Unleashing

(How does this happen?) Walk with me in your bare feet In the sugar sand Time to diffuse Bombs I planted In our bed We can heal with forgiveness In the sugar sand My friend

Однажды Питу сказали, что он тот, кто продал душу Дьяволу за свой талант. Это было еще в начале его карьеры, и многие тогда лишь посмеялись, приняв слова за шутку. Но оглядываясь назад, он задавался вопросом: а что, если подобная сделка действительна была заключена? Добиваясь своего, он шел по головам, совершенно не замечая, что происходит вокруг, теряя людей, близких и не очень, ведомый лишь своей целью. Но теперь, когда он все это получил, то не ощущал того удовлетворения, к которому так сильно стремился. На душе скребли кошки, он чувствовал себя самым одиноким человеком на свете, и это была его расплата за славу. Ведь даже такому, как он, пришлось бы когда-нибудь за все заплатить сполна. Пит подошел к зеркалу и посмотрел на себя. А там, в зазеркалье, стоял уставший человек, в его глазах поселилась вселенская печаль и, казалось бы, ничто не было способно ее оттуда выгнать. Все те фальшивые улыбки, которые он дарил всем и каждому, становилось все сложнее и сложнее натягивать. Его скверное настроение уже было невозможно скрывать, а творческий кризис, который случился несколько месяцев назад, только еще больше заставлял его чувствовать себя уставшим. Уставшим от славы, от яркого света софитов, от красных помад и высоких каблуков, от бесконечных вопросов и звонкого смеха в ушах. Ему нужно было взять перерыв, но никто и слушать не хотел. Срыв произошел внезапно, но этого как будто бы все ожидали. Питу сняли номер в отеле, заперли, как птицу в клетке, оставив наставление побольше отдыхать. Отдых ему и вправду был необходим, вот только от себя самого. Линзы он выбросил в тот же день, сменив их очками, яркие пряди состриг, заменив их привычными белокурыми, дорогие костюмы полетели с балкона вниз цветными пятнами, оставив на смену безразмерный свитер и рваные джинсы. Он вернулся на десять лет назад, и хотел там потеряться навсегда. Во времени, когда выбор еще не был сделан, когда он мог еще улыбаться по-настоящему. Непролитые слезы собрались в уголках глаз, и он вытер их тыльной стороной ладони. Усмехнувшись самому себе, он плюхнулся обратно на кровать – на ней теперь и проводил все свое время. Пит вроде как приходил в себя, только больше это походило на самокопание, которое ни к чему хорошему не приводило. Сбегать Пит пробовал, но верные стражи всегда находили его и возвращали обратно. Здесь контролировался каждый его шаг, каждый крик и каждый вздох. Он набирался сил, а без соответствующей заботы это сделать было невозможно. Под заботой, конечно, понималось наблюдение за ним 24 на 7. Это раздражало, но Пит был бессилен. Он ничего не мог поделать и смиренно ждал, когда все закончится. Он скучал по дому, который еще совсем недавно казался ему самым ненавистным местом, но там хотя бы был предоставлен самому себе. Он тяжело вздохнул, думая, как же убить время, и внезапно ему пришла идея спуститься в бар. У дверей его, как всегда, ждали двое охранников. Один из них преградил ему путь, вызывая тем самым неудовольствие. – Я хочу спуститься в бар и выпить чего-нибудь, – спокойно сказал Пит, очаровательно улыбнувшись, показав свои ямочки. – Я думаю, это не самая хорошая мысль, мистер Сэнгтам, – ответил охранник. – Мне плевать, что ты там думаешь, – Пит оттолкнул его. – Ты мне не указ! Быстрым шагом он направился в сторону лифта, но все же смог различить тихие проклятия за спиной. Когда двери кабины распахнулись, его верные рыцари стояли уже рядом. Питу было запрещено покидать стены этого отеля, а не своего номера. В конце концов, держать его здесь они не имели права. То, что он здесь оставался, являлось актом доброй воли, так что им стоило быть благодарными. Бармен заприметил Пита сразу же, переключив все свое внимание. Тот его узнал, единственный, наверное, но это даже радовало. Сев на высокий стул, Пит попросил налить ему «Кристалл». Это шампанское он мог себе позволить, да что там говорить, он мог вообще купить весь этот отель, но лишь спустя годы понимаешь, что деньги – ничто, ведь на них не купишь самого главного. Попивая игристую жидкость маленькими глотками, Пит разглядывал остальных посетителей. Их было немного: какой-то пожилой иностранец читал газету в углу, две женщины лет за тридцать что-то увлеченно обсуждали за столиком в центре, да группа молодых людей, все в костюмчиках и галстуках – явно были здесь по работе. За барной стойкой помимо него сидел еще какой-то таец, и все. Охранники стояли в дверях так, чтобы никому не мешать. Фыркнув, Пит от них отвернулся, устремив свой взгляд на бармена. Пит ему улыбнулся, и тот на миг прервался от своего занятия: тряпка замерла вместе с рукой на гладкой поверхности стойки, от взгляда тот смутился. Возможно, его предупредили насчет Пита, сказали, чтобы ни в коем случае не попадался на удочку «капризной звезды». А, возможно, смутился именно от того, что находился так близко от «звезды». – Как тебя зовут? – поинтересовался Пит. – Я – Пит. – Порчей, – тот улыбнулся. – Очень приятно, – Пит даже не соврал, выпил остатки шампанского залпом и поставил бокал, намекая, что неплохо бы было повторить. Бармен тут же его наполнил. В этот раз Пит выпил напиток сразу же. Шампанское он полюбил, если так можно было вообще выразиться, сравнительно недавно. На самом деле, с алкоголем у него были проблемы – пьянел он слишком быстро, поэтому крепкие напитки позволить себе не мог. Вообще-то, позволял, но на утро всегда жалел об этом. А шампанское ударяло в голову сразу же, но и так же быстро выветривалось, оставляя после себя блаженную пустоту. Вот и сейчас Пит уже чувствовал себя слегка подвыпившим, поэтому и потянуло на разговоры. И этот новоявленный знакомый – Порчей – показался ему самым подходящим человеком на роль собеседника. – Скажи мне, – обратился Пит к нему. – У тебя есть мечта? Не просто мечта, а Мечта. Такая, которая заставляет тебя просыпаться каждое утро с мыслью, что жизнь прекрасна? – Разве для этого нужна мечта? – парень удивленно посмотрел на него. – Конечно, – Пит кивнул. – А иначе, зачем вообще жить? – Значит, у меня ее нет, – тот пожал плечами. – Я встаю каждое утро именно потому, что жизнь прекрасна, и мне хочется прожить каждое ее мгновенье, радуясь тому, что я живу. – Тавтология какая-то, – недовольно протянул Пит. – Может быть, – Порчей снова улыбнулся, и Пит отметил, насколько очаровательно и мило тот выглядел. – Как насчет того, чтобы провести время вместе? – Пит ухмыльнулся. – Я могу стать твоей мечтой на вечер и даже на целую ночь, до самого утра, пока тебе не нужно будет открыть глаза. – Мистер Пит, простите меня, но Вы такой забавный, – он рассмеялся, прикрывая рот ладонью. – Честное слово, простите меня. Пит вытаращился на него, не ожидая подобной реакции, хотел уже сказать что-нибудь колкое, но не выдержал и сам рассмеялся. И что самое удивительное, сейчас он нисколько не притворялся. Никогда не думал, что чей-то смех может быть настолько заразительным, но этому парню удалось его развеселить. Он все еще был подвыпившим, и по телу вместе с весельем разливалось какое-то необычайное тепло. Питу казалось, будто бы он оттаивал после зимней спячки, и теперь у него в ушах слышалась капель. А во рту сделалось так сладко, будто бы язык посыпали корицей. Он не чувствовал себя счастливым многие годы, а теперь вот так просто получилось это сделать. Его любили потому, что его лицо мелькало на больших экранах, но только не этот парень. Он находил Пита забавным. За-бав-ным. – Спасибо, – Пит протянул ему несколько купюр. – Спасибо тебе, Порчей. Все еще улыбаясь, он прошел мимо охранников, доставая пачку сигарет из кармана. Здесь нельзя было курить, но в таком расслабленном состоянии это сделать было просто необходимо. Втянув никотин в легкие, он остановился. А что, если кризис закончился? Если пришло время прекратить это затворничество и попробовать сыграть что-то стоящее, может, даже самому написать сценарий к своей идеальной роли. Настолько, что люди будут пропускать удары сердца, видя, как он играет? Бросив сигарету на пол, он помчался к себе в номер. Пит даже не обратил внимания на топот ног за своей спиной, заскочил в лифт, а из него бросился в комнату. Где-то здесь должны были быть ручка и бумага, не найдя второго, Пит принялся писать на салфетке. Никогда еще из него не лился такой поток слов. Он исторгал их словно воду, падающую водопадом. Буква за буквой, строчка за строчкой, абзац за абзацем. Пит лежал обессиленный на столе, набирая номер менеджера. Кажется, действительно пришло время вернуться. Переезд был запланирован на завтра, а также салон красоты и интервью. Ночью Пит забрался в ванну и попробовал проиграть диалог одной из написанных сцен. Его голос звучал иначе, Пит словно слышал себя со стороны, не мог поверить, что эти слова произносит действительно сам. Он прикрыл глаза. Что же изменилось? Ему же нужен был толчок, и вот он. Смех. Пит столько раз слышал, как люди смеются, но впервые смех привел его в чувства. Вернул из какой-то беспробудной апатии в реальность. И ему до сих пор не верилось, что та необъятная тоска его наконец-то отпустила. Окунувшись с головой, он вынырнул и сразу же вышел. Закутавшись в махровый халат, зашел в спальню и лег на покрывало. Он думал полежать так минут пять-десять, но тут же провалился в сон. А утром проснулся с улыбкой на лице. Ему прислали черный костюм, потому что у входа уже собрались журналисты. Всем внезапно стало известно, где же знаменитый актер так долго скрывался, и теперь каждый хотел услышать причину из первых уст. Пит выбирал украшения, периодически бросая взгляд на свое отражение в зеркале. Он уже не выглядел тем уставшим парнем, но шика и блеска, определенно, не хватало. Он подвел глаза черным карандашом, чтобы они не казались узкими щелочками. Линз не было, но надевать очки не хотелось, в солнечных же он самостоятельно не смог бы и шага ступить – хорошее зрение помахало ему ручкой еще в детстве. Захлопнув коробочку с кольцами и подвесками, он сунул ее в чемодан и был готов выдвигаться. Багажом занялся один из охранников. Пит со скучающим лицом шел к своему менеджеру. Пол весь светился от радости, как лампочка под абажуром. Он обнял Пита и выглядел так, словно готов был еще и расцеловать, но Пит отстранился. Морально приготовившись к бесконечной болтовне, терпеть еще и прикосновения он был не намерен, о чем и сообщил. Менеджер, как обычно, запел свою песню о том, как Пит несправедливо к нему относится. Да-да, все это он уже слышал, и не раз. Он собирался позвонить знакомому режиссеру, чтобы встретиться вечером, но вспомнил, что оставил телефон в номере. Верный страж тут же собрался пойти туда вместе с ним. – Да, что за детский сад, в самом деле! – вспылил Пит. – Я вернусь через две минуты. – Пусть идет, – Пол махнул рукой, растеряв всю бдительность, чего ему делать совсем не стоило. Пит ведь мог вполне сбежать. Эта мысль даже пришла ему в голову, он бы точно так и поступил, если бы не поток энергии, который бил из него ключом. Хотелось творить, а еще играть, вживаться в роль под яркими-яркими огнями. С этим Пит расставаться не хотел, поэтому нужно было вести себя паинькой. Он зашел в лифт и нажал на кнопку уже знакомого тринадцатого этажа. Напевая попсовый мотивчик себе под нос, он, чуть пританцовывая, шел к своему бывшему номеру. Из соседнего внезапно выскочил какой-то парень, сбив его с ног. Пит упал, больно ударившись коленкой. Подняв на него недовольный взгляд, боковым зрением увидел второго. Он повернул голову и…в общем, лучше бы этого не делал. Тело, лежавшее в луже крови, вызвало приступ тошноты. Пит резко отвернулся, попытался встать, но чья-то сильная рука не дала ему это сделать. – Куда собрался? – хриплый голос заставил его вздрогнуть. В спину упиралось что-то круглое и маленькое – не что иное, как дуло пистолета. – Эй, Вегас, успокойся, – немного насмешливо проговорил тот, с которым Пит столкнулся. – Этого убивать не следует. Убивать? Конечно, не следует! Пит испуганно посмотрел на него, но тот продолжал ухмыляться. Волосы были убраны назад, открывая миловидное лицо. Пит даже мог бы назвать его красивым, что обязательно бы и сделал, если бы находился в несколько ином положении. Было интересно, как же выглядит второй, но оборачиваться явно не стоило. И вообще, их внешность была последней вещью, о чем ему следовало думать. Потянуть бы время, рыцари забеспокоятся и придут его спасать, если, конечно, Пита уже не застрелят, когда они спохватятся. Но тогда страна лишится самого талантливого актера на свете. Лучше бы Пит и дальше предавался депрессии, тогда бы избежал встречи с этими…убийцами? Он снова посмотрел на труп и сглотнул. Да, на его месте, ему определенно не хотелось оказываться. – Ты его не узнал! – возмутился первый. – Не вздумай его убивать, я не уверен, что смогу пережить его кончину. – Хватит паясничать, – все тот же хриплый голос. – Вставай! А вот это было адресовано уже Питу. Он с трудом поднялся, но получив легкий толчок, тут же упал в руки первого. Тот держал его крепко – не вырваться, как ни пытайся. – Берем его с собой и сваливаем, – сказал второй. «А это шанс!» – подумал Пит. Если они поедут на лифте, то его сразу же узнают, а этих наглецов арестуют. Но шанс накрылся медным тазом, когда его подтолкнули к двери, ведущей на лестницу. Конечно, они не такие идиоты, чтобы пользоваться главным входом. А, жаль. Обычно Питу везет именно на идиотов, а тут почему-то не сложилось. В принципе он мог закричать, но тут же бы и схлопотал пулю, в этом сомневаться не приходилось. Пит послушно передвигал ноги, а все то же дуло пистолета ни на секунду не давало ему забыть о щекотливом положении, в котором он оказался. Ведь еще вчера он думал о том, что сегодня в его жизни произойдут крупные изменения. И вот же они! Долго ждать себя не заставили. А лучше бы затормозили. Пит бы вполне подождал недельку-другую. Правда. Странно, но ступеньки закончились слишком быстро. Пит вместе с двумя убийцами – он мог так их называть, судя по тому, что видел – оказался в коридоре, но тот тоже быстро кончился, встретив их лифтом, который привез на подземную автостоянку. Питу повезло – здесь были люди. Он лихорадочно соображал, как бы привлечь их внимание, но хриплое: «без глупостей» быстро вправило ему мозги. Он с грустью посмотрел на тех, кто, возможно, смог бы ему помочь, спасти, но Пит не был каким-то суперменом из фильма. Простые люди, ну, ладно, не очень простые, не рискуют своей жизнью, пусть еще вчера она им вроде как наскучила. На ватных ногах он шел в сторону зеленого фургона, но когда забирался внутрь, все-таки, обернулся. Темные, нет черные, как беззвездная ночь, глаза смотрели на него немигающим взглядом. Пит заметил маску на лице, открыл рот, чтобы поинтересоваться, зачем она нужна, но получил со всей силы по голове. Перед глазами тут же все поплыло, и как бы он не старался цепляться за остатки сознания, провалился в темноту. *** Голова болела, как после попойки, хотя Пит не припоминал, чтобы пил что-то крепкое. Всего пару бокалов шампанского с тем очаровательным барменом. Разве после этого ему не сделалось так хорошо, как не было уже очень давно? События всплывали в памяти очень медленно, словно частицы огромного паззла, который он никак не мог собрать. Он должен был утром уехать из отеля, но что-то пошло не так. Где-то совсем рядом послышался жужжащий звук, а потом до него донеслись приглушенные голоса. И тогда он вспомнил. Тошнота подступила к горлу, Пит попытался приоткрыть глаза, но сделать этого не получилось. Голоса же теперь стали слышаться громче. Пит напряг весь свой слух, чтобы узнать, о чем говорили его похитители, потому что это были именно они. – …когда он вытворяет все эти вещи, у меня становится тесно в штанах, – насмешливый голос, определенно, принадлежал первому. – Избавь меня от подробностей, – рыкнул на него второй, тот, у которого были те пугающие глаза. – Я хочу оставить его! – капризно протянул первый. – Вот увидишь, он нам еще пригодится. – Предлагаешь, таскать его с собой? – недоверчиво и хрипло, так, что по коже пробежали мурашки. – Покажи ему свою пушку, и он сразу будет послушно себя вести, а если нет… – первый хохотнул. – Я покажу ему свою. – Да перестань ты уже! Нервы на пределе, а ты со своими тупыми шуточками! – голос послышался громче, а потом Пита кто-то стал тормошить. – Я знаю, что ты уже очнулся, – все так же хрипло, но уже не так грубо. – Разговор есть. Пит с трудом разлепил глаза, но толком ничего не смог перед собой разглядеть. Видимо, когда его ударили, очки слетели, и теперь он был все равно что слеп. Щурясь от яркого света, он попытался приподняться. Кто-то помог ему встать, а также что-то сунул в руку. Очки. Он сразу же их надел и увидел парня в маске. Слишком близко, ведь тот придерживал его. От этой близости Пит вздрогнул, наверное, на его лице даже отразился испуг, потому что парень сразу же его опустил, и Пит больно стукнулся. Потирая ушибленное место, он теперь уже встал сам. Голова болела, а еще кружилась. Пит предположил, что у него сотрясение, но вряд ли тут стоило ожидать хоть какой-то первой медицинской помощи. Первый тоже подошел, посмотрел сначала на Пита, а потом на своего…интересно, а кем они приходились друг другу? Братья? Друзья? Партнеры? – Шишка у тебя, конечно, – он покачал головой. – Пойдем, хоть лед приложим или уже поздно что-то делать? На его вопрос никто не ответил, он пожал плечами и, обойдя фургон, скрылся. Оставаться с парнем в маске было страшно, поэтому Пит поплелся за первым. Они находились в большом здании, похожем на склад. Тут и там стояли огромные стеллажи, нагроможденные какими-то коробками. Сбоку была железная лестница, которая вела наверх. Пит чуть замешкался, не зная куда идти, потому что узкий проход сворачивал в сторону. Сзади его подтолкнули вперед, и лестница осталась за спиной. Вскоре они вышли на открытое пространство. В глаза сразу же бросилась огромная барная стойка, какие бывают лишь в барах. За ней висели длинные полки, уставленные различными бутылками, явно с алкоголем. Здесь даже было несколько столиков, и неоновые лампы по бокам. Складывалось впечатление, что они действительно находились в баре. – Вот, – первый протянул пакет со льдом. Пит растерянно посмотрел на него, и тот фыркнул. Подхватил его под руку, усадил на один из стульев и сам приложил лед к тому месту, где была шишка. – Нехило ты его приложил, – крикнул он второму. – Бедный парень все еще находится в какой-то прострации. Можешь достать из аптечки аспирин? Ответа опять не последовало. Пит прикрыл глаза, все его чувства атрофировались, он не ощущал ничего кроме боли и холода. Казалось, еще чуть-чуть, и он снова вырубится. Впрочем, таблетки ему дали, а также стакан воды. Осушив его полностью, Пит почувствовал себя немного лучше. Его взгляд привлек кусок темной ткани, лежащей на столе. Это же была маска того парня. Он действительно ее снял и теперь сидел на высоком табурете. Наконец-то Пит смог его нормально рассмотреть. У него были темные волосы, убранные сзади в неряшливый пучок. Простая черная футболка, черные джинсы и кеды, но при этом тот выглядел довольно-таки стильно – Питу даже было бы не стыдно пройтись с ним рядом по улице. Ну, если его все еще посещали такие мысли, то все было не так плохо, как он думал. Пит перевел свой взгляд на первого. Тот уткнулся в телефон, обратив все свое внимание на экран. У него было много украшений: серьги, кольца, браслеты, хотя линялые джинсы и ужасную футболку Пит выбросил бы на помойку, будь его воля. Да, он определенно был в норме. Не считая, конечно, травм. Парень в маске теперь отвернулся, оба похитителя были заняты какими-то своими делами, предоставив Пита самому себе. А что, если попытаться отсюда удрать? Он еще раз огляделся по сторонам. С ориентиром у него всегда было плохо, так что пока он будет блуждать между этими стеллажами, кто-нибудь из них его поймает и, Пит не сомневался, снова врежет со всей силы. Лучше было пока сидеть и не рыпаться, присматриваться и выжидать более подходящего случая. – Меня, кстати, Макао зовут, – Пит не заметил, как тот отложил свой телефон и теперь с интересом поглядывал на него. Сам Пит словно язык проглотил – не мог вымолвить ни слова. Да и что он должен был сказать? Тому вроде как было известно, кем Пит являлся, значит, и имя его знал. Макао же внезапно вызывающе посмотрел на него, а потом облизнул губы. Пит уставился на него во все глаза, тот же провел рукой по своей груди, задирая футболку, а потом и вовсе ее снял. Пит услышал звук щелкнувшей пряжки и чуть не подавился слюнями, которые обильно собрались у него во рту. Что, черт возьми, этот сумасшедший собирался делать?! А тот, будто бы и не замечал его шокового состояния, продолжал свои действия. Развратная ухмылка появилась на его лице. Он прикусил нижнюю губу. Тяжело выдохнул. Запрокинул голову. И…Пит возбуждался. Макао сидел напротив него и дрочил, а Пит возбуждался. – Больной придурок, – услышал Пит рык над своим ухом. Парень в маске, точнее уже без нее, резко схватил Пита за руку и одним рывком поднял на ноги. Пит протестующе замычал, но тот силой потащил его обратно по пути, по которому они пришли сюда. Он слышал громкие стоны Макао, и ему даже показалось, что среди них затерялось его имя. Он еле переставлял ноги и чуть не упал, но парень держал его крепко. Тот даже не выпустил его, когда они стали подниматься по лестнице. Для двоих там было тесновато, поэтому поднялись они с горе-пополам. Интерьер второго этажа рассмотреть не удалось, Пита сразу впихнули в какое-то помещение. Внутри было темно, поэтому разглядеть, где именно он оказался, было проблематично. Похититель усадил его на что-то мягкое, а потом все озарилось светом. Это была чья-то комната, и сидел Пит сейчас на кровати. – Спи, – хрипло произнес парень. – А я пока почищу оружие, вдруг, придется применить его в скором времени, да что-нибудь заклинит. Намек был понят. Скинув обувь, Пит тут же забрался под одеяло и закрыл глаза. Спать, конечно, не хотелось, но он предпочел хотя бы сделать видимость. Узнай об этом его знакомые, только бы диву давались. Куда подевались его саркастические реплики, колкие фразочки и уничижительные взгляды? Но с этими ребятами приходилось вести себя пай-мальчиком, особенно, когда в их руках находились такие опасные игрушки. Пит тихо вздохнул. Похоже, все катится к чертям. Неужели он действительно скоро попрощается с миром? Пройдет год, два, пять, а потом и десять лет, и его будут только помнить по… по чему именно? Он еще не сыграл свою самую лучшую роль. А вот этого он просто не мог допустить. Нужно было выжить любым способом, выкарабкаться