Расписание

      Сентябрь. Начало нового учебного года. Толпы первокурсников заполняют собой коридоры университета, ведь студенты первого года обучения ещё не знают, что можно прогуливать пары, как это делают коллеги со старших курсов. Всё ещё ходят всей группой и наивно полагают, что все преподаватели ставят автоматы и среди них нет очень требовательных, а если предмет ведёт молодой препод — закрыться у него проще простого.       То ли дело третий курс. Из всей группы в лучшем случае ходит на пары половина, а на лекции сидит хотя бы человека четыре. Уже прошли ужасы профильного предмета под названием теория электрических цепей и при виде Александра, который заваливал вопросами на экзамене, вздрагивали и прижимались к стене, а при виде Ростислава, который спрашивал каждый термин на лабораторных, вспоминали все свои глупые ответы, над которыми доцент смеялся почти в истерике.        Вот хорошо студентам. И Александра встретили по пути на очередную пару. И Ростислава поймали, пока уходили из университета. А сами эти двое друг друга никак в университете увидеть не могли.       Всё началось первого сентября. Александр пришёл к восьми утра просвещать второкурсников три пары подряд. И, забрав листок с расписанием, пошёл домой в обед, насвистывая какую-то песню.       «Ты че, выходной сегодня?» — Александр решил написать Ростиславу.       «У меня вечерники», — ответил Ростислав. Александр видел какую-то агрессию в поставленной в конце сообщения точке, хотя доцент ставил их всегда.       «(((» — таким был ответ ассистента.       «Позвони хоть, когда освободишься((»       «Саша, это будет поздним вечером, ты спать будешь, будто я тебя не знаю», — отвечал доцент.       «ТОЛЬКО ПЕРВОЕ СЕНТЯБРЯ, А ТЫ УЖЕ ДУШНИШЬ! РОСТИК, НУ ЧЕ ТАКОЕ, ВСЁ ЛЕТО ДУШНИЛ, И ВОТ ОПЯТЬ!!! КАК С ТОБОЙ РАЗГОВАРИВАТЬ ВООБЩЕ?» — Ростиславу даже повезло, что они с Александром находились в разных местах. Пришлось бы слушать это в живую. Не то, чтобы Александр раздражал, просто очень драматизировал.       «Саша, хватит устраивать трагедию, ничего не случилось».       Александр послал кучу плачущих стикеров и пошёл домой пешком, так и не дождавшись автобуса.       Ростислав пришёл на свои пары к семи часам и стал нести электротехнику в народ. Сначала лекцию прочитал, потом практику провел. Тоже забрал своё расписание и пошёл домой. Солнце заходило уже рано, поэтому доцента не шокировало, что на улице стало ещё темнее, чем когда он вышел из дома. Пока ждал транспорт, решил проверить новые сообщения.       «Ростик, прости, я остро воспринял твою прямолинейность», — оно было только одно и от Александра.       Ростислав посмотрел на время отправки. Всего лишь минут пятнадцать назад. Может, Александр ещё бодрствует. Доцент решил набрать ассистента.       — Здравствуй, Саша. Не спишь ещё?       — Только собирался, — ответил Александр, подавляя зевок. — Что-то случилось?       — Я тоже хотел извиниться, мне показалось, что я грубо тебе ответил, — сказал Ростислав.       — Извинения приняты, — более бодрым голосом произнёс Александр. — А то так можно было бы и дальше надумать всякой ерунды.       — Это правда. Теперь всё прояснилось, — Ростиславу тоже стало легче.       — Ты только из университета вышел, что ли? — поинтересовался Александр, слыша редкий шум транспорта.       — Ага, думаю вот, дождусь транспорт или пешком проще дойти, — ответил Ростислав, взглянув на наручные часы.       — Мученик науки, — посмеялся Александр. — Как только решишь идти пешком, обязательно проедет твой автобус. А я уже дома… — довольно произнёс он, зевая.       — Да повезло тебе, в первую смену работаешь, считай, — позавидовал Ростислав. — Ну, спокойной ночи тебе, что ли, буду ждать дальше.       — И тебе спокойной ночи. Напиши, как доберёшься, — ответил Александр.

