Часть 1
4 октября 2022 г., 20:51
— Давай, Чон, шевели ластами, опаздываем, — поторапливал друга Тэхён.
— Да иду я, иду, — прыгал Чонгук на одной ноге, пытаясь надеть носок.
Тэхён и Чонгук дружат с самого детства.
Они как братья. Везде вместе. И даже иногда ночуют друг у друга. А почему бы и нет? Дома напротив. Далеко ходить не нужно. Их семьи владеют одним бизнесом и тесно дружат. Родители очень заняты, а одним (не считая прислуги), дома находится скучно. Поэтому то, что мальчики остаются с ночёвкой друг у друга, никого не удивляет.
Так было и сегодня. Они проспали, потому что допоздна играли в приставку. Вообще они часто так делали. Но в эту ночь решили максимально оторваться. Так сказать, отмечали последний день каникул. А будильник? Да кто о нём помнит-то.
Тэхён — первый красавчик школы. Светловолосый высокий парень с квадратной улыбкой и тёмными глазами. А его изящные черты лица так и манят, чтобы рассмотреть его поближе. Только это могло заставить окружающих чуть ли не падать к его ногам. Но была у него и особенность. Он говорил так, будто не сын богачей и обучен манерам. А будто рос на улице и был главарём какой-то банды. Где научился, никто не знает. Поэтому лишний раз к нему никто не доёбывался. Слишком дерзкий.
Чон Чонгук же младше Тэхёна на год. Умён не по годам, поэтому и оказался с Тэхёном в одном классе. Темноволосый парень небольшого роста с огромными карими глазами. Но то, как он морщит нос, когда смеётся, просто сводит с ума. Он милый и тихий ребёнок. Дружил со всеми, но авторитета в школе не имел. В драки не лез. Его правило — всё можно решить словами. Но если бы не Ким, то, возможно, был бы грушей для битья у местных хулиганов — двоечников. Если б в их школе такие водились. А ещё он ходил на танцы. Ну, мальчик-зайчик просто.
— Ну, малой, где тебя носит? — крикнул Тэхён, который стоял на улице возле машины.
— Бегуу, — послышалось где-то из дверей дома. — Ай, чёрт, телефон забыл…
— Ну и копуша, — посмеялся Тэхён, усаживаясь на сиденье автомобиля.
Школа же, в которой учились мальчики, была большая, с множеством классов и коридоров. Обычные школьники в ней не учились, а только представители богатых и очень богатых семей. Поэтому и тех самых гопарей-двоечников в ней не водилось. А лучше бы водилось. С ними хоть договориться можно. Деньги там отдать или домашку сделать. Но эти-то понятно, почему такими стали. А вот богатенькие совсем отбитые. Уже не знают, чем и потешиться. Только и знают, что состоянием родителей мериться.
Вот и у наших героев такие были. Компания из золотых детей. Родители которых на вершине бюрократической цепи. Поэтому, если счёт твоих родителей не заканчивается N — ным количеством нулей, то и разговаривать с тобой не о чем. А Тэхён своей харизмой, красотой и дерзостью бесил их до белых костяшек на руках. И сделать они ничего не могли, потому что против стада большинства не попрёшь — задавят. Вот и остаётся им ходить стенка на стенку каждый раз, как встречаются.
— О, нищеброды пожаловали! — прыснул высокий парень вошедшим в школу мальчикам.
— От нищеброда слышу. Ходят слухи, что твоего отца обманули на огромную сумму. Поэтому он потеряет львиную долю своего состояния. Так что… Ой, кто-то скоро опустится до простых смертных. Как жаль. Как жаль, — сделал грустное лицо Тэхён и похлопал парня по плечу.
В Тэхёне умирал талантливый актёр, поэтому он очень хорошо показывал эмоции. Мог даже пустить слезу или рассмеяться, когда нужно. Но вот что он делал плохо, так это терял контроль над собственными эмоциями. Или они настолько перемешивались с наигранными, что он не мог отличить, что чувствует на самом деле.
— Руки убрал, ублюдок! — вспыхнул парень. — Да что ты вообще знаешь.
— Пш-ш, — Ким облизнул палец и ещё раз притронулся к парню, делая вид, будто тот раскалённая поверхность. — Не кипятись, малыш, мы люди не гордые, подвинемся, — хитро улыбнулся Тэхён, уходя.
— Агх! — рыпнулся парень, но его остановили.
— Брось. Пусть валит, — держал его за плечи друг.
— Тэ, ты крут! Я б, наверное, никогда бы не смог ему так ответить, — выражал своё восхищение Чон, когда они уже отошли от парней. — А вообще давно вы так «мило» общаетесь? — Чонгук показал кавычки.