из этой передряги. Что он там говорил о том, что у него больше нет никаких целей? Так вот же она, самая что ни на есть настоящая цель. Послышался щелкающий звук, а потом у Пита заурчало в животе. Интересно, сколько было сейчас времени? Утром он съел тост и запил его кофе – давно уже перешел на европейский завтрак. Если бы поел, как обычный таец, то теперь бы так не сводило желудок от голода. Пит скинул одеяло и сел на постели. Страх никуда не делся, но когда он был голоден, всегда злился. И это как-то вытеснило его боязнь парня в маске. Макао его как-то называл, еще в отеле, точно же как-то обратился, но как бы Пит не пытался, вспомнить имя не мог. Он прочистил горло, стараясь привлечь к себе внимание, но тот даже не обернулся. Он подошел и встал рядом, только тут же оказался прижатым к стене. Все те же непроницаемые глаза смотрели на него в упор. В них не было злости, лишь усталость. – Никогда так не подходи ко мне, – предупредил тот. – Я голоден, – спокойно сказал Пит, выдержав взгляд, правда, коленки предательски задрожали. – Ну, спустись к Макао, может, он покормит тебя, – парень хмыкнул. Вспомнив, что этот Макао совсем недавно вытворял, видеть его совсем не хотелось. – Эм, – обратился Пит к нему. – Как мне тебя называть? «Парень в маске» звучит как-то не очень, не так ли? – Мне все равно, – сухо ответил тот и вернулся к своему занятию. Краем глаза Пит видел разобранные части чего-то явно большего, чем пистолет. Хотелось поставить этого наглеца на место, но он промолчал. Может, Макао и извращенец, но, по крайней мере, не такой напыщенный дурак. Он подошел к лестнице. Теперь она казалась ужасно крутой, Пит вцепился в перила и начал осторожно спускаться. Голова закружилась, не хватало еще отсюда свалиться и сломать себе шею. Похоже, теперь его на каждом шагу ждала опасность. Пробираясь между коробок и всякого хлама, он уже подумывал развернуться и убежать, но прерогатива упасть в голодный обморок совсем не радовала, и он нехотя поплелся к импровизированному бару. Макао стоял к нему спиной и что-то напевал себе под нос. Остановившись, Пит вслушался в слова. I fucked my way up to the top This is my show I fucked my way up to the top Go, baby, go This is my show – По-моему, это должен петь я, – Макао вздрогнул, а Пит ухмыльнулся. Он уже где-то слышал эту песню. – Конечно, это ты у нас супер-стар, – Макао расплылся в улыбке. – Супер-стар хочет есть, – все-таки, с этим парнем Пит чувствовал себя не так скованно. – О, – тот забавно округлил губы. – У меня только кусок вчерашней пиццы. Будешь? Пит кивнул. Уж лучше это, чем ничего. Макао достал из холодильника тарелку и поставил ее на стол. Пицца была холодной, а еще с ананасами. Раньше Пит бы ни за что на свете не стал есть что-то подобное, но сейчас особо выбирать не приходилось. Конечно, после такого «роскошного» обеда он не наелся. Если бы не это похищение, то он бы уже давно нормально поел, даже бы провел сколько-то времени у себя дома. Его волосы бы привели в порядок, может быть, он даже упросил сделать ему массаж. Правда, потом его ожидало наискучнейшее интервью, зато после всего этого – спокойный вечер. Пит бы снова выпил «Кристалл». А теперь о любимом шампанском придется забыть. – Вы меня отпустите? – все же, не спросить он не мог. – Я не знаю, – Макао покачал головой. – Мы ведь не такие плохие парни, как ты думаешь, просто… Он притих, да и Питу тоже нечего было сказать. Значит, застрял он тут надолго. А ведь, что самое смешное, о его пропаже даже не заявят. Пол не пойдет на такое, он подключит каких-нибудь частных детективов или еще что-нибудь придумает, если вообще не решит, что «капризная звезда» сбежала. А ведь, скорее всего, именно так и подумает. Так что ни о какой полиции и речи быть не могло. Если в прессу попадут сведения о его затянувшемся творческом кризисе, о его недавних «выкрутасах», как их называл менеджер, то будет скандал. А этого никто допустить не мог. Так что смотреть новости и надеяться увидеть в одном из репортажей свое фото, было бесполезно. Да уж, в положении он оказался в самом незавидном. – Слушай, я возьму у Вегаса ключи и сгоняю до магазина, – Макао обратился к нему. – Подожди меня здесь. Как будто у него был выбор. Но, по крайней мере, Пит узнал, как зовут того парня. Вегас. Какое-то время он еще сидел, уставившись куда-то в пустоту, но когда услышал звук открывающихся ворот, встал. Было интересно посмотреть, но он предпочел никуда не уходить из «бара». Случайно бросив взгляд на полки, Пит подошел ближе, чтобы рассмотреть бутылки. Представленный здесь алкоголь был довольно-таки дорогим: «Реми Мартин», «Джек Дэниэлз», «Лефройг»…возможно, где-то есть и шампанское «Кристалл»? Снова послышался скрипящий звук, видимо, Макао уехал, и теперь дверь за ним закрывалась. Наверное, она была автоматическая, и так просто вряд ли с ней удастся справиться. В следующий раз, нужно оказаться поближе и подсмотреть код. Пит надеялся, что автоматика ограничилась лишь кодом, без всяких отпечатков пальца и сетчатки глаза. Взяв с полки бутылку «Моэт э Шандо», он принялся открывать шампанское. Пока и это сойдет, на первое время. Бокал доставать не стал, отпил прямо из горла. Глоток за глотком, он поглощал прозрачную жидкость, вспоминая сегодняшний день с самого утра. Толпа журналистов, которые приехали, чтобы встретить его…интересно, а что сказали им? Обещанное интервью оказалось фарсом, и Пол ругал его, как только мог. Если бы тот только знал, что на самом деле приключилось. Если его когда-нибудь отпустят, ну, или спасут, то вряд ли Пит снова сможет сделать хоть один шаг спокойно. Почему-то, думая о будущем, он представлял рядом с собой охрану, вооруженную до зубов. А еще вместо привычного классического майбаха, бронированный хаммер. Звук тихих шагов заставил его вздрогнуть. Перед ним стоял Вегас. Меньше всего Питу хотелось, чтобы тот застал его на «месте преступления». Он спрятал бутылку за спину, но Вегас уже успел ее заметить и покачал головой. Почему-то после того, как Пит узнал имя, тот больше не казался ему таким пугающим. А без этой дурацкой маски больше походил на человека. Да и что-то в его глазах изменилось, не то чтобы они каким-то чудесным образом сделались добрее, нет, просто смотрел тот теперь иначе. Он подошел ближе и взял Пита за руку. Прикосновение было таким нежным, что Пит даже рот приоткрыл от неожиданности. А потом все произошло слишком быстро – щелчок, и его левая рука оказалась пристегнута наручником к барной стойке. Вегас, так ничего и не сказав, скрылся за стеллажами. – Эй! – крикнул Пит, а потом еще несколько раз, все громче и громче. Но в ответ прозвучала лишь тишина. Спустя минуту снова послышалось, как открылась и закрылась дверь. Пита оставили здесь одного. Пристегнув наручниками к железной трубе, которая служила декорацией у стойки. Этот чертов похититель, наверное, оценил всю ее полезность. Пит топнул ногой от досады. Но, по крайней мере, у него еще оставалась бутылка шампанского, правда закончилась она слишком быстро. Он распластался на стойке, насколько позволяло его положение, и рассматривал ее деревянную, покрытую лаком, поверхность. Он такой идиот. Так легко растерял всю бдительность, что хотелось взвыть. Постоянно третировал этим своего менеджера и злорадствовал, когда получалось провести, а теперь сам повелся на чужую уловку. У Вегаса было перед ним преимущество, и об этом не следовало забывать ни на секунду. Пит же… Время тянулось мучительно медленно. Где там этот Макао запропастился? Неужели его увезли куда-то за пределы цивилизации? Если каждая поездка в магазин будет настолько длинной, Пит просто с ума сойдет. Голод снова давал о себе знать. А вообще, ему стало плохо. Пить на практически пустой желудок было глупо, но что он еще мог поделать? Хоть немного себя порадовал. Лучше бы он пил виски или коньяк, после них точно бы отрубился. Сейчас же находился в каком-то полуобморочном состоянии, которое выводило его из себя. Видимо, ему удалось ненадолго заснуть, потому что знакомый скрипящий звук вернул его к действительности. Он тут же встал и готов был броситься на встречу, но скрежет металла о металл напомнил ему о небольшом нюансе. Нагруженного пакетами Макао Пит встретил своим самым недовольным выражением лица. Сначала тот даже не понял, в чем дело. Но появившийся следом за ним Вегас, подошел и открыл замок. Как только он щелкнул, Пит тут же схватил похитителя за воротник футболки. – Я тебя придушу, – процедил он сквозь зубы. – Ты? – тот посмотрел на него так, будто Пит был какой-то букашкой. – Да что ты мне сможешь сделать вот этими ручками? Тот отцепил Пита от себя, и он нахмурился. – Ты что его пристегнул к стойке? – послышался удивленный голос Макао, который был благополучно проигнорирован. – У меня аппетит пропал, – с этими словами Вегас вышел. – Не сердись на него, – чуть помолчав, сказал Макао. – Он и так не особо людям доверяет, а оставь тебя без присмотра, ты бы точно попытался удрать. Пит кивнул – не видел смысла разыгрывать удивление или оскорбление, потому что именно таким образом бы и поступил. Как и любой другой человек на его месте. Макао это знал, сам Пит это знал, ну, и в общем, Вегас тоже. Пит почти на него не сердился. Он мог бы применить и более крайние меры, так что ему следовало быть благодарным. – Поразмыслив немного, я понимаю, что взять тебя с нами было не самой лучшей идей, – продолжил Макао. – Так мы себе создали лишние проблемы. Ведь тебя будут искать, а нам для полного счастья только этого и не хватало. Он усмехнулся и принялся доставать продукты из пакетов. Пит наблюдал за ним какое-то время, даже думал помочь, но саднящее запястье напомнило о себе. А следом за ним и вернувшаяся головная боль. – Может, и не будут. Точнее будут, но решат, что это я сам убежал, – зачем-то сказал он. – Вряд ли им вообще придет в голову, что меня похитили. Макао своего занятия не прервал, но Пит догадался, что тому было интересно, поэтому разоткровенничался еще больше. – Я уже сбегал несколько раз, – признался он. – В этом отеле жил около месяца, меня туда поселили, чтобы я смог побороть свой творческий кризис. Темноволосый молчал, но Пит все равно продолжил. – За мной приглядывали двое охранников, в их обязанности входило, чтобы я не выходил за пределы отеля. А в то утро я наконец-то уезжал из этого чертова места, но забыл телефон и как раз возвращался в номер за ним… – Но столкнулся с нами, – Макао закончил за него. Пит кивнул. Рассказывать похитителю об этом было крайне глупо с его стороны, ведь зная все это, тот понимал, какое у него было преимущество. Пита если и начнут искать, то без привлечения лишнего внимания, так что, как он и предполагал, никаких обращений в СМИ не будет. Его могли держать тут сколько угодно, и никто даже бы и не догадался, что это делается против воли. Но на самом деле, рассказывая ему это, Пит надеялся на такую же отдачу с его стороны. Если Вегаса было бесполезно выводить на разговор, то вот его друг вполне мог проболтаться о том, о чем не следовало. – Ты выпил мое «Моэт э Шандо», – заметил Макао. – Вообще-то, она была последняя. – Извини, – Пит пожал плечами. – Не нашел «Кристалл». – И не найдешь, – сухо сказал он. «Жаль», – подумал Пит, но вслух, естественно, не сказал. Макао закончил разбирать пакеты, кое-что из продуктов он убрал в холодильник. Проследив за ним, Пит наконец-то заметил в дальнем углу «кухню». Вообще-то, огромный холодильник и плита походили, как будто бы их уволокли из какого-то ресторана. Возможно, этот склад когда-то был баром? Или собирался им стать. Пит так и продолжал сидеть на стуле, а похититель раскладывал упаковки с лапшой, рисом, специями и приправами по шкафам. Все что осталось, тот отнес туда же, где стоял холодильник. Там была раковина и огромный стол. Макао вымыл овощи и принялся их нарезать. Странно, но Питу не пришло в голову выхватить у него нож из рук и приставить к горлу. Вместо этого, он спокойно сидел и наблюдал за Макао, а потом также спокойно ждал, когда еда будет готова. Какое-то время ели молча. Сам Пит умел неплохо готовить, отчасти даже любил это занятие, но не часто делал. Но домашнее карри он не ел уже очень давно, поэтому сейчас уплетал его за обе щеки. Он даже похвалил Макао за его кулинарный талант. Макао промолчал, но Пит не обиделся. Слишком сильно хотел есть и наслаждался процессом поглощения еды в полной мере. Ему даже показалось, что голова стала болеть меньше. Отодвинув тарелку, он тихо вздохнул и чуть прикрыл глаза. Если оставшуюся жизнь ему придется провести здесь с этими людьми, хотя подобная мысль ему все еще казалась ужасной, надо было как-то приспосабливаться. – Мы его не убивали, – внезапно прерывал его размышления Макао. – Того парня. Пит кивнул, потому что поверил. Он не знал почему, ведь его вполне могли обмануть. Но с другой стороны, зачем Макао это делать? Убили они того парня или нет, Пит все равно боялся Вегаса, а с самим Макао у него могли сложиться дружеские отношения и без этой информации. – Когда мы туда пришли, он уже был мертв, – сказал тот. – Я этого совсем не ожидал, поэтому и вылетел из номера, столкнувшись с тобой. Мной завладела паника, правда, я быстро взял себя в руки. Странно. – Почему? – удивился Пит. – Ну… – Макао немного смутился. – Я ведь узнал тебя, а ты являешься одним из моих любимых актеров. Я чувствовал себя все равно, что фанат, увидевший своего кумира, но при этом вел себя так, будто это само собой разумеющееся. Пит усмехнулся. До того, как его заперли, он часто бывал на улице. Когда появлялось свободное время, ему нравилось гулять в парке, который находился недалеко от дома, ходить по магазинам, а иногда ночью он просто шел на детскую площадку и сидел там. И, конечно же, он ходил по клубам и барам. Его часто узнавали. И он всегда это понимал, даже когда не предпринимали никаких попыток завязать знакомство. Но он не знакомился с фанатами, не то чтобы ему это было запрещено делать, просто, когда даришь свое внимание одному, об этом узнают другие и начинаются проблемы. Однажды с ним произошел один не очень приятный инцидент, после этого Пит спал либо с моделями и актрисами, либо знакомился с парнями. И со вторыми было куда проще, чем с первыми. – Если вы его не убивали, что вы там делали? – запоздало поинтересовался он. – Это не твое дело, – за него ответил Вегас. – А ты, Макао, слишком много болтаешь. Он положил себе карри и тоже сел за стол. Его друг притих, да и Пит, собственно, тоже. – Завтра мы едем в город, – произнес Вегас, когда доел, отодвигая тарелку. – И ты поедешь с нами. С этими словами тот встал и ушел, оставив их с Макао снова вдвоем. Пит посмотрел на свой помятый пиджак, подсчитывая, каковы будут его шансы удрать или хотя бы привлечь внимание людей. Это, конечно, если он будет в сознании, потому что, если все произойдет точно так же, как и когда он сюда добирался, то равняться они будут нулю. В любом случае, душ принять нужно, да и вообще, после всего случившегося разве что горячая ванна могла привести его в норму. Только насчет ее наличия здесь он совсем не был уверен. Но поинтересовался, на всякий случай. Похититель-кулинар его проигнорировал, собрал грязную посуду со стола и направился к мойке. Пит терпеливо ждал, когда тот закончит. И его ожидание было вознаграждено – Пита отвели в душевую. Так же молча, в полной тишине, которую нарушил лишь звук закрывающейся двери. Он оглядел просторную комнату, куда они тоже пробирались через лабиринты стеллажей. До середины стены все было выложено цветной плиткой, с правой стороны крепились три смесителя, а с левой длинная скамейка, куда Пит аккуратно сложил свои вещи. Если тут и имелись какие-то банные принадлежности, то он их не нашел, впрочем, как и полотенце, но о нем он вспомнил лишь тогда, когда выключил воду. Стоял несколько минут, наблюдая за тем, как прозрачные капли стекали по его телу. Было зябко, но он не хотел на влажную кожу надевать одежду, в которой неизвестно как долго еще придется ходить. Тихий скрип заставил его вздрогнуть. Обернувшись, он встретился взглядом с Вегасом. Тот стоял в дверях. Пит смутился своей наготы, но закрываться не стал, лишь напрягся. И тот это заметил. Хмыкнул, положил полотенце, которое Пит сначала даже не заметил, на скамейку и ушел. А он еще долго смотрел тому в след. *** Просыпаться было приятно. На какой-то миг Пит забыл обо всем, что произошло с ним за день, но как только открыл глаза, реальность на полную мощь заявила о себе. Вчера после душа он долго плутал по складу, потому что, несмотря на все что здесь имелось, помещение, определенно, было складским. Заметив знакомую лестницу, он поднялся наверх, и стоило ему лечь на кровать, как он тут же очутился в мире грез. Была бы его воля, задержался бы там настолько долго, насколько вообще позволяла возможность. Но стоило только вспомнить, что с ним случилось за вчерашний бесконечно долгий день, как он тут же вскочил. В комнате царил сумрак, когда глаза привыкли, он нащупал выключатель, и загорелся слабый свет от ночника. Его пиджак аккуратно висел на спинке стула. Он не помнил, чтобы вешал его туда – кинул на край кровати, забрался под одеяло и заснул. Ну, почему же он проснулся? Точнее, почему все это не могло оказаться сном? Кошмарным Пит его назвать не мог, но он, определенно, был самым неприятным. Пит встал, оценил свою помятую рубашку и такие же помятые брюки, но надеяться на новую одежду не стоило. По памяти дошел до «бара», где его уже ждали похитители. При его появлении, резко замолчали. Пит фыркнул и сел рядом. Макао налил в пустую чашку кофе, но он даже не притронулся к напитку. Его взгляд метался между ним и Вегасом, а еще чашкой с этим пресловутым кофе. Хотелось крикнуть: «какого хрена?», но Пит лишь плотнее сжимал губы. – Ты едешь с нами, – напомнил ему Вегас и встал. Пит хмыкнул – выбора у него до сих пор не было, но если бы кто-то спросил его мнение… Хотя, о чем это он? Тут никому не было абсолютно никакого дела до его мнения. Пит встал и поплелся за Вегасом, но сильная рука заставила его притормозить. Макао ничего не сказал, но Пит прекрасно понял, что тот имел в виду. Без глупостей. Да, конечно. Он же вроде как решил для себя, что это лучше, чем быть развеянным прахом по ветру. Без разговоров залез в фургон и сразу же прикрыл глаза, как только прилег на сидение. Ехали молча, лишь однажды Вегас выругался, когда пришлось резко затормозить. Пита нехило тряхануло, но он даже не пикнул. Чем меньше будет привлекать к себе внимания – тем лучше. По крайней мере, он думал, что если будет вести себя тише воды и ниже травы, его оставят в покое. Но он очень крупно ошибался. Пит не заметил, как они приехали. Открылась дверь и слишком яркий свет ударил ему в глаза. Они были на самой обычной улице спального квартала, каких в Бангкоке было тысячи, да и не только в Бангкоке, но не хотелось думать, что его увезли в какой-то другой город. Их уже встречала миловидная девушка, она улыбалась доброй открытой улыбкой, но стоило Макао потянуться к ней, как она резко выдвинула руку вперед, а он на несколько секунд замер. Вегас же подтолкнул Пита вперед, и его принялись оценивающе разглядывать, даже слишком. Он себя в зеркало не видел, но прекрасно знал, какой у него был видок. Дневная щетина, залегшие под глазами синяки, мятая одежда и растрепанные волосы. Даже, если девушка и признала в нем известного актера, то вслух этого не произнесла. Здание, куда они вошли, оказалось салоном красоты, но кроме них там больше никого не было. Пита не посадили перед зеркалом, но он догадался, что ему собирались перекрасить волосы. А ведь он только начал наслаждаться своими белокурыми прядями. Наверное, нужно было возразить, когда была возможность, но он продолжал молчать. И так и не произнес ни слова, когда рассматривал свои темные, почти черные волосы. Он выглядел старше, чем обычно. В горле появился комок, а еще сердцебиение участилось. Тело прошиб холодный пот, когда до него окончательно и бесповоротно дошло, что никто никуда отпускать его не собирался. И он еще больше в этом убедился, когда ему протянули одежду и обувь. Черные узкие джинсы, клетчатая рубаха, которая была на пару-тройку размеров велика, белая майка и кеды, точно такие же, как у Вегаса. Они ему, кстати, оказались велики, немного. Образ завершили темные очки на пол-лица. – Меня все равно узнают, – тихо сказал Пит. – Если ты будешь идти со мной в обнимку и целоваться, – Макао ухмыльнулся. – То, нет. – Я не пойду с тобой! – возмутился Пит. – Хватит, – рявкнул Вегас. – Машина на тебе. Он протянул девушке деньги, грубо схватил Пита за руку и потащил на улицу. Последние слова, естественно, предназначались Макао. Пит хотел было воспротивиться, но Вегас положил ему руку на талию и крепко сжал. Он вздохнул и пошел с ним рядом. Чужая ладонь жгла прямо через одежду, ноги немного заплетались из-за обуви, да и Вегас шел быстрее, чем Пит обычно ходил. Жаловаться было бессмысленно. Он лишь надеялся, что его ведут не в какой-нибудь переулок, чтобы вышибить мозги. Но, несмотря на измененную внешность, его все равно опознают – отпечатки пальцев были в базе стражей порядка. На какое-то мгновение Пит даже смирился, но лишь на мгновенье. Резко дернулся и бросился прочь. Расталкивая прохожих, бежал со всех ног вперед, задыхался, но просто не мог остановиться. Он был так поглощен желанием вырваться, что, конечно, не слишком заботился тем, что было у него под ногами. Он так и не понял, за что запнулся, но чужая рука тут же схватила его за загривок. – Назови мне хотя бы одну причину, почему я не должен тебя пристрелить сию же секунду? – прошипел Вегас. – На нас люди смотрят, – простонал Пит. Вегас отпустил его, даже помог подняться и затащил в первое попавшееся кафе. Заказал две чашки кофе, но потом попросил у официантки еще и чай. Вегас выпил свой напиток залпом, Пит же пил маленькими глоточками – тянул время. Разбитая коленка саднила, а еще болела голова. Шишка на лбу давала о себе знать, хоть и была закрыта длинной челкой. Пит грел о чашку ладони, думая о том, что сморозил глупость. Но это был шанс, такой отличный шанс, только он забыл, что Вегас не идиот. Далеко не идиот. Пит снова испугался, сильно, у него задрожали руки, и как бы он не пытался унять эту дрожь, ничего не получалось. Он опустил глаза – не мог смотреть на своего похитителя. Ладони между тем вспотели, голова закружилась, а следующее, что он обнаружил, как Вегас его крепко поддерживал, чтобы он не упал. – От тебя одни неприятности, – сказал тот, но в голосе не было злости. Вегас все еще держал его, но второй рукой нацепил ему на нос солнечные очки, которые треснули, видимо, во время падения. – Я не хочу умирать, – проскулил Пит. – Слушай, если вам нужны деньги, то я дам. Сколько угодно. Я сделаю все, что скажешь, только не