Цветные заколочки

Маленькие, крохотные ручёнки нежно-нежно перебирают каждую прядку тёмной непослушной шерсти. Очередной колосок слаживается увереннее, никто не считал но попыток было потрачено много, даже слишком. Одна прядь туго ложится на другую и так далее, собираются в аккуратный колосок, но тут же выбивается очередная кудрявая прядь, будто насмехаясь над стараниями девочки. Она тихо фыркает себе под нос, распускает косичку и вновь берёт в руки расчёску, маленькую, с блёстками и котиками. Всё-же шерсть не волосы, как бы шёрстка не отрастала, всё равно не то. В хвост завязать так же аккуратно как у людей не выйдет, с косой так же. Шестиухий для своей "роли", грозного вида и мощного, хоть и не крупного телосложения, сидит слишком спокойно, позволяя делать с своей шерстью что угодно. Кажить буквально пару часов назад он ругался с Вуконгом и подстрекал его ученика, а тут с черезмерным для его личности доверием лежит головой на диване, прикрыв глаза. Сам много думал почему так спокойно каждый раз. Каждый раз, когда малышка ищет момент для него, когда идёт со школы в его компании, когда вновь объясняет правила простой настольной игры ему. Теневой позволил ей видеть себя более.. Простого? Не того злодея, которого видит Мкей, не того  врага которого видит У-кун. Как-то раз он дал ей обещание, что придёт в любой момент, когда она позовёт и сдержал. В тот же момент в тени девочки оказался клон, ожидающий сигнала. И теперь почти каждый раз, когда родители ребёнка были на работе, она звала его, без причины, просто чтобы видеть своего героя, провести время со своим другом. Воспоминания тех дней каждый раз вызывают улыбку, непривычно мягкую для него. И ещё более радостную улыбку вызывает осознание того, что так будет и завтра и позже. Макак улыбается на свои же мысли, так же расслабленно сидя на мягком ковре. Из мыслей его выводит лёгкая, для него еле ощутимая боль, больше от неожиданности Мак открывает глаза, смотря куда-то неопределённое вперёд. Девочка затихла, резко прекратила все действия, только сейчас понимая, что расчёской прошлась слишком резко по запутанному подшёрстку. Смотрит она так взволновано, чуть ли не в панике, боится что Мак уйдёт, обидится, как он обычно поступает с Укуном  и Мкеем, но слышит лишь тихий, совсем добрый смех на свою реакцию. —ну чего ты? - звучит со стороны теневой обезьяны, вместе со смехом, смотрит он так же внимательно, теми же усталыми глазами, без обиды. —извини! Я правда не заметила. - с улыбкой отвечает Бай хэ, зарываясь ручками в чужую шёрстку, улыбнувшись. Стало спокойно вновь. Макак ещё некоторое время смотрит, так же, "пялится" как выразился пару раз МК, изучающе, так будто видит всё, после чего вновь закрывает глаза спокойный. Малышка так же смотрит на него, тихо хихикает себе под нос, зарываясь пальчиками в подшёрсток, с неким удивлением замечая, что шёрстка стала в пару раз гуще. После буквально пары секунд раздумий, с самодовольной улыбкой она сделала вывод, что причина этому скорая зима. Конечно гладить чужую, такую мягкую шерсть было приятно, но порядком надоело. Она постаралась по аккуратней встать с места, после чего подошла сбоку к Макаку, справа, не придавая значения этому. В руках она держала коробочку с маленькими  заколочками, смотря на своего героя с немым вопросом и огоньками в глазах. Мастер теней лениво открывает глаза, будто дремал, поворачиваясь полностью к ребёнку, дабы видеть её не частями, где-то глубоко в душе радуясь, что она до сих пор не заметила частичную слепоту.  Глянув на коробочку он сразу понял, что она хочет, но забавы ради сделал вид что задумался, только после этого пододвигая к ней мордочку, дав немой ответ. Лицо Бай хэ стоило видеть. Она была так рада, будто был вариант, что ей откажут и этого было сложно добиться. Но ликование закончилось ровно на усмешке шестиухого, на что она фыркнула, с неким недовольство смотря на его довольную моську. Те самые шесть ушей немного опустились, малость сдвинувшись назад, но улыбка была всё той же, малышка ещё не поняла, что значит это с стороны её друга, потому и не обратила внимания, открывая коробочку. Она долго копалась, набирая те, что ей нравятся больше всего, как бы не было иронично, голубые. Бай хэ вновь смотрит на моську бессмертного, довольно улыбаясь, почему то еле сдерживая смех. —фиолетовый? - всё-же посмеиваясь спрашивает она.  Удивлённое лицо собеседника быстро сменяется на такое же как у неё, он и сам не знал, почему стало так смешно. Конечно, фиолетовый. Сам смеётся, так неожиданно живо и не по "злодейски". Бай хэ тихо смеясь нашла несколько лавандовых заколочек, не беря те, что были тёплого фиолетового цвета, знала, что Макак такой фиолетовый совсем не любит. Выбор сделан. Теперь она приблизилась к чужой мордочке, еле сдерживая себя, чтобы не ткнуть в чужой носик пальцем. Знала, что Макаку не понравится такое. Заколочки ложились на шерсть в не случайном порядке, там где надо. Закрепляла тёмные кучеряшки так, чтобы они не лезли в глаза совсем, только потом расспределяя их так, как душе угодно. Прошло минут десять  от силы, а голова шестиухого лежала в руке будто он большой пушистый кот, а не воин, шрамы которого вселяют ужас, а сила за рамками воображения.

***

Шаги раздаются медленно, почти беззвучно, только крики обезьянок, встречающих его, выдают приход Теневого. В когтистых лапках как можно аккуратнее он перебирает пакетики чая от Сэнди, думая под что же можно поболтать с хозяином горы. —Привет! Знаешь, я чая принёс, почти готов с тобой поделиться, какой бу— бессовестно его прерывают, Мак невольно полностью переводит внимание на рыжика, не поднимая головы. —Пхе.. И что это на тебе, неужели тебя и вправду заботят все эти мелочи, со стороны того ребёнка? - с лёгкой издёвкой произносит Вуконг, при этом подходя к другу по ближе, рассматривая чай. —говорит мне тот, у кого весь холодильник в рисунках Мкея. —так же отвечает ему Макак, достав из портала коробку с чаем, аккуратно вложив в руки Вуконга, не случайно пройдясь пальцами по его ладони, совсем ненадолго задержав руку на его руке, которая держала коробочку. Вуконг лишь тихо фыркает себе под нос, ища нужный чайный пакетик, после чего и достаёт чай с персиками. Мак тихо смеётся на это, это слишком ожидаемо, что даже смешно. Теперь то он понял, почему тогда смеялась Бай хэ. У-кун же непонимающе смотрел на него, с какой то полузлой эмоцией, нахмурив брови. Он пытался узнать, что же смешного в этом, но эти вопросы кажись ещё больше смешили Макака, который явно пребывал в слишком хорошем настроении.