— Дело практики, малой, — смахнув он волосы, гордясь. — Вообще да. Но он сначала нормальным был. А как начало расти состояние его семьи, так следом и его ЭГО. Поэтому так и живём, как кошка с собакой. Но ты не переживай, я тебя в обиду не дам, мелкий, — Тэ обхватил его за шею и потрепал волосы.
— Эй, хён, — улыбнулся Чонгук, пытаясь отпихнуть старшего. — А что вы с ним не поделили-то? Я слышал про него, но не думал, что вы настолько «близки», — он снова сделал кавычки и посмеялся.
— Ай, не помню даже с чего всё началось. Но знаю одно. Он редкостный мудак. Просто забей, — Тэхён сместил руку на плечо друга, и они продолжили идти в класс.
Сегодня первый учебный день после каникул. А у Чонгука ещё и в классе Тэ. Он так просил родителей перевести его к другу, что даже экстерном закончил программу прошлого года, чтобы оказаться на класс выше. Потому что хотел быть ближе к Киму. Потому что это выпускной год. Да и потому, что просто мог. Поэтому родители выделили им машину с водителем, чтобы теперь точно не переживать о сохранности детей.
Чон не понимал стычек между парнями. Раньше его это обходило стороной, потому что их классы находились в разных частях здания. Он только изредка слышал про этого паренька. И то только тогда, когда он докапывался до кого-нибудь из окружения младшего. А сейчас же ему предстояло находиться в этом хаосе последний учебный год.
— Так-с, ребята, знакомьтесь, это Чон Чонгук, — Тэхён привлёк внимание одноклассников, хлопнув в ладоши, когда они зашли в класс. — С этого дня он учится с нами. Поэтому прошу относиться к нему так же, как и ко мне, — он приобнял Чона и широко улыбнулся.
Тэхён определённо имел авторитет у одноклассников. К нему прислушивались. Его уважали. Поэтому и просить он мог о чём угодно. Класс хором поздравил младшего с переводом, а кто-то даже лично подошёл и пожал руку. Мальчики, пофыркивая, оценили ещё одного конкурента:
— Пф, слишком смазлив.
— И одевается скромно.
— Что за блядский чокер на нём?..
А девочки, перешептываясь, поглядывали на него, тихо попискивая:
— Какой милашка.
— Уу…девочки.
— Он мой…даже не смотрите на него.
— Боже, кажется, я влюбилась.
— Ну какой зайка.
Ну, ребят, хоть бы тише говорили. Вас же слышно.
Вот и Чонгук всё слышал. Ему это льстило. Но, по правде говоря, он не считал себя красавчиком. А реакция девушек всегда говорила об обратном. Но вот парни (гетеросексуалы конечно), говорили, что он слишком мягкий для парня. Но завидовали. Потому что популярностью у девочек он пользовался больше, чем они.
Их класс в целом был дружный, но были и те, кто носом водил. Не желая общаться только потому, что другие не покупали шмотьё последней коллекции Gucci.
А Чонгук и при богатых родителях одевался довольно просто, чем вызывал волну негодования у местных модников.
— Эй, Чонгук, а ты точно сын богачей? — спросила одна из расфуфыренных одноклассниц. — Ты одет слишком просто для такой школы, — она сложила руки на груди и встала прямо напротив него.
— У всех одинаковая форма. Вопрос только в том, где её покупать. А я не собираюсь тратить на неё целое состояние, лишь бы тебя потешить, — выдал Чонгук и спокойно уставился в телефон. На что девушка только фыркнула. — Грубый.
Да, Чонгук с виду был мягким и ранимым, но он не был вафлей с другими. Только Тэ мог видеть всю его нежность. В прикосновениях, разговорах, поступках. Но тот не видел. Не замечал. А Чонгук делал это неосознанно и на автомате. Так и жили. Всё в порядке естественности.
Первый день, как и последующая неделя, прошли без происшествий. А следом и ещё парочка. Нет. Было, конечно, несколько стычек со здешними золотыми гопниками, но Тэхён ловко отбивал все атаки. На что Чонгук чуть ли не топал ножками в восхищении.
— Эй, малой, а чего это ты сестре моей отказал? М? — навис над Чонгуком золотой гопник, уперевшись рукам о стол.
— Какой сестре? — округлил глаза Чонгук.
— Красотка, что на меня похожа. Вчера. М?
— А-а…так я ж ей всё объяснил. Мне сейчас отношения не нужны. Она, конечно красивая, но дело-то во мне. Смекаешь? — захлопал глазами младший. Он локтями упёрся о стол, сложил кисти рук, а подбородок положил на руки.
— А может тебе вовсе и не девочки-то нравится? — поиграл бровями старший. — Что-то я тебя с девушками и не видел. Чо реально педик? Тэхён-то знает? Или вы оба? — с каждой фразой он улыбался всё шире. А на лице были видны его гаденькие мысли.
Чонгук округлил глаза. Отчего-то паника подкралась незаметно. Но почему? Он ведь знал, что не гей. Пока.