убивай меня. Пожалуйста. – Ты жалок, – сказал Вегас. – Что ты со мной сделаешь? – жалобно спросил Пит. – Ничего, – Вегас резко развернулся и посмотрел на него. – Ничего я, блять, с тобой не сделаю! Пит пропустил пару ударов сердца, шумно выдохнул и немного успокоился. – Мне нужно появиться сегодня в одном месте, – устало произнес он. – А потом я тебя отпущу. Пит ему не поверил, но послушно пошел, когда тот подтолкнул его в сторону выхода. Вегас все так же обнимал его за талию, но не слишком крепко, и шел значительно медленнее. На них смотрели прохожие, кто-то даже отворачивался, а у некоторых на лице было такое презрение, что Пит мог только ухмыляться. Но подсознание отчаянно шептало, что кто-то из них мог его узнать, и ухмылка тут же испарялась. Даже, если это и так, и кто-то проболтается об этом, сведения долетят до Пола – тот никогда не поверит, что Пита удерживали силой. Также он знал, что Пит больше предпочитает мальчиков, чем женские округлости. Он всячески следил, чтобы это никак не просочилось в прессу, но Пит не раз ему угрожал этим. Даже травмы вряд ли станут для него весомым аргументом. Когда Пит вернется, Пол сделает все, чтобы ему жилось не сладко. – Хватит хмуриться, – прохрипел на ухо Вегас. – Улыбка, знаешь ли, идет тебе больше. Пит вспыхнул, а тот усмехнулся. Впервые за все это время. Пока они шли, Пит старался запомнить дорогу, но не очень-то получалось. У него всегда было плохо с ориентиром на местности, единственное, что он запоминал, так это адрес, а уж как добраться до нужного места, обычно было задачей водителя. В конце концов, он бросил эту затею и смотрел лишь под ноги, чтобы не упасть. В какой-то момент Вегас остановился, чуть крепче сжал захват, и Пит понял, что они пришли. Если честно, он надеялся, что тот приведет его в какое-нибудь оживленное место, но обшарпанное здание, напротив которого они стояли, таким, явно, не было. Пит нахмурился, но вслух ничего не сказал. Конечно, ему было интересно, зачем они здесь, но любопытство пришлось попридержать. Он вспомнил слова Вегаса насчет того, что его собирались отпустить. А если тот все-таки не соврал, и это было то место, куда собирался зайти? Тот подтолкнул Пита вперед, и он пошел в сторону входа. Внутри было еще хуже, чем снаружи, а еще воняло канализацией. Пит поморщил нос, но по лестнице поднялся. Они остановились у дальней двери на четвертом этаже. Вегас его отпустил, но лишь на мгновенье – открыл дверь, а потом как-то грубо толкнул внутрь. Квартира была крошечной, даже кухня у Пита дома и та была больше. Он огляделся по сторонам: было темно из-за занавешенных штор, но можно было разглядеть очертания низенького стола на полу. Туда-то он и направился. Сел на подушку, надеясь, что она чистая, и удивленно уставился на своего похитителя. Вегас смотрел куда-то в сторону, Питу показалось, что прошла целая вечность, прежде чем тот подошел к нему. Он медленно убрал руку за спину, так же медленно что-то достал из заднего кармана, и вот уже на Пита было направлено дуло пистолета. Вегас не собирался его никуда отпускать. И он не сказал об этом Макао, потому что тот был бы против, ну, лично Питу хотелось в это верить. Он решил все сделать по-тихому, скорее всего, даже придумал логичное объяснение для своего друга. А Пит просто не мог поверить, что все так закончится. Что его жизнь оборвется в этом убогом, грязном месте. Да его никогда тут искать не станут. Пит вздохнул, и рука с пистолетом дрогнула. Это был его последний шанс что-то предпринять, продлить себе жизнь, пусть ненадолго, но иметь несколько минут в запасе было совсем неплохо. И тогда он сделал самую невероятную вещь, на которую когда-либо был способен. Он наклонился чуть вперед и обхватил губами направленный на него пистолет. Вегас широко раскрыл глаза, а Пит лишь глубже заглотил ствол. Привкус металла во рту был отталкивающим, но он продолжал сосать, делал это так умело, что его похититель возбуждался, о чем свидетельствовала выпуклость на штанах. Наверное, Пит все же был рисковым парнем, потому что тут же потянул свои руки к чужому ремню. Вегас вполне мог спустить курок, и тогда смерть Пита была бы еще более ужасной, но он уже знал, что тот этого не сделает. Не сейчас. Выпустив ствол изо рта, Пит облизал его по все длине. Слюна капнула на пол, и он громко выдохнул. Пальцы не желали слушаться, он с трудом расстегнул Вегасу штаны. Чужой член стоял колом, Пит провел по нему языком сквозь ткань трусов и получил то, ради чего все это затеял. Вегас хрипло простонал, а у самого Пита, как будто, крышу снесло. Оттянув резинку, он начал остервенело дергать, водить рукой вверх-вниз, продолжая сосать ствол пистолета. У него у самого стояло так, что яйца болели. Хотелось кончить, но не раньше, чем это сделает Вегас. Тот дышал через рот, тяжело, его грудь вздымалась, еще несколько движений, и Вегас кончил Питу в руку. Последний раз лизнув пистолет, он откинулся на пол, расстегнул свои джинсы и принялся дрочить себе. Во рту все еще был привкус металла, но прикрыв глаза, он представил, что только что сосал член Вегаса. Размазывая чужую сперму по своему члену, он прикрыл глаза. Его только что чуть не пристрелили, а он думал о том, как отсасывает своему же похитителю и возможно убийце. Но это только распаляло его, из-за острых ощущений и томительного ожидания, он кончил практически сразу, заляпав себе всю рубашку. С минуту, может дольше, он лежал, боясь пошевелиться. Прислушиваясь, пытался понять, что делает Вегас. Из закутка, который отводился под кухню, доносился шум льющейся воды. Что теперь? Пит оттянул свою смерть, но его ведь все равно убьют, не так ли? Нехотя поднявшись, он прошаркал в сторону «кухни». Вегас как раз выключил кран, заметив его, кинул какую-то тряпку. Пит ее поймал и принялся вытирать пятна с рубашки. Спермой все равно пахло. – Ты меня убьешь, – вопрос прозвучал, как утверждение. Вегас не ответил. Он все молчал, а Пит ждал, когда тот повернется и снова направит дуло. – Вечером мы пойдем в клуб, – устало произнес тот. Пит хмыкнул. Если Вегас действительно собирается вести его в клуб, то это было очень опрометчиво. Там Пит мог повстречать знакомых, бывших любовниц и любовников, а также папарацци. Первые могут отреагировать весьма спокойно. Что касается вторых, то обычно с ними Пит придерживался нейтралитета: легкие кивки в знак приветствия, и все. Иногда приходится устраивать сцены с девушками, но лишь для рекламы. А вот с третьими не повезет. Известного актера заснимут со всех ракурсов, его спутника тоже, и на утро фотографии будут красоваться во всех газетах. Пол будет рвать и метать, и Питу не удастся выставить себя беззащитной жертвой. Конечно, он мог бы сразу заявить, что его похитили, но без пули он тогда точно не останется. Это как-то совсем не радовало. – Он не совсем обычный, поэтому потребуется поводок, – Вегас внимательно посмотрел на Пита. Смысл его слов дошел не сразу. Пит прокручивал в голове причины, зачем ему может понадобиться поводок, пока наконец-то не понял. Этот мерзавец собирался вести его в бдсм-клуб! Если тот думал, что Пит согласится играть роль собаки, то очень крупно ошибался. Никогда ему не нравились эти игры в господство и подчинение, хотя, по сути дела, сейчас он как раз подчинялся. – Намордник тоже не помешает, – добавил Вегас, заметив его недовольство. Нужно было возразить, сейчас, пока еще была возможность что-то исправить, но Пит молчал. А потом было уже поздно. Вегас потащил его вниз, на первом этаже они вошли в другую квартиру, которая напоминала кладовку. Порывшись в коробках, он вытащил из одной намордник с шипами, а из другой такой же шипастый ошейник. Поводок был обычным тонким кожаным ремешком. Пит подумал, что сейчас на него все это наденут, но Вегас засунул все в пакет, который тоже нашел где-то здесь, и указал на выход. На улице он закурил, от предложенной сигареты Пит не отказался. Было странно стоять с Вегасом рядом, смотреть куда-то вдаль и думать, как круто все поменялось. Там, в темной комнате Пит совсем не боялся. Нет, где-то на подсознании, конечно, было страшно, но то, что он устроил… вряд ли бы повторил подобное при свете дня. И теперь сделалось немного не по себе. Докурив, они еще недолго постояли, а потом Вегас повел Пита обратно по тому же пути, по которому они сюда пришли. Выйдя к проезжей части, он поймал такси, попросив водителя покатать их час по городу. Когда время вышло, он назвал адрес. Пакет зашелестел у него в руках, и Пит вздрогнул. Вот и началось его преображение. Намордник давил – Вегас слишком сильно затянул ремни, но когда Пит попытался ослабить, тот покачал головой. Ошейник зато болтался свободно, и это радовало. Пит вообще не любил одежду, которая обхватывала горло – водолазок и свитеров с горлышком никогда не было в его гардеробе. Ну, и ошейников он, естественно, тоже не носил. Он хмуро смотрел на своего похитителя, но тот не обращал на него никакого внимания. Вегас вообще не произнес ни слова. Только, когда подходили к клубу, сказал, чтобы Пит не дергался и постарался расслабиться. Это оказалось сделать не так-то просто. Пит впервые был в таком заведении, поэтому глазел по сторонам, словно в музее. Наверное, он и чувствовал себя подобным образом. Все эти люди в коже и латексе, в масках, с плетками и стеками – ему было неприятно находиться в этом месте. А когда он увидел, как одна девушка в костюме, состоящем из кожаных полосок, вылизывала туфли другой, даже поморщился. Не думал, что окажется таким неженкой, но факт оставался фактом: уйти отсюда хотелось, как можно скорее. Вегас же вел его вперед по бесконечному коридору, натягивая чуть поводок, когда Пит притормаживал, чтобы разглядеть очередную диковинку. Остановились они напротив самой обычной черной двери на втором этаже. Людей рядом не было, и Пит немного расслабился, но хриплый голос заставил его снова напрячься. – Сидеть, – приказал Вегас. Пит хотел возмутиться, но по взгляду похитителя понял, что не стоит. Опустился на колени и склонил голову, чтобы не видеть его превосходства, хотя, сомневался, что что-то подобное отражалась у того на лице. – Хороший мальчик, – Вегас потрепал его по голове и зашел внутрь, оставив одного. Сбежать? Нет уж. Оставаться подле Вегаса было куда безопаснее. Он сейчас решит свои дела и выйдет, а потом они уберутся отсюда. Пит надеялся, что это произойдет как можно скорее, но его похититель почему-то задерживался. А потом он услышал какой-то глухой стук, за которым послышалась тихая ругань. Еще через минуту, может меньше, из комнаты вывалился Вегас. По его руке стекала кровь – ему прострелили плечо. Пит в ужасе уставился на него, быстро вскочил на ноги, но что он мог сделать? Вегас схватил его за руку и потащил куда-то вглубь. Они оказались у еще одной такой же невзрачной двери. В комнате было пусто. Вегас подошел к окну и попытался его открыть, но одной рукой не получилось сделать. Пит помог, но когда понял, что у того на уме, попытался остановить. – У тебя есть идея получше? – Вегас оттолкнул его и перелез через подоконник. Было не так уж и высоко. Вегас спрыгнул, приземлившись на ноги, которые у него тут же подкосились, и он чуть не упал. Пит приземлился не так грациозно и растянул лодыжку, но времени не было, поэтому, превозмогая боль, побежал вслед за Вегасом. Тот уже достал из кармана сигналку и теперь нажимал, направляя на все попадавшиеся по пути машины. Одна из них пискнула, и они бегом направились к ней. Несмотря на свое состояние, за руль сель Вегас, но даже если бы он попросил это сделать Пита, то его ждала неудача – у него не то что прав не было, он вообще водить не умел. Опасливо поглядывая на ранение пострадавшего, Пит пытался прикинуть, надолго ли его хватит. Если тот вырубится от потери крови, ему всего лишь нужно будет выйти из машины и удрать. Только…неправильно это как-то все было. Вегас заехал в какие-то дворы и заглушил мотор. Пот стекал с него градом, он вытер лицо ладонью и откинулся на сиденье. Пит молча наблюдал за ним, запоздало вспомнив, что дурацкий намордник можно уже снять. Расстегнув сзади ремешки, он бросил ненавистную вещицу на заднее сиденье. А Вегас ухмыльнулся. Откуда у него еще оставались на это силы? Пит осторожно приложил руку к его лбу – тот горел. Судя по тому, что рана кровоточила только с одной стороны, пуля застряла в плече. Пит вздохнул – не мог он вот так его бросить. Несмотря ни на что. Открыл бардачок, но там ничего не было кроме рекламных проспектов, зато в боковом кармашке дверцы нашлась фляга. Отвинтив крышку, Пит почувствовал острый запах спирта. Больше он ничего не успел сделать, Вегас выхватил флягу и полил себе немного на рану, потом сделал несколько глотков. – Достань ее, – Вегас протянул Питу нож, на который он тупо уставился. Тот предлагал ему вытащить пулю из плеча? Не выдержав его заторможенности, Вегас сунул нож здоровой рукой. Пит сглотнул – не каждый день предоставляется возможность ковыряться колюще-режущим предметом у кого-то в плече. Его самого прошиб холодный пот, пока он подносил этот самый предмет к ране. Пока он расковыривал ее ножом, Вегас мужественно молчал. У Пита не сразу получилось подковырнуть пулю острием – благо засела та не глубоко. Кровь побежала снова, Пит вылил остатки спиртного на рану, оторвал, не без помощи того же ножа, от своей рубахи кусок ткани и перевязал плечо. Вегас к этому времени отключился. Вроде как сделал все возможное, так что надо было по-хорошему сваливать, но он будто бы прирос к своему месту. Вегас его похитил, да, собирался убить, но та помощь, которую Пит ему оказал – этого было недостаточно. А что если в рану попадет заражение или еще что? Его нужно было доставить в больницу, как можно скорее. Но как это сделать он не имел никакого представления. Внезапно он вспомнил о его напарнике. Надо было позвонить Макао. Пит принялся шарить по карманам в поисках телефона, и ему повезло. В записной книжке был всего один номер, и Пит молился богам, чтобы он принадлежал второму похитителю. После двух гудков на другом конце послышалось обеспокоенное «алло». Пит вкратце рассказал, что произошло, попытался примерно описать точное местонахождение, но Макао оборвал его на полуслове. Меньше чем через час тот уже стучал в лобовое стекло. *** Есть такое понятие, как стокгольмский синдром. Конечно, Пит о таком явлении слышал, но никогда не думал, что с ним приключится то же самое. Он был жертвой, человеком, которого похитили и насильственно удерживали, которого даже ударили и пытались убить. После такого он должен был ненавидеть своих захватчиков, но почему же он проникался к ним сочувствием? Ну, ладно, к Макао у него сразу возникла симпатия, наверное, потому что тот был его фанатом. Но как насчет Вегаса? По идее, Пит должен был его ненавидеть, по крайней мере, у него не было причин помогать тому, и уж тем более спасать чужую жизнь. Пит вообще не должен был делать ничего из того, что сделал. А в итоге он сидел в больнице и ждал, когда Вегасу залатают рану. На самом деле, Пита удивило, что Макао повез его в больницу. В фильмах преступники такого никогда не делали. Обычно они раскаляли нож и прижигали им рану, правда, Пит был очень благодарен, что его это делать не заставили. Похитителей могла разыскивать полиция, да и те, кто стрелял в Вегаса. Их тут могли поймать, а они сидели, как ни в чем не бывало. Вопрос так и вертелся у него на языке, но Пит молчал. Он уже понял, что если Макао захочет, то он сам все расскажет, ну, или то, что посчитает нужным. Тот тишину нарушать не спешил, смотрел в потолок и слегка постукивал правой ногой. Нервничал. Впрочем, Пит тоже. – Ты его спас, – наконец-то сказал он. – Почему? Ведь мог бы сбежать. Поверь, мы бы тебя искать не стали. Пит не ответил. – Ты можешь уйти, я тебя не удерживаю, – продолжил он. – Так даже лучше будет. – А что, если я не хочу? – голос прозвучал слишком тихо, но Макао вздрогнул. – Ты не понимаешь, во что ввязываешься, – он покачал головой. – Ты подвергаешь свою жизнь такой опасности, которая тебе и не снилась. – Тогда почему мы здесь? – спросил Пит. – Торчим тут у всех на виду, а не дрожим от страха, в надежде, что нас никто не найдет? Похититель рассмеялся. Хотя, пора было уже перестать так его называть. Разве тот только что не сказал, что отпускает его? – Здесь нас искать не будут, – ответил он, просмеявшись. – Это частная больница и самое безопасное место для нас. Пока. Они снова замолчали и делали это до тех пор, пока не появился Вегас. Тот был все еще бледным, но выглядел на порядок лучше, чем в машине. Если был и удивлен присутствием Пита, то виду не подал. Протянул какой-то клочок бумаги Макао и пошел быстрым шагом к выходу. Они поплелись за ним. Точнее, Макао его сразу же нагнал, а Пит замыкал процессию, медленно передвигая ногами. Усталость навалилась внезапно, хотелось лечь и вырубиться, желательно проспать часов десять и без сновидений. Но действительность обычно идет в разрез с желаниями. В этот раз Вегас сел не рядом с Макао, а залез в фургон вместе с Питом. Тот сразу же плюхнулся на лежанку и прикрыл глаза здоровой рукой. Питу пришлось сесть на сиденье рядом. – Почему в тебя стреляли? – тишина угнетала, и он решился поинтересоваться. – Это делали так часто, что если бы я каждый раз задавался вопросом… – тот замолчал на полуслове. Вегас не хотел разговаривать, это было видно. В то же время, его мучил вопрос, почему Пит ему помог, но, в отличие от Макао, тот спрашивать не собирался. И, скорее всего, хотел, чтобы Пит тоже у него ничего не спрашивал. Только любопытство было сильнее, и почему-то Питу казалось, что тот ответит ему, несмотря ни на что. – Вы не похожи на обычных преступников, – заметил он. – По крайней мере… – Почему ты делаешь такие выводы? – Вегас перебил его. – Если тебя до сих пор не убили и не держали в каком-нибудь подвале, еще ничего не значит. – Я знаю, что ты меня можешь убить, – Пит пожал плечами. – Больше у тебя рука не дрогнет. Но по своей природе ты не злой человек, ты… Вегас хмыкнул. – Я много лет работал с отцом, и то, чем занималась моя семья – это не совсем законный бизнес, – после затяжной паузы произнес он. – Кое-что случилось несколько лет назад, и я пытаюсь с этим разобраться. Раньше я не убивал просто так, но если что-то будет мешать моей работе, или кто-то, то сделаю это без раздумий. Вроде как после такого заявления нужно было просить остановить машину или выскакивать из нее на ходу, но Пит опять-таки этого не сделал. Вегас его заинтересовал, в нем было что-то особенное, что-то, что не давало выбросить его из головы. – Ты зря поехал с нами, – сказал тот, когда машина остановилась. – Ты все еще наш пленник, не думай, что что-то изменится, если ты пошел по своей воле. Вегас сразу же затерялся между стеллажами, Макао же топтался рядом с Питом. – Голоден? – поинтересовался тот, и он кивнул. Ели молча, похоже, что у всех было над чем подумать. У Пита, по крайней мере, точно. Например, что он был полным идиотом, и это даже не обсуждалось. Ну, какой нормальный человек в здравом уме согласится обратно вернуться к своим похитителям? Значило ли это, что у него все-таки развился стокгольмский синдром или это было что-то другое? Если он сейчас скажет, что передумал и попросит его отпустить, никто и бровью не поведет. Это был его осознанный выбор. Не совсем, конечно – он все еще находился под воздействием шока. А, может, на самом деле не хотел возвращаться. По сути дела, что его там ждет? Бесконечные интервью, изматывающие фотосессии, надоедливые фанаты. Он так устал от этого, и месяц, что он провел в отеле, не очень-то помог ему. С другой стороны, Пит мог себе устроить каникулы и получше. После ужина, он не знал, как лучше было назвать этот прием пищи, потому что была уже глубокая ночь, Пит пошел в душ. Долго стоял под обжигающе-горячей водой, надеясь смыть с себя этот день. Уже одеваясь, он предвкушал, как удобно устроится в мягкой постели, но в комнате, где он ночевал ранее, уже кто-то был. Присмотревшись лучше, Пит понял, что на кровати лежал Вегас. Тот спал, и ему пришлось вернуться обратно на кухню. Макао еще был там. Пит заметил на столе початую бутылку Реми Мартин. Виски. Слишком крепко для него, но он достал стакан и плеснул себе немного. Сделав глоток, поморщился – льда, определенно, не хватало. Он достал из холодильника упаковку, и теперь напиток не вызывал такого сильного отвращения. Он не помнил, сколько они выпили, скорее всего, много. Пит еле передвигал ногами, и Макао практически тащил его на себе. На кровать плюхнулись одновременно. Пит с трудом соображал, но чужое дыхание чувствовал на своих губах. Он уже приготовился к тому, что Макао его поцелует, но тот не сделал этого. Так и продолжал нависать над ним. – Знаешь, какая у меня была мечта? – прошептал он. Пит покачал головой, но волны возбуждения тут же пронеслись по нему, оставляя на коже мурашки. – Я всегда мечтал отсосать звезде, – хрипло продолжил он. – И я еле сдерживаюсь, чтобы не сделать этого. Пит громко сглотнул, а Макао резко встал. – Есть кое-кто еще, охочий до твоей задницы, – тот усмехнулся. – Так что спи. Пит что-то недовольно промычал, но тот уже ушел. Думал, что после такого уснуть не получится, но вопреки своему полувозбужденному состоянию, провалился сразу же в столь заветный сон. Наступление утра он проспал, поднялся лишь к обеду. Макао с Вегасом, как и в прошлый раз, уже ждали его на кухне. Судя по их лицам, его ждал серьезный разговор. *** Расскажи о себе. Вот так вот все просто. Ему не угрожали, не предупреждали, вообще ничего не говорили, лишь попросили рассказать о себе. Точнее, Вегас попросил. Десять лет Пит не исчезает с экранов телевизоров, с рекламных щитов, его лицо – самое узнаваемое, и, кажется, все давно уже знают о нем, даже лучше него самого. А к нему обратились с такой нетривиальной просьбой. Такого он, естественно, не ожидал, поэтому молча уставился, лишь рот слегка приоткрыл. Но судя по двум парам глаз, которые выжидающе на него смотрели, ему ничего не послышалось. Пит задумчиво почесал затылок – даже не знал, с чего начать. Макао любезно пододвинул ему чашку, он сел на свободное место и вздохнул. Вглядываясь в темную гладь, он будто бы наблюдал за собой со стороны, отматывал ленту десятилетней давности назад, вспоминая, как же все начиналось. А начиналось все до банальности просто – глупая детская мечта, которая просто обязана была воплотиться в реальность. В семнадцать лет у него не было ничего, кроме смазливого лица. Уже тогда он понял, что те знания, которые давала ему школа, не слишком пригодятся в будущем. Идея пойти на прослушивание не казалась ему такой уж заманчивой, скорее, ему стало скучно. Кто же знал, что зачитав всего несколько строк в сценарии, он предопределит всю свою последующую жизнь. Если кто-то думает, что все было