Шоколадные слёзы

— Что за чушь, Гарри?! Вы обязаны закончить школу! Это…это…просто возмутительно! — Мы уже всё решили, Гермиона. — Но Гарри, послушай.! — Вновь вспылила девушка. — Нет, это ты послушай, — Перебил Поттер. — Мы уже всё решили, — повторил он — Рону сейчас тяжело, у него, между прочим, брат умер! — Теперь уже кричал Гарри, Гермиона же, напротив, замолкла, стыдливо отведя глаза. Боже, о чём она думала? Конечно, чёрт возьми, Рону тяжело и никакой Хогвартс и продолжение обучения его сейчас не волнуют. После смерти Фреда он места себе не находит. Гарри и Гермиона пытались поддерживать его и были рядом, но как бы они не старались, Рон рушился, тускнел, кажется, старел и умирал. Поэтому когда Гарри сказал, что они вместе с Роном не будут продолжать учёбу, Гермиона не особо удивилась, но всё же была зла. Что может быть важнее учёбы? Да и раз Рону плохо, значит он должен быть рядом со своей подругой девушкой. Грейнджер всё время забывала о том, что они с Рональдом теперь вроде как...пара? Она ещё не свыклась с мыслью о том, что у неё есть парень. Она любила Рона, и он занимал огромное место в её сердце. И всё же…он был другом. Её лучшим другом. Как и Гарри. Романтические отношения всегда были для гриффиндорки чем-то третьестепенным. Дружба, учёба, а потом уже, возможно, отношения. Поэтому когда они с Роном поцеловались, она почувствовала что-то…неправильное? Друзья ведь не целуются в губы? Она не была уверена, но… — Гермиона! — Поттер. — Ты меня слушаешь? — Девушка вздрогнула и перевела взгляд на зелёные вопросительные глаза напротив. — Да, извини, задумалась. — Ты точно в порядке? Она замялась, но всё же заставила себя улыбнуться. Нет. Не в порядке. Я очень волнуюсь за нас, Гарри. — Точно. Поттер кивнул и встал, оглядевшись. Они сидели в гостиной Гриффиндора. Гарри и Гермиона. Лучшие друзья с первого курса, которые никогда не расставались. Теперь всё изменится: Гарри уедет к Рону в Нору, ведь он его друг. А Гермиона…его девушка, ведь так? Но она не рядом с ним. Ей было непонятно своё решение, но она приняла его сразу: она останется в Хогвартсе и доучится. А потом, скорее всего, пойдёт работать в Министерство Магии. Кому нужны эти планы сейчас?.. Гриффиндорка вздохнула, вновь встречаясь с ясным изумрудным взглядом. — Мне пора, Гермиона. — Он нежно улыбнулся. Девушка тоже встала, не желая просто так отпускать друга. Она кивнула и крепко обняла Гарри, тут же получая ответ сильных, но ласковых рук. Они простояли так несколько долгих минут, прощаясь. Пообещав писать друг другу, разошлись. Гарри отправился к выходу из школы, а Гермиона, не желая снова терзать сердце и проходить обряд прощания, пошла в библиотеку, размышляя. Её жизнь изменилась. И больше никогда не будет прежней. Она не знала, что ждёт её и её друзей. Теперь она поняла, что кроме Уизли и Поттера у неё никого не было. Джинни вместе с братом уехала домой, но они и раньше не были…особо близки. Гермиона всегда любила семью Уизли, но чувствовала себя среди них.неправильно. Это слово стало слишком часто всплывать в сознании гриффиндорки в размышлениях о близких. Кстати, о них, она… — Блять, Грейнджер! Раздраженный мужской голос вырвал Гермиону из раздумий, возвращая в неприятную реальность, в которой она, погрязнув в мыслях, врезалась в какого-то, судя по зелёному галстуку перед глазами, слизеринца. Чтобы увидеть лицо пришлось задрать голову. Кажется, его зовут Теодор Нотт. Тёмные глаза, цвет которых Грейнджер идентифицировать не удалось. Волнистые, почти чёрные волосы, россыпь родинок вперемешку с мелкими шрамами на лице. —Ну и что встала? — Приятное, немного угловатое острое лицо исказилось в усмешке, направленной на всё ещё стоящую к нему вплотную гриффиндорку. Гермиона лишь недовольно и намеренно громко фыркнула, задевая слизеринца плечом, зашла в библиотеку. Не пойдёт же он за ней только для того, чтобы выплюнуть парочку типично-слизеринских оскорблений, правильно? Гермиона, по крайней мере, очень на это надеялась. Пройдя вглубь библиотеки, она взяла пару книг по теории магии и села за стол среди множества книжных полок. Книги всегда расслабляли её, помогали сосредоточиться и настроиться на нужные мысли. Помогали не тревожиться. Гермиона уже и забыла, как это — не тревожиться. Её руки были готовы в любой момент схватить палочку и атаковать, а голова – придумывать план. Война оставила осадок на всех. На весь магический мир. И волшебникам предстояло заново научиться жить.