Не задавая лишних вопросов

он трет, горящее и стремительно краснеющее, место на коже и сползает по стене. сворачивается, лежа на холодном полу, согревая себя болью и слезами. ими вообще можно согреться? ещё два часа назад парень сидел в компании слегка пьяных друзей, шутя и смеясь, забывая обо всем происходящем вокруг. а сейчас сжимаясь от неприятных ощущений, мысленно ненавидит себя. обещания так и остаются лишь простыми словами, если ты обещаешь их себе. щеки горят от соленых дорожек, от удара и от смущения. сколько это ещё будет продолжаться? резкое уведомление на кинутом недалеко телефоне в момент приводят в чувства, и ян дрожащими пальцами тянется к нему. сону хен: чонвон, ты добрался домой? 22:47 так ничего и не написал как ушел. 22:47 в горле будто ком огромный застрял. ян пытается сглотнуть, однако во рту появляется лишь отвратительное ощущение тошноты. его вот вот вырвет. он печатает короткое «да, было весело хен» и сжимает ладони. хочется до хруста, чтобы предмет в руке треснул и больше им никогда не воспользоваться. парень находит в себе силы написать ещё одно сообщение, адресованное чонсону, прежде чем на ватных ногах заставить себя подняться и отправится в душ. «пожалуйста приезжай» чонвон стягивает одежду, оставляя на краю раковины, не обращая внимание на скатившиеся на пол шорты. с головой уходит под прохладные струи воды, увеличивая температуру. недавно пострадавший участок кожи снова отдает колкой болью. но это ничего, кажется ещё немного и по всему телу останутся красные горящие ожоги, которые будут болеть сильней и дольше. но явно не это будет болеть дольше всего. ян поднимает голову, прикрывает глаза и поднимает брови, проводит рукой сквозь мокрые волосы. выходить желания нет, как и заставлять ждать человека, что скоро будет за дверью. поэтому из остатка сил, юноша собирает какие то движения, возвращаясь в реальность, сначала бьющую холодным воздухом. пар исходит от тела, и кажется чонвон сам вот вот с ним испарится. жаль этого не происходит. ладонь на дверной ручке, он знает, стоит открыть ее и он точно совершит глупую ошибку. и он открывает. считает, что готов, что сможет взять ответственность за свои действия. -вонни? что с твоей щекой?! — будто ток по спине прошел. младший застывает, чувствуя как ветер из открытого окна пробегает по позвонкам под кофтой. — что случилось? -хен, — ян шепчет, говорить громче просто невозможно. ему хочется лишь обессилено свалится в чужие руки, чтобы те обняли и никогда не пускали. но они чужие, и не ему решать, что им делать. словят ли его тушку вообще? слишком много вопросов, на которых нет ответов. а ян чонвон ненавидит такое. и себя, задающего эти вопросы, и избегающего ответов, тоже. -вонни, расскажи что случилось? — пак не опускаясь, носками стоп стащил с себя кеды. стоял на столько близко, что это казалось до ужаса далеко. убивающим действием стали пальцы, мягко прикасающиеся к избитой, по детски пухлой, щечке. и вот она — глупая ошибка. чонвон разрешает телу не слушаться его. хотя бы сейчас. прекрасно понимая, что потом ему придется муторно разгребать то, что он успеет натворить за эти считаные минуты. ноги подкашивает, в ушах звенит, а мир вокруг плывет. и чонсон ловит его. он делает это не рефлекторно, он делает это потому что не хочет видеть больше ни одного синяка, ссадины или пореза на этом теле. медленно опускаясь на пол, пак закатывает рукава чонвоновой пижамы и шумно сглатывает. -я отвратителен, да? — ладонями сжимает горящее, от смущения, личико, закрывая глаза. челюсть сводит, слезы разрешения не спросят. — ужасен. сколько слов можно сказать человеку, пытаясь поддержать? этих двоих устраивает ответ: нисколько. хватит лишь прикосновений, ощущений или простого присутствия. чонсон тоже разрешения решает не спрашивать. и ян этому радуется. старший целует в макушку. убирая чужие руки: в лоб, мокрые глаза, нос и болезненно темные щеки. гладит за ушами, прижимает к себе. слушает. он слушает истеричное рыдание и смех чонвона. чувствует его сильную дрожь и мысленно радуется, что именно ему дозволили увидеть это и быть рядом. -хен? — хрипло зовет. -да? — кто угодно бы не смог расслышать это сиплое подзывание. чонсон не кто угодно. чонсон — это хен, которого зовут. -если я попрошу тебя, поцеловать меня, не задавая лишних вопросов. и джей сделает это. делает это в этот же момент. и готов делать в любой другой. он целует, не задавая лишних вопросов.