легко и просто, то очень крупно ошибается. Несмотря на свой вроде бы талант, Пит все еще был никем, контракт, который он подписал, включал в себя столько пунктов «запрещается», сколько ему даже не было лет. Он сознательно становился рабом, но в то время ему это представлялось иначе. Пол появился практически сразу же, взял под свою опеку и следил, чтобы лишний раз не нагрели. Несмотря на показное недовольство, Пит ценил своего менеджера, потому что тот стал для него своеобразным подарком. В том, кем Пит являлся сейчас, была и его заслуга, причем не маленькая. Конечно, они много ругались, Пит без конца трепал ему нервы, но, в каком-то смысле, это того стоило. Именно это он и сказал, и на какое-то время воцарилось молчание. – А тот слух, что ты женился в двадцать лет, правдив? – первым нарушил молчание Макао. Пит покачал головой. Обычный пиар-ход, который больше разозлил фанаток, но принес популярность, бесспорно. Но, по правде сказать, Пит с самого начала был против. Ему не нравилось привлекать к себе внимание обманом, никогда. Все эти девушки, с которыми он появлялся то тут, то там, вызывали у него раздражение и вгоняли в депрессию. Но за популярность приходилось платить, и он это стойко выдерживал, до поры до времени, конечно. Срывы тоже случались, вот как недавний, например, после которого его и отослали в отель. – А то, что тебя возбуждают лесбиянки? – Макао хохотнул. – Я читал твой блог – ты как-то выложил картинку с лижущими бабами, назвав это искусством. Тебе потом задали вопрос в интервью, но ты ушел от ответа. – Похоже, тебе многое известно обо мне, – заметил Пит. – Ну, так я же твой фанат! – он широко улыбнулся. – Мне положено знать о тебе практически все. – Они возбуждают меня определенно меньше, чем целующиеся мужчины, – Пит ухмыльнулся, встретившись взглядом с Вегасом. На его лице не дрогнул ни один мускул, и Пит разочарованно фыркнул. – А та певичка из корейской поп-группы… – Макао задумался. – Как же ее звали? Хм…. – Юна, – подсказал Пит, уже знал, каким будет его следующий вопрос, поэтому ответил. – Нет, она не была беременна. Опять пиар-ход, причем с ее стороны. Я от этого не особо выигрывал, но первое время ничего не отрицал, а потом как-то забылось. – Ничего не забылось, – недовольно проворчал мой собеседник. – А Винтер? Она… – Может, прекратишь? – Вегас оборвал его. – К чему этот допрос с пристрастием? Я не для этого просил его рассказать о себе. «А для чего?» – пронеслось в голове Пита. Зачем ему вообще было просить об этом? Если уж его действительно что-то интересовало – гугл в помощь. В наше время в интернете можно найти ответ на любой вопрос, в том числе и автобиографию Пита, да и вообще всякие разные пикантные события из его жизни. Хотелось сказать ему об этом, по возможности, как можно язвительней, только вот смысл? На него такое не действовало. Вегас был вообще каким-то угрюмым, безэмоциональным, будто бы его ничего и не интересовало вовсе. И Пит все еще его побаивался, уже не так сильно, но все же. Внезапно, перед глазами вспыхнула та сцена с пистолетом, который он отсасывал так, словно делал самому Вегас минет, и он вспыхнул, опустил глаза, захотел оказаться в другом месте, а лучше в другом времени и пространстве. – Мне нужно, чтобы ты кое с кем связался, – наконец-то произнес Вегас. – Сделай мне одолжение. – С кем? – спросил Пит. – Помнишь вчерашний клуб? – он кивнул, хотя лучше бы воспоминания навсегда стерлись из его памяти. – Одна твоя знакомая дамочка не брезгует пони-плей. Мне надо, чтобы ты с ней связался и получил приглашение на следующий «бал-маскарад». – Но… – он попытался вспомнить, кто в принципе из «его знакомых дамочек», как выразился Вегас, мог интересоваться подобным. С извращенками Пит знакомств не водил, по крайней мере, если бы он узнал о том, что у какой-то девушки есть подобное хобби, то оборвал бы с ней все связи. Как уже выяснилось, в этом плане он был очень нежным созданием. – Ферн, – Вегас нарушил его размышления. – Ты должен назначить нам встречу с ней. Даже Макао удивился, он собирался возразить, но его друг не дал ему это сделать. – Я наслышан о вашей взаимной неприязни друг к другу, но придется постараться, – спокойно сказал он. – Я знаю, что у тебя получится. Из всех женщин тот выбрал именно ее. Хотя, Пит даже не удивился тому, что у нее имелись такие пристрастия – она была ненормальной на всю голову. Ферн была старше его на три года, известная актриса, не безталантливая, весьма недурна собой. По неизвестным причинам испытывала к нему очень сильную антипатию. Каждый раз старалась указать на то, что он выскочка и не заслуживает всех тех почестей, которыми его одаривают. Пару раз они пересекались на шоу, и ему с превеликим трудом удавалось не вцепиться ей в глотку. Она его постоянно провоцировала, а особым терпением Пит никогда не отличался. Пол настоятельно рекомендовал не обращать на нее внимания, но реакция Пита была лишь ответной на раздражитель, в роли которого Ферн и выступала. – И как ты себе это представляешь? – на всякий случай поинтересовался Пит. – Меня же ищут. Попытаюсь с ней связаться, и сцапают – даже пикнуть не успею. Вегас его вопрос проигнорировал, вместо этого он достал из кармана какую-то мазь и внимательно посмотрел на него. – Как твоя лодыжка? – спросил он. – Дай посмотрю. Пит стушевался, но под тяжелым взглядом осторожно вытянул ногу. Тот положил ее себе на колено, отогнул штанину и внимательно ощупал. – Ничего серьезного, – он кивнул, скорее сам себе. – Но смазать не помешает. Мазь холодила ногу, Вегас втирал ее массирующими движениями, было немного больно, но Пит терпел. Вообще-то, не мешало бы обработать и разбитую коленку, да и шишка до сих пор побаливала, но об этом он, конечно же, смолчал. Ему вообще сделалось несколько некомфортно от прикосновений Вегаса, в очередной раз хотелось куда-нибудь сбежать и спрятаться – он весь напрягся, а Вегас это заметил. – Я всего лишь возвращаю должок, – сказал тот. Пит машинально кивнул. Теперь стоило подумать о том, как лучше будет связаться с Ферн, без лишнего привлечения внимания к себе, и так, чтобы она согласилась. Он никогда не интересовался ее жизнью, поэтому сказать навскидку, где та бывала, не мог. Перебирая в голове всех знакомых, было сложно отыскать такого, чтобы не был треплом. Единственный, на кого он мог положиться, был Порш – режиссер, с которым он чаще всего работал. Наверное, их даже можно было назвать друзьями, но кто знает, как тот поведет себя в данной ситуации? Пол его разыскивал и к Поршу обратился бы в первую очередь, тот, конечно, и раньше Пита покрывал, но тогда он и не вляпывался в такие истории, как сейчас. Впрочем, странное желание не рассказывать другу о том, что с ним приключилось, его очень сильно удивило. – Ты что-то придумал? – Пит не заметил, как Вегас закончил мазать ему лодыжку и теперь пристально разглядывал его. – Не то чтобы… – он вздохнул. – Я могу попытаться. Мне нужен телефон. Вегас тут же протянул ему свой. С минуту Пит держал его в руке, а потом набрал цифры по памяти. Порш ответил через два гудка, голос у него был немного уставший. – Порш, – тихо произнес Пит. – Это я. Пит. На него посыпалась тут же куча вопросов, но ему каким-то чудом удалось успокоить друга. Он умолял его не рассказывать о звонке Полу, и Порш, благо, согласился, но взял обещание, что он ему все выложит. Встреча была назначена на завтра, в кинотеатре Paragon Cineplex на 10 утра. Сеанс «Dragon Ball Super: Super Hero», выбирал, естественно, Вегас. Он все это быстро написал Питу на салфетке, а тот повторял Поршу, как послушный мальчик. Даже собирался попросить конфетку, когда отключился, но сдержал свой порыв. Запоздало вспомнил, что его нога все еще покоилась на чужих коленях, поспешно ее убрал, хотел встать, но все как-то быстро произошло, и он чуть было не грохнулся, но его подхватил Макао. – Пойдем, покажу, где тут у нас комната отдыха, – сказал тот, и они скрылись за стеллажами. Они поднялись на второй этаж, и у Пита наконец-то появилась возможность нормально рассмотреть обстановку. Помимо той комнаты, где он провел свою первую ночь, было еще несколько. Как раз та, где он спал сегодня, еще одна – закрытая – Макао посоветовал туда не соваться, и последняя, куда он его и вел. По размерам она была просто огромна. На одной стене висел большой плазменный телевизор, рядом с ним валялись игровые приставки, чуть поодаль стоял приличных размеров книжный шкаф, и Пит тут же задался вопросом, кто был поклонником чтения. В другом углу он заметил еще одну громадину – бильярдный стол. Также тут был настольный футбол и пара игровых автоматов. А еще старенький Джукбокс. На него Пит засмотрелся – очень нравились подобные штуки. Он подошел поближе и стал разглядывать, как он и думал, этот был фирмы Wurlitzer, сделанный под дерево, с желтыми ободками, весь такой яркий и красочный, одним словом – загляденье! К тому же, он был не с дисками или, как сейчас стало модно, с айподом, а со старыми виниловыми пластинками. Пит пробежался глазами по списку исполнителей и песен, взял из стоявшей рядом копилки 5 центов и выбрал Bill Haley «Rip It Up». – Ты меня, конечно, извини, – Макао подошел ближе. – Но, несмотря на твою хрупкость, перекидывать тебя через голову я не решусь. – Вообще-то, я думал, что роль «девочки» будешь исполнять ты, – Пит усмехнулся. – У тебя, смотрю, на меня большие планы, – тот осклабился. – Но нам лучше не провоцировать друг друга, а то я за себя не отвечаю. – Напугал, – Пит фыркнул. – Если он захочет тебя трахнуть, – подошедший Вегас встал слишком близко от него. – На самом деле захочет, то тебя ничто не спасет. Не хотелось бы, чтобы ко всем твоим травмам еще добавилась разрыв прямой кишки. Макао заржал, а Пит смутился. Песня кончилась, а что-то еще слушать ему расхотелось. Похитители ушли играть на приставке, Пит какое-то время так и стоял рядом с Джукбоксом. Немного подумав, он все-таки сел рядом с ними на диван. Это был странный день: Пит наблюдал, как они играют, потом они все вместе пообедали, а потом он снова следил за их игрой. Было как-то спокойно и легко, как будто бы ничто не предвещало опасности. Как будто бы он вовсе не находился в заключении, а просто проводил с ними время, причем, хорошо проводил. Уже когда собирались лечь спать, Пит задержался у комнаты, в которой ночевал первый раз и которая, как оказалось, принадлежала Вегасу. И это было уже нормально для него лечь там, как и то, что Вегас лег рядом. Как и то, что Вегас взял с собой пистолет. Пит проспал без сновидений, так крепко, что даже не слышал, как Вегас встал. Тот его растолкал уже полностью собравшийся. Завтрак ждал на столе, и пока Пит ел, Макао перевязывал своему напарнику плечо. Все происходило в тишине, в каком-то мнимом спокойствии, словно это – само собой разумеющееся. На самом деле Пит нервничал: не знал, как поступит Порш, а ведь тот вполне мог позвонить Полу, не смотря на уговоры. Какая у него будет реакция на Вегаса? Заподозрит ли он что-то неладное? Сможет помочь назначить встречу с Ферн? И это были далеко не все вопросы, которые крутились у него в голове. От размышлений его отвлек Макао – протянул клетчатую рубашку и очки. Пит стянул свое «рванье» и быстро переоделся в новую, в отличие от первой, эта была ему по размеру. В очках тоже было намного привычнее, хотя он бы предпочел линзы, но тут было не до придирок. Пит думал, что они опять поедут на все том же фургоне, но они прошли мимо него. Сбоку была дверь, которую он вначале даже не заметил. Она вела в гараж: Пит разглядывал черный бмв, затем переключил свое внимание на красный мустанг, рядом еще стоял черный ягуар и чуть поодаль два мотоцикла. Вегас подошел к первой машине и махнул ему. – Как ты поведешь с больной рукой? – спросил Пит, усаживаясь рядом, но Вегас ему не ответил. Тот вообще молчал всю дорогу, от чего Пит еще сильнее нервничал. Когда они оказались у кинотеатра, он не сразу вышел из машины. Вегас курил, Пит вдыхал запах никотина, потом не выдержал и попросил сигарету. Ему казалось, что если он сейчас выйдет на улицу, ко всем этим людям, то его обязательно узнают. Почему-то мысль о возвращении «домой» не казалась ему такой привлекательной, как раньше. – Хватит рефлексировать, – его спутник открыл дверцу. – Сеанс скоро начнется. У зала было много народу, Пит сутулился и смотрел в пол, боясь быть узнанным, но все же поглядывал по сторонам в поисках друга. Того не было, и Пит не знал то ли радоваться, то ли начинать опасаться гнева Вегаса. Впрочем, когда всех стали запускать, кресло рядом с ним недолго пустовало – Порш в кепке и солнечных очках плюхнулся справа. Особой радости на чужом лице Пит не заметил, поэтому еще сильнее напрягся. Он собирался что-то сказать, но Вегас в этот момент передал ему телефон, который сразу же завибрировал, оповещая о новом мейле. Пока Порш читал, вышел менеджер зала и поблагодарил всех за выбор именно этого кинотеатра. Реклама длилась минут пятнадцать, и Пит откровенно скучал, в то время как два его «соседа», сидящих по бокам, продолжали переписываться. Ряд у них был последний, поэтому они никому особо не мешали, да и как Пит понял, сегодня была далеко не премьера. Его удивил выбор, но потом он понял, что Вегас это сделал специально – сам Пит никогда особо не жаловал аниме, его вообще на них было не затащить. Да и если на то пошло, в кинотеатры он ходил редко, поэтому место встречи тоже было именно таким, где бы его искать не стали. Пит наблюдал за Поршем – тот хмурился, продолжал что-то быстро печатать на дисплее, снова хмурился. Поршу это все не нравилось, ну, и Питу тоже не особо. Их дискуссия длилась долго, но к какому-то обоюдному согласию они, все-таки, пришли. Вегас встал резко и потянул Пита за руку, Порш последовал за ними. Он все еще выглядел недовольным, и Пит ощущал всю эту неприязнь, которая от него исходила по направлению к Вегасу. Наверное, надо было что-то сказать, но он молчал, а еще чувствовал свою вину за то, что заставлял беспокоиться своего друга. – Мне надо с тобой поговорить, – сказал он. – Наедине. Вегас отошел на пару шагов и отвернулся. – Что, черт возьми, происходит? – тут же налетел на него Порш. – Ты знаешь, сколько раз я вчера порывался сообщить о твоем звонке Полу? Он уже не слишком склонен думать, что это очередная твоя выходка. И я тоже. – Все в порядке, – Пит постарался, чтобы его голос звучал как можно правдоподобней. – Я тебе не верю, – он покачал головой. – Что это за тип? Почему он уверяет меня, что вам необходима встреча с Ферн?! Ты же ее терпеть не можешь! – Это правда, – Пит вздохнул. – Помоги нам. Ты ведь это сделаешь? – Я постараюсь, – он кивнул. – Но… – Прости, – Пит чуть сжал его ладонь. – Это действительно важно, и я тебе очень признателен, но нам нужно идти. Он понятия не имел, нужно или нет, но знал, что чем дольше будет оставаться рядом с Поршем, тем меньше ему захочется уходить. А уйти он должен был. Конечно, он не знал, как отреагировал бы Вегас, если бы он заявил, что никуда с ним не пойдет и все такое, но был уверен, что к подобной реакции тот подготовился. Вегас вообще шел на риск, «выводя его в люди». Может, Пит и остался вчера, но это было вчера, к тому же, кому понравится быть чьим-то узником? Видимо, у него было не все в порядке с головой, потому что Пит быстро отошел к Вегасу, и они так же быстро покинули кинотеатр. Он хотел рассказать ему о Поле, но тот все слышал – не на улицу же выходил. Также Пит почему-то хотел с ним поделиться тем, каких усилий ему стоило это все сделать, но вместо этого он молчал. По дороге они заехали в магазин оптики, чтобы купить линзы. Он не стал его благодарить, да и сомневался, что Вегас от него этого ждал. Следующие несколько дней пролетели как-то незаметно. Пит спал, ел, писал сценарий и расстраивался из-за того, что под рукой не было его ноутбука. Макао предложил съездить и забрать его, но Вегас не позволил, зато предоставил ему свой. Как творческой личности Питу нужно было вдохновение, и последние события для этого очень хорошо сгодились. Эмоции, которые переполняли его, вылились на бумагу. Он попробовал зачитать диалог, но смутился – не любил, когда появлялись случайные слушатели, в то время как он вживался в роль. Один из них так постоянно крутился рядом. Макао был его фанатом уже восемь лет и очень гордился этим. Вспоминать с ним те или иные события из светской жизни оказалось очень забавным. Для самого Пита было очень странным непосредственно общаться со своим фанатом, тем более с таким. Обычно это были девчушки, которые заглядывали ему в рот, краснели и смущенно опускали глазки. Макао постоянно говорил какие-то пошлости и пытался смутить его, складывалось ощущение, что они поменялись местами. Вегас никогда не присутствовал при этих разговорах. Но Пит уже наткнулся на его планшет, в котором нашел свою фильмографию. Это вроде как радовало, но и злило отчасти. Если Вегасу действительно нравились фильмы и сериалы с его участием, неужели нельзя было в этом признаться? Тот мог бы хоть раз сделать комплимент или сказать что-то приятное, чтобы потешить его самолюбие, но Вегас наоборот держался с ним холодно и отстраненно. И это не нравилось. Пит уже собрался все высказать, но пока мысленно репетировал речь, тот пришел сам и протянул чехол с одеждой и коробку с обувью. – Звонил твой друг, – сказал он. – Завтра мы едем к Ферн. Она назначила встречу у себя дома. Это вроде как соответствует твоему вкусу. Под «этим» он подразумевал ярко-синий бархатный костюм. Вкусу Пита это не соответствовало вообще, но именно в подобной одежде он появлялся на людях, потому что такой стиль ему был придуман компанией. Обычно все эти костюмы заказывал Пол, он знал, как Пит их ненавидел, но продолжал делать. Очень часто Пит начинал спорить, потому что не хотел носить подобное, только все заканчивалось тем, что он все равно надевал всю эту безвкусицу на себя. – У этой рубахи слишком открытый вырез, – заметил Пит. – Тебе пойдет, – Вегас пожал плечами и вышел. Может, ему и действительно пошло, потому что Макао, увидев его, присвистнул и хищно осклабился. Пит испытал похожую реакцию, когда посмотрел на Вегаса. В строгом белом костюме и распахнутой черной рубахе тот выглядел потрясающе. Несколько секунд он не мог оторвать от него глаз, так и продолжал стоять, пока не встретился с ним взглядом. Питу показалось, или он действительно различил на лице Вегаса некое подобие улыбки? Впрочем, на эти мысли не было времени. В этот раз они поехали на ягуаре. Ферн жила в районе Риверсайд. Когда-то и Пит хотел там жить, но в итоге поселился квартале Тхунгватдон недалеко от Китайского кладбища. Питу квартира нравилась, и как бы ни настаивал Пол, переезжать он не собирался. Ферн встретила их во всей красе: волнистые распущенные волосы, макияж, очень открытое платье – явно хотела произвести впечатление на спутника Пита. Вегас задержал на вырезе ее платья взгляд дольше, чем положено, и Питу это не понравилось. Та заметила и заулыбалась, уже с первых минут этой женщине удалось выбить его из колеи. – Ну, зачем пожаловал Пит? – все так же улыбаясь спросила она. – Заинтриговал меня не на шутку. Когда Порш позвонил мне и сообщил о том, что ты жаждешь встречи со мной, я, признаться, растерялась. Теперь же меня раздирает любопытство. – Мы бы хотели получить приглашение на одну закрытую вечеринку, – Вегас ответил вместо Пита. Она чуть приподняла бровь. – Я был приятно удивлен, узнав о ваших схожих хобби с Питом, – продолжил он. – Мой друг еще новичок в этом деле, но мне хочется показать ему весь шик и блеск, и где это еще сделать, если только не в… – О каких хобби идет речь? – теперь от ее улыбки не осталось ни следа. – Пони-плей, конечно, – зато Пит улыбался во все тридцать два. – Не смешная шутка, – она встала и подошла к мини-бару, плеснула себе виски и положила два кубика льда. Предложила взглядом присоединиться, но Вегас покачал головой, Пит тоже. – Это не шутка, – Вегас сделался серьезным. – Я знаю, что в ваших силах сделать это. – Даже если это и так, с чего вы взяли, что я вам буду помогать? – она смотрела куда-то в сторону. – Точнее, Пит последний человек, кому бы я стала помогать. – Я предполагал такой ответ, поэтому пришел не с пустыми руками, – Вегас достал из внутреннего кармана конверт и бросил его на стол. Ферн какое-то время медлила, но все же подошла и взяла его. Что бы она там ни увидела, ее глаза в ужасе расширились, и она испуганно посмотрела сначала на Вегаса, а потом на Пита. Все еще держа конверт в руках, она снова налила себе выпить. Она молчала, ее гости ждали. Хотя Пит гадал, что же там такое было. Какие-то пикантные подробности из ее жизни? Только ему об этом все равно никто не расскажет. – Хорошо, – наконец-то произнесла она. – Если я это сделаю, где гарантии, что… – Гарантий нет, – Вегас ее перебил. – Придется поверить мне на слово. После вечеринки я вышлю вам негативы на этот адрес. Могу и на другой. – На другой, – тихо сказала она. – Напишите свои имена, их внесут в список. Бал будет проходить в субботу. Начало в девять вечера. Не опаздывайте. Все это она проговорила на автомате и вышла. Походка у нее была слегка пошатывающейся. Сразу после этого появился молодой человек, который провел их к выходу. Обратно ехали в полной тишине, похоже, это уже входило в привычку. А когда Пит все-таки решил заговорить, они уже оказались у склада. Вегас его высадил, а сам куда-то умчался до позднего вечера. Пит весь день наблюдал за тем, как Макао играет на приставке. Видимо, он заснул за этим занятием, а проснувшись, обнаружил, как тот уже о чем-то тихо беседует с Вегасом. Заметив, что он не спит, те замолчали. – Вегас тебе кое-что купил, – весело произнес Макао. В последнее время, Вегас часто одаривал его подарками, но когда Пит увидел этот, то у него появилось не очень хорошее предчувствие. Странный головной убор, состоящий из кожаных ремешков и колец, с огромными черными перьями, корсет, ремень с какими-то волосами, кожаные шорты и черные кожаные сапоги. Что это, нахрен, такое? – Из тебя выйдет отличный пони, – теперь Макао откровенно ржал. – Ты нам продефилируешь? – Я это не надену, – кое-как сдерживаясь, сказал Пит. – Наденешь, – Вегас подошел к нему ближе. – Я даже тебе помогу. – Нет! – он зло уставился на него. – Ты меня за кого принимаешь?! Сам надевай этот блядский костюм! – Тебе придется, – в его голосе не было злости, но Питу все равно сделалось не по себе. – И лучше бы тебе сделать это по-хорошему. Потому что по-плохому тебе явно не понравится. Вегас вышел, Макао все еще продолжал смеяться. – Ты чего ржешь?! – крикнул Пит на него. – Я…я… – Послушай, – проговорил тот сквозь смех. – Не воспринимай это близко к сердцу. Считай это новым опытом. Ты же любишь такое. – Такое, – Пит указал пальцем на «одежду». – Нет! – У тебя нет