BDream

      Дрими не любила свою работу, но у неё не особенно-то был выбор.       Кокетливый взгляд в сторону посетителя, что на этот раз весьма привлекателен собой, хотя большинство было откровенно неприятными и даже не внешне, а отталкивали подсознательно…       Мягкая усмешка, когда выбирают её. Плавные чувственные, но при этом естественные и даже в какой-то мере невинные движения, ведь никто никогда её ничему не учил, она просто была живой и подвижной, стараясь каждое мгновение каждое действие наполнить жизнью, движением…       Тонкие пальцы едва ощутимо скользят по локтю гостя, увлекая того за собой, пока на губах сияет мягкая широкая улыбка…       Она ощущает чужой взгляд на тонких изящных изгибах своей талии, на пышных бёдрах и высокой небольшой, но приятной груди…       Несколько раз по пути в комнату Дрими нерешительно оборачивается, боясь потерять привлекательного и приятного клиента. Она не знает почему, но её невероятно тянет к этому человеку…       Быть может, это потому, что тот невероятно сильно похож на её лучшего друга? Однако Джорджа не выпускают из главного храма, как и Сапнапа. Ни один из них просто не смог бы прийти сюда и это к лучшему, ведь они не смогут узнать про её постыдную работу… Для них она просто очередная младшая жрица…       Дрими отбрасывает все мысли прочь, когда за ними наконец закрывается дверь. Мягкий румянец, смущённая улыбка и жалостливые большие зелёные точно изумруды глаза…       Человек не торопится её касаться, не подаёт никаких знаков того, что хочет чего-то иного, мягко улыбаясь в ответ…       Она умела подстраиваться под клиентов. Быть бесстыдной или сопротивляться, если того желали мужчины, а иногда даже и женщины… Умела притворяться невинной овечкой. Умела становиться страстной опасной пантерой. Умела играть как никто другой в их небольшом храме… Вернее относительно небольшом, ведь они всё ещё были частью огромного столичного комплекса и поэтому даже храм «Любви» был достаточно велик, чтобы вмещать более сотни жриц и с десяток жрецов… Правда сути это не меняло. Красивые слова, прикрывающие легальную проституцию, поддерживаемую самой религией…       Дрими ненадолго растерянно замирает, не зная с чего начать. Она легко терялась, когда видела красивых и приятных подсознательно людей, залипая на чертах лица и оттенках эмоций проскальзывающих в глазах… Таких красивых голубых точно лёд, который она видела только на картинке в энциклопедии в далёком детстве, глазах…       Пальцы мужчины ласково касаются щеки, не тревожа почти впавшую в транс фигуру, мягкая прохладная зелень которой не способна оторваться от его глаз, окружённых пушистыми длинными ресницами… Улыбка приобретает особую нежность, когда его догадки подтверждаются и когда он ощущает искренне восхищение и симпатию, а также желание касаний. Именно его касаний…       Это дитя чувствительно к энергиям. И это – лучшее доказательство теории, возникшей при первом же взгляде на тонкую высокую светловолосую жрицу. Он и не надеялся отыскать в таком месте, подобное сокровище… Ему невероятно повезло впервые за сотни и тысячи лет правления религии ДримаИксДи…       Однако она не просто ценность, которую можно использовать, но ещё и невероятно мила, так что сдержать ответную симпатию и вероятно даже лёгкую влюблённость не удаётся, наполняя мягкие касания лаской…       Мужчина не может не чувствовать удовольствия, наблюдая за замирающим дыханием девушки, что полностью провалилась в созерцание, утопая в его глазах. Округлый подбородок, пухлые губки, мягкие щёчки, ровный носик, большие яркие глазки, пушистые реснички, широкие, но аккуратные ровные от природы светлые бровки, высокий лоб, светлые кудрявые локоны, напоминающие золотые колосья спелой пшеницы… И всё остальное тело не менее идеально…       Как хорошо, что он решил выбрать именно такой рост, ведь девушка была поистине велика, на голову или даже две превосходя всех вокруг. Почти два метра роста – это очень впечатляющий показатель для человека. Однако высокие девушки не редко пугают мужчин, так что многие отказывались от неё из-за этого, так что зеленоглазка почти постоянно сутулилась, надеясь показаться хоть немного ниже… Впрочем он был выше, и потому девушка наоборот распрямила спину, стремясь оказаться как можно ближе…       Сухие губы опускаются, касаясь нежных лепестков, и девушка вздрагивает, приходя в себя и торопливо отвечая на поцелуй… Ресницы дрожат на щеках, точно крылья бабочки. Она сейчас выглядит так мило и невинно, что сердце на мгновение замирает, после ускоряя свой бег… И не скажешь, что она жрица любви, что всю свою жизнь с ранних лет провела в этом царстве разврата… Впрочем вряд ли сюда брали детей младше десяти… По крайней мере он очень надеялся, что религия не скатилась до педофилии, отдавая малолеток в руки извращенцев…       Тонкие пальчики нерешительно поднимаются к плечам мужчины, слабо сжимая ткань, однако тёплая широкая ладонь на талии подталкивает к почти горячему крупному телу. И касания девушки становятся увереннее, поглаживая широкие плечи и двигаясь дальше, когда тонкие  руки обнимают шею, приникая ближе, даже несмотря на жжение в лёгких, что требуют воздуха, и муть в глазах от перегруженного нежностью и лаской сознания…       Тонкая прозрачная ткань  ничего не скрывает, скорее распаляя возбуждение, однако он не из тех, кто ведётся на подобное, хотя смотреть на тело девушки приятно…       Раскрасневшееся личико с тяжелыми судорожными вздохами отстраняется и утыкается в плечо, пытаясь хотя бы вернуть дыхание в норму… На сознание, что ранее оставалось холодным, даже пока тело утопало в удовольствии, надежды уже нет. Оно полностью отдалось нежности незнакомка, которого больше не хотелось называть клиентом…       Он смотрит на девушку, желая заласкать ту до полной невменяемости, хотя она уже и так тает в его руках точно воск. Гибкая, тонкая, чувственная и при этом столь невинная в своей симпатии и желании нежности… Он читает это в её душе, с удовольствием выполняя самые мимолётные желания, вроде касаний к лопаткам, шее, кончику носа, бровям, лбу, лёгких потягиваний недлинных тяжёлых золотых локонов, коротких ласковых поцелуев в губы и щёки… Просто касания без глубины, но с невероятной нежностью…       Им достаточно и этого. Он вообще пришёл сюда просто от скуки, надеясь хотя бы телесным удовольствием развеять тоску однообразия его бытия…       Он целуются, ласкаются, касаются друг друга, утопая во взаимной искренней нежности всё время, что им отведено…       Стук в дверь становится концом нирваны, оставляя на светлых ресницах влагу… Нежные объятия окутывают Дрими со всех сторон, но она не имеет права остаться и, опустив плечи, в последний раз прижимается ближе, после чего не поднимая взгляд отходит, едва способная разорвать последние желанные касания…       «Мы ещё встретимся», – будто ветер проносятся ласковые мимолётные касания мужчины к влажным щекам и последний поцелуй, касающийся золотых локонов…       Дрими остаётся ещё на минуту в комнате, после чего торопливо вытирает слёзы, стараясь не обращать внимания на крик старшей жрицы, что игнорирует её состояние и тащит за собой в зал, чтобы представить следующему клиенту…       ***       Их религия, на взгляд Дрими, была гнилой насквозь. Её нельзя было любить, однако даже мысленно порицать было опасно… Её мать была фанатичкой и без сомнений отправила мужа на плаху за малейшее недовольство, ведь он не хотел дочери судьбы, предрешённой при посвящении…       Она стала жрицей любви в семь, потеряв отца в четыре. Дрими едва помнила его, однако в душе остались крохи тепла, что дарил вечно улыбающийся светловолосый златоглазый боевой жрец… Мать также была ласкова, однако её фанатичная преданность вере перечёркивала всю ласку, ведь она могла без единого колебания выпороть дочь за любую провинность, вроде опоздания на службу или малейшей ошибки в молитве…       Она ненавидела свою судьбу и единственным светлым лучом стал Аш, которого она впервые встретила в шестнадцать… В то время она уже выглядела взрослой, но детская робость и желание ласки оставались, пробившись при первой же возможности на взаимность…       Дрими не знала, кто он. Не знала, чем он занимается. Не знала ничего, но всё равно раз за разом точно бабочка устремлялась на его свет, утопая в бесконечной невинной нежности, а затем рыдала по ночам, едва сдерживаясь сразу после неминуемого расставания…       Она захлёбывалась рассказами о том какой он красивый и сильный, ведь он приходил со значком боевого жреца…       А её друзья лишь кривили носы и ворчали, укоряя Дрими в доверчивости. Они не были злы, но иногда слишком заботились о ней, почти перекрывая воздух…       Узнай Сапнап и Джордж, какой именно жрицей была их подруга… Отвернулись бы они от неё? Разозлились на тайну? Бросили в отвращении? Или… Или всё же приняли бы? Пожалели и успокоили?       