Изумрудный принц

Сон прерывает чей-то хохот и шумные разговоры. Он ещё какое-то время молча лежал на кровати, укутанный с головой в одеяло, краем глаза наблюдая за компанией императора и двух его приближённых. Все трое сидели к кровати спиной, и бурно что-то обсуждали. Тихо поднявшись с кровати, он точно знал, что его уже заметили. Он подошёл сзади, обнимая Кацуки за шею, присаживаясь за его спиной, укладывая подбородок на его плечо. Глянув на стол, он понял причину их смеха, они играли в какую-то настольную игру, Изуку видел её пару раз на столе у коллег во время перерывов. Император кратко целует его в щеку, возвращая свой взгляд к игре. — мы тебя разбудили? — Кацуки вновь смотрит на него, когда юноша отрицательно качает головой. — да ты ещё спишь.. Может дальше спать пойдёшь? Мальчишка вновь отрицательно качает головой, сонным взглядом наблюдая за игрой. — не хотите сыграть с нами следующий кон? — Киришима улыбается, но вновь видя отказ пожимает плечами. — Что-то ты ничего не хочешь. Может покушать хочешь? — Мидория какое-то время молчит, а после кивает под тихий смешок блондина. — как всё же вы вовремя проснулись, нам как раз скоро должны были принести еду. — вновь тихо посмеивается красноволосый, в то время как Тодороки сохраняет своё ледяное спокойствие, перенося фишку в другое место. Радость его коллеги тут же сменилась на удивление и явное негодование. — Шото! Это не честно! — ты просто невнимательный, я кинул кубик, и мне выпало шесть, я и сходил шесть раз. Его товарищ не довольно скривился, что вызвало смех у Кацуки. К концу их раунда принесли судя по всему закуски или что-то в этом роде, правда, в основном мясные, хотя, нашлось и несколько рисовых булочек и онигири. Для своего же удобства мальчишка уселся рядом с императором, жуя свою булочку, и не избегая сравнения с хомячком или кроликом. Только вот, в глубине своего сознания танцор принял их как оскорбление, возможно, в будущем ему стоит меньше есть. Он и так достаточно набрал всего за два месяца проживания во дворце, это было понятно даже по тому, что его первый костюм, в котором он выступал на торжестве, жал ему в бёдрах и немного в талии. Дожевав булочку, Мидория уложил голову на плечо Кацуки, больше не прикасаясь к еде. — ты чего? Ты со вчерашнего дня не ел. — рубиновые глаза смотрят с беспокойством. — всё нормально, я просто больше не хочу. — тихо бурчит мальчишка, прикрывая глаза. Нужно будет найти какие-нибудь упражнения чтобы сбросить хоть немного, но главное действовать так, чтобы эти трое ничего не заметили. — поешь ещё, ты очень худой и бледный, а это значит что ты достаточно мало ешь, и почти не получаешь витаминов. Врач кстати об этом тоже говорил. — император протягивает мальчишке онигири, но тот лишь отрицательно качает головой. — я не худой, мой вес чуть больше чем должен быть у танцора. — Изуку, вам не стоит об этом переживать, главное чтобы вам было комфортно в своём теле, а так, вы действительно достаточно худы. — вставляет свою лепту Тодороки, отпивая свой чай. — если так смотреть, то весь ваш "лишний" вес уходит в бёдра, а насколько мне известно, это хорошо для танцоров, особенно учитывая, что ваша талия от этого никак не страдает. — точно, для большинства танцоров ведь большие бёдра и тонкая талия, предел совершенства. — широко улыбается Эйджиро. — только для девушек, у которых большая грудь, для них очень важно добиться силуэта песочных часов, для парней лучше когда бёдра чуть шире плеч, но это не отменяет обязательное наличие талии. — тогда я всё больше не понимаю твоих загонов, ты приходишь по всем стандартам, по моим уж точно, а остальные тогда не имеют разницы. — Бакуго целует его в щеку, всё же вручая онигири, которое съедается через силу. Они не понимают его, лишь потому что не проходили через жёсткий контроль веса, даже его матушка, всегда его контролировала.