Муть.

Слишком невыносимо. Осматриваю верхушки деревьев, стоя на холодном балконе. Большинство из них полуголые, другие же стоят почти полностью в жёлтом одеянии из листьев, которые вскоре также опадут, как и у того самого большинства деревьев. Ветер пробирается прямиком под футболку, дотрагиваясь своими морозными пальцами до моей опалённой кожи, заставляя вздрагивать каждую клеточку тела из-за холода. А что ещё я ожидал, выйдя в середине октября в лёгкой летней одежде? Но меня не особо это волнует. Да и, на вряд-ли мне удастся заболеть, просто 5 минут находясь здесь. Смотря на кучку людей, бессмысленно снующих туда-сюда, невольно задумался. Для чего вся эта спешка? Куда они собрались? Какой смысл в этом? Сейчас не утро. Не думаю, что кто-то из них идёт на работу или учебное заведение. Но другие же идут, к примеру, в магазин? На встречу? У каждого здесь своя жизнь и своя история. История, которая написана.. Для чего? Для глупого завершения, которого не избежать? Зачем тогда стараться и делать что-то, если в конце тебя ждёт один и тот же исход? Однако, страшно вот так просто взять и завершить главы своей книги жизни. Мне непонятна человеческая натура. Даже люди, потерявшие цель своего существования, а может и никогда не имевшие такую всё равно продолжают бороться, хотя понимают всю ситуацию. Безнадёжную ситуацию. Инстинкт самосохранения? Бред полнейший. Его не существует, иначе тогда самоубийц и в помине не было. На чём тогда основывается наш мозг, пытающийся спасти нас? Он же и подкидывает сомнения в этот костёр. Костёр раздумий о том, что всё плохо, и что не мешало бы прервать эту нелепую затянувшуюся сценку, но всё равно начинаешь сомневаться: а что, если что-то изменится? Получается, можно узнать это и прожить ещё один день. Я же в любой момент могу закончить это, не так ли? К чему спешка. И проживаешь день за днём из-за этой мысли, теша себя иллюзией того, что что-то может поменяться, пока сам идёшь ко дну и тонешь в этой повседневности, зарывая себя в эту могилу. Просто потрясающе. И я же не один так думаю. Есть ещё люди, думающие точно так же. Немного по-другому, но смысл один и тот же. Такие разные, но такие одинаковые. Уникальная серая масса. Забавно получается. Серые тучи затягивают небо уродливыми волокнами. Мне нравится пасмурная погода именно из-за этого.. Несовершенства, если так можно назвать? Я бы не назвал это красивым, но эта серая картина заставляет разлиться тёплому и знакомому чувству, не смотря на то, что погода становится противоположной этим ощущениям. Если бы я был погодой, то скорее всего, был именно дождём. Осенним холодным удручающим дождём. Хотя, для кого как, на самом деле. Кому-то он приносит успокоение, кому-то раздражение, а кто-то равнодушен. Я же просто чувствую себя более комфортно при такой погоде. Терпеть не могу солнце. Может быть, я в прошлой жизни был каким-нибудь вампиром, которому приходилось его избегать, а сейчас во мне просто говорят отголоски прошлого? Шутка. Такого не может быть. Но это было бы довольно.. Комически. Несмотря на всё это, в груди застряла необъяснимая тоска. Она ощущается, как застывшая смола меж рёбер, которую уже не вытащить. Липкое и неприятное чувство, из-за которого трудно дышать. Я даже не могу дать ответа на вопрос "по какой причине это происходит?". Просто так. Тоске не нужен повод. Меня удручает эта обстановка. Что уж говорить? Меня удручает моя жизнь. Столько всего навалилось, а я даже разобраться с одной проблемой не могу. Чтобы сделать это — придётся приложить много усилий, а у меня уже не осталось никаких сил. Слишком устал для всего этого. А передышки никто не даст. Время не остановится. Оно всегда неустанно и неумолимо спешит куда-то. Даже не так. Летит. Не успеешь оглянуться, а уже всё пролетело и остался горький привкус потери. Ты потерял всё, дружок. Ничего не исправить и не изменить. Всё, что не успел сделать — ты больше не сделаешь. Такова жизнь. Слышу свист чайника на плите. Чёрт, я забыл закрыть дверь. Теперь в квартире тоже будет холодно. Ладно. Я уже привык к этому холоду, он уже основательно поселился не только на осенних улицах. Пора возвращаться внутрь одинокой квартиры и вновь сидеть в заточении четырёх бетонных стен, от которых ничем не веет, кроме пустоты и мерзлоты, надеясь на хоть какой-то просвет. Но не на небе.