выбора, – Макао пожал плечами. – Не Вегаса же пони одевать? У него там есть дело, а как жокей он имеет больше привилегий. И разве не ты сам согласился помочь? Пит не ответил, и вскоре Макао тоже ушел. Он думал сначала все это выбросить или лучше сжечь, но понимал, что подобная выходка его все равно не спасет. До субботы оставалось два дня, возможно, ему удастся уговорить Вегаса передумать? И почему бы Макао не сыграть роль лошади? У него это получится гораздо лучше. Пит вообще там был не нужен. Если у Вегаса было дело, то он же будет только мешаться. И даже если Пит и соглашался помочь, он не говорил, что снова пойдет в какой-то тематический клуб. Ну, или на бал лошадей. А, может, лучше сбежать? Они сейчас будут торчать в своих комнатах, за Питом особо не присматривают, он проберется в гараж и…И, конечно, ничего такого он не сделал. Лег на диван, проворочался несколько часов и уже под утро заснул. Когда наступила суббота, он превратился в комок нервов. У него тряслись руки, Пит без конца огрызался, но увидев у Вегаса пистолет, сразу же притих. Раздеться при нем догола не вызвало у него особого смущения – тот его уже все равно видел, тогда в душе, а надеть всю эту амуницию без посторонней помощи Пит вряд ли бы смог. Шорты были по колено, очень неудобные, обтянули как вторая кожа, он даже смирился, что натрет себе яйца – о белье можно было и не заикаться. Корсет зажал грудную клетку, как в тиски, Пит попросил ослабить шнуровку, но Вегас его проигнорировал. Пояс с волосами оказался «лошадиным хвостом». Сапоги были без каблуков, но тоже слишком туго зашнурованы. Затем пошла уздечка – в рот запихнули трензель, Вегас еще больно дернул повод, и Пит недовольно замычал. Завершением костюма был плюмаж – это украшение из перьев типа веера почему-то привело Пита в бешенство больше всего. Макао сделал снимок на память, за что Пит чуть не кинулся за него, но Вегас вовремя потянул его за сбрую. В отличие от костюма лошади, у того был совершенно консервативный жокейский наряд, и Пит завидовал ему черной завистью. За руль сел Макао, всю дорогу он комментировал внешний вид Пита, чем приводил его в бешенство, поэтому, когда они оказались на месте, Пит просто рвал и метал. До поры до времени. Так называемый бал проходил в пентхаусе какого-то извращенца. Хоть они и приехали вовремя, народу там уже было полно. Если до этого Пит думал, что хуже него никто просто выглядеть не может, то сразу же изменил свое мнение. Если честно, он до конца не понимал, что из себя представляет этот пони-плей, и не очень интересовался, как оказалось зря. «Пони» были один краше другого, кто-то в лошадиных масках, большинство было вообще практически без одежды, поэтому то тут, то там сверкали своими гениталиями. Кто-то передвигался на четвереньках, а кто-то даже возил маленькие тележки с седоком. – Надо было надеть на тебя шоры, – шепнул ему на ухо Вегас. – Хватит таращиться. Он дернул Пита, и они стали пробираться сквозь толпу. Пит искал Ферн, но ее нигде не было, хотя, может она была одной из тех, кто нацепил на себя маску. Они поднялись на крышу, там было пусто. Питу показалось это странным, но озвучить свои подозрения он не мог из-за чертовой херовины во рту. Вегас его тащил дальше – оказалось, что на крышу вели два входа, и теперь он взламывал дверь второго. Пит тут же вспомнил, что произошло в том бдсм-клубе, задергался, но его спутник лишь шикнул. Спустившись по лестнице вниз, они оказались в кабинете. Было темно, лишь свет от луны, заглядывающей в окно, озарял комнату. Питу сделалось страшно, очень, Вегас же перебирал какие-то бумаги на столе и не обращал на него внимания. А если их сейчас кто-нибудь тут застукает? Почему они вообще сюда притащились? Почему… – Черт! – прошипел Вегас. – Уходим, живо! Пита долго уговаривать не пришлось, он поднялся по лестнице и вдохнул свежий воздух. Ветер трепал перья, он подошел к ограждению и посмотрел на ночной Бангкок. Красота завораживала, раньше он обожал ночные виды, а теперь было как-то все равно. Пит глядел вдаль, туда, где был его дом, где была вся его жизнь, и это казалось ему таким далеким и чужим. Одетый в нелепый костюм он стоял на крыше небоскреба и думал о своей еще совсем недавней, но значительно спокойной жизни, и это у него не вызывало никаких эмоций. Абсолютно. Он сошел с ума? У него произошло помутнение рассудка? Пит сам себя не узнавал. Но заняться рефлексией ему опять не дали, Вегас снова потянул его, и они вернулись обратно к толпе. Сбежать отсюда оказалось не так-то просто: постоянно кто-то подходил, хвалили внешний вид Пита, задавали какие-то непонятные вопросы. Некоторые совали свои карточки, предлагали совместные выезды. Пит же на всех дико таращился и хотел поскорее убраться. И как только им удалось это сделать, вздохнул с облегчением. В машине Вегас снял упряжь и расшнуровал корсет. Он выглядел каким-то уставшим и задумчивым, и Пит решил, что это его шанс. – Если ты хочешь, чтобы я еще раз напялил на себя это, – произнес он. – То я требую объяснений. Я хочу знать, какого хера мы туда приперлись, что ты там искал и… – Помолчи, – оборвал Вегас его. – Помолчи, пожалуйста. – Он имеет право знать, – подал голос Макао спустя какое-то время. – Расскажи ему. Вегас не ответил, и Пит отвернулся к окну. На складе сразу же стянул с себя все вещи и бросился в душ. Долго тер себя губкой, а потом также долго стоял под горячими струями. Вода в очередной раз смывала с него муторный день. Спал он снова на диване, только на этот раз слышал, как кто-то зашел и укрыл его пледом. Этот кто-то еще какое-то время постоял рядом и прежде чем уйти, погладил Пита по щеке. И этим кем-то был Вегас. *** – Меня ищут, – тихо произнес Пит, войдя в комнату отдыха. Макао тут же нажал на паузу, прерывая игру. Вегас продолжил бросать дротики – дартс, видимо, была для него важнее. Пит нахмурился, уязвленный безразличием. – С чего ты взял? – спросил Макао. – В утренних новостях ничего такого не было. – Порш написал мне, – и, чуть помолчав, добавил, – на мой личный ящик. О нем знает только он. Пол занервничал и обратился к частному детективу, чтобы не привлекать внимания. А что если… – Даже если тебя кто-то видел с нами, то на след вряд ли выйдут, так что не ссы, – Макао хлопнул его по плечу, но это ничуть не успокаивало. – Может, мне стоит позвонить и сказать, что я улетел в отпуск? – предложил Пит. – Ну, что-нибудь такое, чтобы оставили в покое. Хотя бы на время. – Исключено, – подал голос Вегас. – Уж проще позвонить и сказать всю правду. Потому что своим незапланированным отпуском ты только настроишь свою компанию против себя. Они могут подать на тебя в суд, а судебные приставы достанут тебя из-под земли, будь уверен. Вегас был прав, но Питу не понравился его тон, как будто бы тот все знал, а он говорил какие-то глупости. – Что ты предлагаешь? – хмуро поинтересовался Пит. – Ничего, – Вегас пожал плечами. – Сиди и не рыпайся. Пусть все идет своим чередом. – Вегас прав, – Макао поддержал своего друга. – В ближайшее время мы все равно никуда высовываться не собираемся. – А когда соберетесь, мне что прикажете делать?! – разозлился Пит. Они так до сих пор ничего и не рассказали. Хотя Макао несколько раз настаивал на том, чтобы открыть всю правду или хотя бы ее часть, Вегас упрямо молчал. Иногда он просто вставал и уходил посреди разговора, Макао, конечно, тут же затыкался и делал вид, что ничего не произошло. В такие моменты Пит погружался с головой в свой сценарий – хоть какая-то была радость в жизни. А еще ему дали телефон, и это тоже радовало. Теперь он был немного в курсе происходящего в стране и в мире. Переписывался иногда с Поршем. Тому до сих пор не нравилось отсутствие друга, но Пит каждый раз заверял, что все в порядке. И сам понемногу в это верил. Ему ведь не так уж и плохо здесь жилось, было даже по-своему хорошо, и он на самом деле относился к этому, как к отпуску. Несколько своеобразному, но все же. – Ты сам на это подписался, – спокойно ответил Вегас. – Тебя никто не заставлял, наоборот, тебе предлагали свободу. Выбор сделан, так что теперь пожинай плоды. Он быстро встал и ушел. Через несколько минут Пит услышал, как поднимается дверь, а потом опускается. Они остались с Макао вдвоем. Обычно тот сразу продолжал игру, но в этот раз медлил и как-то странно поглядывал на Пита. Ему показалось, что тому очень хочется что-то рассказать, и тот кое-как сдерживается, чтобы этого не сделать. И Пит решил помочь с выбором. Он уже знал, что Вегас был замешан в каком-то незаконном бизнесе, но вот Макао совсем не был похож на того, кто будет вести какие-то темные дела. Возможно, если тот прольет свет на свою роль во всем этом, ему станет понятней, что они за люди, и куда вообще он попал. Но пока Пит раздумывал, как же все это провернуть, Макао заговорил первым. – Вегас по-своему оберегает тебя, – он вздохнул. – Только никогда в этом не признается. Будет лучше, если ты на самом деле пустишь все на самотек. Сейчас не самое подходящее время для принятия спонтанных решений. Нужно хорошо все обдумать, дай ему время. – Время, – Пит усмехнулся. – Конечно. Как будто у меня есть выбор? – Выбор есть всегда, – заметил Макао. – И у меня он когда-то был. И у Вегаса. Мы сами выбираем свой путь. И я еще ни разу не пожалел, что пошел именно по этому. – Почему ты с ним? – он не стал упускать свой шанс. – Ваши узы дружбы настолько глубоки, что ты готов последовать за ним куда угодно? Или тебя держит долг? Я просто не понимаю… – И не поймешь, – перебил его Макао. – Иногда мне кажется, что таких людей, как Вегас больше нет. Вообще не бывает. Он много сделал для меня и для других. Да, у него есть недостатки, все мы не без греха, только такие как он после себя оставляют след, глубокий, и ты уже перестаешь быть прежним человеком. Тишина повисла надолго. Макао прикрыл глаза, скорее всего, погрузился в какие-то воспоминания, а Пит ждал, когда тот наконец-то решится поведать ему свою историю. Он сомневался, что тот расскажет о Вегасе, о том, чем тот сейчас занимается, но про себя он больше замалчивать не будет. Что бы ни связывало этих двоих, но это что-то гораздо большее, чем дружба или просто долг. – Восемь лет назад я был самым обычным представителем золотой молодежи, – начал Макао свой рассказ. – Денег много – ума не очень. Из-за этого я постоянно вляпывался в различные истории, вообще-то, я начал в них вляпываться еще будучи школьником. – Ты не похож на золотого мальчика, – заметил Пит. – Ты не видел меня раньше, – он рассмеялся. – Но речь не об этом. Вегас…он мой старший брат. Наш отец – глава второй семьи Терапаньякун, и, в отличие от меня, Вегас очень рано начал принимать участие в семейном бизнесе. То, что отец с ним делал…это ужасно. А он это терпел только из-за меня, ограждая от всей этой жестокости. Так что, как только я понял, что нужен ему, без раздумий последовал за ним. – И вас не ищут? – удивился Пит. – Если ваш отец… – Все думают, что я живу в Америке, – Макао улыбнулся. – У меня все схвачено – никому и в голову не придет, что на самом деле я здесь, прямо под носом. – Но… – Не забивай этим голову, – Макао встал, разминая затекшее тело. – Я последний, кто должен тебя волновать во всей этой истории. Пит промолчал. – Но это ведь и не я, кто на самом деле тебя волнует, – тот подошел к нему ближе. – Не делай глупостей – вот тебе мой совет. Макао ушел, а Пит тут же погрузился в размышления. Ему и в голову не приходило, что Вегас с Макао могут оказаться братьями – не слишком те были и похожи. Но если Макао называл себя представителем золотой молодежи, то и Вегас должен был родиться тоже с золотой ложкой во рту, хотя не очень-то и походил на кого-то подобного. В любом случае, эти братья вряд ли в чем-то нуждались в детстве. И такие люди всегда раздражали Пита. Люди, которые жили на всем готовом, никогда не смогут понять тех, кому пришлось всего добиваться самим. Да, он был богат, очень, но и не сидел сложа руки все эти десять лет. Он работал, как проклятый, и теперь мог позволить себе все, что хотел. Кроме свободы. Она, как оказалось, была бесценной. Пит спустился на кухню, надеясь найти Макао там, но того не было. В голове крутились мысли, нужно было как-то их унять, и чем, если не выпивкой. Саузерн Комфорт отдавал фруктовой сладостью. Для виски вкус был очень даже приятным, поэтому Пит наседал на напиток только так. Опьянел слишком быстро и вырубился прямо на столе. Кто-то сильно тормошил его за плечо, и когда он открыл глаза, все сразу же поплыло. Он был все еще пьян, поэтому не сопротивлялся, когда его подняли и куда-то потащили. Холодная вода подействовала отрезвляюще, и он более-менее начал приходить в себя. Вегас поддерживал его, чтобы он не упал. Чужой взгляд не выражал ничего, а Питу много и не нужно было, чтобы завестись, тем более в таком состоянии. Он отпихнул его, но тут же грохнулся на пол, пытался брыкаться, когда Вегас начал его поднимать. Тот терпел, но потом прикрикнул, и Пит успокоился. На диван он положил Пита не слишком аккуратно, скорее скинул, как ненужный груз. Пит обиженно засопел и отвернулся. Он был уверен, что тот уйдет, но Вегас остался. Он сел рядом, подвинув его ноги, и включил телевизор. Под спокойные голоса, которые вещали о детенышах шимпанзе, Питу удалось снова заснуть. Проснулся уже полностью протрезвевший и, на удивление, без похмелья. Голова была ясная, совсем не болела, и он вообще чувствовал себя, как заново родившимся. До этого никогда алкоголь не вызывал после себя подобных последствий. Он приподнялся с дивана и заметил, что Вегас играл в бильярд. Пит попытался определить, сколько было времени, но за неимением окон, сделать это было проблематично. Часы висели слишком далеко, чтобы он смог разглядеть положение стрелок. – Пришел в себя, – прозвучало не как вопрос, но Пит все равно кивнул. Вегас поманил Пита к себе, и он послушно подошел. Вегас опять посмотрел на него очень странно, этот взгляд пугал и одновременно затягивал. Пит не мог оторваться от его глаз, таких темных, словно сама беззвездная ночь. А потом он почувствовал острую боль. Это было так неожиданно, что он вначале даже не понял, что произошло. Рука автоматически потянулась к уже распухшей щеке. Вегас ударил его? Он только что ударил его? Пит непонимающе уставился на него, боясь подумать, за что он так с ним. Неужели из-за его расспросов? Обида жгла глаза, щека горела огнем, а еще кровоточила – у Вегаса был хороший удар, массивное кольцо его только улучшило. Пит отступил на шаг назад, потом еще на один, развернулся и бросился прочь. Но не смог добежать даже до двери, потому что его сразу же нагнали. Вегас прижал Пита к стене и так крепко схватил, что он не мог пошевелиться. Пит не хотел, чтобы кто-то видел его слезы, тем более если этим кем-то был Вегас, но они сами потекли из глаз. Было больно, но где-то глубоко внутри, там, где не должно было быть. Он попытался вырваться, но Вегас лишь сильнее сжал свой захват. Как он мог ему поверить? Как ему вообще пришло в голову положиться на такого, как он? Пит злился на себя за свою глупость, за свое любопытство, за свою доверчивость. И он просто не мог допустить, чтобы его унизили еще больше. Поэтому он боролся, брыкался и кричал, пока в какой-то момент Вегас не отпустил его. Пит тяжело дышал, слезы все еще застилали ему глаза, вязкая боль усиливалась. Он повернулся и зло посмотрел на обидчика. Вегас больше не был спокоен, нервничал, и Пит почувствовал некое удовлетворение, даже ухмыльнулся. Он приготовился к очередному удару, но его не последовало. С громким звуком упал на пол кий, который почему-то до сих пор был у Вегаса в руке. Пит быстро подхватил его, выставил перед собой, готовый защищаться, но Вегас даже не шелохнулся. Он опустил голову, спрятав лицо за длинной челкой, до Пита донесся громкий вздох. Вегасу было стыдно? Тот сожалел о своем поступке? Что это вообще такое было? Пит вдруг резко обессилел, упал на колени, придерживаясь за кий, как за опору. – Я… – хрипло произнес Вегас и тут же замолчал. И Пит опять вспомнил, как тот направил на него пистолет. А что, если бы он действительно тогда выстрелил? И, может быть, это было бы лучше, чем то, что происходило сейчас? Кем Пит для него являлся? Да по сути дела никем. И что бы там Макао не говорил про заботу, на Пита она уж точно никак не распространялась. Он все еще был заложником, пленником, пусть и с некоторыми привилегиями, но из-за них было только хуже. Потому что была надежда, что со временем ему предоставят полную свободу, да это даже не надежда была, а полная уверенность. А оказывается, ему вообще не следовало думать о том, чтобы перемещаться, где вздумается, вообще делать все, что хочется. Пит усмехнулся. Каким же он иногда бывает глупцом! Он посмотрел на кий, за который держался. Он был все так же беспомощен, почти. Кое-что он все же мог сделать. Осторожно, все еще опасаясь за последствия, Пит лизнул деревянную поверхность. На вкус она была не лучше, чем дуло пистолета. Продолжая водить языком по шафту вверх-вниз, он наблюдал за Вегасом. Он смотрел ему прямо в глаза, знал, что тот не отведет взгляда, и Вегас с жадностью следил за каждым движением. А Пит продолжал скользить, потом отодвинул кий от себя и взял в рот наконечник. Выпустил с причмокивающим звуком и снова принялся лизать шафт. Но он был слишком тонкий, а Пит уже знал размер члена Вегаса. Даже в таком состоянии он думал о том, что не прочь сделать ему минет. Отбросив деревянную палку, он на коленях подполз к своему похитителю. Он хотел расстегнуть ему джинсы, но тот не дал ему этого сделать, отвел руки в сторону. – Не надо, – тихо произнес он, а потом сам рухнул на колени. В его глазах было столько печали и скорби, что Пит вздрогнул. Вегас осторожно проснулся губами к его распухшей щеке, а потом произнес хриплое «прости». Пит был возбужден, все еще, но даже не подумал прикоснуться к себе. Шатающейся походкой он доковылял до дивана и рухнул на него лицом вниз. Он слышал, как ушел Вегас, и только потом тихо заплакал. Ему было очень жаль, что все произошло именно так, а не иначе. *** Несколько дней у Пита был жар, практически все время он спал, а когда приходил в сознание чувствовал себя настолько ужасно, что сразу же вырубался. Макао кормил его бульоном и давал разные таблетки и сиропы. Даже в бессознательном состоянии Пит чувствовал его присутствие рядом. Все это ему напомнило далекое детство, когда он точно так же, не пойми с чего, разболелся, и бабушка ухаживала за ним. Это воспоминание вызвало тоску по дому, захотелось снова увидеть ее. На самых задворках подсознания промелькнула мысль – хотя бы еще раз. Неужели его кончина была так близко? В те минуты, когда Пит был в сознании, он отчаянно искал взглядом Вегаса. Он знал, что того не было рядом, но все же надеялся, что тот придет. Спрашивать о нем не решался, да и ему было слишком плохо, чтобы тратить свои силы на расспросы, но Макао понимал, что именно волнует Пита. И как-то раз, помогая ему запить таблетки, просто сказал, что Вегас уехал. Это стало для Пита шоком, зато после этих новостей он пошел на поправку. Температура спала, глаза перестали слезиться, остались лишь заложенность в носу и легкий кашель. Все это время он находился в комнате Макао и даже привык к этому. Его место обитания было самым уютным, а еще почему-то дарило надежду. На то, что скоро все закончится. Пит содрал повязку с лица и подошел к зеркалу. Щека не была уже такой распухшей, но сине-фиолетовый синяк был просто огромен. Пит осторожно потрогал припухлость – было больно. Он до сих пор терялся в догадках, за что ему это прилетело. Если бы Вегас был здесь, то он бы без раздумий задал ему этот вопрос, но, увы… Макао подпирал косяк, смотрел на отражение Пита в зеркале. Он сделался вдруг таким серьезным, что Пит резко повернулся к нему. Слова уже вот-вот были готовы сорваться с языка, но он предпочел промолчать, лишь устало вздохнул. – А я ведь тебя предупреждал, – Макао покачал головой. – Почему ты меня не послушался? – Да что я сделал? – сердито спросил Пит. – Ты стал для него слишком много значить, – тот ненадолго притих. – За такое короткое время. – Неправда, – упрямо заявил Пит. – Ему на меня наплевать. Иначе… – Иначе бы что? – он горько усмехнулся. – Ты его совсем не знаешь. Но после твоего появления, он не может сосредоточиться на своей основной задаче. Ему все сложнее и сложнее становится это сделать. – Причем тут я?! – Пит повысил голос. – Я же… – Уходи, – оборвал его Макао. – Уходи, Пит. Я тебя даже могу довезти до остановки и дать денег на проезд. Сядешь на автобус и… – Вот так просто, да? – ему сделалось горько от его слов. – Его нет, и ты меня выгоняешь? Выбрасываешь, как ненужную вещь? Потому что я вам в тягость, да?! – Так будет лучше, – спокойно сказал Макао. – Для вас обоих. С этими словами тот вышел, оставив Пита одного. Хотелось что-нибудь разбить или сломать, как-то унять свой гнев, но вместо этого Пит спустился вниз и поплелся в душевую. Пока приводил себя в порядок, думал, что же делать дальше. Уйти и забыть обо всем, как о страшном сне? Выкинуть все произошедшее из головы? Но сможет ли он? Нет. И это правда. Забыть Вегаса у него не получится. А если уж совсем на чистоту, то и не хотел он этого делать. Потому что в этом похитителе было что-то особенное. Он оставил после себя глубокий след. Пит вспомнил слова Макао. В жизни каждого человека, есть люди-тени, которые приходят и уходят, не оставляя после себя ровным счетом ничего. А Вегас так стремительно ворвался в жизнь Пита, слишком быстро стал ее частью. И теперь будет совсем непросто закрыть глаза и сделать вид, что этого не было. Потому что он изменил все. Макао отвез его в город и, как он и просил, остановился на более-менее оживленной улице. Дал ему денег, Пит не хотел брать, но тащиться домой пешком не очень-то хотелось. Тем более с таким синяком на лице, да и вообще видок у него тот еще был. Они не прощались, Пит просто вышел из машины, тут же поймал такси, которое проезжало мимо, и уехал. Вот так все просто. Адрес он свой не назвал, попросил отвезти в тот самый отель, где еще совсем недавно прибывал «в заключении». Сначала хотел снять номер, но передумал и прошел в бар. Знакомый бармен узнал его сразу же и в ужасе расширил глаза. Пит ему приветливо улыбнулся. – Привет, Порчей, – он уселся на стул. – Нальешь мне Кристалл? Не поверишь, но я ужасно скучал по этому шампанскому! Тот несколько опешил – не знал, за что взяться. Пит продолжал улыбаться, в итоге бармен сдался, достал с полки бутылку и налил содержимое в бокал. После первых двух глотков, Пит наконец-то почувствовал себя счастливым. Никогда не думал, что какой-то напиток возымеет на него подобный эффект. – Ты до скольки работаешь? – поинтересовался он. – Еще три часа, – Порчей выглядел встревожено и не