***

      — Расписание может меняться первые две недели, об изменениях сообщим, — говорила заведующая кафедрой, встречая кого-либо из преподавателей. Общее расписание на кафедру из этих соображений и не повесили. Так и ходили коллеги, искренне удивляясь, когда сталкивались друг с другом в преподавательской.       Александр всё ходил с утра. Ростислав приходил вечером. Между окончанием пар Александра и началом пар Ростислава было очень много времени, поэтому ассистент на кафедре не сидел, было полно дел помимо работы.       Иногда было наоборот. Ростислав приходил с утра, Александр приходил вечером. И опять куча времени между парами. Доцент тоже человек занятой, некогда сидеть и выжидать коллегу. Хоть позвонить можно. Или в очередной раз выяснить отношения в переписке. Вернее, объяснить Александру, что конец света не произошёл и всегда есть выходные для встреч.       Выходные. Смешно. Это они в теории есть. На практике опять же находятся какие-то вечные дела, которые невозможно откладывать. И снова встречи переносятся на неопределенный срок.       Хорошо было весь прошлый учебный год. Пары в соседних аудиториях или хотя бы в одно и то же время стояли почти каждый день. Жаль, что начинаешь это ценить только тогда, когда учебная часть выкатывает новое расписание.       Друг без друга было тяжко. Вместе быть всё время невозможно, это понятная истина. Но хотя бы разок встретиться на работе или вне её. И уже стало бы легче. Было бы ощущение, что любимый человек рядом и никуда не делся. Оно, конечно, было в каком-то извращённом виде, но одними телефонными разговорами и сотнями сообщений сыт не будешь. Это отсутствие живого общения выливалось в мелкие ссоры. То одному не нравится, как разговаривает другой, то наоборот. И весь этот негатив ещё больше утомлял.       Первую половину сентября было тепло. Светило яркое солнце. Ясное небо и ни облачка. Птицы летели на юг. Листья окрашивались в жёлтый-оранжевый цвет. И посреди всей этой картины хмурый Александр, который устал от одиночества.       С каждой следующей парой желание заваливать студентов стремилось к нулю. Лениво водя маркером по доске, ассистент рисовал R-цепь и скучающим голосом повторял законы Кирхгофа про токи и напряжения. Попутно напоминал и закон Ома. Пока все не поймут, нет смысла идти дальше и разбирать новые темы.       — Извините, а что это? — студент показал на изображение индуктивности на схеме цепи.       — Ой, простите, я что-то задумался, — Александр стёр L-элемент и нарисовал три резистора, соединенных параллельно. —Найти входное сопротивление. Решайте пока, я сейчас вернусь.       Второкурсники вспоминали физику. И болтали на отвлеченные темы. Мол, насколько кошмарным будет экзамен. И повезло ли им с преподавателем. Старшекурсники говорили, что Александр валит. Но студенты пока этого не чувствовали, считали, что загрустивший ассистент никакой опасности не представляет.       Александр чувствовал себя сонным. «Погода, наверное, меняется…» — подумал он. Умылся холодной водой, но не сильно от этого взбодрился. Сбегал до кафедры, чтобы взять новое расписание. И вернулся снова донимать второкурсников своими задачами.       Ростислав снова пришёл на пары вечером. Получил листок с новым расписанием. Добавили ещё одну лекцию на некоторое время, попросили заменить заболевшего доцента. Молодой доцент тяжело вздохнул и пошёл вести занятия за себя и за коллегу. Перспектива читать две пары подряд одно и то же не радовала совсем.       Но это ещё полбеды. Ещё выплыли должники, которые молили поставить хотя бы троечку. Те самые полгруппы, которые не сдали экзамен. Ещё и должники по лабораторным работам появились, которых доцент видел на занятиях один раз в начале прошлого семестра.       — Что такое источник тока? Как найти время переходного процесса? Как выглядит формула делителя напряжения? — спрашивал Ростислав, выжидающе глядя на студента поверх очков.       — Такого не было в лекциях!!!       — Потому что на лекции ходить надо, а не молить троечку поставить. Никаких троек, учим и приходим снова, — полураздражённо отвечал Ростислав, ставя минус в ведомости. — Кто там с лабораторными? Вам такие же вопросы задам, не думайте, что легко отделаетесь.       — Какой он душный, я не могу, — жаловался студент своим одногруппникам.       После занятий Ростислав брал в ближайшей кофейне приторный латте с сиропом и шёл домой пешком. Считал, что если прогуляться, то станет немного легче жить, а от сладкого улучшится настроение.       «Саша, спишь?» — может, хоть Александр тоже выйдет проветриться.       «Сплю», — ответил Александр через некоторое время. Ответил и перевернулся на другой бок.       «Тогда спокойной ночи», — набрал Ростислав в ответ, улыбнувшись. Был рад, что дорогой коллега уже отдыхает. В отличие от него, только идущего домой.