Ей было безумно страшно узнать, и Дрими молчала, улыбаясь друзьям детства и вновь и вновь пробираясь в главный храмовый сад, где им можно было встречаться без посторонних глаз, ведь никому кроме двух парней и их воспитателей не было туда хода. А Бэд и Скеппи были достаточно лояльны, чтобы не обращать внимания на общение подопечных с улыбчивой милой девчушкой из одного из младших храмов их бога…       Ашу она тоже рассказывает многое, открываясь даже больше, чем друзьям детства… Впрочем он ведь и так знает, что предопределено её судьбой…       Дрими не может насытиться его нежностью и лаской… Он никогда не жаждет овладеть ею, а она никогда не просит большего, наслаждаясь невинностью и чистотой их отношений, в которых нет места грязной связи тел, что столь сильно ей ненавистна…       Однажды Аш предлагает встретиться за стенами храма. Ночью, когда она сбегает к друзьям. Он предлагает встретиться всем вместе, чтобы он мог доказать парням, что не желает ей вредить и что его чувства искренни и чисты…       Дрими видит ещё какой-то скрытый мотив помимо этого в его глазах. Видит интерес к её друзьям, запертым в главном храме. Однако… Ей плевать… Сознание противно шепчет, что он может просто играться с ней, обманывать, использовать для достижения цели, что теперь кажется очевидна. Однако она верит не сознанию и даже не чувствам и ощущениям, а звёздам, что твердят ей довериться, ласкают бледную кожу своим светом, топя в серебряном блеске нежнейших прохладных объятий…       Поэтому при следующей встрече Дрими соглашается, назначая время на полночь…       Она пробирается в сад… Выпрыгивает из-за дерева, мягко тихо смеясь с возмущённого ворчания Сапнапа и Джорджа, что незаметно для девушки смотрят на ту с нежностью и любовью… Предлагает в очередной раз выбраться за стены, упоминая красивое место неподалёку у озера чуть в стороне от города и храмового комплекса… И ещё смущённо признаётся, что всё это не просто так, и она очень хотела бы познакомить их со своим возлюбленным…       Сапнап и Джордж возмущённо вскидываются, однако не кричат и даже не могут долго укоризненно смотреть на девушку, что стыдливо вянет под строгими взглядами, едва не плача от смущения и страха от неприятия самим дорогими друзьями её любимого человека…       – Ладно, веди, – встряхивает головой Джордж, сдерживая ругательства и упрёки, что хотели бы сорваться с языка, даже если он знает, насколько чувствительна к даже малейшему намёку на негатив их подруга…       Сапнап пыхтит, обиженно поглядывает на самого старшего из них, но молчит, расстроенно отворачиваясь и замечая чуть в стороне Бэда и Скеппи, что разговаривают друг с другом, краем глаза приглядывая за подопечными…       Эти двое никогда их не оставляли, всегда учили и даже наказывали, но только тогда, когда мальчики попадались в своих шалостях кому-то ещё. Они были добры к ним, заботились точно родители, оставаясь строги и беспристрастны лишь перед окружающими, но на самом деле являясь мягкими и снисходительными по отношению к ним. У мальчиков были воспитатели и до них. И те были жестоки и нетерпимы к любым промахам, воспитывая их почти как каких-то машин, которым не дозволены никакие огрехи. Однако в один момент те зашли слишком далеко, едва не убив Сапнапа, что всегда был слишком эмоционален и непослушен, и их отстранили, приставляя к мальчикам новых наставников…       Бэд и Скеппи позволяли им почти всё, договорившись сопровождать, оставаясь неподалёку. Маленькая цена за возможность изредка покинуть ненавистные стены. Это был самый край дозволенного, но старшие жрецы-воспитатели слишком любили своих подопечных, чтобы запрещать им даже такую редкую и небольшую радость… Оставить их одних они в любом случае не могли, узы клятвы просто убили бы их, отойди они слишком далеко от мальчиков, поэтому воспитанники и наставники договорились выходить всегда вместе, не мешая, но оставаясь в пределах видимости друг друга…       Они держатся за руки, пока Дрими мило болтает о книжке, которую по секрету ей подарил неделю назад Аш и которую она дочитала только сегодня. Настоящий травник, включающий в себя краткие справки по каждому растению их области, а также приложение в виде небольшого «словаря» языка цветов… Пару бестиариев она уже успела проглотить ранее, хотя книжки приходилось отдавать обратно её любимому, ведь хранить их у себя долго она бы не смогла. Жрецы «любви» не должны быть умны, от них требуется только красивая внешность и ухоженное тело…       Троица с двумя взрослыми на прицепе выбирается из города в лес, проходит в тени деревьев до озера, а затем следует за девушкой дальше, пока они не достигают зарослей сирени, что скрывала более половины берега, полумесяцем огибая почти идеально круглую водную гладь…       – Доброй ночи, – слышится спокойный приветливые негромкий голос, и из зарослей выскальзывает высокая крепкая фигура с чёрными кудрявыми волосами, обрамляющими тонкое изящное почти женственное лицо… Действительно крайне похожее на Джорджа… Почти как близнецы, только у парня были двухцветные глаза, светло-карий и серо-голубой и близко не стоящий с чистой почти призрачной голубизной мужчины…       – Господин Аш, – колокольчиками звенит девичий голосок, пока ладошки легко выскальзывают из рук парней, и тонкое тело прячется в мягких объятиях старшего.       – Доброй ночи, ангел мой, – ласково улыбается мужчина, смотря в изумрудно-зелёные глаза с нескрываемой нежностью и любовью, от которой у всех вокруг щемит сердце. Губы касаются кончика носа, заставляя девушку тихо засмеяться и смущённо опустить голову, немного стыдясь беззаботно наслаждаться его любовью в присутствии друзей… – Рад, наконец, с вами встретиться, – мягко приветливо улыбается Аш, обращаясь к хмурым парням и их наставникам, что разглядывают его почти испуганно, понимая, что творится на самом деле…       Эти знания не были доступны многим. Лишь избранным. И как наставники двух самых важных для их бога людей Бэд и Скеппи знали… Вот только эти двое никогда не любили эту религию, служа больше лишь по привычке и с каждым годом старательно скрывая всё растущее отвращение, что вызывали у них почти все младшие храмы, среди которых наиболее чистыми оставались только целители, да и то лишь относительно…       Поэтому они молчат, волнуясь за сохранность своих подопечных, а не за опасность для ДримаИксДи…       – Мы тоже рады, – холодно кивает Джордж, хмурясь от их сходства. Сапнап же просто хлопает ресницами, когда до него наконец доходит этот момент, всеми силами сдерживая оскорбления, что готовы посыпаться из его рта, обрушиваясь на мужчину, что посмел занять в сердце их драгоценной подруги столь важное место…       – Всё и правда так, как я и думал, – загадочно прикрывает глаза Аш, ласково поглаживая спину Дрими, что просто наслаждалась его касаниями, не боясь, что в любое мгновение их прервёт ненавистный стук в дверь, означающий, что ей нужно вновь разбивать своё сердце разлукой, уходя отдавать свой тело клиентам храма любви… И что это за любовь такая гнилая…       – И что же? – хмуро и даже несколько надменно интересуется Джордж, получая растерянный взгляд Дрими, что впервые при подобном тоне слышит в его словах столько холода.       – Вы – Отражения. Те, благодаря кому религия ДримаИксДи, остаётся доминирующей уже почти три тысячелетия. Те, что представляют опасность для богов, чьим отражением являются. Обычно от таких не избавляются, а ловят и запирают, используя как угрозу для существования других божеств, что рискуют из-за вас потерять своё место. Сама судьба даёт вам имена, сходные с божественными, а также практически идентичную им внешность, что позволяет легко найти Отражения среди других людей. К тому же, вы куда более чувствительны к энергиям в принципе и оттого предрасположены к изучению магии…       Бэд и Скеппи шумно выдыхают, замирая под на удивление не угрожающим, но всё равно тяжёлым взглядом льдистых глаз.       – Наставник Скеппи? – растерянно склоняет голову на бок Сапнап, замечая нервозность, всегда сияющего человека, что оберегал его уже более десяти лет. –  Разве нас не называют святыми?       – Это титул для людей, необходимый чтобы оправдать ваши способности и схожесть с божествами, а также необходимость оберегать и прятать вас в храме, – тихо отвечает смуглокожий коротышка с необычными яркими бирюзовыми волосами, что свидетельствую о его особом даре. По этой же причине у Джорджа были ярко-красные щёки с белыми пятнышками на них, у Сапнапа золотые звериные глаза, а у Дрими изумрудные, точно настоящие драгоценные камни, радужки…       – Верно. Это то, что ДримИксДи придумал, чтобы быстрее искать и прятать новых Отражений, что рождаются после смерти старых. И таким образом на протяжении двух тысяч девятисот двенадцати лет ему удавалось постоянно держать всех трёх человек под своим присмотром в недосягаемости двух других божеств…       – Трёх? – растерянно переспрашивает Сапнап, пока Джордж хмурится всё сильнее, стараясь не думать о чёрном коте прямо перед глазами…       – Именно так. В этот раз ему не удалось найти своё собственное отражение… И теперь я знаю почему, – льдистый взгляд смягчается, опускаясь на золотую макушку Дрими, что внимательно вслушивается в слова любимого, отчаянно надеясь, что его цель не станет причиной того, что она окажется брошена… – Отражениями могут быть лишь мужчины – эта аксиома появилась потому, что все боги постоянно находятся в мужском облике, хотя и умеют менять пол. Вполне вероятно, что некоторые из них также когда-то были Отражениями, что заняли места прошлых богов, однако имена всегда оставались едины… СапнапБиДи и его Отражение Сапнап. ДжорджАшДи и его Отражение Джордж. ДримИксДи и его Отражение Дрим… Однако какой-то мизерный шанс появления Отражений-девушек всё же существует… Сапия, Джорджия и Дримия… Вероятно, такие имена у них будут, хотя это никому не известно… И самое прекрасное в этом, что появиться такие Отражения могут лишь если в миг их рождения бог будет находиться в своём женском обличии… И почувствовать местонахождение своего Отражения тогда также будет возможно только в женском облике… А ДримИксДи слишком горделив, не желая «проявлять слабость», коей он считает женственность…       – Я – Отражение нашего бога? – поднимает растерянные потемневшие от чувств глаза Дрими.       – Да, ангел, – в глазах Аша не становится меньше любви или ласки. Наоборот, нежность затопляет собой всё. Так, что голубизна уже не кажется холодными льдами, скорее мягкая тёплая бирюза…       – И что это для нас значит? – сглатывает Дрими, пожимая губы и чуть напрягаясь во всё ещё ласковых руках, нежность которых едва позволяет ей здраво мыслить…       – Только то, что мне хотелось бы предложить вам уйти прочь из этого храма. Да, для меня выгодно заполучить любого, даже только одного из вас троих. И невероятная удача – сразу всех. Однако я не светский бог и, не учитывая почти тирании ДримаИксДи, что не позволяет нам хоть как-то взаимодействовать с миром людей, мне не интересно возвышение моей религии. Я просто хочу свободы. Возможности отвечать на молитвы моих верующих. Возможности не вредить смертным по указке этого высокомерного придурка. Мне ненавистен тот факт, что все крупные неурожаи, и стихийные бедствия были созданы мной или по моему допущению. Я бы никогда не пожелал вредить смертным. Для меня, не столько как для бога Природы, сколько также для бога Жизни, это действительно важно. И СапнапБиДи также недоволен тем, что ему пришлось будить вулканы и устраивать эпидемии… Ему не так важны люди, но как богу Огня и Войны ему куда интереснее наблюдать за сражениями, нежели за бессмысленными смертями от болезней или стихийных бедствий…       Аш замолкает, с нежностью касаясь мягких щёк его смертной возлюбленной. Он будет счастлив, если она когда-либо согласится стать божеством, заняв место ДримаИксДи. Хотя это всё равно будет опасно, ведь для начала ей придётся победить того в схватке, а он всё же достаточно силён даже при всей своей ленности и высокомерии…       – Мы с Би, уже давно решили, что совместно станет защищать Отражения, если нам когда-либо удастся их заполучить… Так что я, ДжорджАшДи, предлагаю вам защиту от ДримаИксДи и его религии и обещаю не вредить, не ущемлять свободу в пределах возможного, а также не ограничивать в общении и привязанностях. Никого их вас троих.       – А как же наставники? – растерянно оборачивается к жрецам-воспитателям Сапнап, почти отступая, чтобы вцепиться в мужчин мёртвой хваткой.       – В моей религии очень мало жрецов, и у Би также, – Аш обращается уже к двум мужчинам, что растерянно застыли, не ожидая, что им вдруг выпадет возможность убраться из ненавистного насквозь прогнившего храма. – Так что мы будем не против пополнения, если вы будете готовы оставаться верны вере одного из нас. Конечно же мы дадим вам прочитать каноны нашей веры и вы сможете выбрать того, кто вам понравится больше, или же остаться в подконтрольном нашим храмам городе, если никто из нас не придётся вам по вкусу. Можете даже уйти, но что-то мне говорит, что у вас не получится это сделать, – голубые глаза смешливо щурятся, пока улыбка прячется в мягких золотых локонах Дрими. Намёк на умоляюще вглядывающегося в них Сапнапа слишком очевиден, как и то, что этот бог достаточно милосерден, чтобы просто отпустить их, не требуя той верности, что они не пожелают дать по своей воле…       – Мы согласны! Что угодно, только бы подальше от всей этой гнили! – тут же вскидывается Скеппи, а Бэд только растерянно переводит взгляд с бога и девушки на своих подопечных, а затем и на друга и коллегу…       ***       Жизнь в сдвоенной религии куда легче и приятнее, с этим не может поспорить ни один из них.       Скеппи легко находит себе место в храме ДжорджаАшДи, становясь помощником казначея. К тому же, его талант – выращивать алмазы на собственном теле – был весьма полезен для не слишком популярной и оттого достаточно бедной религии…       Бэду же нашлось место у СапнапаБиДи. Оказывается в этом милом мужчине, что ненавидел ругательства, присутствовала демоническая кровь, при пробуждении которой тот оказался прекрасным воином. Да и как руководитель он был не плох, так что быстро сумел занять место командира небольшого отряда рыцарей в религии бога огня и войны…       Джордж был неплох в садоводстве и прекрасно прижился в садах со жрецами АшДи, что почти всё своё время проводили рядом с растениями и животными. А ещё его талантом было выращивание грибов буквально из ничего. Причём грибов любых видов, включая плесневые, что можно было использовать для лекарств или для готовки. Как-никак Отражение бога природы и жизни…       Сапнап же быстро подружился с богом, чьим Отражением был рождён. Они поругались, подрались, а потом стали едва ли не лучшими друзьями, вместе обсуждая битвы и стратегии или взрывные вещества и способы усиления зарядов. И в этом очень помогал его дар сопротивления огню. Высокие температуры просто не могли его ранить при том, что благодаря мане ему были подвластны многие и многие разрушительные заклинания, которые обычно нужно было применять строго дистанционно, чтобы не зажарить до хрустящей корочки самого себя…       Дрими же осталась в непосредственной близости от ДжорджаАшДи, или просто Аша, как он попросил девушку продолжить себя называть. Она не была глупа, но ещё многого не знала, так что большую часть времени проводила за книгами или рядом с жрецами, у которых находилось время её поучить…       Друзья периодически собирались вместе, обсуждая события и делясь впечатлениями, причём бывшие наставники также вошли в эту группу. Хотя Джордж и Сапнап всё ещё продолжали шипеть на Аша, что каждый раз забирал засыпающую на ходу из-за постоянной учёбы Дрими, ведь встречались они по вечерам или даже ночью…       В очередной раз, забрав и унеся девушку в её комнату, бог вернулся к друзьям, заставая как раз тех двоих с кем он хотел поговорить…       – Джордж, Сапнап, могу я кое о чём с вами поболтать? – улыбается бог, однако выражение его лица несколько напряжено, будто он не хочет об этом говорить, но всё же решается.       – О чём? – спокойно склоняет голову на бок Джордж, пока Сапнап обиженно ворчит от того, что не успел задать вопрос первым.       – Вы влюблены в Дрими, верно?       – А это тут причём? – тут же враждебно шипит и хмурится младший, пока старший смотри в ледяную глубину практически безразлично… Почти…       – Если это так, то никогда не позволяйте ей узнать об этом.       – И с чего бы? – глаза Джорджа холодеют, как и тон, хотя он и раньше не отличался теплотой. И да, они позволяли себе вести себя весьма фамильярно с богами, и те были совсем не против в отличии от ИксДи недолюбливая поклонение.       – Потому, что Дрими ненавидит сексуальный контакт, и если вы когда-либо ей признаетесь, она не сможет больше без оглядки доверять вашим касаниям, всегда ожидая подвоха. Я не заинтересован в телесной связи, и она это знает, хотя ей и понадобилось более года, чтобы перестать меня подозревать в подобном, хотя я даже намёков никогда не давал. А вы постоянно касаетесь её в зонах опасно близких к интимным, а иногда и там, но она не воспринимает это как интерес, ведь считает вас лучшими друзьями. Если она поймёт, что вы в неё влюблены, то подобное станет для неё потрясением и весьма неприятным. Я не знаю, как это повлияет на ваши отношения, но вряд ли в лучшую сторону. Она и так уже натерпелась приставаний и прочего…       – Что ж… Хорошо… – задумчиво тянет Джордж, соглашаясь, что в подобной ситуации их интерес будет крайне обременителен и даже неприятен их дорогой подруге.       – Что значит: «натерпелась приставаний и прочего»? Кто-то приставал к ней в старом храме? Разве за навязанные связи там не карали, и причём достаточно жестоко? – хмурится Сапнап, вспоминая многие и многие казни насильников, что было тем немногим, что ему нравилось в их прошлой религии.       – Сапнап, – тяжело вздыхает Аш, отводя взгляд. Вероятно, он зря упомянул этот момент. Дрими не была готова об этом рассказывать и предпочла бы вовсе никогда не вспоминать. Однако наверное будет лучше, если он всё расскажет сам… Бог прикрывает глаза и поджимает губы, собираясь с мыслями. – Вы ведь в курсе о младших храмах и их занятиях? Наёмные убийцы, воры, вне религиозные насильники, мародёры, проституция и многое другое.       – Дрими стала жертвой одного из вне религиозных? – хмурится Джордж, а затем растерянно моргает, встряхивая головой, ведь паззл не складывается.  – Но она говорила, что была рождена в религии, а её мать была фанатичкой…       – Вы прекрасно знаете, что при посвящении каждому ребёнку, если ты рождён в религии, и взрослому, если ты в неё вошёл, даётся место, где ты обязан провести свою жизнь. Любой храм, от главного до самых мелких в других городах. Дрими достался храм любви…       – Подождите, но разве это не… – растерянно бормочет Сапнап, не решаясь сказать вслух и вовсе закрывая рот, как только главная мысль доходит до его сознания.       – Жрицы и жрецы любви фактически легальные проститутки и у них нет особенно выбора. Их выводят в ряд и позволяют клиентам выбирать. За отказ наказание или вовсе смерть. К тому же, тебя могут просто принудить и это не будет считаться изнасилованием, ведь это твоя «судьба», – ДжорджАшДи не может сдержаться и не скривиться, почти выплёвывая последнее слово. – Я пришёл туда четыре года назад. Подумал отвлечься от скуки таким образом, но встретил её, и всё время мы просто провели рядом, обнимаясь и наслаждаясь прикосновениями друг к другу. Мне никогда не хотелось заполучить её тело, хотелось просто касаться и выполнять каждое невинное желание, максимумом которых были поцелуи. Она не верила, что я однажды не пожелаю связи, и мы встречались так более года, прежде чем она поверила мне и перестала искать подвоха. Мы стали скорее друзьями, чем любовниками и нам обоим этого достаточно. О вас я узнал от неё по чистой случайности, незадолго до нашей встречи. До этого я надеялся просто уговорить её уйти со мной, но не мог навязываться, зная, что у неё есть там верные и дорогие друзья. Потому и тянул так долго…       ДжорджАшДи не может сдержать стыда от собственной нерешительности в прошлом, однако  в свете последних событий это всё же оказалось лучшим из возможных решений…       – Я рад, что всё так обернулось. Что теперь ей не нужно больше бояться, что кто-то возжелает её тела и возьмёт в независимости от согласия или несогласия. Она до сих пор до смерти этого боится… Мне бы очень не хотелось, чтобы вы по незнанию разрушили ваши узы. Они слишком ей дороги. И она очень боялась вам об этом говорить, так что… Просто притворитесь, что это не я вам сказал. Мне с самого начала не следовало на это намекать, но скрывать от вас подобное в такой ситуации не кажется правильным… Берегите лучше вашу дружбу и попытайтесь найти любовь в ком-нибудь ещё. Она просто не сможет это принять или сделает ради вас, молчаливо пряча свою боль. Я не хочу видеть, как она страдает, и вы, я уверен, тоже. Она не хочет больше об этом вспоминать. Не хочет вновь погружаться в свои страхи. Не хочет подавлять сопротивление во избежание последствий. Именно поэтому я прошу вас не любить её или по крайней мере не желать…       – Мы попробуем, – Джордж опускает взгляд, не решаясь смотреть в льдистые глаза того, кто смог вытащить их подругу из подобного кошмара. Он даже представить себе подобного не мог, ожидая, что Дрими окажется воришкой или на худой случай убийцей, ведь и те и другие были тонкими и ловкими, что было необходимо для проникновения на закрытые территории, коими также были сады главного храма ДримаИксДи…       Сапнап просто продолжает поражённо молчать. Он знал, что такое насилие и знал, что такое жрецы этой так называемой «любви». У него была старшая сестра, которую отправили туда. Она всё ещё иногда могла посещать его, как и их родители, однако семейных уз у них почти не было. И всё же он знал о том, что там происходило. И представить, что их милая светлая добрая Дрими…       Парни всю ночь думали над этим, под утро соглашаясь попытаться отвлечься и постараться держать все свои чувства как можно дальше от их подруги. Когда-то они дрались, узнав о симпатии друг друга к Дрими. Когда-то заключили мир, решая однажды позволить ей выбрать самой. Когда-то договорились, что по возможности попытаются завоевать её вдвоём…       Однако этот разговор расставил все точки над «Ё». Они вряд ли смогут обойтись без физического контакта. Они оба хотели в итоге создать семьи – маленькую и уютную Джордж и большую и шумную Сапнап. А для этого нужны были весьма определённые действия…       Ашу не нужны дети и не нужно её тело, а ещё он готов быть рядом с ней без каких-либо особых связей…       Разве они смогут когда-либо с этим соперничать?       ***       В один момент всё летит в тартарары… ДримИксДи решает действовать силой, ведь его религия огромна и могущественна. К тому же он даже не думает, что у них может быть его Отражение…       Конечно же Би и Аш предупреждают его, однако Икс не верит и только смеётся, обещая стереть их город и храмы с лица земли, а после воспитать из их отражений идеально-послушных марионеток, что займут однажды их места…       Это религиозная война… И это страшно…       Страшно смотреть, с какими глазами фанатики ДримаИксДи идут по дорогам почти без остановок и отдыха…       – И что мы можем? – нерешительно спрашивает Дрими, боясь даже мельком бросать взгляд в сторону магического шара, что позволяет наблюдать за продвижением войск бога её старой религии.       – Два варианта, – хмуро кивает СапнапБиДи, складывая руки на груди.       Они до последнего не верили, что он пойдёт в открытое противостояние, однако это всё же случилось. К тому же они не использовали свои способности, опасаясь ответа, что был бы весьма ощутим учитывая, что ДримИксДи – бог созидания и разрушения…       – Би, – хмурится Аш, однако его игнорируют.       – Первый – спрятать город и всех жителей в подпространстве на какое-то время. Можно понадеяться, что Икс перебесится и оставит нас в покое. Однако он всегда может попытаться взломать печать, и это просто приведёт нас к началу… – СапнапБиДи, переглядывается со своим отражением, что хмуро вглядывается в ровные ряды, что кажутся бесконечными, рекой утекая за горизонт даже на смотровом шаре… – Второй – создать нового бога, что сразится с нынешним ДримомИксДи и займёт его место. Люди тоже могут пострадать, но жертв должно получиться значительно меньше, чем если он решит просто стереть все воспоминания о нас… В идеале, быть может, даже ни одной…       – Одна всё равно будет! – раздражённо ударяет кулаком по столу Аш, однако не слишком сильно, чтобы напугать кого-либо. Просто вымещает злость, но с присущей ему деликатностью и осторожностью… – Дрими придётся стать богом. А это не безболезненный и далеко не самый приятный процесс, не упоминая уже, что для начала придётся обратить её в мужчину, ведь во время всех ритуалов ей нужно будет находиться в облике того же пола, что и ДримИксДи!       – И это почти что единственный выход в данной ситуации! – несдержанно рыкает Би, грохая по столу так, что все притихшие советники и трое Отражений подпрыгивают, замирая от страха… Только Джордж с Сапнапом держатся, обеспокоенно поглядывая на бледную испуганную Дрими, что явно была поражена тем, через что ей нужно было пройти для спасения всех людей, что были сейчас здесь. В этой комнате, в этом городе, во всём мире, если учитывать непомерные аппетиты ДримаИксДи…       – Я сделаю, – нарушает напряжённую тишину между божествами девичий голос.       – Ангел мой…       – Верно, малышка! – одновременно раздаются два голоса – первый обеспокоенный Аша и второй довольный и даже гордый Би…       – Я сделаю, – твёрдо кивает Дрими, с открытой мягкой улыбкой вглядываясь в льдистые глаза своего любимого и в яркие очи своих друзей… – Для меня не является большой проблемой потерпеть немного боли или оказаться запертой в мужском теле. Смущающе и несколько неудобно, вероятно, но это не проблема.       – Ты правда согласна? Мы всё ещё можем попытаться найти выход и без этого. Уверен, что-нибудь да найдётся! – ДжорджАшДи не может сдержать беспокойства, в мгновение ока оказываясь рядом с девушкой и ласково подхватывая тонкие пальцы в свои.       Однако Дрими лишь ласково улыбается, не двигаясь и не следуя навстречу как обычно. В её душе он читает отчаянный страх провалиться и оказаться неспособной их спасти. Читает желание оказаться в его надёжных объятиях и притвориться, что всё будет хорошо, и при этом осознание, что подобное уже просто невозможно. А также она не двигается из-за присутствия других людей, ей неудобно находиться в центре внимания, когда собрание вообще-то включает не только Богов и Отражения, но и советников в лице главных жрецов обоих религий…       – Тогда я постараюсь помочь тебе во всём, что только возможно, – Аш опускает голову и поднимает ладошки Дрими, прижимаясь к ним лбом. Немного держит, а после ласково целует тонкие пальцы, быстро краснеющей и отводящей от неловкость взгляд девушки, что впрочем всё же не может сдержать влюблённого тёплого взгляда, то и дело соскальзывающего в сторону мужчины…       ***       Становление богом – крайне сложный процесс. Отражения всё ещё люди и для преобразования тех в ангелов, потенциальных божеств, необходимо пройти нереально долгий для человека путь…       Дрими ощущает себя крайне неловко в мужском теле. Ритуал, что обратил её, был весьма болезненным, однако остаётся надежда, что ей удастся вернуть женский облик после становления божеством… По крайней мере она очень хочет верить, что у неё всё получится и ей удастся победить нынешнего ДримаИксДи, чьё имя она унаследует… Попытается получить…       Дрим стоит в магическом круге, что развеет его физическое тело и отправит в Небесные Чертоги. Место, где ему предстоит прожить сотни лет, набираясь силы, умений и мудрости божественной природы… В этом мире пройдут дни, по одному на каждое столетие, проведённое им на Небесах… Ему нужно сильно постараться, чтобы вернуться как можно быстрее и успеть сразить ДримаИксДи до того, как армия верующих доберётся до Киноко…       Изумруды печально прощаются с его друзьями-Отражениями, пламенным божеством, что воодушевлённо салютует мечом, и конечно же с обеспокоенным льдом, сверкающим точно в ярких полуденных лучах…       Вздох… Разрывающая на неописуемо огромное количество частей боль… Пустота и тонкая ниточка пути, что ведёт его на Небеса…       Новорождённый ангел начинает свой путь с нуля. У него есть только маленькие слабенькие крылышки и почти неспособные что-либо удержать ручки. Ему необходимо собирать божественные фрукты, стараясь следить за тем, чтобы поедать в день хотя бы по одному. Нужно впитывать в себя энергетические руды, укрепляя и подпитывая крохотное пока что тело…       Поиски… Медитации… Прятки от любых существ, что могут здесь обитать и весьма опасны даже для богов, хоть преимущественно и пассивно-дружелюбны… Однако ему в любом случае нельзя так просто рисковать…       Поэтому Дрим вновь обращает свой взгляд к звёздам, ища их драгоценного света, что для маленького ангела оказывается самым питательным и ценным ресурсом, легко перекрывая все иные нужды… Но он всё равно не ленится и старательно продолжает идти по проторенной дорожке, пускай и с таким впечатляющим помощником… Развитие, как оно было описано в нескольких книгах, идёт вероятно даже слишком быстро, но он верит, что звёзды не навредят ему, и следует их воле, выходя к животным и продолжая двигаться в лишь ИМ одним известную сторону…       Идёт. Собирает. Добывает. Поглощает. Знакомится. Приручает. Синхронизируется. Идёт…       Путь кажется бесконечным, и Дрим насчитал уже почти три сотни смен дня и ночи… Однако учитывая его состояние – это просто нереально быстро, ведь он уже выглядит собой, дорастая до прежних размеров. Про огромные белоснежные крылья и вовсе не стоит особо говорить, ведь они как минимум в два раза больше его самого…       В один момент Дрим всё же куда-то приходит, ведь бесконечная череда облачных островов превращается в скопления туч, а затем в гигантскую тёмную облачную гору, где весьма отчётливо светятся то ли окна  то ли проходы, куда и лежит теперь его путь…       И он в очередной раз благодарен своим сияющим покровительницам…       Обитель мудрости, а, проще говоря, «Академия» Небес была местом, которое было почти невозможно найти на бесконечных просторах Небесных Чертогов. Во всех записях лишь единожды было упоминание о её существовании и восторги ангела, которому удалось её отыскать и посетить…       Найти её всего через пару лет блужданий в Небесах было просто нереально. Если бы не его прекрасные проводницы…       Дрим не в меру везуч и в одно мгновение это начинает реально беспокоить, так что он отдаёт все силы на учёбу. Сражения с тренировочными куклами, полосы препятствий, книги-книги-книги…       Цифра на запястье наконец сменяется на первую единицу, заставляя торопиться ещё сильнее, поглощая ещё больше…       Дрожь усиливается…       Больше-больше-больше!       Дрим будто просыпается ото сна, когда звёзды твердят возвращаться, обещая, что он изучил достаточно… Жадность не послушаться и остаться неимоверно велика, но чувство ответственности и страх за жизни дорогих людей сильнее и он торопливо летит ввысь… Настолько, насколько хватает сил и дыхания и даже дальше…       Расправляет крылья, в последний раз окидывая взглядом бесконечные облачные просторы Небесных Чертогов…       А затем складывает их и падает, ускоряясь всё сильнее и сильнее…       Чтобы вернуться, нужно пережить смерть и при этом «правильную». Точно также как и для попадания сюда, но теперь без особого ритуала…       А разбиться об облака невероятно тяжело…       Однако он ускоряется… Ближе, ниже, быстрее, дальше… Ветер, кажется, тоже подталкивает сверху вниз…       Глаза в страхе закрываются, пока руки крепко удерживают, стремящиеся раскрыться крылья…       Удар. Болезненная вспышка. Темнота…       В зале вспыхивает яркий свет, знаменуя становление кандидата в божества, а также отправляя вызов нынешнему богу созидания и разрушения…       Дрим вылетает через купол, стремительно уносясь к ярко сияющей для него вдали искре, где и находится его противник…       Перед глазами поле боя, однако не человеческое, а божественное, ведь СапнапБиДи и ДжорджАшДи сейчас отвлекают на себя всё внимание ДримаИксДи, не позволяя скоординировать войска, навредить Киноко или подготовиться к битве с Кандиатом…       Дрим формирует в руках своё любимое оружие, коим стал топор и несётся прямо на противника…       Стоит ему достигнуть определённой точки, как их окружает купол, что выталкивает других богов прочь, оставляя только двух… Однако у Дрима есть преимущество в скорости. Преимущество в неожиданности и первом ударе. Преимущество в усталости и растерянность бога…       И, на его взгляд, он безумно лажает, умудряясь не снести с первого же удара голову, а лишь раня плечо и крыло…       Бог ревёт, формирует огромные меч, будто сотканный из света, и бросается на молчаливого противника, что игнорирует все его слова, сосредотачиваясь лишь  на битве. Уворот (боль в руке), рывок, удар, отскочить (боль в крыле), чиркнуть едва ощутимую рану на ногах, отойти (боль в крыльях), рвануть вправо, развернуться и отбить (почти парализующая боль в руках), скользнуть вдоль и ударить в грудь, с влажным чавком прорезая, почти пробивая широкую грудь (боль в голове). Отскочить, выбить меч, рвануть вперёд, нарушая конструкт заклинания и обращая откат против врага. Наступление-наступление-наступление. Рывок и топор разрубает сердце бога, разрезая также и тело. Почти что напополам…       Дрим в трансе. Сила собирается на кончиках пальцев, туманя разум и требуя больше сражений и разрушений.       