— Эй, полоумный. Варежку закрой, — влез в их разговор Тэхён. — Заняться нечем? Ну, отказал он твоей сестре, и что дальше? Сказал же, что не ищет отношений. Чо пристал? — он обошёл Чона и встал со спины, скрестив руки на груди.
— О, а вот и второй голубок прилетел, — с ухмылкой сказал парень, вставая в такую же позу, как Тэхён.
— Слышь ты, не нарывайся. Спишу это на твоё слабоумие. Но еще раз что-то подобное выкинешь, и я тебе твоё страшненькое личико сделаю очень даже красивым. Ясно? — Тэхён уже нависал над партой и сверлил взглядом парня напротив.
Тот хотел было ответить, но их прервал школьный звонок.
— Ещё встретимся, мудак, — кинул он и вышел из класса.
После того случая к Чону больше никто не докапывался. Да особо-то никому и не нужно было. Так, мелкие подколы одноклассников по поводу, как им казалось, неуместных аксессуаров. Все уже поняли, что Ким-Чон очень близки, но в их голубое счастье никто не верил. От Тэхёна гомофобией так и веяло. Но ведь всегда найдётся тот, кто усомнится в такой близкой дружбе между парнями. А этот кто-то был один единственный человек. Ну ничему его жизнь не учит. И уже через неделю он снова принялся за своё. Как геморрой на заднице. Ей-Богу. Хрен вылечишь.
— Эй, голубки, кто актив, а кто пассив? — обратился к мальчикам один из «золотых», когда Тэхён обнимал Чонгука сзади, и они общались с компанией ребят. На что последовал дикий гогот.
— Чо сказал? — Тэхён повернулся, отпуская младшего.
— Что, спермой уши заложило? — не унимался тот. А дружки хихикали.
Кто посмел натуральному натуралу говорить такое? Тэхён не помнит, как подлетел к парню и хорошенько прошёлся по его челюсти своим кулаком.
— Тэ, ты чего? — пытался удержать его подбежавший Чонгук.
А чего — Тэхён и сам не знал. Почему упоминание геев его дико бесило. И не просто геев, а его самого, как соучастника. Уверен только, что это до тошноты противно. А откуда это? Нужно разбираться.
— Ах ты ублюдок. Педик конченый, — поправил свой пиджак задира. Потрогал челюсть и подошёл немного ближе, чтобы нанести ответный удар. — Как ты сме…
Но Тэхён был быстрее. Непонятно как, но он толкнул парня ногой. (Не зря всё-таки ему природа подарила длинные ноги). При этом Чонгук и ещё один школьник держали его за плечи.
— Ну, я же предупреждал. А тебе всё мало, тупое ты создание. Последнее китайское: ещё раз услышу нечто подобное, и я раскрою твою тупую башку. Надеюсь, понял теперь?
Тэхён был зол. Так зол, что белки глаз налились кровью. А тело, казалось, и вовсе дымилось. Поэтому ребята напряглись ещё больше и потащили его куда подальше.
— Припадочный… — послышалось где-то из-за спины. Тэ чуть было не вернулся. Но ему не позволили крепко держащие его друзья.
Чонгук, конечно же, знал о гомофобии друга. Но чтоб настолько. Чтоб так злиться на слова. Он не понимал. Но хотел знать. Поэтому тем же вечером Чонгук всё же решился на разговор.
— Тэ, давай поговорим? — начал Чонгук, зайдя в комнату с двумя чашками мятного чая. Тэхён лишь что-то невнятно промычал. Он лежал на кровати, обнимая подушку и пряча в ней лицо. — Что с тобой? — продолжил Чон и поставил кружки на прикроватную тумбочку, а сам уселся рядом с ногами Тэ.
— Ты чего так отреагировал? Все поняли, что этот придурок лишь тешит своё самолюбие. Я ждал, что ты ответишь ему тем же. И сильно испугался, когда ты бросился на него. Правда, Тэ, это лишь шутка. Что такого? — с грустью в голосе говорил младший.
— Что ТАКОГО? Что ТАКОГО БЛЯТЬ? — резко подскочил Тэ, а Чонгук отпрыгнул. — Он назвал меня педиком. И тебя, между прочим, тоже. — Тэхён пальцем ткнул в грудь друга. — По-твоему, это нормально?
— Честно не понимаю твою реакцию, — Чон помотал головой. — Ну даже если и назвал, то что? Ты же таким себя не считаешь. Так в чём проблема? — уставился он на друга в поисках ответа.
— Да потому что бесят они меня. Видел как-то целующихся мудаков за углом нашей, мать её, элитной школы. Никогда не думал, что буду так дико что-то ненавидеть. Да я лучше молоко с пенкой выпью, чем ещё раз это увижу. Блевал потом остаток дня. А эти суки смеют приравнивать меня к ним, — выдал Тэхён на одном дыхании.
