливы в этот вечер. Тина и Мари немного поспорили о том, что Мари уже старушка, на что девушка возмущенно открыла рот: — Ну это вызов. — Так, — Яна подняла брови с улыбкой. — Смотри малая, — девушка пошла на траву. — Мари, может не стоит? — Маша поморщила нос. — Третьякова-Лукина, я может и родила ребенка, но форма на месте, — девушка усмехнулась, — Сейчас я, — она сняла туфли. Лаура отвлеклась от разговора, заметив, что девушки стоят у газона и смеются: — Так, задавай, — Мари сказала Маше. — Я? — блондинка подняла руки, — Ваши спор. — Ты тоже уже старушка вообще-то, давай. — Двойной тулуп, — Яна сказала подруге, скрестив руки на груди. — Пф, двойки, — Юля усмехнулась. — Не дразни, — Маша шепнула. — Я и то сделаю, и другое, — Мари отошла подальше, завязала платье чуть выше колена. Девушка разбежалась и сделала два оборота, не высоко, но вылетела отлично в ласточку. — Теперь молодое поколение, — Яна посмотрела на Тину и Юлю. — Легко, — девушки отошли. — Ооо, вы серьезно соревнуетесь? — Маша засмеялась, опираясь о колонну, — Ну давайте-давайте, Василий Геннадьевич еще тут, авось, соберет вас. — Мы чуть-чуть, — Мари посмотрела на девушек, которые одновременно сделали двойной тулуп. — Легко, — Тина кивнула, — Тройной ты уже не сможешь. Точно. — На что спорим? — Мари прищурилась. — Ммм… проигравший… завтра привозит минералку и сок в 8 утра. — Идет, беги в магазин. — Только, — Тина подняла руку, — Все старшие прыгают. Любую тройку. — Маша? — Яна и Мари посмотрели на нее. — Ммм, я конечно прыгну, но вы проиграете. — Посмотрим, — Мари пожала руку девушки, — Я, потом Тина, Яна, Юля и Маша. — Идет, — Тина кивнула. Мари прошлась и собралась с силами. Маша и Яна держались за руку, переживая. Девушка разбежалась и с трудом, но приземлила тройной флип: — Блин, молодец, — Маша похлопала ей. — Тина, — Мари встала рядом со своими. — Хм, иду, — она прошла и сделала очень легкий тройной сальхов, — Яна. — Иду, — девушка вздохнула, — Я давно не прыгала. Не ржать. — Давай-давай, — Михаил скрестил руки на груди. — Ладно, — девушка взяла разбег и прыгнула тройной тулуп, немного плохо его приземляя, но удерживаясь, — Еще могу. — Юля, — Мари кивнула. Девушка легко взяла разбег и прыгнула тройной флип, отталкивая и крепя еще один прыжок в два оборота: — Каскад сделала, — Мари возмутилась. — Но первый тройка, — Тина улыбнулась ей. — Маха. — Иду, — девушка собрала платье к коленям. Лаура прищурилась, волнуясь, как она прыгнет в платье и сейчас. Девушка вдохнула поглубже и прикинув расстояние, взяла разгон и сделала 4-й флип, приземляя и удивляясь: — Ой, — она посмотрела на них. — Не считается, — Юля и Тина сказали одновременно. — Эй, она же невеста! — Яна улыбнулась. — Ладно, тройку, — Маша отошла обратно. Лаура смотрела за ее блестящими глазами, Маше слишком нравилось это все. Девушка взяла разбег и сделала идеальный, высокий тройной аксель, радостно удивляясь, что получилось: — Ха! Даже по баллам старушки вас бы сделали, — Мари обняла Машу. — Ладно, все, хватит, посоревновались, мне минералку не надо, с ними договаривайтесь, — Маша поправила обратно платье. Михаил покачал в ее сторону пальцем с улыбкой: — Юная леди… Не вздумай уходить из фигурного. Еще на сезон высота и прыжки есть