пытался это скрыть. – Я тебя подожду, – еще одна улыбка, еще один глоток. Сначала Питу показалось, что тот обязательно кому-нибудь позвонит, ну, тому, кто рассказал ему об исчезновении. И Пита очень удивило, что этого не последовало. Он наблюдал за Порчеем: как тот обслуживал клиентов, как совершенно искренне им улыбался, как благодарил за чаевые. Тот будто бы напрочь забыл о присутствии Пита, и даже когда смотрел в его сторону, был так же обходителен и крайне мил. Это настораживало. Но после третьего бокала стало уже как-то все равно. Даже если он и сдаст его Полу, черт с ним. А после четвертого стакана Пит даже смирился с тем, что Порчей просто уйдет, бросив его здесь. Только тот этого не сделал, помог Питу выйти на улицу, довел до автобусной остановки и усадил на скамейку. И они вот так вот просидели, пока Пит не отрезвел. Последний раз Пит ездил на метро несколько лет назад и уже подзабыл, что оно из себя представляет. Люди на него откровенно таращились, он надеялся, что из-за синяка, а не из-за того, что признали в нем известного актера. Но сейчас он был похож на себя меньше всего. Он буркнул Порчею, что это было плохой идеей, но тот так очаровательно улыбнулся, что ему пришлось засунуть все свои претензии глубоко-глубоко. Пока ехали, Питу удалось даже подремать, а потом он уже перестал соображать, куда его ведут. Наверное, не удивился бы, если к менеджеру, но Порчей притащил его к себе домой. Небольшая, но очень уютная холостяцкая квартирка. Пит огляделся по сторонам – добро пожаловать в цивилизованный мир. И первое, что бы он хотел сделать, так это понежиться в ванной. – Чай? Кофе? – поинтересовался хозяин квартиры. – Чай, – сказал Пит и тут же на автомате добавил. – Имбирный. Порчей, видимо, пошел его заваривать, а Пит поинтересовался насчет ванной. Ответ был положительным, уже раздеваясь, он расслышал, что чистые полотенца в верхнем шкафчике. Пока набиралась вода, принялся разглядывать себя в зеркале. Уже второй раз за сегодня. Если закрыть глаза на синяк, он все равно выглядел плохо. Болезнь все еще давала о себе знать, Пит был каким-то затасканным, хотя и не худым. Из Макао вышел отличный повар – кормил он, как на убой, причем, самой обычной едой, никакими кулинарными излишествами не баловал. И этого будет не хватать. Так же как и…несмотря ни на что, он был достаточно добр к нему. Взять хотя бы…и тут, совершенно внезапно, Пит вспомнил, что забыл свой блокнот с написанным сценарием. Он собирался так поспешно, что это вылетело у него из головы. Он просидел в ванной полчаса, может чуть больше, тщетно пытаясь вспомнить все, над чем работал. Обрывки диалогов, какие-то случайные действия, но ничего цельного. Такое ощущение, что там он оставил часть себя, в том числе и ту, что отвечала за творчество. Но это даже к лучшему. Пит еще успеет все восстановить, а то, что осталось…пусть послужит воспоминанием тому, кто вдохновлял его на это. Наверное, он все еще был погружен в свои мысли, поэтому, когда вышел, не заметил, что у Порчея появился еще один гость. От неожиданности замер, полотенце выпало из рук, и Пит понял, что некоторые связи оборвать не так-то просто, как бы ни хотелось. А особенно, если в принципе не было желания этого делать. Вегас сидел за столом рядом с Порчеем, еще одно место пустовало, но на столе стояла чашка, видимо с «заказанным» имбирным чаем. – Он остыл, – Порчей виновато опустил глаза, только стыдно ему было не за это. Ну, если вообще было. Пит так и продолжал стоять на своем месте. Бежать не было смысла, задавать вопросы тоже. Он мог лишь ждать, что будет дальше. Вегас либо расскажет о цели своего визита, либо нет. Но независимо от его решения, вопросов прибавится еще больше. Только любопытство и в этот раз останется неудовлетворенным. – Я, пожалуй, выйду, – Порчей поспешно встал. – Кое-что забыл купить. Чувствуйте себя, как дома. Он быстро натянул ботинки и скрылся за дверью. Подсознание подкидывало разнообразные варианты причины прихода похитителя. Один из них был связан с убийством. Если он пришел за Питом именно с этой целью, то ему никто не помешает совершить задуманное, уж он-то точно. Если у Пита и были когда-то силы с ним бороться, то теперь их не осталось. Ему проще принять смерть от его руки, чем жить с мыслью о том, чего он лишился, что могло бы у него быть, но никогда не будет. Иногда Боги играют с людьми злые шутки, такие, как эта, например. Их встреча с Вегасом могла бы сложиться совершенно иначе, их судьбы могли бы переплестись в другое время, более благоприятное что ли. – А ты не боишься, что он вызовет полицию? – вдруг поинтересовался Пит, на что Вегас покачал головой. – Он сам мне позвонил и сказал, что ты нашелся, – сказал он. – Порчей – хороший человек, и он не хочет влезать не в свое дело. – Такой хороший, что решил сдать меня преступнику? Вегас не ответил, молчание затянулось. У Пита затекли ноги, хотелось сесть, но он так и продолжал стоять. Это было глупо, но он пытался что-то доказать, сам не знал что и кому именно. Машинально прикоснулся к щеке. Вегас ведь извинился, признал свою ошибку. Но оправдывает ли это его? Неужели хриплое «прости» так много значит для Пита? Куда подевалась вся его гордость? Он никому не позволял так с собой обращаться, а ему – да. И позволит ведь снова. Это всецелое подчинение, без всяких пререканий – Пит без раздумий бы согласился на это, если бы тот остался рядом. Он не знал, откуда взялись эти мысли, что именно послужило причиной их появления. Но они были. И он их даже принимал как само собой разумеющееся. – О чем ты думаешь? – вопрос Вегас застиг его врасплох. – Жалею, что не сделал тебе минет, – не подумав, ляпнул Пит. – Я не гей, – тот нахмурился, а Пит лишь пожал плечами. И снова воцарилась тишина, лишь где-то вдалеке на улице было слышно, как лает собака. – Макао не следовало тебя отпускать, – тот снова заговорил. – Я приехал за тобой. – Зачем? – Вегас знал, что Пит задаст этот вопрос, но все равно напрягся. И Пит снова его повторил. Вегас не хотел, чтобы для него это было легко, тот только все усложнял, Пит всего лишь поступал точно так же, как он. Даже, если ему будет лучше не знать всего того, что тот скажет, а тот скажет, в этом сомневаться не приходилось, и уже не мог отступиться. Пит посмотрел на него с вызовом, Вегасу этот взгляд не понравился, тот еще больше нахмурился, а потом резко встал. В один миг оказался рядом с Питом, и от его близости у него закружилась голова. Пит зажмурился, хотел отойти дальше, но Вегас не трогал его. Просто стоял рядом. – Поехали, – он протянул руку. Пит покачал головой. – Ты все еще мой пленник, – напомнил Вегас. – И я так просто тебя не отпущу. – Кто такой Порчей? – спросил Пит. – Он ведь не простой бармен, да? Откуда ты его знаешь? – Я тебе расскажу, но не здесь, – тот сжал руку в кулак и тут же расслабил пальцы. – Поехали. – Ты не ответил, – Пит его провоцировал, Вегас это знал, но все равно повелся. Дернул его на себя и сгреб в объятия. На какое-то время Пит даже перестал дышать, не веря, что это происходит на самом деле. Он мысленно сосчитал до десяти и только потом выдохнул. Закрыл глаза, потом открыл – Вегас никуда не исчез, продолжал за него отчаянно цепляться. Пит робко, не уверен, что поступает правильно, обернул руки вокруг него. – Ты мне нужен, – прошептал Вегас. – Пожалуйста… И он кивнул. Что ему еще оставалось делать? Но опять же у него был выбор. Он мог остаться здесь, дождаться прихода Порчея, да мог просто позвонить Поршу или Полу. Мог и полицию вызвать. Вариантов столько, что и не счесть. Но он согласился уйти вместе с Вегасом. Оделся, вышел за ним, сел в машину. Слушал радио, пока они ехали, Вегас не проронил ни слова, да и самому Питу, в общем-то, тоже нечего было сказать. Хотя было. Ему стало интересно, кого тот видел в нем. С чего вдруг появилась эта привязанность? Вегас сам признался, что не гей, значит, мужское тело его не возбуждало и воспылать страстью к Питу он уж никак не мог. Раньше Пит терпел, ждал, но больше не собирался этого делать. Он снова задаст все свои вопросы, и если не получит ответы, то никто его не удержит. – Я знаю, что у тебя сейчас в голове, – хрипло сказал Вегас, именно таким голосом, который Питу нравился и не нравился одновременно. – Опять будешь требовать, чтобы тебе все рассказали? Он кивнул. – А если незнание – это спасение? Что, если, не рассказывая тебе всего, я тем самым оберегаю тебя? – Пит отвернулся к окну, не хотел встречаться с ним взглядом. – Молчишь, – продолжил Вегас. – Я могу тебе все рассказать, но не хочу. Тогда ты тоже станешь их целью. И мне… Он замолчал, отъехал на обочину и притормозил. А потом развернул Пита к себе. Он долго вглядывался в его лицо, будто бы что-то хотел прочитать, найти ответы на какие-то свои вопросы. Но, в отличие от него, Пит бы ответил на любой, ему нужно было лишь задать. Вегас погладил его по щеке, по той, по которой ударил. – Я защищу тебя, – сказал он. – Обещаю. Так же внезапно отпустил, завел машину и поехал дальше. И Пит знал, что больше он его не ударит, а если это вдруг сделает кто-то еще, то Вегас этого кого-то просто убьет. Пит уже понял, что Вегас обещаниями не раскидывается. *** Было еще слишком рано, но Вегаса уже в постели не было. Освещая себе путь экраном телефона, Пит осторожно спустился вниз, но кухня пустовала. Он решил, что тот снова уехал, и, чтобы убедиться точно, пошел в гараж. Дверь была чуть приоткрыта – красный мустанг отсутствовал. Он хотел уже обратно вернуться в комнату, но заметил, что рольставни опущены лишь на половину. Выйдя на улицу, Пит сразу же увидел машину – яркое пятно посреди серого дождливого утра. Противная морось заставила поежиться, но он продолжал стоять под открытым небом, думая, как поступить. Наверное, Вегас хотел побыть один, но раз уж Пит нарушил его уединение, то почему бы не дать о себе знать? Если тот, конечно, уже не заметил его. Чуть быстрым шагом он подошел к мустангу и открыл дверцу. Вегас сидел с закрытыми глазами, на коленях лежал пистолет, и Пит пожалел, что не вернулся на склад. – Садись, – спокойно сказал тот. – Ничего пускать холод в салон. Пит быстро уселся рядом. Бардачок открылся с глухим стуком, и Пит широко раскрыл глаза, заметив пакет травы и бумагу для самокруток. – А ты зачем вообще пришел? – спросил Вегас, который собирался раскурить косячок. Сам Пит тоже этим баловался, но это было так давно. Сладковатый запах сразу же ударил в нос, но от сизого дыма заслезились глаза. Он закашлялся, и до него донесся мягкий смех. – Ты такой забавный, – хрипло произнес Вегас. И был вторым человеком, кто ему сказал подобное. Первым был Порчей, и именно этими словами он пробудил, казалось бы уснувшее навсегда, желание играть. И теперь вот снова услышав эти слова, Пит смутился. Да что в нем было такого забавного? Какими только эпитетами его не наделяли, но чтобы посчитали забавным – это навряд ли. Он нахмурился, но услышав очередной смешок, снова принял бесстрастное выражение лица. Вегас продолжал курить, и в какой-то момент Пит перехватил у него косяк и затянулся. Закашлялся, теперь слезы уже брызнули из глаз, но смешков больше не последовало. Вегас протянул ему бутылку с водой, которую Пит с жадностью ополовинил. – Эта машина – Макао, – зачем-то сказал он. – Он ее купил на каком-то аукционе в Америке и переправил сюда. Сделал мне подарок. Но она привлекает лишнее внимание, а это сейчас ни к чему. Дальше этого места я на ней не выезжаю. – Почему ты думаешь, что я забавный? – тихо спросил Пит. – Я видел твои выступления, – он усмехнулся. – На всяких шоу ты совсем другой и когда у тебя берут интервью тоже. Весь такой пафосный, самый талантливый актер Таиланда все дела, а при мне лишний раз пикнуть боишься. Я тебя настолько пугаю? Пит покачал головой. Страха перед Вегасом больше не было. Он исчезал постепенно, но вчера от него уже не осталось ни следа. Пит робел перед ним и ничего не мог с этим поделать. Наверное, в последний раз он себя так чувствовал, когда был влюблен. Он учился в последнем классе средней школы, а она была старшеклассницей. Пит наблюдал за ней и иногда рисовал ее в блокноте. А потом она как-то подошла к нему и предложила пойти домой вместе. Это было странное чувство, которое он к ней испытывал: восхищение или уважение, наверное, то и другое. Ему льстило ее внимание, но в то же время он понимал, что у них нет будущего. И теперь похожее чувство возникало, когда он был рядом с Вегасом. – Порчей работал в одном из баров, где любил выпивать Макао. Я постоянно его оттуда вытаскивал и загонял домой, – похоже, Вегас не забыл о своем обещании обо всем рассказать. – Мы вроде как общались. Это я попросил его устроиться в тот отель – мне нужно было, чтобы он последил за одним из посетителей и сообщил мне, когда тот соберется выезжать. В то утро он как раз собирался это сделать, но когда мы пришли, то… – Он уже был мертв, – закончил Пит за него. – Да, – Вегас кивнул. – День, когда тебя отпустил Макао, был его последним рабочим днем. Я даже не знаю, хорошо это или плохо, что ты наткнулся именно на него. – Он знал, что я у вас? – спросил Пит, но его собеседник покачал головой. – Это была чистая случайность, что он позвонил мне, – Вегас вздохнул. – После того, как мы тебя забрали, стали опрашивать весь персонал, и Порчея в том числе. Считай это его врожденной интуицией, но он сразу понял, что ушел ты не по своей воле, поэтому, когда ты там снова так внезапно появился, он обратился ко мне за советом. – И вот так просто отдал меня тебе? – Пит даже повысил голос от возмущения. – А что, если ты со мной что-то сделаешь? Любой другой бы на его месте позвонил в полицию. – Он не такой, – Вегас пожал плечами. – Порчей вообще не трепло, не смотря на свою профессию. Обычно барменам только дай волю языком почесать, а он понимал, когда это делать следовало, а когда лучше было промолчать. К тому же он знал, что со мной тебе опасаться нечего. – Ну, да, конечно, – Пит фыркнул. – Ничего, что ты перед этим мне несколько раз приложил, потом хотел меня убить, а после этого так врезал, что… Он притих на полуслове. Вегас ничего не сказал, лишь посмотрел каким-то печальным взглядом. Пит понял, что сболтнул лишнего, хоть это лишнее и было правдой. Они вроде как хотели наладить отношения, ну, или ему так показалось, а вспоминая прошлые обиды, это сделать вряд ли получится. Не то чтобы он сразу обо всем забыл, но точно не держал на него за это зла. И вместо того, чтобы ему об этом сообщить, он молчал. Вегас завел машину и заехал в гараж. Пит отчаянно пытался что-нибудь придумать, чтобы скрасить это неловкое положение, но Вегас уже вышел из машины. А когда он сообразил, что нужно бы поблагодарить его за то, что рассказал про Порчея, тот скрылся наверху. Зато Макао встретил сердитым взглядом – судя по его виду, он был не слишком-то рад видеть Пита. Пит ему кивнул в знак приветствия, но тот лишь покачал головой. Наверное, следовало пойти за Вегасом и возобновить их не очень хорошо закончившийся разговор, но напряжение, возникшее между ним и Макао, сейчас волновало больше. Конечно, Пит понимал, что он беспокоился за друга и даже, в какой-то степени, за него самого. Именно поэтому тот принял решение увезти его отсюда, вернуть, так сказать, в привычную жизнь. Правда, Макао не учел один маленький нюанс – Пит не хотел возвращаться. Вегас стал его вдохновением и он, теперь это уже признавал точно, не собирался с ним расставаться. И он мог бы донести все это до Макао, но поймет ли тот его? – Он тебя привел обратно, – Макао произнес это, как утверждение, но Пит кивнул. – Если бы ты отказался, он бы оставил тебя в покое, – голос звучал устало. – Ты действительно хочешь быть рядом с ним? Несмотря ни на что? – Я не знаю, – правдиво ответил Пит, потому что он действительно не знал, насколько простираются границы того, что он смог бы стерпеть. А ведь, если подумать, то далеко. Только вот действительно ли дело в человеке или это он всегда был таким? А Вегас лишь пробудил в нем неосознанные желания…было над чем призадуматься, но что-то ему подсказывало, что это все произошло именно из-за Вегаса. Будь на его месте кто-то другой, да даже взять Макао – Пит бы не позволил такого, а еще, он бы обязательно отомстил. Пит в принципе не прощал обид, а унижений и подавно. Но если он начнет копаться в себе, то еще больше запутается. Лучше довериться своим инстинктам, а они подсказывали, что он пока на верном пути. Что в данный момент его место здесь. Рядом с Вегасом. – Ты мне нравишься, – вдруг признался Макао. – По-настоящему нравишься. Ты привлекательный мужчина, многого добился, твое имя у всех на устах. Мне приятно с тобой общаться, но…если из-за тебя что-то случится с Вегасом, я тебя убью. Я не хочу, чтобы ты пострадал, но больше всего я не хочу, чтобы пострадал он. Надеюсь, я понятно выразился? – Вполне, – тихо ответил Пит. Его слова были справедливы. На его месте Пит бы сказал что-то такое же, если не жестче. Его тоже можно было понять. Но он сам не хотел, чтобы Вегас пострадал, и уж тем более из-за него. Наверное, ему стоило толкнуть какую-нибудь речь, но Макао встал и ушел. Похоже, сегодня все уходили по-английски. Пит подошел к бару, собираясь плеснуть себе чего-нибудь покрепче, но, вспомнив, к чему привело его последнее распивание алкоголя, отказался от этой затеи. Наверху было тихо: комната отдыха пустовала, как и комната Вегаса. Пит предположил, что и у Макао их нет. Оставалась та, четвертая, в которую ему не следовало заглядывать. Впрочем, он и не стал. Взял ноутбук и проверил почту. Порш предлагал встретиться, точнее настаивал, и ему пришлось согласиться. Когда на пороге оказался Вегас, Пит озвучил свое решение, и тот пообещал отвезти его в город. Вообще-то, он думал, что это будет не скоро, но через пятнадцать минут они уже выезжали из гаража. Было еще слишком рано, да и Порш бывал крайне сварлив, когда его будили, но выбора у Пита не было. Нажимая на кнопку звонка, он уже приготовился к порции ворчания и недовольства. Но этого, на удивление, не последовало, хотя он и разбудил своего друга. Порш сразу же пошел варить себе кофе, а Пит ждал, когда тот окончательно проснется. Заговорил он после второй чашки, но перед этим, не забыв о гостеприимстве, сделал Питу чай. – Я уж подумал, что ты мне снишься, – едко заметил Порш. – Еще раньше, приехать ты не мог? – Скажи спасибо, что вообще приехал, – парировал Пит. – Ты же меня чуть ли не умолял, а теперь что? Он фыркнул. – Ты должен показаться Полу, – серьезно сказал Порш. – И чем скорее, тем лучше. Руководство уже задается вопросом, почему твой «отпуск» растянулся так надолго. – Он что-нибудь придумает, – махнул Пит рукой, хотя не был уверен в этом. – У него уже иссякла фантазия, – Порш вышел из кухни и вернулся с пачкой сигарет. – Он мне не верит, и я думаю, что мой телефон прослушивается. Возможно, за домом тоже следят. От последних слов Пит напрягся. Если это было правдой, то он конкретно попал, и пора было убираться, причем, как можно скорее. Порш догадался, о чем подумал его друг, и быстро схватил его за руку. – Позвони ему хотя бы, – попросил он. – Он очень обеспокоен и думает уже о самом страшном. – Посмотрим, – Порш отпустил его и встал. Провожать не пошел, но когда Пит уже взялся за ручку двери, окликнул. – Пол не единственный, кто ищет тебя, – произнес он. – Ферн спрашивала о тебе. А ей-то что понадобилось? Неужели, решила обсудить его прикид? В тот вечер Пит ее так и не увидел, поэтому вообще сомневался, что она была на той вечеринке пони-плей. Ему, конечно, было все равно, что у нее за дело, но телефон ее на всякий случай взял. Если за домом и была слежка, то Пита никто не схватил и никуда не увез. Он спокойно подошел к машине, где его ждал Вегас и рассказал о встрече. Интерес, проявленный актрисой, его взволновал. Он хотел позвонить ей прямо сейчас, но передумал. Всю дорогу назад они слушали радио, но разговоры были не уместны – каждый думал о своем. Пит – о Порше, Поле и Ферн. Вегас, наверное, о них же. Менеджеру тот, кстати, посоветовал пока не звонить. По крайней мере, не раньше, чем они выяснят, зачем он нужен Ферн. На складе Пит опять был предоставлен сам себе: Макао с Вегасом уединились в запретной комнате, и он щелкал каналы в игровой. По телевизору показывали один из фильмов про Джеймса Бонда, но как бы Пит ни пытался, не мог вспомнить название. Зато его всерьез взволновал вопрос, почему Вегас стал таким. Макао упомянул, что отец заставлял делать того ужасные вещи. Насколько ужасные? Пит предполагал, что ему было чуть за тридцать, но по его внешности было довольно-таки сложно определить точный возраст, если его и выдавало что-то, так это глаза. Иногда он смотрел на него так, что Пит даже боялся представить, что тот повидал за свою жизнь. Звук выстрела на экране заставил его вздрогнуть. Почему тот его не убил? Обычно, такие стальные парни, как Вегас, не оставляют свидетелей. Но Пит был жив. По какой-то причине жив, и он собирался узнать, по какой именно. Макао сел рядом спустя какое-то время, отобрал пульт и переключил на какое-то кулинарное шоу. Пит не стал составлять ему компанию, быстро поднялся и вышел. Вегас был у себя, проверял оружие. На том же столе, где обычно он писал свой сценарий. Тот знал, что Пит здесь, но не обращал на него внимания. Пит собирался извиниться за утренний разговор, но язык будто к небу прилип, поэтому он лишь молча наблюдал, пока тот резко не развернулся. И опять этот взгляд, полный скорби и печали. У Пита появилось необъяснимое желание обнять Вегаса, прижать к себе и сказать, что все будет хорошо. Так странно, а ведь еще совсем недавно он сам нуждался в этом, да и сейчас, наверное, тоже. Но если у него есть человек, который может сказать это, то у Вегаса – навряд ли. И ему очень хотелось стать именно этим человеком. – Собирайся, – хрипло произнес тот. – Едем к Ферн. – Ты ей звонил? – удивился Пит, но Вегас отрицательно покачал головой. – Там что-то не чисто, – задумчиво сказал он. – Нутром чую. Пит хотел возразить, но понял, что это было бесполезно. Натянул рубаху и поплелся за Вегасом. Тот так в майке и остался, лишь накинул кожанку. Повязка на плече была чистой, но до заживления раны еще должно было много пройти времени. Пит заметил, что Вегас взял с собой два пистолета. Неужели, им действительно грозила опасность? В голове не желало укладываться, что Ферн что-то задумала. Да, она была еще той сучкой, но не до такой же степени. К тому же, Пит не просто парень с улицы. Или это и был ее план от него избавиться? Похоже, у него начиналась паранойя. Даже музыка из динамиков не очень помогала расслабиться – он был натянут, как струна, и не знал, что с этим можно было сделать. У дома стоял джип с тонированными стеклами, и Вегас, прежде чем выйти, достал пистолет. Пит решил, что тот