— Это уже твои личные проблемы, хён. И бить кого-то из-за этого глупо, — спокойно ответил младший и встал с кровати, чтобы уйти.
Чонгук не понимал, как можно ненавидеть кого-то из-за ориентации. Для него это было нормально. Непривычно, конечно, но нормально.
— Стоять, блять! Я что-то сейчас не понял, — Тэхён встал с кровати и медленно подошёл к младшему. Тот напрягся. — То есть ты сейчас говоришь мне, что голубятня эта вполне себе нормальное явление? — он схватил Чона за запястье и больно сжал, а в глазах Тэхёна младший увидел искорки. — А может, ты тоже из них, раз так защищаешь?
— Ай-й, хё-он, — протянул Чонгук и попытался выдернуть руку из цепкой хватки старшего. — Я никого не защищаю. Просто считаю, что неважно, парень это или девушка. Какая разница, если есть чув… — он не успел договорить. Его прервала смачная пощёчина от руки старшего. Глаза тут же округлились и налились слезами. А место удара сильно пекло.
— Не смей даже думать о таком. Геи — ошибка природы. И если я узнаю, что ты один из них. Я убью тебя, — выпалил Тэхён максимально ровным и низким голосом, смотря прямо в глаза. А затем отпустил запястье и вышел из комнаты.
Чонгук ещё некоторое время отходил от шока. Не двигаясь с места и поглаживая щёку, которая невыносимо болела. Его впервые ударили. Слёзы текли без остановки, а глаза не моргали. Потому что младший до сих пор видел лицо дьявола перед собой. Но он понимал, что Тэхён просто не справился со своими эмоциями. Но раньше Чонгук от этого не страдал. Ему больно.
специально случайно опустить взгляд на пухлые, как зефирка, губы. Всё. Чонгук плыл. Он просто забывал, как дышать. И что с этим делать? Он не знал. А точнее не понимал. Поэтому твёрдо решил, что нужно разбавить эту сладость парня постарше кем-то вроде мальчиков девочек своего возраста.
Поэтому Чонгук начал ходил на свидания. Хоть и противоречил себе. Подготовку к экзаменам можно немного подвинуть. Он же умный. Справится. (Хорошая отмазка, Чонгук). Тем более надо же начинать знакомить себя с тайнами вечерних поцелуев у подъезда. Но основная причина всё же в том, что он устал дрочить после каждой тренировки или после того, как Пак всплывёт в его голове совершенно неожиданно. Вот он. Спусковой крючок Чон Чонгука. (Всё таки доросло, да?)
Хорошо, что Тэхён не знал. Иначе б малой таких пиздонов получил, что лететь ему дальше, чем его собратья пернатые. Но это б Тэхён так думал. А сам Чон и вовсе не понимал, кто ему нравится больше. Если не брать в расчёт Пака, конечно. Поэтому нужно разбираться.
— О, молодец, малой. Уважаю. Третье свидание на этой неделе, — встречает Чонгука Тэхён. — Ну, чо, как? Делал уже шпили-вили? — интересуется старший, дёргая бровями и гаденько улыбаясь.
— Да, ну тебя, хён, — малой смутился. — Это просто невинные прогулки по кафе и кино. Ну, максимум долгий поцелуй, — Чонгук прошёл в комнату, чтобы переодеться. — Да, и не нравится мне никто, чтобы захотеть лишиться девственности, — без доли стеснения говорил младший.
— У тебя проблемы, мелкий? Стояки не ловишь при виде мини или глубокого декольте? Сейчас уже девочки нашего возраста огонь, а те, что постарше и вовсе крышу сносят, — эмоционально объяснял Тэхён.
— Ну, не то, чтобы совсем нет, но походу я ещё не готов, — со смехом аргументировал Чонгук.
Вот что-что, а от кого я ловлю стояки, тебе лучше не знать, Тэ.
— Во, мелкий, даёшь. Такой шанс упускаешь, — мотал головой Тэ. Всем видом давая понять, что мелкому уже можно.
Да, он-то и сам бы хотел. Но девочки от чего-то не вызывали пожарную тревогу в его штанах. А в его мокрых фантазиях был только Чимин. И от признания этого факта Чону становилось не по себе.
тёмную голубую сторону.
— Так, давай ещё раз прогоним эту связку и на сегодня всё, ок? — Чимин показал движение и вопросительно посмотрел на Чонгука.
— Ага-а, — еле дыша согласился Чон.