точно, — он сказал ей серьезно. — Я… — Маша подумала и улыбнулась, — Обсужу это с женой. — Обсуди, потому что у тебя высота до небес. — Да, и травм столько же, — Маша вздохнула, — Вы уже уходите? — она отвлеклась на друзей и пошла к ним. — Я серьезно, — Михаил сказал Лауре, которая на них смотрела. — Решать ей, — брюнетка кивнула, хотя сегодня была согласна, что Маша в отличной форме, чтобы продолжать, если бы не спина и травмы. — Тортик подаем? — к Лукиной подошел организатор. — Да, давно пора, а то девчонки вон у нас, потратили силы на прыжки. — Хорошо. Маша и Лаура с улыбкой встречали большой торт в 4 яруса, белый цвет и свежие ягоды и фрукты были очень аппетитными. Они вместе отрезали первый кусочек, вручая по традиции родителям и дальше они уже больше не дергались, отдыхая и проводя вечер вместе, общаясь с гостями. Гостям давали тортик с собой, немного еды, девушки уже тоже хотели уезжать, поэтому доверяли все персоналу и своим организаторам, уже сами прощаясь. Когда Маша зашла в их бунгало, она наконец-то облегченно выдохнула, складывая руки на плечах Лауры: — Это лучший день в моей жизни. Даже олимпиада не то, — Маша улыбалась. — Это точно, — брюнетка погладила ее руки, — Ты такая красивая, Маша. Слов нет. Весь вечер. — А у меня есть слова, — девушка улыбнулась и заглянула в ее глаза, — Ты выглядишь шикарно в этом наряде, но без него, ты самая прекрасная, на всем-всем белом свете. — Ааа, заход на брачную ночь, — Лаура засмеялась, — Прошел… — Конечно, я же не вру тебе, жена, — Маша с улыбкой спустилась руками к ее талии. — Ммм, жена, красиво звучит от жены. — Тебе идет. — Тебе тоже, — Лукина поцеловала ее и посмотрела на ее лицо, — Я буду занимать с тобой любовью всю ночь… Все нашу брачную ночь. — Благо, я только за, — Маша кивнула, — Пойдем сперва… повторим наш первый раз? — В душе? — Угу, — Маша закусила губу, — Хочу смыть косметику, лак для волос и просто… просто наслаждаться нами. — Ты точно моя жена, идеи одинаково здравые и умные, — Лаура поцеловала ее, обнимая за талию. — Идем. — Подожди секунду, — Лаура развернула ее к себе и улыбнулась. — М? Любуешься? — Всегда, — она кивнула с улыбкой и поджала губы. — Ты чего? — блондинка подняла брови, — М? — Я твоя жена. Я твое второе мнение теперь? — Да, конечно, я всегда к тебе прислушиваюсь. — Еще сезон. Иди в него. Я с тобой пройду все. Обещаю. И трудности, и травму. Тебе это нужно, ты паришь над землей. Ты... — Ты прервала наш план о брачной ночи этой ерундой? — Не ерундой. А твоим вторым смыслом жизни, после меня, конечно же, — они обе улыбнулись, — Я уверена, что ты далека от точки в спорте. — Ты в меня веришь? Все еще? После... — Я поверила в тебя. Слышишь? Еще тогда, когда ты вставала на коньки... И сегодня каждое слово тех, кто ставил тебя на лед, было о твоем таланте... И я понимаю сейчас, что я верю в тебя так же сильно, как и тогда. Я верю Маш, что ты справишься. И это не конец. Ты мне веришь? — она взяла ее за руки. — Да. — И я верю тебе и в тебя. Поэтому, иди в новый сезон. — Хорошо, с тобой хоть куда, — она улыбнулась, — Еще один сезон, да. Я постараюсь. — И я, — Лукина обняла ее и посмотрела в глаза, — А теперь в душ! Срочно! — Ура! — Маша засмеялась, целуя ее и запрыгивая, обняв ногами за бедра.