скажет оставаться ему в машине, но он лишь взглядом указал следовать за ним. Калитка была открыта, как и входная дверь, а внутри стояла полная тишина. Трель телефона была просто оглушающей. Вегас кивнул на трубку, и Пит быстро ее поднял. Молчание, а потом сдавленный голос Ферн: «прости». Последующие события произошли слишком быстро: пуля пролетела в миллиметре от него, и Пит был отброшен на пол. Послышался грохот разбитого стекла, ему на голову посыпалась штукатурка. Он был практически парализован от шока, не мог пошевелиться, да и не знал, куда бежать. Выстрелы продолжались. Ему показалось, а может и на самом деле, где-то совсем рядом разбилась ваза, и ее осколок царапнул его по щеке. Пит слышал ругательства, но боялся даже пикнуть. Спрятавшись за креслом, он сжался в комок. Снова прогремел выстрел, за ним еще один. Упало что-то очень тяжелое, а потом снова ругань. Интересно, а Вегас жив? Если того убили, то и ему осталось недолго. Вроде как не ожидал такого, и вот. А Ферн об этом знала, поэтому и извинилась. Но вот за то, что придется их убить или за то, что пришлось все это подстроить? И это было куда серьезней ее мелких пакостей. Страх окончательно сковал тело, Пит прикрыл глаза, а когда открыл, Вегас уже нависал над ним. – Вставай, – растормошил тот его. – Надо убираться. Ноги были ватными и отказывались слушаться. В ушах все еще стоял звук стрельбы, наверное, Пит даже был отчасти оглушен. Он все еще плохо соображал, но ему удалось выдавить из себя несколько слов. – Что случилось? – прохрипел он. – В нас стреляли? – Нас пытались убить, – тихо ответил Вегас. – Машину придется бросить. Ты как? Идти в состоянии? Он кивнул, хотя был не очень в этом уверен. Закатив в ближайший переулок, они вышли из машины и затерялись где-то во дворах. По дороге Вегас успел набрать Макао и попросил их забрать. Они ждали его в какой-то раменной. Несмотря на то, что заказали две порции, кусок в горло не лез. Пит вглядывался в бульон, сам не знал, что пытался там найти. Он был слишком погружен в свои мысли, что не сразу почувствовал прикосновение к своей щеке. Вегас осторожно протер по ссадине салфеткой. Нужно было промыть, но сил, чтобы встать и куда-то пойти, не было. Догадавшись, о чем Пит думает, он смочил ее в стакане с водой и снова провел по щеке. – Спасибо, – поблагодарил Пит его, тот не ответил. Расплатился за еду и встал. Все так же петляя между дворами, они вышли на какую-то улицу, и вскоре подъехал фургон. Вегас ехал сзади вместе с Питом. Пита же не покидало ощущение, что тот хочет ему что-то сказать, а может, спросить. Сам он молчал – все никак не мог отойти от шока. Вегас, конечно, знал куда больше, в этом сомневаться не приходилось, но ему не хотелось на него давить. Казалось, что Вегасу было сейчас намного тяжелее, как будто бы тот переживал какую-то душевную травму. Пит пересел к нему на кушетку и осторожно взял за руку, думал, что оттолкнет, но тот лишь сильнее сжал его пальцы. Он поднес руку к лицу и поцеловал его костяшки, мягко прикоснулся губами к каждой. Вегас громко выдохнул. Всю дорогу никто из них так и не проронил ни слова. *** Новости долго ждать себя не заставили: про погром в доме у известной актрисы Ферн вещали на всех каналах. Увеличенные изображения с камеры их с Вегасом тоже показали. Он был в маске, так что его лицо было практически не рассмотреть, зато его…если сначала Пита и не признали, то потом появлялись предположения одно фантастичней другого. Сразу как-то всплыла на поверхность их вражда, Пола подловили у входа в офис и задавали провокационные вопросы, местонахождение самой Ферн было неизвестно. Порш разрывал почтовый ящик, но Вегас запретил отвечать. Пит вместе со всеми отслеживал новостную ленту, но полиция пока не делала никаких официальных заявлений. В любом случае, им ничего не оставалось, как сидеть на складе и никуда не высовываться. – Почему они ничего не говорят о том, что на вас напали, а это все было защитой? – Макао сидел перед ноутбуком и хмурился. – У них ведь есть запись! – Может, нет, – Вегас пожал плечами. – Если бы ее не было, то Питу бы уже выдвинули обвинение, даже его компания не смогла бы это замять, – не согласился с ним Макао. – Я уверен, что они знают обо всем, но боятся нашу чертову семейку. Полиции уже давно заткнули рот. А Ферн скорее всего у них и в полной жопе. Пит встрепенулся. Опять Макао с Вегасом знали куда больше него, но даже не пытались пролить свет на произошедшие события. Это раздражало. А еще то, что они знали о Ферн что-то такое, о чем Пит даже не догадывался. – Она жива? – поинтересовался он. – Да, – Вегас перебил Макао, который сам собирался ответить. – Она точно жива, но, как выразился Макао – в полной жопе. – Откуда ты ее знаешь? – внезапно спросил Пит. – Ты ей тогда чем-то угрожал, так? Тебе известно, где она и почему молчит. Вегас кивнул, а Макао хмыкнул. – И я все еще не достоин узнать правду? – саркастически заметил Пит. – Ее держит мафия? – Да, – Вегас вздохнул. – Что ты знаешь об ее отце? – Ничего, – Пит покачал головой. – Я о ней-то ничего не знаю, уж тем более о ее родителях или каких-то других родственниках. – У семьи Ратанапорн была огромной корпорацией, я уверен, что ты о ней слышал, – Вегас не стал дожидаться ответа, а сразу же продолжил. – Когда-то они контролировали практически все области наравне с Терапаньякун. Сложно делить власть на двоих, всегда у кого-то больше, у кого-то меньше. Терапаньякун постепенно прибрала к рукам все, чем владели Ратанапорн, оставив им лишь малую долю в области медицины и развлечений. Мой отец… – Хватит, – Макао оборвал его. – У нас не вечер откровений. Мы все устали, нужно отдохнуть, а на свежую голову снова все хорошенько обдумать. Пит, а тебе снова надо обработать рану. Вегас быстро встал и вышел с кухни, Макао сходил за мазью с пластырем и вернулся. – Испугался? – спросил Макао. – Ты ведь испугался. – Да, – скрывать не было смысла. – До такой степени, что меня парализовало. Я не мог… – Так будет всегда, – оборвал его Макао. – Пока ты с ним, это неизбежно. Нам удалось залечь на дно, но теперь все будет иначе. Начнутся преследования и погони, ты уверен, что вынесешь все это? Пит не ответил. Он совсем недавно размышлял над тем, что сможет вытерпеть, а что нет. Но теперь это было неважно, потому что ради Вегаса он был готов на все, даже если до конца не понимал, во что ввязывался. – Лучше будет, если ты уедешь, – снова попытался Макао. – Нет! – Пит повысил голос, и Макао удивленно посмотрел на него. – Я не уеду, – уже тише добавил он. – Потому что я нужен ему. Неужели ты этого не понимаешь? Я не смогу без него, точно так же, как и он не сможет без меня. – Лучше было бы тебя пристрелить там, в отеле, – Макао бросил вату и, с громким скрипом отодвинув стул, ушел. Пит понимал, что он сказал эти слова не со зла, но неприятный осадок остался. Почему он ему настолько мешал? – Не забивай этим свою голову, – Вегас сел на место Макао, выдавил на вату мазь и провел по щеке. Рану защипало, и Пит нахмурился. А потом поднял глаза и уже не смог оторвать их от лица Вегаса. Тот выглядел таким расслабленным, но на самом деле его все это тревожило очень сильно. Пит вздохнул, приоткрыл чуть рот, и палец Вегас коснулся его нижней губы, очертил ее контур и замер на подбородке. Вегас сомневался, и Пит решил его подтолкнуть к более решительным действиям. Наклонившись, он легонько поцеловал его, лишь прикоснулся, но тот сразу же придвинулся ближе. Робкий поцелуй превратился в более откровенный. Руки Вегаса зарывались в волосы Пита, словно тот боялся, что он убежит, поэтому прижимал еще теснее, а сам Пит не хотел, чтобы тот отпускал его. Поцелуй становился все отчаяннее и Пит, не выдержав, застонал. Вегас тут же отскочил от него. – Я…я не должен был, – Вегас в ужасе посмотрел на него. – Я…Черт! Пит решил, что Вегас сбежит, но тот сел обратно на стул, обхватив голову руками. – Я не знаю, что со мной происходит, – прохрипел тот. – Какая-то херня. Я не уверен, что хочу этого, но… Пит присел на корточки и обнял его. – Все будет хорошо, – прошептал он. Вегас опять не ответил, но Пит точно различил слабый кивок. Утром Пит опять проснулся один. Постель была холодной, и это говорило о том, что Вегас ушел давно. Почему-то Пит был уверен, что на складе того не окажется, поэтому даже не пытался его искать, подхватил свою одежду и пошел в сторону душевых. Недавние события до сих пор не давали ему покоя. С одной стороны, ужасно хотелось связаться с Поршем, сказать, что с ним все в порядке, что беспокоиться не о чем. А еще хотелось позвонить Полу. Но с другой… Вегас с Макао были правы – сейчас светиться было опасно. И Пит не столько за себя переживал, сколько за друзей. Если он привлек внимание тех, кто пытались убить их с Вегасом, они не перед чем не остановятся. Вода всегда служила отличным средством избавления от тревог и забот, но сейчас она была бессильна. Чем дольше Пит стоял под горячими струями, тем сильнее возрастало его беспокойство. А что если Порша и Пола все равно схватят? Не поверят их словам о том, что им ничего не известно о его местонахождении? Пит пытался что-то придумать, но что он мог в данной ситуации? Что он в принципе мог? Ничего. Он был всего лишь актером, который в последнее время трепал нервы своему менеджеру. И вряд ли ему хватит храбрости на то, чтобы как-то защитить тех, кто был ему дорог. Вытирая волосы полотенцем, он лениво прошел на кухню. Заметив Макао, Пит хотел уже было развернуться и уйти, но тот махнул ему, и попытка бегства не удалась. На самом деле, находиться рядом с Макао было несколько неловко. После того, как тот вывез его в город, после всех тех слов, что наговорил – Пит попросту не знал, как теперь с ним себя вести. До этого он чувствовал себя вполне комфортно, но сейчас все изменилось. Впрочем, Макао если и думал так же, то виду не показывал. Поставил перед Питом тарелку с омлетом и пододвинул кофейник. Омлет, естественно, уже давным-давно остыл, но за время пребывания на складе, Пит как-то привык к тому, что есть приходится то, что дают, и не всегда это бывают деликатесы. Заметив на втором столике разобранное оружие, он так громко сглотнул, что Макао сразу же посмотрел в его сторону. Проследив за чужим взглядом, тот понимающе кивнул. – Тоже чистишь оружие на досуге? – Пит постарался, чтобы его голос звучал как можно непринужденнее. – Не я, – Макао покачал головой. – Это Вегас оставил. Пит уже открыл рот, поинтересоваться, куда тот умчался с самого утра, но снова предпочел промолчать. – Ты знаешь, что у него ОКР? – вдруг поинтересовался Макао, но тут же добавил. – Хотя о чем это я. Конечно же, нет. Пит отодвинул тарелку. До этого он не воспринимал Макао всерьез, с его похабными шуточками и всякими глупостями, которые он без устали выбалтывал, не затыкаясь ни на минуту. Возможно, именно благодаря этому Пит смог расслабиться и забыть, что его похитили, что его держали силой, что вообще-то он уже давно не свободный гражданин. С Макао было легко и непринужденно, но только сейчас он понял, насколько ошибался. Все, что делал Макао – это было не просто так. Тот специально позволял Питу расслабиться, заручался доверием, играл роль хорошего парня. Конечно, это не означало, что в действительности Макао плохой, нет. Просто на самом деле Макао был куда опаснее Вегаса, и бояться следовало его в первую очередь. – Зачем ты мне об этом говоришь? – осторожно спросил Пит. – Потому что сам он тебе об этом не расскажет, – Макао пожал плечами. – А раз уж ты так самоотверженно решил остаться с нами, то мой долг тебя предупредить. Макао кивнул в сторону разобранного оружия. – Чтобы успокоиться, он разбирает и собирает свое оружие. Раньше он мог делать это часами. Просто, что будет, если приступ вдруг начнется, а рядом не найдется ни пистолета, ни автомата, ни чего-либо еще? Как ты поступишь? Сможешь его успокоить? Все еще будешь готов оставаться рядом? – Ты ведешь себя так, словно я занял твое место. – Придержи коней, – Макао усмехнулся. – Он мой брат. Ты никогда не сможешь занять мое место. – Тогда почему мне кажется, что ты ревнуешь? – Это не ревность, – Макао вздохнул. – Это бессилие. От того, что я вынужден отдать Вегаса в руки такого, как ты. Ты не сможешь его защитить. Если что-то пойдет не так, ты будешь лишь обузой. А я не хочу, чтобы он лишний раз собой рисковал из-за тебя. Я не стану скрывать, насколько сильно обрадовался, когда ты ушел, но Вегас…никогда не видел его в таком бешенстве. Я лишь надеюсь, что… – Я знаю, что толку от меня мало, – перебил его Пит. – Но жизнь Вегаса мне также не безразлична, как и тебе! И я не позволю ему жертвовать собой ради меня! Макао фыркнул. Вряд ли он воспринял слова Пита всерьез, но переубеждать того в чем-то было бессмысленно. Поэтому Пит убрал за собой и вернулся в комнату Вегаса. Он снова принялся просматривать новостную ленту, но ничего нового не появилось. Фанаты бесновались, нетизены бесновались, СМИ бесновались, а полиция продолжала молчать. Наверняка Полу было известно больше, но Пит запретил себе даже думать о том, чтобы послать хоть какую-либо о себе весточку. Чтобы как-то отвлечься, он продолжил писать сценарий, но толком не мог сосредоточиться. В голове вертелись какие-то отрывочные части диалогов, и все никак не получалось собрать их воедино. В конце концов, он бросил это занятие и спустился вниз, чуть не столкнувшись в кухне с Вегасом. – Ты где был? – слова вырывались быстрее, чем Пит успел подумать. Губы Вегас тронула легкая улыбка, и Пит отвернулся. Имел ли он право задавать такие вопросы? Вегас рассказывал то, что считал нужным, и вряд ли ожидал подобного вопроса. Пит осмелел, точнее, он думал, что осмелел после вчерашнего поцелуя, но его храбрость сразу же улетучилась, уступив место привычному смирению. Пит тяжело вздохнул и сел на один из стульев. Макао не было, и это почему-то радовало. В его присутствии Вегас вел себя иначе: вроде бы расслабленно, но не позволяя себе ничего лишнего. Особенно, если это касалось Пита. Вместо ответа Вегас протянул Питу пакет. И там опять была лошадиная упряжь и прочая амуниция. Питу хотелось швырнуть пакет куда подальше, но вместо этого он лишь крепко сжал его в руках, так сильно, что побелели костяшки. Внутри полыхала злоба, и ужасно хотелось выплеснуть ее наружу. Вегас нахмурился. Пит все ждал, что тот что-нибудь скажет, пустится если не в объяснения, так хотя бы выдаст сухие факты, но Вегас молчал. Через несколько минут пришел Макао и, заметив пакет, твердо сказал «нет». Пит впервые видел, как они ругались. Не в шутку, когда Вегас просил Макао заткнуться, а на полном серьезе. Пит хоть ничего и не делал весь день, вдруг почувствовал себя очень уставшим. Когда он уходил, ругань все еще доносилась до его ушей. Ему даже показалось, что он ее слышит, находясь в комнате с закрытой дверью. – Это просто нужно сделать, – с порога заявил Вегас. – Я знаю, что тебе неприятно и не нравится. Но это в последний раз, обещаю. Пит молчал. Пакет валялся рядом с кроватью. Он уже успел хорошенько рассмотреть, что внутри. И судя по огромному количеству ремешков, ему придется идти на очередное сборище извращенцев чуть ли не голышом. Только вот Пит не мог отказать. Хотел, так сильно, что «нет» готово было вот-вот сорваться с его губ, так же твердо, как Макао произнес меньше получаса назад в кухне. Но эта робость, которая всегда появлялась, стоило Вегасу оказаться на расстоянии хотя бы на метр, опять одержала верх. Пит слабо кивнул, и Вегас вышел. Ночью он спал в другой комнате, а может и вовсе не спал, но разбудил Пита рано. Чтобы хоть немного взбунтоваться, Пит очень долго торчал в душе, а потом медленно ел, пытаясь оттянуть свой «звездный» час. Корсета в этот раз не было – лишь сбруя на тело, а вместо кожаных шорт – трусы из ремешков, которые давили на все жизненно-важные органы еще сильнее. К одному из этих ремешков цеплялся хвост – длиннее и пушистее, чем предыдущий. Плюмаж тоже был намного роскошней и переходил в маску, которая закрывала всю верхнюю часть лица, а заканчивалась тензелем. К металлическим колечкам цеплялся повод. Вегас очень аккуратно закрепил все это на лице Пита и несколько раз проверил, чтобы тот испытывал как можно меньше дискомфорта. Самой нормальной вещью во всем этом наряде была – обувь. Высокие сапоги из мягкой кожи на низкой подошве отлично сели, и Пит порадовался, что хотя бы не придется ковылять, как на ходулях. Впрочем, это была такая капля в море, что он не представлял, как продержится целый вечер и, возможно, еще и ночь. Вегас в своем жокейском костюме вызывал такую зависть, что Пит чуть ли не взвыл от отчаяния. Вообще-то, он решил, что маска – это часть плюмажа, но Вегас тоже водрузил одну себе на глаза, завязав ее сзади. – Это будет бал-маскарад, – пояснил тот. – Естественно частный, в одном из поместий, достаточно огромном, чтобы вместить большое количество людей. Пит хотел поинтересоваться, как же Вегасу тогда удалось достать приглашение, если в прошлый раз им пришлось прибегнуть к помощи Ферн, но говорить не мог. Впрочем, Вегас сам догадался. – Пришлось подергать за ниточки. Было бы неплохо узнать больше подробностей, но Вегас, видимо, не желал чем-либо делиться. Он подхватил Пита за повод и повел в сторону гаража. Макао к ним так и не вышел, и Пит гадал, чем же закончился спор. Вряд ли обоюдным согласием. Об этом тоже хотелось расспросить, даже сильнее, чем о лошадином бале, но Вегас принял свой привычный невозмутимый вид, завел машину, и они тронулись в путь. Ехали так долго, что Питу даже удалось ненадолго задремать, но надежда, что все это страшный сон была вытеснена суровой реальностью, стоило ему только приоткрыть глаза. На улице уже стемнело, и проезжающая навстречу машина чуть было не ослепила. Пит зажмурился, прикрывая лицо рукой. – Почти приехали, – сообщил Вегас. – Веди себя как можно более непринужденно и, пожалуйста, не глазей по сторонам. А лучше вообще смотри в пол. Пит издал сердитый булькающий звук. – Как хочешь, – Вегас пожал плечами. – Только не удивляйся, если мне придется тебя наказать. Прилюдно. Приказ-просьбу «не глазеть по сторонам» удалось выполнить с трудом. Богатое убранство и размеры дома Пита не слишком впечатлили – ему и не такое доводилось видеть, будучи главным актером Таиланда. А вот количество полуголых людей на один квадратный метр – это было чересчур. Вегас его периодически одергивал, когда он на кого-нибудь засматривался или когда собирался врезать наглецу, который пытался полапать его за задницу. Впрочем, таких охочих Вегас и сам отваживал любезной улыбкой, но при этом с таким холодным взглядом, что кровь в жилах стыла, не иначе. Жокеи выводили своих «лошадок» на подиум, хвастаясь прелестями. Вегасу тоже пришлось сделать кружок, а потом монотонным голосом произнести, какие шикарные бедра у его питомца, от чего Пит так сильно покраснел, что только благодаря маске никто не заметил его пунцовых щек. Потом были длительные знакомства, приглашения на «ипподром» и совместные выездные прогулки. Много ненужных разговоров. Вегас отлично поддерживал беседу, выводя в нужное ему русло. Где-то посреди ночи, когда стенки желудка Пита готовы были уже слипнуться от голода, Вегас повел его наверх, прошептав на ухо: «нашел». Ферн ждала их в комнате. Ее костюм тоже состоял из кожаной сбруи, которая почти не скрывала выбритый лобок. На голове красовался большой плюмаж, но уздечки не было. Она стояла у окна и чистила яблоко маленьким ножиком с позолоченной рукоятью. Кожура падала прямо на пол, но ее это ничуть не смущало. Пит вдруг напрягся. Не из-за ее вида, а из-за своего. Ферн – последний человек, кому бы он захотел показаться в таком наряде. Чего бы Вегас от нее не хотел, он понадеялся, что вопрос решится быстро, и они как можно скорее отсюда уйдут. Главное, чтобы его никто не заснял. Хоть он и был в маске, те, кто хоть раз видели его голым, запросто узнают в костюме для пони-плей. – В последний раз и то не дал мне поразвлечься, – Ферн смотрела в окно, поэтому Пит не знал, к кому именно она обращалась. – Ты знаешь, что мне нужно, – спокойно сказал Вегас. – И ты думаешь, я так просто это сделаю? – она усмехнулась. – Одним своим появлением ты разрушил всю мою жизнь. Я была на вершине, а теперь мне приходится врать про слабое здоровье, про временный перерыв, который на самом деле будет длиться вечно! Последние слова она выкрикнула. – Я могу тебе помочь, если ты поможешь мне. – Помочь? – в ее голосе прозвучала горечь. – Мне уже никто не сможет помочь. – Скажи, где находится Венис, и ты получишь обратно свою свободу. – Да пошел ты, – Ферн со всей злости бросила яблоко на пол. – Пошел ты! – Неправильный ответ, – Вегас вздохнул. Пит почувствовал себя настолько лишним, что уже сделал шаг в сторону двери, но это было ошибкой. Потому что взгляд Ферн сразу же метнулся к нему. – Еще и этого притащил! Я его ненавижу с первой встречи, если уж ты хотел со мной договориться, то должен был прийти один! Но нет, ты все делаешь на зло. Всегда! Она сжала нож в руке. – Я жила спокойной жизнью, может, не совсем праведной, но у каждого человека свои слабости. Но никто же об этом не знал! Я просто снимала стресс! А теперь мне и это запрещено делать. «В последний раз» – вот, что сказали мне, когда привезли сюда. В последний раз! А все из-за тебя, Вегас! – Он бы все равно тебя вернул в семью. Я не виноват, что ты – мать моего брата. – Зато ты виноват в смерти своего отца! Вегас вздрогнул. И эта дрожь через поводок передалась Питу. Вибрация продолжалась, и он заметил, что руки Вегаса продолжают дрожать. Но Ферн этого не видела. Она продолжала и продолжала говорить: про свою жизнь, про знакомство с отцом Вегаса, про тяжелые роды – Пит слышал ее словно в отдалении. Он не отрывал взгляда от Вегаса, именно поэтому он просмотрел, как Ферн сделала выпад вперед, как занесла руку с ножом, а очнулся, лишь когда прозвучал выстрел. А потом снова воцарились тишина. Вегаса уже всего затрясло мелкой дрожью. Ему с трудом удалось заткнуть пистолет за пояс брюк. – Идем, скорее, – тихо произнес тот. – Пока не поняли, что выстрел настоящий. – Но она… она же… – Сохраняй спокойствие, – Вегас не дал ему договорить. – Веди себя, как ни в чем не бывало. Он вел Пита сквозь толпу, даже улыбался, кланялся, обменивался любезностями, но Пит чувствовал, как он дрожит. Хотелось взять Вегаса за руку и скорее вывести на свежий воздух, но такая вольность была бы непростительна. Даже когда они оказались на улице, Вегас предупреждающе посмотрел на него – «не смей». Тот продолжал его вести, пока они не оказались рядом с машиной. Даже сесть самому не дал: открыл дверцу, потянул за повод, заставляя нагнуть голову. Пит пикнуть боялся, ждал, пока они не отъедут достаточно далеко, и только потом спросил. – Она мертва? Вегас повел плечом. Это