***
С того дня прошло две недели. Чонгук сразу как опомнился, собрал вещи и ушёл к себе в дом. Они не разговаривали. Тэхён не извинился. А Чонгук просто принял ситуацию. Его друг — лютый гомофоб. Они также ездили вместе в школу. При родителях делали вид, что всё нормально. Но себя не обманешь. Нормально не было ничего. Они это понимали. И обоим было плохо. Спустя ещё пару недель Чонгук всё же решил, что пора мириться. Он видел. Тэхён хотел, но подойти, видимо, гордость не позволяла. Хоть он и был виноват. Поэтому младший купил тортик и пришёл к Тэхёну. — Хён, давай не ссориться из-за… — он замялся, смотря на старшего, который стоял в дверях. — Ты сам знаешь. Я принёс тортик. Знаю, ты такой любишь, — Чонгук протянул руку с тортом и улыбнулся максимально широко, морща нос. Он знал. Тэхён не мог устоять перед этим. — Запрещенный приём. Ладно, чертёнок, — ответил с улыбкой Тэ и впустил младшего в дом, забирая торт. Тэхён хотел извиниться. Правда, хотел. Но младший пришёл первый, и тот уже решил, что его простили. А Чонгук не простил. Он просто был умнее. Но больше эту тему они не поднимали.***
Чонгук решил, что ему необходимо вернуть танцы в свою жизнь. Так как его старая студия закрылась, а потом он усердно готовился к экзамену, чтобы перейти на класс старше. Ну, а потом начался семестр, и было как-то не до этого. Поэтому вот уже больше полугода он на танцы не ходил. Да и куда-то ездить ему уже не хотелось, потому что нагрузка в школе увеличилась. Выпускной класс и всё такое. Поэтому он подыскивал что-то рядом с домом. А танцами он занимался чуть ли не с пелёнок. Они его успокаивали. Сегодня было воскресенье. Чон, сделав всю домашку, уже час искал подходящий ему вариант. Он лежал на кровати, закинув ноги на стену. — Нашёл, — подскочил он на кровати и чуть не упал. — Тэ, я нашёл. Не думал, что получится так быстро, — Чон с большими блестящими глазами уже подбегал к другу. — Блин, малой, я чуть в штаны не наложил. Ты чо орёшь-то? Кого нашёл? — Тэ схватился за сердце и повернулся к другу. Ведь он всё ещё сидел над уроками. А Чонгук из принципа ему не давал списывать. — Не кого, а что. Студию. Хочу снова на танцы записаться. Она тут, совсем рядом. Представляешь? — с ещё большим восторгом вопил мелкий. — Я собираюсь сходить туда сейчас. Пойдёшь со мной? М? — Не, брат, извини. Моим мозгам ещё нужно напрячь пару извилин. Потому что кто-то, — Тэхён указал пальцем на друга, — не даёт мне списать. — Да, и ты же знаешь. Не нравятся мне все эти твои танцы, — бубнил старший, уставившись в учебник. — Я делаю это ради тебя, хё-о-он, — протянул Чон и потрепал волосы на макушке Тэ. — А танцы мои ты и не должен любить. Просто поддержки будет достаточно, — он широко улыбнулся и направился к двери. — Всё. Не скучай. Я уже ушёл, — радостно крикнул Чонгук из коридора и пошёл одеваться. Через 15 минут Чон стоял у дверей танцевальной студии. Открыв её, он увидел небольшой светлый коридор с зеркалом, скамейкой и высоким шкафом. А за стеклянными дверьми — средних размеров зал с множеством зеркал. Также он приглушённо слышал музыку и видел, как в зале танцевал парень. Он невольно залип, даже забыл, зачем пришёл. Через пару минут подглядываний он опомнился, разулся, снял куртку и тихо открыл дверь. Парень дождался, пока танец закончится. Всё это время он не переставал смотреть и восхищаться. — Эм… Здравствуйте… — неуверенно начал Чон, — Это было очень красиво, — продолжил он, привлекая внимание. — О, привет. Спасибо, я только закончил постановку этого танца, и мне приятно, что его уже смогли оценить. Особенно такие юные зрители, — вежливо ответил танцор. — Ты что-то хотел, малец? — спросил парень и подошёл к скамейке, чтобы взять полотенце. — Да, я хочу заниматься у вас. Можно? — с глазками бэмби спросил Чон. — Конечно, — парень улыбнулся, — Ты уже занимался танцами? — он вытирал шею и волосы от пота, а в глазах был ненаигранный интерес. — Да, уже давно занимаюсь, — с улыбкой ответил Чон. — Воу, это похвально. Покажешь, что умеешь? — парень подошёл ещё ближе. — Я Пак Чимин, кстати, но ты, наверное, уже знаешь, раз нашёл моё объявление, — он протянул руку. — Да, знаю. Я Чон Чонгук, — он также протянул руку. Пожал чужую в ответ и улыбнулся. — А что…прям сейчас показывать? — неуверенно спросил он. — А чего тянуть-то? Я сейчас свободен, да и ты вижу тоже. Есть своя музыка? — Д-да, — запнувшись, но с восторгом сказал Чон. Через пять минут Чонгук уже показывал хореографу кое-что из того, что умел. Он двигался плавно в такт музыки. Каждое его движение было отточено. Он танцевал, а Чимин наблюдал, поражаясь талантам мальца. Музыка стихла, и Чон услышал, как парень несколько раз хлопнул в ладоши. — Ух, круто, малой. Не каждый опытный танцор так владеет своим телом. Просто отлично! — Чимин сложил ладошки вместе и подошёл немного