***

      Погода и правда поменялась. Бабье лето закончилось. Пришли мерзкие дожди. И пришли неожиданно для Александра. Только вышел из университета после третьей пары, сразу же попал под дождь. Потом ещё и по лужам побежал на автобус.       Домой пришёл сырой и злой. Ноги промочил. Рубашка была влажной из-за насквозь промокшей куртки. И зубы стучали от холода. «Будет прикольно, если я заболею», — подумал ассистент, переодеваясь в сухую домашнюю одежду.       Вечером и правда поднялась температура. Александр не хотел идти в больницу. Решил лечиться дедовскими методами. Выпил рюмку водки и лёг спать, завернувшись в тёплое одеяло. Но легче от этого не стало. Ну и ничего прикольного не было. Заболел. Пришлось срочно писать старостам групп, что занятий не будет. И искать свободный номерок к терапевту.       Александр не хотел утром вылезать из тёплой кровати и идти снова под дождём в поликлинику. Но температура не позволяла вызвать врача на дом, была слишком низкой, чтобы быть поводом для этого. Пришлось идти на своих двоих и воевать с пенсионерами в очереди, потому что номерков ожидаемо не было, а в очереди были те, кому просто спросить, и те, кто без очереди, и те, кто такой же несчастный с простудой.       Ассистент сначала сидел на скамейке. Потом встал, чтобы уступить место какому-то деду. И медленно скатывался по стене от утомления. Очередь почти не двигалась. Александра трясло от озноба. «Ещё час в таком положении и я сдохну», — думал он, сдувая с лица прядь своих каштановых волос, которые так и не легли в нормальную причёску. И тут ему повезло: в очереди перед ним остался один человек.       — Это просто ОРВИ, жить будете. Принимайте таблетки по схеме. Будет хуже — приходите, новое лечение назначим, — сказал врач, отдавая карту, список с назначениями и больничный лист.       Александр как в тумане добрался до дома. Даже не помнил, как сходил в аптеку за лекарствами. С температурой 38 хотел написать завещание. Но сильная слабость делала всё тело таким тяжёлым, что было легче просто лежать звездочкой на кровати. Однако всё же надо сообщить Ростиславу о своём состоянии, ему же не всё равно?       «Ростик, я заболел ((((»       «Ты как? Может, принести тебе что-нибудь?» — Ростислав собирался на работу и хотел по пути навестить Александра, раз уж тут такое дело.       «Я заразный и злой, лучше не подходи ко мне», — ответил Александр.       «Лекарства, продукты?» — Ростислав решил сделать вид, что ничего не видел.       «У меня грипп, Ростик, никаких свиданий», — Александр еле попадал пальцем по буквам. Знал, что Ростислав не отстанет, решил наврать насчёт диагноза ради устрашения.       «Обниматься не будем, целоваться тоже», — ответил на это Ростислав.       Александр ответил на это многоточием. Через некоторое время написал ещё:       «Тем более не подходи, я же сказал, что я злой».       Даже точку поставил. Ростислав всё понял, пожелал скорейшего выздоровления и пошёл вести пары.       Толпы должников нагоняли тоску. Новость о том, что Александр на больничном, тоже добавляла грусти. Ростислав почти не вслушивался в ответы студентов. Думал о своём. Хотел как-то организовать рабочий процесс, чтобы не сидеть до ночи в университете. И надо точно позвонить Александру. Узнать про самочувствие и ещё раз предложить что-нибудь сделать. Ассистент наверняка ещё с прошлых своих отношений пытается казаться тем, кому не нужна чужая помощь. Лучше лишний раз убедиться, что ему ничего не нужно, чем потом винить себя за то, что не помог, хотя мог.       Так и проходили пары у Ростислава. Мыслями он был везде, но не на занятии. Неужели они все эти полгода с Александром не увидятся? Было ощущение, что люди с отношениями на расстоянии видятся чаще, чем они, живущие в соседних районах и работающие на одной кафедре. Надо освободить себе время на выходных и уж точно встретиться. Поделиться друг с другом своими успехами, посетовать на неудачи и морально поддержать друг друга в этот тяжёлый период под названием начало учебного года.