могло значить и да, и нет. Но Пит знал, что «да». Он видел, как растеклось красное пятно на животе у Ферн, как она рухнула на колени, как выпал нож из ее рук, как она удивленно смотрела на пятна крови, как закатились ее глаза. Но он не видел, как Вегас выстрелил. Может, это был кто-то другой? Ну и что, что кроме них там больше никого не было. Ну и что. Пит помотал головой, стараясь отбросить неприятные мысли. Только вот никуда они не делись. Потому что Вегас убил Ферн. А он, Пит, стоял в это время рядом и ничего не сделал. Абсолютно ничего. Пит не знал, сколько прошло времени, как долго они ехали. У него перед глазами стояла лишь одна картина, и Вегасу пришлось его растолкать, помогая вылезти из машины. Пит еле передвигал ногами, и даже не смог самостоятельно подняться по лестнице. Вегас придерживал его за локоть и чуть ли не силком тащил за собой. Когда они оказались в комнате, Пит рухнул на пол и заплакал. И даже себе он не мог объяснить, почему. А главное – из-за чего. Когда слез больше не осталось, он продолжал тихо поскуливать, пока не почувствовал мягкое прикосновение. Вегас осторожно усадил его на кровать и принялся помогать избавиться от все «амуниции», что до сих пор была на нем надета. Сначала он снял с него маску с тензелем, и Пит почувствовал, как головная боль немного отпустила. Затем убрал все нагрудные ремешки, стянул кожаные трусы вместе с хвостом, и лишь в самом конце снял сапоги. Пит был полностью обнажен, откинулся на локтях и поглядывал на Вегаса сквозь полузакрытые веки. Тот облизнул пересохшие губы и нежно поцеловал его в лодыжку. Пит вздрогнул, позволяя взять себя за ногу и покрыть ее легкими, невесомыми поцелуями. Губы Вегаса были слегка шершавыми, обветренными и царапали кожу, но ему это нравилось. Он прикрыл глаза, отдаваясь ласке, позволяя Вегасу изучать свое тело. Тот действовал интуитивно, сначала касался нежно, вызывая лишь легкую дрожь, но потом начинал покусывать, зализывать, вызывая тихие стоны. Питу стало сложно удерживать себя на локтях, и он упал на постель, раскинув руки в стороны. Вегас уже поднялся поцелуями к самому животу и теперь слегка водил языком по впадинке пупка. Пит чуть вскидывал бедра, стараясь привлечь внимание к совсем другой части тела и, ему точно не показалось, Вегас, продолжая его целовать, ухмыльнулся. Тот чуть развел его ноги в стороны, погладив внутреннюю сторону бедер, провел указательным пальцам по яичкам и обхватил член в кольцо у самого основания. Пит выгнулся, громко простонав, но Вегас надавил ему на грудь, заставляя лечь обратно. Лизнув головку, он дразняще обвел языком ободок, даже не думая заглатывать полностью, медленно надрачивал член. И это было настоящей пыткой – Пит мечтал почувствовать влажную теплоту рта, толкнуться настолько глубоко, насколько сможет Вегас его принять. – Пожалуйста, – сипло выдохнул Пит. – Вегас, умоляю… – О чем же? – тот провел языком по всей длине. – О чем именно ты просишь меня, Пит? – Я хочу, чтобы ты взял его рот…отсоси мне, Вегас. Иначе я умру. Тот усмехнулся, но наконец-то обхватил головку, расслабил горло, заглатывая член Пита. И это было так восхитительно. Обычно Пит сам предпочитала быть тем, кто сосет, но то, что вытворял Вегас – это было выше всех ожиданий. Пит толкался тому в рот, дергал за волосы, стараясь войти еще глубже. Он почувствовал, как разрядка подступает, тихо вскрикнул и кончил, позволяя Вегасу себя вылизать. От накрывшего удовольствия ноги свело судорогой, и Пит закинул одну Вегасу на плечо. Тот нежно погладил по отросшим волоскам и улыбнулся. – Прекрасен, – прошептал тот. – А на тебе слишком много одежды, – с трудом проговорил Пит. Он все еще находился под действием экстаза, и не мог связно мыслить. Вегас встал и начал медленно, слишком медленно, снимать с себя одежду. И опять Пит наблюдал, пожирая взглядом каждый оголенный участок тела. Вегас находился в отличной форме: мускулистая грудь, подтянутый живот и большой, красивый член, который Пит мечтал ощутить в себе. О чем и сообщил. Вегас наклонился к нему и поцеловал, почувствовав свой вкус во рту, Пит тут же возбудился. Он потерся полутвердым членом о Вегаса, зная, что тот тоже сильно его хочет и сдерживается из последних сил. – Просто отпусти все, – прошептал Пит. – Позволь себе наконец-то получить удовольствие. Вегас заглянул ему в глаза, и во взгляде читалось такое необъятное желание, что Пит готов был кончить только от этого. Вегас поднес свои пальцы к его рту, и Пит умело их облизал, пуская слюну по всей длине. Он знал, как Вегасу нравится видеть что-то в его рту и собирался устроить целое шоу, но тот уже отнял руку. Приставив сначала один палец ко входу, тот вошел лишь на первую фалангу, прежде чем протолкнуть полностью. Пит поморщился – он давно ни с кем не спал и был готов к болезненному проникновению, но Вегас прежде чем добавить второй палец, подождал, когда Пит полностью привыкнет. – Давай же, – нетерпеливо сказал он. – Я не такой хрупкий, как ты думаешь. Вегас на это лишь закатил глаза, достал пальцы и дотянулся до прикроватного шкафчика, выудив оттуда презерватив. Пит чуть приподнял одну бровь, и тот смутился. – Макао, он… – Давай обойдемся без твоего брата, – усмехнулся Пит. – Возьми уже меня. Вегас разорвал упаковку зубами, раскатал презерватив по всей длине и пристроился у разведенных ног Пита. Наклонившись к его лицу, он нежно поцеловал его и вошел. Поцелуй заглушил крик, но боль была такой сильной, что Питу пришлось зажмуриться. Вегас продолжал его целовать, губы касались его скул, лба, подбородка, Пит понемногу расслаблялся. – Двигайся, – прошептал он. Вегаса не пришлось уговаривать дважды, он начал с медленных толчков, все еще болезненных, и Пит сам подался навстречу, чтобы тот ускорил темп. Вегас обхватил его за плечи, чтобы входить глубже, продолжал ритмично двигать бедрами, пока не задел тот самый комок нервов. Пит весь задрожал, громко застонал и заплетающимся языком попросил не останавливаться. Вегас задвигался еще быстрее, умудряясь покрывать шею и грудь поцелуями между толчками. Пит впился в его влажную от пота спину, оставив красные борозды, пытаясь притянуть Вегаса еще ближе. – Пит… – хрипло произнес тот. – Пит, ты не представляешь… О, да. Пит не представлял, что с кем-то может быть настолько хорошо, ему казалось, что он видит звезды перед глазами, взлетев на самый дальний край Вселенной. Вегас изменил позу и стал входить в него под другим углом на всю длину, вырывая громкие протяжные стоны. Пит то и дело выгибался, подавался навстречу, ловил губы в поцелуе и, кажется, во время всего этого прошептал «люблю». Вегас замер, всего на мгновенье, но только лишь для того, чтобы задвигаться еще быстрее. Питу даже не пришлось касаться себя, с очередным толчком он кончил, пачкая животы спермой. Вегасу хватило всего нескольких движений, чтобы последовать за ним. Перекатившись на спину, тот все еще тяжело дышал, поймав Пита за руку, переплел их пальцы и сжал. Пит прикрыл глаза. Он был счастлив, сердце унеслось куда-то вскачь, и он не хотел, чтобы этот момент заканчивался. Вегас все-таки встал, взял со стола салфетки и вытер ему живот и бедра. Когда он лег обратно, Пит тут же пристроился рядом, уронив голову ему на грудь. Ощущение эйфории вдруг сменилось на легкую тревожность. Он вспомнил события сегодняшнего дня и вздрогнул. Вегас заметил перемену его настроения, притянул еще ближе и поцеловал в макушку. Перебирая его волосы на затылке, тот начал свой рассказ. – Семьи Терапаньякун было две – главная и побочная, вторая. Так было всегда. Чтобы главная никогда не забывала, что есть кто-то, кто может занять ее место. Мой отец был младшим сыном, а значит, принадлежал ко второй. Как и мы с Макао. Но наш дед тоже происходил из второй семьи и смог устроить переворот. Эту историю знали все, и отец всегда хотел свергнуть своего брата. Конечно, он ему подчинялся, работал на благо семьи, но за спиной вынашивал план по захвату власти. Но это было не так-то просто сделать. Вегас вздохнул, чуть усилив хватку на плече Пита. – Главная семья занималась только законным бизнесом, ну, с виду, конечно же. Нам доставалась самая грязь: оружие, наркотики, проститутки, даже торговля людьми. Отец не гнушался ничего, что могло бы принести ему лишнюю прибыль. Но люди, с которыми он работал, они…чтобы заключить с ними сделку, мне приходилось делать многое, о чем я потом сожалел. До сих пор сожалею. Но тогда я думал, что лучше уж я, чем Макао. Только отец все равно был мной недоволен. Как бы я ни старался, сколько бы усилий не прилагал, всегда напоминал, что я второй. Худший. Пит не перебивал, давал Вегасу время собраться с мыслями и продолжить дальше. – Когда у дяди случился сердечный приступ, отец решил, что это его шанс. Он собрал всех своих людей, и мы напали на главную семью. Только…только это была ловушка. Я слишком поздно это понял. Дядя убил отца, выстрелил ему в голову. Когда я прибежал, тот был уже мертв. Я…я ничего не смог сделать. – Ты не виноват, – Пит поцеловал его в грудь. – Я знаю, но…в любом случае, тогда я думал, что и меня убьют, но дядя пообещал позаботиться обо мне и о Макао. Я должен был засунуть свою гордость поглубже, но просто не мог. Разрываемый эмоциями, я сел в машину и мчался на полной скорости в неизвестность. Случилась авария, и…я провел очень много времени в больнице. Эта больница контролировалась нашей семьей. И там я узнал, что у моего отца была любовница, которая родила сына. Новорожденного забрали неизвестные люди. – Этой любовницей была Ферн? – догадался Пит. Вегас кивнул. – Тогда я этого не знал. Я нанял частного детектива, чтобы он разыскал эту женщину. У нас была назначена встреча в отеле, но когда мы с Макао пришли, тот был уже при смерти и смог сказать мне лишь название клуба, где они познакомились. Отец тщательно скрывал ее, мы с Макао даже не подозревали о чем-то подобном. Но…мне было на нее плевать, но ребенок…это наш брат. И я должен его вернуть. – Думаешь она знала, где его держат? – Вряд ли. Но за ней следила главная семья. Возможно, ей пообещали, что дадут увидеться с сыном, если будет хорошо себя вести. Все это время мы с Макао пытались найти Вениса, но тщетно. – Что теперь будешь делать? – тихо спросил Пит. – Продолжать поиски. Ферн была не единственной ниточкой, ведущей к брату. Порчей, тот бармен из отеля, он встречается с Кимом – младшим сыном главной семьи. Он тоже пытается найти информацию. – Он слишком рискует, – заметил Пит. – Да, – согласился Вегас. – Но он наш последний шанс. После этого все изменилось. Макао больше не кидал на Пита недовольные взгляды, наоборот, даже улыбался, когда замечал, что Вегас его касается, как бы невзначай поправляет упавшую прядь на глаза или поглаживает спину, проходя мимо. Питу нравились эти маленькие жесты привязанности, как и крышесносный секс. То, что Вегас с ним вытворял, такое было сложно представить даже в самых смелых фантазиях, это словно был вызов тому, насколько сильным может быть удовольствие, доставляемое другим человеком. Пит не знал, то ли он взлетал на небеса, то ли опускался в ад, но что он для себя точно понял, так это то, что Вегас завладел им полностью. – Ты действительно хочешь остаться с нами? – тот часто задавал этот вопрос, и Пит всегда неизменно отвечал согласием. – Тебе так просто от меня не избавиться, – смеялся он. – Но твоя карьера… – Тш-ш-ш, – Пит приложил палец к его губам. – Это теперь не важно. Несмотря на свои слова, он продолжал писать сценарий. Не то чтобы он собирался вернуться, давно уже сообщил и Полу, и Поршу, чтобы те больше его не искали и даже согласился выплатить неустойку за невыполнение условий контракта. Все это он написал в своем последнем письме, и больше не связывался ни с тем, ни с другим. Возможно, он действительно рушил свою карьеру, хотя когда-то это было самым важным в его жизни. Теперь же…он не представлял свою жизнь без Вегаса. – Ты продолжаешь писать свой сценарий, – как-то заметил тот. – О чем твой фильм? Вегас и этот вопрос задавал часто, но Пит всегда затруднялся с ответом. Фильм был о любви, и о войне, а еще о принятии себя. – Это современная интерпретация Бонни и Клайда, – наконец-то ответил Пит. – Они плохо кончили, – Вегас нахмурился. – В твоем сценарии их ждет такой же конец? – Возможно. Но, даже если они и умрут, они будут вместе до самого конца. Вегас внимательно посмотрел на Пита, но так ничего и не сказал. Через несколько дней с ними связался Порчей и сообщил, что нашел адрес, где держат Вениса. Пит заявил, что поедет вместе с братьями, и у Вегаса с Макао произошел очередной спор. В этот раз, правда, Вегас настаивал, чтобы Пит остался, а Макао пытался того убедить, что идти вдвоем – самое настоящее самоубийство. От Пита, конечно, было мало толку, но в последнее время кто-нибудь из братьев учил его стрелять по пустым банкам, и у него уже неплохо получалось. Конечно, стрелять в людей – это совсем другое, но если Вегасу будет грозить опасность, Пит убьет любого, уж в этом он не сомневался. Он нашел Вегаса в комнате – тот собирал пистолет-пулемет, протирая перед этим каждую часть. Пит засмотрелся на того, Вегас всегда так сосредоточенно это делал, что, казалось, ничего не замечает вокруг, но тот, конечно же, услышал его приближение, причем давно. Просто не подавал виду. Пит вздохнул и сел на край кровати. Он уже надел бронежилет, который дал ему Макао, показав наконец-то что именно скрывалось в запретной комнате. Та оказалась самым настоящим оружейным складом. Пит с восхищением разглядывал оружие, но Макао протянул ему самый обычный глок, хмуро заметив, что это единственное, что Питу подойдет. – Я не хочу тебя потерять, – Вегас отложил уже собранный пистолет-пулемет в сторону. Его руки все еще подрагивали, и Пит осторожно потянул его к себе, заставляя пересесть на кровать. – Ты и не потеряешь, – Пит обнял того. – Мы заберем Вениса, а потом уедем далеко-далеко, где нас никто не найдет. На какой-нибудь остров. Вегас усмехнулся. – Ты даже на миг не хочешь представить, что мы можем не вернуться, да? – Не хочу, – кивнул Пит. – В моем идеальном мире нас ждет счастливый конец. – Хотел бы я в это верить. Выдвигались поздно ночью. Макао настоял, чтобы они ехали на его красном мустанге, даже если это привлечет ненужное внимание. – Просто хочу, чтобы эти ублюдки знали, что вторая семья не так проста. И мы не позволим им забрать нашего брата! Дорога была длинной. Судя по адресу, который раздобыл Порчей, Вениса держали на искусственном острове, так что машину в любом случае придется оставить, чтобы пересесть на лодку. Несмотря на темень, их приход ждали, потому что стрельба началась практически сразу же. Пит держался позади, стараясь не мешаться, но удерживал пистолет наготове. Вегас убивал каждого, кто появлялся на пути, Макао от него не отставал, а Питу лишь приходилось перешагивать через очередной труп. Забросив несколько светошумовых гранат в окна дома, Вегас забрался внутрь. Макао взглядом приказал Питу оставаться снаружи, и влез в окно следом. До Пита доносились звуки стрельбы, и он просто не мог сидеть и ждать. Что если Вегасу с Макао нужна была его помощь. Выругавшись, он все-таки залез в дом, прислушиваясь к происходящему. Из-за угла никто не выпрыгнул, но он все равно старался идти как можно тише, обходя осколки разбитого стекла. Судя по тому, что на первом этаже царила гробовая тишина, Вегас с Макао поднялись на второй. Пит ступил на лестницу и услышал выстрел. Каким-то чудом пуля ударилась в стену в миллиметре от его лица. Он пригнулся и тоже выстрелил куда-то вверх. Тут же послышалась пулеметная очередь, Пит продолжал стрелять не глядя, пока все не затихло. Он не знал, ранил кого-то или нет, но стрельба прекратилась. Быстро взбежав по лестнице, Пит выглянул за угол. Все-таки съемки в нескольких боевиках кое-чему его научили, правда, теперь все происходило в реальной жизни, а не на съемочной площадке. На этаже лежало несколько тел, и Пит, стараясь не смотреть в застывшие лица, медленно двинулся дальше. Голоса доносились из открытых двойных дверей. Пит подошел ближе, прислушиваясь. Он не стал заглядывать внутрь, чтобы никого не спугнуть, вместо этого встал рядом, чтобы его не было видно. – Просто отдай нам Вениса, – голос Вегаса звучал хрипло. – И мы уйдем. Вы нас больше никогда не увидите. – Думаешь, я тебе поверю? – второй голос Питу был незнаком. – Поле всего, что вы сделали? Вы отравили моего отца! Он выхаркал почти все свои легкие, от чего и умер! – Твой отец убил моего! – крикнул Вегас. – И заслужил смерти! Раздался плачь, кажется, что-то сказал Макао, а потом кто-то выстрелил. Пит тут же ворвался в комнату, выставив перед собой пистолет, хотя в нем больше и не осталось патронов. Вегас опустился на одно колено и держался за бок, Макао пытался успокоить плачущего малыша, третий человек был Питу незнаком – тот прикрывал раненное плечо. – Я же просил ждать тебя на улице, – Вегас покачал головой и попытался встать. Пит тут же обхватил его, не дав упасть. – Вы не можете так просто уйти, – произнес незнакомец. – Вы все еще члены семьи Терапаньякун. У вас есть обязанности. – Больше нет, – Вегас бросил на него последний взгляд. – Прощай, Кинн. Они вышли из дома, перед этим захватив вещи для ребенка, но тот все еще плакал, и Макао понятия не имел, как того успокоить. Пит взял младенца на руки и стал корчить тому смешные рожицы, при этом продолжая укачивать. Когда тот наконец-то успокоился, он передал его обратно, надеясь, что ребенок не разразится громким плачем. – Тебе лучше плыть на лодке, – сказал Вегас брату. – А мы с Питом уедем на машине. Нужно замести следы. Макао собрался возразить, но сдался под тяжелым взглядом Вегаса. – А тебе нужно в больницу, – сказал Пит. – Это лишь царапина, – тот отмахнулся. – Мы доедем до города, сменим машину и вернемся на склад. Макао доплывет до доков и там пересядет на катер. Мы встретимся с ним позже. Питу это не понравился, но он тоже не стал возражать, попрощался с Макао, когда им пришлось разделиться, и сел в машину. Вегас их вовсе не повез в город, свернул куда-то, пока машина не выехала к обрыву. Солнце как раз вставало из-за горизонта, и Вегас достал травку из бардачка. Ловко сделав себе самокрутку, он затянулся, беря Пита за руку. – Я прочитал твой сценарий, – прошептал тот, выпуская сладковатый дым. – Там герои перед смертью наблюдают за восходом солнца. Красивая сцена. – Вегас… – Пит испуганно посмотрел на него. – Если я не выживу, позаботься о Макао и Венисе. – Но… – Обещай, – Вегас перебил его. – Обещаю, – в глазах защипало, и Пит крепче сжал хватку. – А теперь поехали в больницу. – Не могу, – Вегас сипло выдохнул. – Я потерял слишком много крови, и в таком состоянии… Каждое слово выговаривалось с трудом, Пит только сейчас заметил, что тот держится из последних сил. Он быстро вышел из машины и помог Вегасу пересесть на заднее сидение. Сняв с себя рубашку, он приложил ткань к ране в боку, прижав ее рукой Вегаса. У него не было прав, и он не умел водить машину, но в данном случае его это мало волновало. Разобравшись с коробкой передач, Пит кое-как развернулся и поехал в город. Как назло, по дороге не встретилась ни одна машина. Он продолжал говорить с Вегасом, даже когда тот перестал отвечать, даже когда машину занесло на повороте, и она во что-то врезалась. На периферии сознания последнее слово, которое сорвалось с губ Пита, было имя Вегаса. *** – Вы сами написали сценарий к своему последнему фильму? – хорошенькая журналистка улыбнулась, задавая вопрос. – Да, – Пит кивнул. – Я находился на пике своего творческого кризиса, когда совершенно внезапно мне в голову пришла эта идея. – Говорят, для этого вы даже связались с мафией. – Без комментариев, – Пит улыбнулся, показывая свои очаровательные ямочки, и та обиженно надула губки. – Можно ли считать фильм автобиографичным? – задала та следующий вопрос. – Отчасти, – Пит вздохнул, стараясь, чтобы эмоции не вырвались наружу. – Но в основном это все выдумка, конечно же. – А как же ребенок? Слышала, вы усыновили мальчика. – Да. Но это никак не относится к вопросам, касающимся промоушена. И это было одно лишь из вереницы последующих интервью. Возвращаться в шоу-бизнес после всего произошедшего было нелегко. Ни одна компания не хотела вкладываться в производство фильма, звезда которого попала в скандал, связанный с разборками мафии. Пол делал все от него возможное, и хотя Порш согласился занять пост режиссера, но помимо этого нужно было решить еще множество вопросов. Пит вложил свои деньги, снял студию, нанял персонал, даже провел кастинг актеров. Но постоянно возникали какие-нибудь проблемы, он уже и не надеялся, что фильм когда-нибудь выйдет на экраны. В качестве прокатчика выступила маленькая никому неизвестная компания, но как только фильм увидел свет, звонки посыпались со всех сторон. Все-таки, хоть Пит и находился в опале, его фанбаза имела большой вес. О фильме стали писать сначала в местных новостях, а потом и международных. Он снова был у всех на устах, любимый актер нации, чей талант заслуживал громких оваций. А ведь еще совсем недавно он столкнулся с таким канселингом, что не думал о возможном возвращении. И вот теперь все снова хотели его. Только Питу уже это было не нужно. Он сообщил Полу, что уходит из киноиндустрии навсегда, желая посвятить себя заботе о ребенке. – Я дома, – сказал он, когда дверь закрылась с глухим щелчком. Тут же послышался топот маленьких ножек, и в коридоре появился мальчик со счастливой улыбкой на лице. – Папа! – взвизгнул тот, и Пит подхватил его на руки. – Я скучал. – И я тоже, малыш, – он чмокнул его в макушку. – Расскажешь, как прошел твой день? – Мы с Макао пекли печеньки! Я сам выдавливал формочки! – Правда? Как здорово! Вы большие молодцы. – И ты тоже, – Макао вышел им навстречу. – Видел твое интервью. Как всегда прекрасен. Пит закатил глаза, проигнорировав заигрывание. – Вам не следовало меня дожидаться. Я мог вернуться еще позднее. – Не ругай Макао, – заступился за того Венис. – Я сам хотел дождаться папочку. Макао развел руки в стороны. Действительно, если Венис чего-то хотел, то с ним было бесполезно спорить. – Вьет из тебя веревки, – проворчал Пит. – Как и из всех нас. Каждый раз, когда Пит слышал этот мягкий, чуть с хрипотцой голос, сердце начинало биться чуть быстрее. Все еще держа Вениса на руках, он подошел и поцеловал Вегаса, теперь уже обнимая их обоих. – Что за семейные обнимашки без меня? – Макао тоже подошел к ним и обнял всех троих. И Пит почувствовал, как в груди разливается тепло. Их встреча произошла при не самых приятных обстоятельствах, но если бы у Пита спросили, хотел бы он что-то изменить в своей жизни, то…может быть. Но если судьба могла их свести только таким образом, то он бы пережил все это снова. Потому что в итоге он был счастлив.