ближе. — С-спасибо, — запыхавшись благодарил Чонгук. — Так когда начнётся практика? — Тебе сколько лет? — Семнадцать, — робко ответил парень. — Отлично, уже можно, — сказал Чимин с лёгкой ухмылкой. На что Чонгук округлил и без того большие глаза. Он был так очарован парнем перед ним, что мозг невольно подкинул иной смысл этой фразы. — Можно что? — неожиданно для себя спросил младший. — Заниматься танцами без письменного разрешения родителей, что ж ещё? Вообще-то я думал тебе меньше, —широко улыбнулся хореограф. — Вот тебе мой номер, — Чимин протянул ему визитку. — Сегодня я подгоню своё расписание, а ты найди себе свободное время для занятий. Напиши мне, как будешь готов. Договоримся о времени и днях, окей? — Мг, — кивнул Чонгук всё ещё восстанавливая дыхание, согнувшись и упираясь руками о колени. Он поднял голову, взял визитку и широко улыбнулся, как он это всегда умел. — Хм, — Чимин мельком посмотрел на Чона и улыбнулся уголком губ. Чонгук выпрямился и уставился на визитку. — Милашка… Чонгук резко вскинул голову и посмотрел на Пака, но тот уже уходил в сторону раздевалки. Послышалось? Вернувшись домой, Чона ещё не отпустил приступ эйфории от предстоящих занятий. Да кого он обманывал. Перед глазами он всё также чёткого видел того красивого хореографа и его невероятный танец. Нет, он не влюбился с первого взгляда в мужчину постарше. Просто он ещё не видел, чтобы мужчина так танцевал, а тем более очень красивый. И Чонгук не стеснялся себе в этом признаться. — О, мелкий, уже вернулся? — Тэхён застал его в дверях, когда проходил мимо коридора. — Как прошло? — он сложил руки на груди, а спиной прислонился к стене. — Отлично, хён, — на выдохе сказал Чонгук, снимая куртку. — Я таких ещё не встречал, — начал он не понимая, что говорит. — Он правда очень красивый и танцует невероятно, — всё также говорил Чон, как заворожённый, и уже снимал второй ботинок. — Э, ты чо несёшь? Ты в студию ходил или куда? — напрягся Тэхён и отлип от стены, наблюдая за младшим. — В студию, в студию, — кивал Чонгук, проходя на кухню. — Ты не понимаешь, Тэ. Этот хореограф… — задумался он, пытаясь подобрать слова, попутно открывая холодильник, — Он словно ангел, правда, — говорил Чон, доставая баночку с напитком. — Танцует невероятно и он очень красивый, Тэ, — выпалил Чон на эмоциях и присосался к баночке бананового молока. Он смотрел на Тэхёна с блеском в его больших глазах. Младший забыл, что при Тэхёне нельзя такое говорить. Да кого это волнует? Лапочка Чимин занял его мозг на какое-то время. — Так, блять. Фу, как ты можешь говорить, что какой-то там мужик красивый ангел? Совсем кукухой поехал? — поморщился и возмутился Тэхён. — Я же предупреждал тебя, мелкий, — он медленно закипал. Чонгук опомнился и нервно сглотнул. — Не заводись, хён. Я тебе постоянно говорю, что ты красивый, — аргументировал Чонгук, допивая молоко. — Так в чём проблема, Тэ? — он упёрся рукой о столешницу и уверенно посмотрел на друга. — Я — это я. А ты вот эти голубиные штучки убирай. Закрыли тему, — отрезал Тэхён и поплёлся в комнату. — Не, ну, а что такого-то? Если он правда красивый… — пробубнил Чон, выбрасывая баночку из-под напитка. — Я щас тебя ударю, малой, — послышалось где-то из коридора. — Упс, — хихикнул Чонгук и пошёл переодеться. Он был очень рад, поэтому настроение Тэ его не особо волновало. Эти двое хоть практически и жили вместе, но признаков однополой любви у них не наблюдалось. Оно и понятно. Мистер — я- сейчас- блевану- Тэхён такого не допустит. Но Чонгук всегда проявлял к нему нежность. Называл красивым, нежно трепал его мягкие волосы, иногда робко обнимал. Тэ, видимо, этого не замечал. Или не хотел замечать. Но признаться себе в том, что ему это нравилось, он, конечно же, не мог. Да, как и все парни, они могли шутя пожамкать друг другу задницы, но не более. Тэхёна интересовали только девочки. А мальчиков он не рассматривал, даже если б ему предложили кругленькую сумму. А почему? Да потому что после того случая с голубками его три дня потом мутило ещё. Поэтому нет, он точно решил, что нет. А Чона он воспринимал, как брата, поэтому и спать они могли вместе, и за жопу друг друга мацать. С названым братом же можно. Правда? Чонгук же не разделял гомофобию друга. Он считал, что если человек красивый, то так и есть. И неважно какого он пола. Да, на девочек Чон засматривался, но и симпатичные парни его тоже привлекали. Просто потому что если красиво, то красиво. Но он не воспринимал это как сексуальное влечение. Куда там, пусть сначала в штанах дорастёт. Ну это он считал, что не готов. На самом же деле просто ещё не попался человек способный сильно возбудить его. Или попался? Нужно разбираться.Неизвестный номер:
Господин, Пак. Это Чон Чонгук. Я проверил своё расписание. Могу посещать занятия в среду, субботу и воскресенье после 18. Вам удобно будет?