***

      Александр был на больничном недели полторы. И эти десять дней как будто и не жил. Узнал, что расписание опять изменилось. Что никто за него пары не проводил и придётся в спешке объяснять темы. И что скоро будут олимпиады, а списки участников никто, конечно, не собирал. От осознания того, что предстоит крутиться в этой бешеной рутине от выходных до выходных, ассистент расстроился. И с никаким лицом вышел на работу в понедельник.       Должники. И Александра они вгоняли в ужас. И ладно бы только свои. Судя по лицам, эти люди ходили на занятия к другим преподавателям его кафедры. Но, как назло, никого не было сегодня, кроме Андрея, где-то проводящего практики и уверяющего, что жизнь обязательно наладится. Хоть Александр и слыл оптимистом, сейчас ему не особо в это верилось. И так утомляла работа, ещё и с больничного только вышел. Андрей лишь смеялся над молодыми коллегами, приговаривая: «В ваши-то годы…»       — Ой, извините, а можете это вашему коллеге отдать? Он сказал на кафедре оставить, а я не знаю, когда у него пары, — студент принёс пачку лабораторных.       На титульном листе красовались фамилия и инициалы Ростислава с его же подписью. Александр хмыкнул, но лабораторные забрал. «А я типа знаю, когда у него пары», — подумал ассистент. Оставил пачку отчётов на столе и отправился ужасать второкурсников количеством заданий, которые нужно сделать за неделю.       Через пару дней Александр снова пришёл в университет. В этот день объявили, что расписание больше не будет изменяться. Ассистент обрадовался. Теперь-то жизнь точно должна наладиться, больше никаких выбросов, как на графике реальной переходной характеристики. Александр взял из шкафа папку с домашками своих студентов и побежал на пары устраивать разбор полётов. Пока был на кафедре, успел заметить, что отчёты уже прибрали. «Надеюсь, это был Ростик», — подумал Александр.       Ростислав пришёл парой позднее. Как раз при нем повесили общее расписание кафедры. Куда, конечно, доцент не взглянул. Понял, что если сейчас же не пойдёт в аудиторию, то опоздает на пары. Поэтому он забрал ведомости и поспешил на занятия.       — Записываем тему. Звучит она так: «Переходные процессы в цепях первого порядка». Эту тему надо знать, она у вас встретится и в других предметах далее. Ваши коллеги со старших курсов почему-то именно на этом вопросе на экзамене и плавали… — говорил Ростислав, изображая на доске электрическую цепь с ровно нарисованной катушкой с четырьмя витками. Когда закончил рисовать цепь, вернулся к теории. Группа на лекциях была не у него, у другого преподавателя, но это не значило, что с Ростиславом они на сессии не увидятся. Обычно лекторы отдавали часть группы на растерзание практикам.       Александр рисовал на доске случай дуальный. Вместо катушки нарисовал конденсатор. И кучу резисторов, чтобы жизнь мёдом не казалась. Пока думал, как ещё усложнить цепь, навалился на стену. Услышал, что в соседней аудитории тоже занимаются этой темой. И почему-то до боли знакомый голос объяснял, как искать постоянную времени. «Всё, брежу, надо было ещё на больничном посидеть…» — размышлял Александр.       — Вам плохо? — побеспокоился кто-то из студентов.       — Нет, мне хорошо, я просто задумался, — ответил Александр. А сам пытался уловить каждое слово, сказанное за стеной. Может, не бред. Может, правда тот, кто нужен.       Ростислав продолжал объяснять, как получают уравнения для реакций в цепи. Пытался уложить всю тему в одну пару. Чтобы на следующем занятии рассматривать случай посложнее.       Александр принялся объяснять то же самое, но своей группе. Ещё и задал кучу заданий на дом. Пока группа думала над задачей с конденсатором, ассистент нарисовал цепь с катушкой индуктивности. Чтобы студенты уяснили, как эти случаи похожи, хоть и разные по содержанию.       Ростислав слышал размеренную речь Александра за стеной. «Выздоровел, что ли?» — посетила его мысль. Вслушался внимательнее. Точно ассистент выздоровел, опять выясняет у студентов каждую формулу. Доцент очень обрадовался тому, что коллега снова на работе. И сам уже бодрее вёл занятия.       В семь вечера занятия закончились. Студенты резво разбежались по домам. Студенты Александра, конечно. Ростислав опять выяснял, что там у должников. После часа выяснений того, сколько ещё всем придётся страдать, Ростислав показал студентам в сторону двери:       — Мой рабочий день окончен. Расписание консультаций висит на кафедре. Всего доброго.       Александр только собирался выйти из аудитории, и его чуть не сбила с ног толпа студентов. В любое другое время ассистент сам бы всех растолкал. Но не в первую неделю после больничного. Он только возвращался в привычный ритм жизни, и общая слабость этому совсем не способствовала. Трудно было уговаривать себя послушать после основных занятий ещё толпу должников. Хотелось пойти домой и уснуть до момента, когда всех безответственных студентов отчислят.       