Удары обрушиваются на купольную преграду, заставляя ту в мгновение ока покрыться чуть светящимися трещинами. А уже в следующий вдох она осыпается сотнями искр, что заставляют новое божество почти очарованно застыть, пытаясь сосредоточить взгляд на удивительном хороводе блеска, где ему чудятся очертания чего-то удивительного, что хочется немедленно воплотить. Желание творения за считанные мгновения пересиливает жажду разрушений, и он старательно творит, погружаясь в новый вид транса, что сосредоточен лишь на ощутимых, но даже для него невидимых потоках…       Он создаёт образ. Ткёт полотно мироздания в соответствии с эскизом. Укладывает каждую линию, собирает каждый локон внутри и каждый изгиб снаружи, трудясь сутками и при этом ничего вокруг не замечая…       Люди, фанатично преданные религии бога созидания и разрушения, застывают в восторге от того, что творится прямо на их глазах. Как сияющая фигура, на которой к их удивлению нет маски, парит на огромных ангельских крыльях, кое-где окрашенных кровью…       – Ангел мой, – зовёт голос бога Природы, что точно дивный лесной дух, парит на светлых перистых крыльях, устремляясь к завершившему своё действо новорождённому божеству.       Люди ропщут, наблюдая за тем, против кого шли воевать, и их богом, что спокойно позволяет приблизиться к себе и ничуть не сопротивляется, когда божество природы и жизни заключает его в объятия…       – Аш… – шёпот новорождённого божества разносится по округе на километры во все стороны, и тот испуганно замолкает, пугаясь нежного и певучего, но всё ещё грохота собственного голоса…       – Всё хорошо, ангел мой. Всё закончилось. Ты справился. Ты – бог Созидания и Разрушения. Ты – ДримИксДи. И ты предпочёл творение, разрушению… Ты просто умница, любовь моя… – ласково тянет ДжорджАшДи, хотя его слова также разносятся вокруг, хотя и не так громко…       – Аш… – уже значительно тише грохочет шёпот Дрими, что торопливо обращается девушкой и мягко улыбается прежнему облику и прежней нежности своего возлюбленного…       – Ты прекрасно справилась, ангел мой…       – Меня вели звёзды… – улыбается и опускает голову на плечо мужчины девушка, почти урча от приятной прохлады, что быстро успокаивает беспокойные потоки божественных сил, что постоянно требуют разрушений или творения…       – Ты действительно любимица Небес, не так ли? – усмехается откуда-то снизу СапнапБиДи, которому надоело наблюдать за их милованиями.       – Очень может быть… – мягко смеётся Дрими в ответ на это, обращая сияющую зелень к яркому закату, что светился в глазах бога войны и огня…       – Не отбирай у меня любовь всей моей жизни, – ворчит ДжорджАшди, вызывая у обоих божеств смех. Басовитый густой обволакивающий мужской и звонкий нежный высокий девичий…       – Не беспокойся, я люблю только тебя, Аш… – с нежностью теперь уже действительно шепчет Дрими, быстро совладав со своими силами… Глаза в глаза… Носы потираются друг о друга, переключая внимание с трепещущих ресниц, что быстро скрывают очи божеств, на прикосновения, а затем на поцелуи, невинные лёгкие, короткие, почти простые касания губ, что для них является самой сокровенной лаской…       ***       Однако вот что интересно. Тела прошлого ДримаИксДи не осталось, хотя никто и не был уверен, что это должно было произойти…       ДжорджАшДи не может не последовать за своим сокровищем, когда Дрими ведёт его в какое-то заброшенное подземное святилище. Бог в восторге рассматривает старинные постройки, изумляясь красоте и величию этого места, что даже полуразрушенным и заброшенным выглядит просто удивительно…       – Что это такое?       – Древний город, – с каким-то странным ностальгическим тоном произносит Дрими, проводя кончиками пальцев по рамке полуразрушенного портала в самом центре этого удивительного строения. – И путь на Небеса.       – Разве туда можно попасть не только через ритуал? Ты это там узнала?       – Верно. Мне удалось найти Обитель Мудрости. Там было много всего интересного. А ещё я узнала, что мне нужно сделать, чтобы не становиться божеством…       – Что? Но как же тогда ДримИксДи? Он ведь может быть убит только при передаче силы! И ты её приняла, разве нет?       – Приняла, но не полностью. Скорее стала временным сосудом, пока не скину эту ношу на следующее Отражение. А всплеск обусловлен как раз тем, что я приняла лишь «божественную» часть, а не всю силу, которую нужно было срочно куда-то деть. Схоже со становлением, но всё же немного отличается. Нужно было каким-то образом подавить божественное предназначение и при этом его воплотить. Легче всего было бы разрушить что-нибудь, но по масштабам вышло бы слишком много, а терять полмира ради простоты не лучшая идея, поэтому я старалась направить мысли на создание, вот и зацепилась за осколки барьера…       – Да, твоё дерево выглядит просто удивительно. Божественно-прекрасное творение. Но всё же, разве тебе не навредит эта божественная составляющая? – как всегда беспокоится Аш, обнимая свою любимую за тонкую талию и ласково касаясь губами пушистых волос.       – Скажи, ты знаешь откуда изначально появились боги? Или кто создал Отражения?       – Нет и… Создал? Разве это не просто закон нашего мира?       – Нет. Это заклинание, или вернее конструкт, созданный одним из первых богов, – мягко ностальгически улыбается Дрими, потираясь щекой о плечо любимого, хотя для этого немного неудобно приходится выворачивать шею…       – Это тоже было в Обители? – тихо усмехается Аш, неспособный представить насколько велики знания, что хранятся в том удивительном месте.       – Можно сказать и так. Просто… В ближайшие пару лет можешь не заглядывать в мой разум? Это может тебе навредить. Я и сама еле держусь. Информации слишком много. Во мне сейчас находятся воспоминания нескольких сотен, если не тысяч жизней… Души – это крайне сложная система, а моя почему-то ещё сложнее… Впрочем, я уверена, что скоро вспомню и разберу всё по местам…       – Это изменит тебя, верно? – печально спрашивает Аш, отчаянно не желая отпускать свою любимую.       – Даже если я изменюсь, вспомнив все прошлые жизни, нынешняя останется доминантной. Правда… – Дрими опускает голову, боясь, что её любимый не сможет принять её новую личность. Наивности в той явно не будет ни на гран, а искренность долгое время будет крайне спорна… – Да, я изменюсь. Очень сильно. Скорее всего даже не смогу какое-то время отвечать тебе искренностью, только играть… Ты… Аш, ты сможешь подождать, пока я не пройду этот путь до конца?       – Конечно, ангел мой… Но кем ты хочешь стать, если отдашь роль бога следующему Отражению? Разве это не должно тебя убить?       – Нет. Это… сложно объяснить. Это связано с тем, что такое на самом деле Отражение.       – И что же?       – … Отражение – не столько человеческая копия бога, сколько временный сосуд. При вознесении прежняя душа должна умереть, уходя прочь, пока божественная душа занимает прежнее место. Именно для обновления изначально были созданы Отражения. Или для служения, если те становились ангелами своего божества. Чтобы стать ангелом, необходимо пройти как раз этот ритуал и вернуться, прожив в этом мире хотя бы одно столетие в данной роли, после чего Отражение становится высшим служителем и обретает полноценную сущность, прекращая быть потенциальным сосудом божественной души. Обновление – этот как раз примерно то, что вы считали за становление, но при недобровольной смерти предыдущего бога, новый не сможет получить весь пласт знаний, начиная путь фактически заново, хотя информация продолжит храниться где-то на задворках памяти души… В нашем мире только три души, что способны держать божественную силу, а потому и богов только три… Моя же цель несколько иная, ведь моя душа достаточно сильна, чтобы выдержать этот груз, но… скорее даже сильнее… Я хочу стать творцом, которому не нужно будет зависеть от религии. Фактически ангел, но бессмертный как боги и чуть более чувствительный к потокам мироздания… По крайней мере такова была цель моей первой жизни…       – То есть… Ты будешь бессмертна, но вне божественной системы?       – Что-то вроде того, хотя мне всё равно нужно будет находиться с одним из богов. Просто я буду скорее вольным ангелом, что не должен будет следовать ТОЛЬКО за своим божеством… Учитывая данную возможность и нынешнее положение дел, велика вероятность, что я останусь рядом с тобой, но это не факт, ведь жизней слишком много и всегда может найтись что-то, что приведёт меня, например, под крыло Би, но это всё равно не значит, что я тебя оставлю… По крайней мере я очень надеюсь, что у меня не окажется ни единого сомнения…       – Даже если они будут, я не брошу тебя, обещаю…       – Я люблю тебя, Аш, – разворачивается в руках мужчины тонкая женская фигурка, ловя чужой взгляд и будто в саму душу смотря… – И я очень хочу, чтобы и моя изменённая душа не потеряла этого чувства… Хочу и в будущем быть способной сказать тебе эти слова также искренне и полно, как сейчас…       – И я люблю тебя, Дрими. Всем своим сердцем. И буду любить несмотря ни на что…       – Обещаешь?       – Клянусь своей сутью…       ***       Эти воспоминания… сложны…       Дрими…       Дрим…       Сколько времени прошло с тех пор, как он был рождён впервые? Как давно стал одним из первых богов, возносясь вместе со своими бывшими друзьями, что возненавидели его за всю ту боль, что он причинил им и другим? А ведь у него были причины и весьма веские. И он действительно был психически нестабилен, но никто ему не помог, и он сорвался, творя ужасы, от которых его самого теперь тошнит…       После вознесения он придумал и создал конструкт Отражений, а затем и ритуал очищения, впервые насильно проведя через него своих друзей чтобы они более не могли помнить ужасов прошлого и… не ненавидели его…       Он так отчаянно желал всё исправить, что сам не заметил, как мир изменился до неузнаваемости. Занятый своими изысканиями, он не уследил за историей смертных, отрезанный стеной отчуждения самых дорогих его сердцу существ…       Не заметил как гибриды исчезли полностью, а люди застыли в бесконечном цикле веры и безверия… И он даже не знает как так получилось, ведь миром фактически управляли Джордж и Сапнап, после вознесения получившие звания и статус. Икс – равновесие. Аш – покой. Би – действие. Общее Ди – бог…       Однако без Икс, от которого они сами отказались, Аш и Би стали противниками, неспособными договориться и утопающими в своих собственных горестях и сожалениях…       Поэтому ритуал Очищения стал спасением для этого мира, рождая двух чистых мирных божеств, что ладили друг с другом и уважали мнение теперь самого старшего из них, который впрочем никогда не давил, просто остерегая от ошибок…       Это был практически идеальный мир, но в один момент его ангел предал его. Отражение решило стать оригиналом и каким-то образом сумело обмануть систему, становясь новым богом и выкидывая его душу из круга…       Дрим был в замешательстве, однако… Он знал, что это произойдёт и удивлялся грядущему ещё за несколько сотен лет до события, ища способ использовать это себе на пользу…       И он нашёл. Перевернул конструкт для своей души и сам стал занимать места в сосудах, рождаясь и умирая на протяжении нескольких тысяч лет в ожидании нарушения цикла…       Правда он никогда не думал, что станет девушкой, да ещё и до беспамятства влюблённой в Джорджа… Аша… Впрочем, это было ожидаемо… Он ведь и сам когда-то до смерти был в него влюблён, готовый собственное королевство разрушить лишь ради его улыбки…       Какая ирония…       Но всё же хорошо, что «Дрими» была столь мила и открыта… Она сделала своих Сапнапа и Джорджа, которые Отражения, ангелами, даря им силы и крылья для служения первоначальным богам… Две души, рождённые в сосудах в этом цикле, были достаточно чисты и добры, чтобы занять эти места и не желать большего…       Он следил за рождением отражения ДримаИксДи, чутко следя за его душой и воспитанием, а затем создавая нового бога…       Быть ангелом было вовсе неплохо, а свободным и того лучше, утопая в нежности любви всех его жизней… Некогда жестокой и неприступной, а теперь наконец взаимной и чистой…       – Вы… Хотите вернуть воспоминания своих душ? – как-то не может не спросить Дрим, сидя в Небесной библиотеке рядом с тремя богами.       Теперь Древний город был восстановлен, как и портал, а потому божества и ангелы могли не оставаться в мире смертных, а спокойно наблюдать за ними из Небесных Чертогов…       Он долго думал над этим шагом. Он знал, что воспоминания могут всё разрушить… И в то же время он видел, как тяжело Ашу принять нового его… Быть может, это сделало бы всё ещё сложнее, но его поглощал стыд за ложь, за всё содеянное… Он безумно боялся, но был наконец готов встретить свои страхи и ошибки, вымаливая, если нужно, прощение перед самыми дорогими ему душами…       – У нас так много жизней, что мы не помним? – удивлённо вскидывается СапнапБиДи, что лениво листал какой-то лёгкий роман, что схватил просто так, чтобы занять время, хотя никогда не любил все эти романтические сопли. Флирт или даже секс, но не романтику и отношения…       – Учитывая каким был мой предшественник, не думаю, что мне особенно нравится эта идея, – неловко усмехается ДримИксДи, что успел наслушаться рассказов о тирании прошлого своего воплощения.       – Этот как с твоими воспоминаниями? Мы были знакомы в прошлых жизнях? – любопытно уточняет ДжорджАшДи, что принимает своего возлюбленного даже в мужском обличии, не делая различий между двумя ипостасями и окутывая нежностью обе… – Дей, ангел мой, мне кажется, что это интересная мысль, но ты как-то ей не рад. Что тебя тревожит? Нам не важны эти воспоминания, так что тебе не стоит волноваться, мы вполне можем прожить и без них, – Аш нежно берёт пальцы любимого в свои ладони, прижимаясь губами к нежной бледной коже…       Дей или Дейа – имя, что получил Дрим, когда стал вольным ангелом. Он не был более связан энергетически ни с одним из трёх богов или их отражений. Поэтому и имя Дрим более не было для него подходящим… Ангелы звались иными именами: Клэй, Джо и Ник, что они выбрали себе сами. А боги – либо по изначальным именам, либо, куда чаще, по званиям: равновесие, покой и действие – Икс, Аш и Би…       – У души Икс есть две жизни. Эта и предыдущая, хотя… Та была весьма и весьма неприятна… Ты был именно тем, кого я убил. Но это не совсем твоя вина, ведь твоя душа изначально не была божественной и сильно исказилась из-за воздействия полученных тобой сил. Будучи Отражением, а затем ангелом изначального ДримаИксДи, ты пожелал его силы и обернул ритуал очищения в свою пользу, забирая божественность, но не меняя души… Но этого было слишком много и твоя душа сильно исказилась, приводя к нарушению моральных устоев и в некоторой степени безумию, что и стало причиной тирании… Ты не станешь таким более… – изумруд встречается с испуганной бледной голубовато-серой зеленью. Нынешний бог Созидания и Разрушения был добр и великодушен, и осознавать, что когда-то он был ужаснейшим тираном, было для него подобно взрыву…       – Но что если?!       – Тише, Икс… Обещаю, это максимум станет давить на твою совесть, но более не сможет воздействовать на твои действия. Я могу вернуть тебе эти воспоминания скорее как театральным выступлением, чем как твоей собственной жизнью, если тебе так будет проще. Но ты был действительно умён и опытен во многих отраслях, и эти знания можно направить на огромное благо для всех смертных… Просто скажи мне, если когда-либо захочешь это сделать. Никто не станет тебя заставлять, так что ты можешь просто и дальше жить как сейчас, без этих знаний, что со временем всё равно можно будет накопить заново…       – Я… Не знаю… Мне слишком страшно, так что точно не сейчас… – стыдливо отводит взгляд Икс.       Дей улыбается и встаёт со своего места, подходя и касаясь плеча по всем параметрам младшего из богов, подбадривая и не осуждая за его выбор и страх.       – Всё хорошо. Мы все когда-то были людьми… Мы все не совершенны… Мы все совершаем ошибки… И здесь твоя вина лишь в том, что ты поторопился в своей жажде силы и потому навредил сам себе, сходя с ума. У тебя не было никого, кто смог бы заметить твоё безумие. Помочь, остановить, исцелить… Ты был один и потому сорвался… – Дей едва сдерживает собственные слёзы, ведь они были слишком похожи… Только тот прежний старый смертный Дрим изначально желал не власти, а просто исполнения законов, по которым жил сам и которые существовали на тех территориях… Он просто хотел быть хорошим правителем, хорошим наследником… Но всё зашло слишком далеко…       – Ангел мой… – обеспокоенно шепчет Аш, чувствуя боль, что так и бьётся в душе Дея, застилая сознание стыдом и виной за свои прошлые прегрешения…       – Всё хорошо, правда. Просто мы в чём-то похожи, хотя я просто был психически слаб и потому слал безумцем, что сломал не одну жизнь, в том числе и детей… Я никогда не смогу себе того простить, но оно давно осталось в прошлом, так что я просто стараюсь не вспоминать об этом так часто… Исправлять что-либо, когда я наконец очнулся, было уже слишком поздно, так что моя вина так и осталась вечным долгом… – Дей неловко останавливается рядом с диванчиком, где сидел вместе с Ашем, стыдясь того, что получает сейчас ту любовь, что тот дарует ему без единого сомнения… Он не заслужил этого… Никогда не сможет заслужить…       – Дей, всё в порядке. Все совершают ошибки, ты сам это сказал. Сколь бы ужасны ни были твои проступки в прошлом, сейчас ты делаешь всё ради нас и этого мира. Ангел мой, ты самое бескорыстное создание, что я когда-либо встречал! Ты делаешь всё ради других и почти ничего ради себя!       – Не правда, я очень эгоистичен, – бледно болезненно улыбается Дей, не смея встретиться с любимыми глазами. – Я беру то, чего не заслуживаю. Живу той жизнью, которую никогда не должен был получить. Имею такую силу и свободу, что подобному мне давать просто опасно… У меня есть вы, и вы дорожите мной, но именно я – тот, кто разрушил ваши жизни в прошлом, а затем трусливо спрятался за амнезией, создавая Отражения и ритуал очищения, что заставил вас всё забыть… Это всё был я. И всё это я делал только ради себя!       Он… Совесть совсем его заела, провоцируя срыв, что раскалённым железом проходится по слабому истерзанному сердцу, которое каждый раз упрямо восстанавливалось, продолжая приносить всё больше и больше боли… Как же ему иногда хотелось просто исчезнуть… Или хотя бы прекратить чувствовать, утопая в безразличии…       – Ангел мой…       – Молю, не называй меня так!  – срывается Дей Дрим?, закрывая лицо с позорными солёными слезами слишком нежными и мягкими ладонями, на которых нет ни единого шрама, ни единого свидетельства ужасного прошлого, что он сам создал… Безумие… Как он хочет чтобы оно стало оправданием, но разве имеет он право так говорить, когда у него был Панз, что всегда насколько мог поддерживал его, не позволяя окончательно скатиться в пучину? – Я… Мне никогда не следовало… С самого возвращения… Мне не нужно было обещать остаться с тобой… Это… Твоя любовь – это… Это то, чего я когда-то желал больше всего на свете, но теперь я точно её не заслуживаю! Не тогда, когда ты даже вспомнить не можешь, как ненавидел меня за то, что я натворил!!!       – Дрим! – внезапно резко грохочет СапнапБиДи, заставляя всех четверых, включая самого себя подпрыгнуть. – Вот ведь, не думал, что так громыхнёт, – черноволосый бог с глазами цвета заката, испуганно держится за сердце, вслушиваясь в отголоски эха собственного голоса, что всё ещё гремит вдалеке… – Ох, ё моё… – хнычуще выдыхает Би, жалобно глядя на других богов, что в ответ смотрят укоризненно, но быстро сменяют укор на утешение и улыбки, не обижаясь долго на испуг…       Ангел также вздрогнул со всеми, однако он был привычен ко многим резким звукам и событиям, хотя и до смерти боялся ужастиков… Когда-то давно, когда они ещё жили в его королевстве без страхов и обязательств, развлекаясь дни напролёт…       – Дей, правда, не стоит. Ты хочешь исправиться, и это главное! Ты ведь не просто так заговорил о возвращении нам памяти, а из-за того, что хочешь хотя бы перед нами извиниться, не так ли? Даже если все наши смертные знакомые более никогда не смогут принять твоих извинений, это не изменит того, что ты и правда готов исправиться сам и исправить всё сотворённое!       – Мне иногда кажется. Что божественность пошла тебе на пользу… Или по крайней мере твоему умению говорить умные вещи… – мягко усмехается Дей, поднимая заплаканные, но сияющие ностальгическим весельем изумруды на друга…       – Хей! И что это должно значить?! – после пары секунд осознания возмущается  СапнапБиДи, вызывая у всех существ волну облегчённого смеха…       Они медленно успокаиваются, возвращаясь на места, пока Дей отходит от своей маленькой истерики, что теперь вызывает лишь стыд за срыв, и собирается с силами, чтобы рассказать правду и продолжить свой путь искупления…       – У вас двоих не более… десяти жизней, наверное… Однако каждая из них была результатом ритуала очищения. Хотя и насильственного, отчего вам каждый раз приходилось начинать путь с нуля… – Дей срывается на судорожный вздох, виновато глядя на пальцы Аша, что ласково перебирают его собственные. Так нежно и бережно… – Самая первая ваша жизнь… Мы были связаны… Вознеслись вместе втроём, но… У этого была слишком высокая цена… Наш мир… Моё… Те территории оказались взорваны, равняя всё живое с землёй или скорее даже отправляя на дно океана… Наша смерть и всплеск энергии от смертей всех остальных стали катализатором вознесения и сделали нас богами, оставляя в бесконечной пустой пустоши, где мы когда-то жили и росли все вместе… Я… Я был тем, кто разрушил наше счастье, наш мирный дом… Я затеял войну по… на самом деле по весьма веским причинам… Я был королём, а то место было моим королевством, даже если я был не слишком хорош в управлении, а на всей территории жило едва ли несколько сотен людей… Я старался соблюдать законы и следить за их исполнением, наказывая за нарушение… В один момент появилась группа, что затеяла переворот и естественно я пошёл против них, начиная первое военное противостояние… Их было мало, как и нас, и среди них были дети, но это почему-то всё равно вылилось в почти полноценную войну… Были мы трое и мой друг-наёмник со стороны королевства и трое мужчин, девушка, два десятилетки и совсем маленький ребёнок с их стороны… Весьма… несправедливый расклад, не так ли?       Дей на некоторое время замолкает, горбясь и вновь пряча лицо, но на этот раз не в ладонях, что были заняты, а в предплечьях, лежавших на бёдрах…       – Однако это противостояние всё длилось и длилось. Мы разрушали их… дом, если это можно так назвать… Но они восстанавливались и снова требовали независимости, продолжая портить урожаи и вредить по мелочам всем жителям королевства… Я не хотел им поддаваться и потому нашёл в их рядах предателя, что согласился провести нас в тайную комнату и открыть в нужный момент проходы, взорвав пути отступления… За это я отдал ему свою корону, и он был куда лучшим королём на самом деле, однако бунтовщики всё равно не сдавались… Мальчишка вызвал меня на дуэль, требуя независимости, если он меня победит. Но конечно же это было фарсом, ведь мои умения в бою были куда выше его с самого начала. Это был неравный бой, в котором у него была одна только удача, что совсем не помогла… И в один момент я… Не знаю чем я думал, но вероятно уже начинал сходить с ума, ведь я согласился дать им желаемое, забрав взамен музыкальные диски, которыми больше собственной жизни дорожил тот мальчишка, Томми… Они создали страну, организовали выборы и… проиграли… Двух лидеров в лице Томми и его старшего брата Вилбура изгнали из их же собственной страны… Мне стало их жаль, и я предложил помощь, но… Это не привело ни к чему хорошему, ведь теперь было два безумца, что толкали друг друга только глубже…       Дей печально усмехается, пока крылья нервно дрожат за спиной, ощущая почти невесомые нежные касания Аша. Бог природы и жизни даже не думает проявлять какое-либо отвращение по отношению к его действиям, что лишь сильнее заставляет блондина винить себя…       – Вилбур желал взорвать город и народ, что отрёкся от своего предводителя и выгнал его, а я… согласился и помог с динамитом… Он умер вместе со своей «незаконченной симфонией», а я просто ушёл, будто никогда не принимал в этом участия… Потом Томми с ещё одним парнишкой, чужестранцем, сжёг дом Джорджа, что ты достраивал как раз во время самого финала, в котором не участвовал… Я добился его изгнания, но на этот раз в особое место, в некоей мере тюремный лагерь, куда обычно отправлялись преступившие закон королевства… Он пытался сбежать, но я его возвращал, в один момент начиная сжигать все вещи, что он успевал собрать за день, ведь без оружия было глупо идти в кишащий монстрами лес, так что сбежать он больше просто не мог… Однако моё психическое состояние становилось всё хуже и я… зациклился на мальчишке, желая полностью сломать его буйный упрямый дух, что так раздражал всех вокруг. Для меня уже не имело значения, что ему едва исполнилось четырнадцать и что он уже успел многого натерпеться во время первой и почти что второй войны. Мне было важно подчинить его себе… Я… Мне безумно стыдно за все те действия, ведь я разрушил ему всю жизнь, превращая существование в настоящий Ад. И я не преувеличиваю, поверьте…       По телу проходится дрожь, однако это от отвращения к прошлому себе, что считал подобное нормальным…       – Я уже и не вспомню, сколько всего происходило в то время, но их страна вновь была взорвана мной и ещё двумя людьми, что хотели мести за почти что охоту на одного из них и попытку его казнить… Столько событий, а окончилось всё когда двое мальчишек, Томми и первый его друг Тюббо, решили сразиться со мной, чтобы забрать те музыкальные диски, что он отдал за независимость своей страны от королевства, хотя я вроде как соблюдал все условия… По крайней мере я очень на это надеюсь, ведь мои воспоминания о том моменте слишком отрывочны…       Дей распрямляет спину, откидываясь назад и вглядываясь в потолок.       – Следующие воспоминания – это как все пришли спасти их от меня, отправляя меня в тюрьму… Вы тоже были с ними, как и многие другие… Вот только Панза я сам попросил остаться на их стороне, чтобы не подвергать себя лишнему риску и быть способным помочь мне в будущем, а вы к тому моменту уже ушли, посчитав, что я бросил вас… Я… Я даже не знаю, что на самом деле тогда чувствовал, ведь я оказался настолько зациклен на Томми и его дисках, что совсем не помню, чтобы мы хоть раз общались. И это более трёх лет! Трёх лет, когда я творил, бог пойми что, вредя всем вокруг!       Дей тяжело вздыхает, опуская взгляд на пальцы, что всё ещё были переплетены с пальцами Аша… Такими тонкими и изящными для мужчины, хотя и достаточно крупными из-за того, что Джордж продолжал придерживаться немного увеличенного размера тела, а не оригинального, когда он был значительно ниже Дрима…       – В тюрьме я должен был по идее оставаться чтобы больше никому не вредить, но ни расследования, ни чего-либо иного не было. Фактически меня посадили потому, что сделал что-то ужасное с Томми и стал причиной всех войн…Так все говорили… Но уже на тот момент у меня был артефакт, способный воскрешать мёртвых…       – Воскрешать?! – изумлённо вскрикивает ДримИксДи, не сдерживая изумления, однако быстро затыкается и смущённо краснеет от своей несдержанности.       – Да… Я тоже думал, что это невозможно, хотя и использовал как оправдание, чтобы не быть убитым… Однако в тюрьме мне удалось её проверить… Я убил и воскресил Томми, что застрял со мной во время посещения… Он имел весьма раздражительный и наглый характер и вывел меня из себя, выбрасывая нашу единственную еду и убивая кошку, что составляла мне кампанию на протяжении нескольких месяцев почти полного одиночества… А через какое-то время я воскресил Вилбура, зная, что он всё ещё будет безумен, но мне было плевать, ведь он мог вытащить меня оттуда взамен на возвращение в мир живых… Я сходил с ума лишь сильнее… И не только из-за одиночества, но и из-за одного парня, Квакити, что продолжал приходить и пытать меня в надежде заполучить тот самый артефакт… Это стало моим личным адом и даже худшим, вероятно, чем то, что я творил с Томми и другими, но всё равно… В один момент я сбежал. Сработал другой должок. И конечно же моё сумасшествие повело меня на охоту за Томми, который лишь чудом тогда смог от меня убежать и не умереть во второй раз… Я использовал друга Квакити, чтобы отомстить ему, воспользовавшись доверчивостью Слизня и заставив его своими руками убить Утёнка, что ему доверял… А потом я прятался в тюрьме, как это не иронично, где на меня напали Томми и Тюббо, наконец убив…       – Подожди, но ты ведь умер вместе с нами от взрыва, разве нет? – метко подмечает СапнапБиДи, уже подозревая, что произошло.       – Верно. Потому что успел отдать артефакт Панзу, и он меня воскресил. И мы уже вдвоём открыли охоту на несносных мальчишек, упиваясь их страданиями… Вероятно, я и его за собой утянул в безумие, хотя, быть может, маленькие придурки всё же сами умудрились его выбесить… В итоге… Кажется, я очнулся… В мгновение осознал, что натворил… Как и Томми… Он… Он извинился. За то, что создавал наркотики и продавал их в моём королевстве, а после поддержал решение брата создать страну, где они могли бы без проблем создавать больше проклятого вещества… Извинился, что постоянно нарывался и подталкивал к пропасти… Извинился, даже за то, что именно из-за него, по его в первую очередь инициативе меня отправили в тюрьму, а затем и стали пытать, хотя уж в этом он был вовсе не виноват… И я… Простил… И извинился в ответ… Мне… Мне просто хотелось всё вернуть к тем временам, когда мы были юны и беззаботны… И безумие твердило, что это возможно, даже если я точно знал, что это полный бред… Вот только исправляться нам обоим было уже поздно. Извиняться оказалось слишком поздно… Его друг, Тюббо, создал гигантское взрывное устройство. «Ра-кета» или как-то так. И он запустил его, пока Томми старался задержать нас в здании тюрьмы… Уничтожить наверняка, вот, что они планировали… Однако, вероятно, что-то пошло не так, ведь взорвалась не только тюрьма, но и весь огромнейший остров… Погибли абсолютно все…       Дей тяжело вздыхает, поднимая пальцы Аша и нежно целуя, точно самое драгоценное, что только могло у него быть…       – Я не знаю, что именно произошло, но подозреваю, что артефакт также оказался разрушен, но по какой-то причине богами стали именно мы трое… Вероятно, просто души подошли… И моё безумие полностью отступило, оставляя только вину… Но вы не смогли меня простить и отгородились… Поэтому я стал искать способ вновь стать вашим другом… Подумал, что раз уж вы не способны простить меня, то можете просто забыть былое, и этого будет достаточно… И пока я создавал Отражения и ритуал Очищения… Я не уследил. Вы поссорились, утопая каждый в своём горе, а наш мир изменился самым кардинальным образом… Прошла едва ли пара сотен лет, а на земле не осталось ни одного гибрида… В наше время их было много, почти на каждом шагу… Вы тоже были ими…       – Подожди. Гибриды? Это… Эм-м… Что-то вроде смешения кровей человека и например животного? – растерянно почти в отвращение, вероятно от представленной картины, тянет ДримИксДи, передёргивая плечами.       – Что-то вроде того, – мягко печально усмехается Дей. – Однако более корректно – существа, что являлись людьми лишь частично, обычно имея человекоподобное строение тела, но иной облик и характеристики… Например, Джордж был гибридом грибной коровы. Редкого существа, что жило только на особых островах, где вместо деревьев росли огромные грибы, а вся почва была плотно покрыта серым мхом и сетями грибницы… У Джо весьма специфический узор на щеках и у тебя когда-то был похожий, – Дей не может не поднять глаза к щекам Аша, но быстро опускает взгляд, лишь мельком задевая мягкую бирюзу. – А Сапнап был блейзом, пламенным созданием нижнего мира или же Ада, которым… когда-то были Небесные чертоги… – мягко усмехается Дей, всё же украдкой поглядывая на изумление друзей, что не могли поверить, что ад, как его представляют люди, опасный и невыносимо жаркий, мог превратиться в это почти райское место…       – А ты? – тихо спрашивает Икс.       – А я был человеком… Во мне была ангельская кровь и не мало, но крыльев мне не досталось. К тому же, только благодаря этой силе я мог использовать книгу-артефакт. Панзу она едва подчинялась, ведь у него было не больше восьмушки ангельской крови… И поэтому мне легче было при переносе во время ритуала и почти не было ступора после возвращения обратно… Вот так вот… Такой я ужасный человек… – улыбка Дея вянет, а слёзы вновь щиплют глаза… Однако он почему-то всё равно ощущает нежные объятия своего любимого и ласковые касания губ, что едва ощутимо скользя по его лбу… – Прошу, не люби меня. Возненавидь, как тогда, но только не продолжай дарить мне свою любовь… – едва сдерживает рыдания Дей, всё равно прячась на груди Аша, которого он всё ещё не смеет называть Джорджем… Слишком стыдно. Проще притвориться, что они не один человек, и его любит кто-то другой, а не тот самый дорогой сердцу Гоги. Тот, что смотрел на него с таким презрением, что душа билась в истерике, пока биение в груди на несколько мгновений не замирало вовсе…       – Дей… Ангел мой… Мой свет… Молю тебя, прекрати винить себя. Я хочу вспомнить всё. Очень хочу. И хочу понять, чем занимался я всё это время. Почему не был рядом с тобой? Почему не помог? Почему не был рядом, когда ты страдал и сходил в ума без посторонней помощи. Почему, если мы должны были быть друзьями?! Почему ты оказался совсем один? Сейчас я виню не тебя, а лишь прошлого себя, ведь мне не кажется, что я поступил правильно. Если бы я действительно старался быть с тобой, то моё имя не терялось бы на страницах событий из твоей памяти. Если бы реально был твоим другом, то должен был бы всегда стоять рядом, а не находиться где-то на задворках…       – Согласен, – тяжело кивает СапнапБиДи. – Всё то же самое. Быть может, мы много упускаем, не понимаем чувств нас из прошлого, но это не оправдание игнорированию тебя! Если ты сам не шёл к нам, то как хорошим друзьям, нам следовало самим прийти к тебе, но почему-то этого не происходило. Мы не возвращались к тебе и не вставали рядом с тобой, хотя, как по мне, должны были бы…       – Спасибо… – едва слышно шепчет Дей, всё же протягивая руки и обнимая Аша в ответ… – С-спасибо за эти слова… – дрожащим шёпотом тянет блондин, едва слышно всхлипывая. Тело само собой обращается в женское, ведь он ощущает себя сейчас таким хрупким и слабым, будто в любое мгновение может разбиться как какой-нибудь тонкий стеклянный бокал…       ***       Дей почти задыхается от страха, даже если теперь ему не особенно нужен воздух…      Две фигуры выходят из ритуальных кругов, растерянно останавливаясь и переваривая возникшие в голове знания… На глазах Сапнапа появляются слёзы, а брови изгибаются будто от осознания какого-то преступления, что он совершил… На лице Джорджа ледяное равнодушной выражение. Совсем как в прошлом. И Дей икает и обращается в Дейю, лишь бы на него не пал гнев его драгоценного возлюбленного…       – Ты что-то умалчивал, когда рассказывал нам о прошлом? – холодно интересуется Джордж, крепко ухватывая пальцами подбородок испуганно дрожащей фигурки, пока Сапнап за его спиной лишь хмурится и уже порывается прервать связь, но всё же застывает всего в шаге от пары…       – Только повседневные мелочи и подробности издевательств над Томми и надо мной… Кл-лянусь, я правда… – Дей затихает, ведь горло перехватывает спазм, не позволяющий более произнести ни слова. Одни лишь губы шепчут «пожалуйста, простите», пока глаза в очередной раз за последнюю неделю ожигают слёзы, готовые в любой момент сорваться с пушистых ресниц…       – Ангел мой… – глаза Джорджа теплеют, хотя Дей совсем не замечает, когда это происходит. Были ли они сразу светлой бирюзой или всё же обжигали сияющим льдом? – Ты не виноват, – чётко произносит шатен, однако блондинка лишь продолжает дрожать, не осознавая слов и продолжая одними губами произносить извинения. Наоборот, вздрагивает будто от удара и ещё быстрее произносит безмолвные извинения. – Ты не виноват, Дрим. Мы были идиотами, ты слышишь меня? Я бросил тебя, а не ты меня! Я отказался от тебя, даже не узнав причин. Я принимал твою заботу как само собой разумеющееся. Я не ценил твою любовь. Ты просто отдавал нам… мне всё, что только мог, даже если я всегда тебя отвергал. Это МОЯ вина, а не твоя! МНЕ нужно виниться перед тобой!       Дейя всхлипывает, закрывая рот и дрожа, не двигаясь и слушая, но не осознавая сказанного…       Пока плотину не прорывает и зелёные глаза не закрываются, когда девушка выскальзывает из хватки шатена и падает на пол, сжимаясь в комок и в голос рыдая от всех чувств, что переполняли её сейчас…       Друзья ласково осторожно успокаивают истерику, обнимая, окутывая своим теплом. Продолжая говорить, что это не его вина…       Они тоже виноваты. Они не были достаточно хорошими друзьями. Не были достаточно внимательны. Не были достаточно умны и верны, чтобы понять его… Были эгоистичны и сконцентрированы лишь на себе, игнорируя всю боль, через которую прошёл их потерявшийся в безумии друг, которому даже после признания данного факта они не попытались помочь, сразу соглашаясь избавиться, будто от бешеной собаки, а не от живого разумного существа…       ***       – Я люблю тебя, Джордж, – едва слышно робко шепчет Дейя, прячась в тени балдахина в их общей спальне. Это звучит так отчаянно, так печально и так невинно… Не прошлые признания, когда Дрим флиртовал со своими лучшими друзьями и едва ли не без перерыва лип к Джорджу, признаваясь в любви и почти требуя взаимности в ответ… Так слабо и безнадёжно, так ранимо и при этом с такими чувствами…       – Я тоже люблю тебя, ангел мой… – отвечает ДжорджАшДи… Джордж… Аш… Любое имя, что захочется, ведь теперь всё это – один человек…       Нежные руки тянутся к тонкой фигурке, постоянно слабо изменяющей очертания, но остающейся всё такой же пугающе хрупкой… Мужской облик Дея был таким же тонким как и женский, отличаясь лишь чуть более широкими плечами и узкими бёдрами, а также отсутствием приятной женской мягкости, хотя даже так в нём было что-то такое нежное почти женственное… В плавном овале лица, пухлых губах, мягких щеках, больших глазах… Сейчас он просто не мог решить, кем быть, ведь в обоих обличиях он всё равно оставался всё тем же Деем… Скорее всего уже даже не Дримом, ведь от прошлого его остался только ум… Характер всё же претерпел слишком кардинальные изменения, куда ближе оказываясь к образу Дрими…       – Я обещал, что буду любить тебя, несмотря ни на что. И эту клятву я сохраню.       – Ты обещал Дрими… – едва слышно шепчет Дейя, боясь двинуться хоть на миллиметр. Будто Джордж может в любой миг просто исчезнуть, вновь оставив её с в очередной раз разбитым сердцем…       – Я обещал тебе, ангел мой. Каким бы ни было твоё имя… Какое прошлое бы нас ни связывало… Я буду любить тебя всю вечность, что нам уготована впереди…       – Тогда не отпускай меня больше… Умоляю, не позволяй мне снова остаться одной… – Дейя отчаянно тянется вперёд, всё же оставаясь в женском облике, что казался более близким, несмотря на тысячи мужских жизней против одной женской…       – Никогда, ангел мой, – шепчет в ответ Джордж, вглядываясь в любимое лицо мягкой тёплой светлой бирюзой…       Губы касаются губ…       Светлые ресницы трепещут на мягких щеках, пока тёмные лишь на мгновение скрывают глаза старшего из них, коим всё равно оставался Джордж…       Тонкие пальцы скользят по щекам и плечам мужчины, пока более крупные проходятся по линии позвоночника, посылая в женскую фигурку электрический разряд, мурашками бегущий по телу…       Молчание прерывается лишь тихим дыханием и звуками поцелуев двух влюблённых, что наконец нашли свой счастливый финал…       После всех испытаний…       После горечи потерь…       После полного краха и возрождения из пепла…       После прощения и долгожданного понимая…       После драгоценного чистого чувства, что занимало все их сердца, не требуя вмешательства грязи пошлой телесной связи…       После их любви, у которой после не настанет никогда…