Хореограф: Привет, Чонгук, уж думал, ты передумал. Я могу в среду и воскресенье. Записываю тебя на 19:00, ок?Неизвестный номер:
Ок. До встречи.
Изменить имя контакта. Малыш Гук.
***
Учёба не напрягала, но подготовка к экзаменам наводила смуту у окружения. Танцами Чон занимался регулярно. Точно также, как регулярно наблюдал собачущигося Тэхёна со вторым красавчиком школы. Ким Сокджин — тот самый золотой гопник. Высокий брюнет с широкими плечами, пухлыми губами и лицом, как с обложки журнала. Пусть у этих двоих и были одинаковые фамилии, но будь они родственниками, то точно бы поубивали друг друга. Так, невзначай, за семейным ужином. У Тэхёна появилось новое занятие, помимо каждодневной порции отборных ругательств друг друга (с парнем из параллельного класса). Он теперь стал ненормально много внимания уделять противоположному полу. А те только и делали, что кипятком ссали. Стоило Киму подмигнуть или смахнуть рукой волосы. Чем тот нещадно пользовался. Ну, чем не чёртов искуситель, а? Чон только посмеивался с этого. Но и удивлялся не меньше. Когда днём на выходных застал друга с одной, а вечером с другой. Но ему как-то было не до всех этих любовно- обольстительских штучек. Он всё же собирался успешно сдать экзамены. Хоть девочки и подходили по пять раз на дню, предлагая куда- нибудь сходить или чем-то угостить. Чон был занят. Чону было не до этого. А вот в его девственно-юном, а заодно и полном тестостерона, мозгу начал появляться нездоровый интерес к своему хореографу. Да, кто ж тут устоит-то? Этот блондин, Пак Чимин, тот ещё демон-искуситель, скрывающийся под видом ангела. Похлеще Тэхёна будет. И делал он это не специально. А просто его подкаченное тело, изящные небольшие руки и мягкие черты лица делали всё за него. Стоило только заглянуть в его тёмные, как бездна, глаза или***
Ещё ближайшие несколько недель Чонгук всё также невольно залипал на хореографа и тщательно это скрывал. Потому что ну его нахер. Потому что стыдно. Но сделать ничего не мог. Он также ходил на свидания. Также доказывал Тэхёну, что он не готов. И также ни с кем не встречался, потому что не мог определиться. Нет, не одну из… А её или его. А выбирать не приходилось, так как «Её» было много, а вот «Его» ни одного. Не считая, конечно, душку хореографа. Но тот не знал о влечении парня. Или всё-таки знал, но молчал? А ещё Чонгук боялся. Тэхёна. Если тот вдруг узнает, что его друг перешёл наCristina Perry — A thousand years.