Ростислав делал отметки в ведомости. Написал себе список людей, которые не делают задания вообще. Прикрепил скрепкой к пачке листов с выполненными заданиями. Стыдить студентов за невыполнение учебного плана — дело гиблое, но их лектору можно и намекнуть, кого на экзамене надо трясти по каждой теме.       И вся эта работа так утомляла. Своих научи, ещё и за других преподавателей пары проведи, ещё должников выслушай. Доцент давил пальцами виски. Когда уже этот кошмар закончится… «Надо бы идти на кафедру, пока Сашка не убежал, а то неизвестно, когда снова встретимся с таким расписанием…» — подумал Ростислав. Доцент тяжело вздохнул и встал из-за стола. Взял ключ, накинул длинный ремень сумки на плечо. И вышел из аудитории, лениво закрывая дверь.       Как раз из соседней аудитории выходил ассистент. Оба преподавателя пару секунд в удивлении друг друга разглядывали, видимо, убеждались, что им не показалось и они реально встретились. Александр кинул ключ в карман куртки. И, ничего не говоря, кинулся с объятиями к Ростиславу. Так и повис на его шее.       Ростислав обнял Александра в ответ. Чувствовал, как тот дрожит от волнения, и гладил его по спине. Александр лишь ближе прижался к Ростиславу. Чувствовал себя защищённым.       — Я думал, этого никогда не случится, — проговорил Александр. Чувствовал, как по щекам текут слёзы. Долгожданная встреча растрогала ассистента.       — И мне так казалось. Но, как видишь, удача на нашей стороне, — ответил Ростислав. Сам тоже прослезился, хотя редко проявлял эмоции так ярко.       Александр зажмурился от счастья. Понимал, что соскучился по приятному голосу Ростислава. И по его крепким объятиям тоже.       — Давай ещё так постоим, мне этого так не хватало, — Александр не спешил отпускать Ростислава.       — Я тоже соскучился, Саша… — Ростислав и не был против. Ещё бы Александр что-то рассказал новенькое, цены бы ему не было. Да пусть даже бы поругался на кого-нибудь. Доцент любил, когда ассистент эмоционально рассказывал о происшествиях в своей жизни.       Вдоволь наобнимавшись, преподаватели всё же решили пойти на кафедру. По пути Александр рассказывал про свои похождения в больницу. И про то, как хотел вылечить простуду за один вечер. И как он ненавидит тех, кто составляет расписание, чёрт бы их побрал. Ростислав был счастлив всё это слышать. Ему не хватало живого общения с Александром.       — Давай наваляем учебной части, че они такую хрень сделали с расписанием?! — возмущался Александр.       — Я против насилия, но им с удовольствием бы врезал, — согласился Ростислав. И улыбнулся своей милейшей улыбкой, что Александр совсем растаял.       — За что ты такой милый, Господи… — посмеялся Александр, уткнувшись в плечо доценту. — Пойдём, хоть по парку прогуляемся, я не могу просто так с тобой разойтись, почти месяц не виделись!       — Конечно пойдём, расписание ещё на кафедре посмотрим, — согласился Ростислав.       — Я их точно разнесу, если это единственный день, когда мы видим друг друга в университете! — ассистент продолжал угрожать составителям расписания, чем очень забавлял доцента. И коллег с других кафедр, которые шли навстречу.       Расписание посмотрели. Пары в одно и то же время стояли только один день в неделю. Зато выходные совпадали. Хоть что-то.       — Нас не разлучит их поганое расписание!!! — радовался Александр.       — Конечно нет, — соглашался Ростислав.       — Завтра выходной, так что идём гулять всю ночь по парку! — продолжал Александр.       — Кто-то недавно с больничного вышел, — Ростислав не хотел рушить планы, но чувствовал, что обязан внести в них хоть немного реалистичности.       — Тогда полночи, — предлагал другой вариант Александр.       — Ты легко оделся, замёрзнешь, — Ростислав продолжал сообщать неприятные факты о реальности.       — С тебя чай, ничего больше не хочу слышать! — Александр хлопнул Ростислава по плечу.       — Тогда идём прогулочным шагом до парка. А потом идём пить чай, — предложил Ростислав. — Но если ты устанешь раньше, дай знать, поедем на транспорте или до тебя, или до меня. Раз чай с меня, то приглашаю в гости, завтра всё равно выходной.       — Отлично придумано, Ростик! Пойдём! — согласился Александр.       Преподаватели оставили ключи от аудиторий на вахте и отправились в сторону парка размеренным шагом. Этим вечером им хотелось восполнить всё то время, которое они провели друг без друга. Конечно, не каждая минута была заполнена разговорами. Было приятно и помолчать. Главное, что вдвоём.