Начался проигрыш. Они заняли свои позиции. Их руки начали показывать первые движения. Настолько плавно, что, казалось, будто они рисуют по воздуху. Их движения были решительны, а каждый мускул напрягался в такт музыки. Ноги выводили круги по затёртому полу зала. Они то опускались на колени, то выводили движения лёжа на полу. Звучала уже середина песни. А их тела максимально близко, сливаясь в одно, делают связку, когда один партнёр поддерживает другого за талию, повторяя движения друг друга. Затем разворот и вот они уже чуть ли не дышат друг другу в лицо. Каждый взгляд и вздох, когда их тела соприкасались, казался Чонгуку чем-то постыдным. И каждый раз он краснел. Боже, Чонгук, да что с тобой? Это же танец. Перестань вести себя так. Это была его единственная мысль для концентрации. Но, как и предполагалось, она ему не помогала. И каждый раз он пытался это скрыть и поэтому сбивался. Но ведь у танца нет половой принадлежности. И неважно кто сейчас возьмёт тебя за талию и сколько ему лет. Потому что танец — это танец. А вся эта сексуальная видимость создаётся лишь у нас в голове. И каждый воспринимает её по- своему. А вот иллюзия ли это? Нужно разбираться. — Так, малой, ну что опять? — недовольно протянул Чимин, останавливаясь. — Ничего. Просто сбился, — пожал плечами Чонгук и опустил голову. — Ладно. На сегодня всё. Видимо, ты устал, — Чимин взял полотенце и бутылку воды. Подошёл к телефону и убавил громкость песни. Чонгук пару секунд медлил, когда шёл за своим полотенцем. Но всё же решился спросить. — Мы можем заменить эту часть, где стоим близко друг к другу? — уверенно спросил он, вытирая лицо и шею от пота. — Что? В чём проблема? — парень остановился с бутылкой у губ. — Эм…ну…это слишком близко, — еле слышно пытался объяснить Чонгук, а полотенце в его руках сжалось до скрипа. Чимин прыснул водой и закашлялся. Он не думал, что младшего это смущает. Он видел все его реакции по отношению к себе. И предполагал, что Чон уже принял решение на какую сторону перейти. Но он видел и борьбу в его действиях. — Малыш, серьёзно? — вскинул брови хореограф. — Это танец, Чонгук, в этом нет сексуального подтекста. Или ты думал, что я тебя совращаю? — решил разобраться Чимин и уставился на парня с ухмылкой. Потому что правильно думал. — Нет…ну…я совсем не… — малой уже стоял с лицом ярче раскалённых углей. — Я совсем не думал о таком. Я просто… — он замолчал, не зная, что сказать. Чонгук всё также пылал и скрыть это уже ничто не могло. Чимин поднялся и подошёл к парню. Он окончательно решил проверить свою теорию. — То, что ты испытываешь чувства ко мне не должно отражаться в танце, — выдал Чимин и максимально сократил расстояние между ними. Чонгук стоял парализованный, вдыхая чужое дыхание. — Я у тебя первый? — Чимин смотрел прямо в огромные глаза Чонгука и уже знал ответ. — Я…я… — хватал воздух губами Чон. — Это ненормально, — произнёс он на выдохе, а глаза стали стеклянными от моментально скопившихся слёз. — Это вполне нормально, Чонгук, — спокойно сказал Чимин низким голосом. — Вы знали? — слеза предательски покатилась вниз. На мгновение он испугался. — Догадывался. Твои залипухи сложно было не заметить. Слишком много зеркал, — всё также спокойно говорил Чимин наблюдая за растерянным парнем. — Что ты чувствуешь, Чонгук? — Я…я не знаю… — жалобно прошептал младший. — Вы просто первый мужчина, который мне нравится…это странно, — не спеша говорил Чонгук, а по щекам самопроизвольно текли слёзы. — Но ещё более странно, что поцеловать девушку мне хочется меньше, чем вас, — он смотрел прямо в глаза парню, пытаясь увидеть реакцию на свои слова. Откуда в нём столько смелости, Чонгук не понимал. Но, видимо, жажда определиться со своими вкусами была сильнее стеснения. — Я понимаю, что сейчас в твоём организме гормонов больше, чем воды, но будь аккуратен в своих желаниях, Чонгук, — Чимин нежно стёр слезы с щёк младшего. На что Чонгук громко выдохнул и закрыл глаза. А кожа от прикосновений запылала ещё больше. — Только скажи и я помогу тебе, — парень говорил тихо, а напряжение между ними уже искрило. — Хочешь? Чонгук резко открыл глаза и уставился на хореографа. Он был уверен, что его не поймут. Что пристыдят и выгонят. Он молчал. А глаза бегали по лицу Пака и искали ответ. А точно ли он не шутит с ним? — Хочу… — еле слышно прошептал Чон, не двигаясь. И в ту же секунду губы парня напротив уже нежно прижимались к его. Чонгук сначала опешил. Казалось, что его тело оцепенело. На поцелуй он ответил не сразу. Чон всё осознал, когда пухлые губы напротив немного ослабили давление, а горячий и влажный язык прошёлся по его верхней губе. Младший закрыл глаза и поддался вперёд, отвечая на поцелуй. Разобрался? О, да. Это было мокро и жадно. Их губы соприкасались, затем отстранялись и снова впивались. А языки, как маленькие язычки пламени, обжигали рты друг друга. Руками они не касались. Было достаточно губ. Девочки так не целуют. И Чонгук понимал это с каждым их влажным касанием. Он принял это всем телом, когда мурашки были даже на кончиках пальцев ног. А его член предательски дёрнулся. Только мозг всё ещё отказывался понимать. Как и отказывался понимать это Ким Тэхён, который впервые за несколько месяцев пришёл проведать друга в студии. Тэ, ну почему именно сейчас?
