Drunk Jazz

Парень одиноко стоит на крыше высокого здания в порту. Тусклый закат солнца сливается с таким же перевёрнутым отражением в воде. Обстановка помогает наконец хоть немного выдохнуть, дать волю переживаниям и размышлениям о собственной жизни, которые долго таились внутри. Остаётся совсем немного свободного времени. Большую часть поручений главы Портовой мафии выполняет именно Накахара, что так добивался своей должности, каждый раз доказывая свою верность и заинтересованность о благополучии организации, теперь ставший лучшим и самым задействованным исполнителем. После утраты дорогого ненавистного ему человека, смеющего ранее называться напарником Накахары, мафиози просто выпустил ту самую ниточку, за которую цеплялся почти всю жизнь, в надежде подняться на ноги, и уже какой год просто… существовал. Выживал. Им пользовались, с ним игрались, а он давал этому продолжаться, слепо доверяя и не видя грани между шуткой и реальностью. Теперь это может делать только он, правая рука Мори-сана наравне с его дорогой сестрицей Коё. Как жаль, что Чуе давно уже не нужна вся эта мишура на работе или статус в криминальном мире *** Яркое холодное освещение с ламп на потолке и слабый лунный свет из окон облицовывал коридор. Пол едва ли подавал звуки при ходьбе по нему. Это привычный контраст комнат для Накахары. Запомнившийся, но не уютный, и уж тем более не любимый. Двери лифта открываются и в поле зрения попадают около пяти охранников, которые тут же напрягаются, но, увидев знакомое лицо молодого человека, как-то облегчённо выдыхают и возвращают себе серьезный задумчивый вид. Чуя проходит последние метры по прямому коридору к тяжёлой деревянной двери кабинета Мори Огая. Постучав, парень подождал, когда ему крикнут разрешением, после заходя внутрь большого кабинета. С тех пор как Дазай ушёл, оставив после себя лишь пустоту и напряжение в организации, Накахара стал безразличен ко многому, научился лучше контролировать гнев, при этом просто заменяя почти все эмоции озлобленностью. И развил слишком не присущую ему жестокость. Пытками, всевозможными вариантами убийств он пытался спрятаться от реальности и выплеска накопленных эмоций, иногда заходя к Чёрным Ящерицам на допросы пленных. — Ну здравствуй, Чуя-кун, — отозвался Огай со своего места. — Здравствуйте, Мори-сан. Что случилось? — коротко бросил Накахара, двигаясь в сторону стола босса, и останавливаясь напротив в лёгком уважительном поклоне. — А ты все раздражительнее. — мягко подметил глава. — Какова причина моего вызова сюда? — начинал хмуриться парень. Огай тихо усмехнулся и опустил голову, прикрыв глаза. С минуту он молчал, будто размышляя о чем-то. — Мафию обвиняют в убийстве. — Мори резко кинул острый взгляд в сторону исполнителя, — Мне показалось, тебе будет интересно взять это дело. Босс снова замолк. Бросал редкие взгляды на юношу и наблюдал за его реакцией, но больше ничего не произносил. Некоторое время Чуя ожидал дальнейших указаний, но так их и не дождавшись, отчеканил: — Так вы скажете мне уже наконец, что случилось? Накахара помрачнел. Брови, между которыми виднелась уже привычная складка, все сильнее сдвигались. Внутри у него все закипало, по груди разливался кипяток, смешивающийся с желанием, появляющимся в последнее время чаще. Убить Мори нельзя, Чуя, что с тобой происходит? Никогда. — Дело касается предателя мафии, твоего верного напарника — Дазая Осаму. Парень неожиданно для самого себя распахнул глаза и замер, едва дыша. Внутри все резко вскипело ещё больше и так же быстро похолодело, после осознания сказанного боссом. Эта странная гамма эмоций вновь пронеслась по всему телу и заставила всё сжиматься изнутри. Желание увидеть спустя столько лет никуда не уходило, но обида всегда отрезвляла, заставляя порываться ударить по знакомому лицу гораздо сильнее предыдущих раз. Только у его напарника этого предателя получалось сбить весь мыслительный процесс, даже не появляясь при этом лично. — И что с ним? — Голос хрипло разнёсся в гробовой тишине. Опять он. Почему? Зачем появляется в его жизни каждый раз?! Наблюдающий за чем-то в окно глава, перевёл тяжёлый взгляд на собеседника. — Он мёртв. — Огай не отводит глаз, ожидая реакции. Мертв, значит. Играешь в свои игры, да, Дазай? Ни Мори, ни Накахара на это не попадутся. Слишком легко и глупо. Умри ты по-настоящему, об этом бы узнала вся Йокогама, если не Япония. Ты, скотина, привлекать внимание любишь! Какой же ублюдок, на тебя ещё время своё тратить. — Что с того? — фраза Чуи прозвучала довольно резко и громко, — При чем тут я? Ещё мгновение на анализ выражения лица исполнителя, и глава организации наконец медленно четко проговорил: — Труп Дазая нашли на территории Портовой мафии. Он добился прекрасной репутации, благодаря чему нас обвиняют в его убийстве. В комнате вновь стоит напряжённое молчание. Чуя безразлично уставился в стену за спиной босса. Тут и идиоту будет ясно, зачем парня вызвали. Возиться с расследованием о его смерти, какой позор! Только через некоторое время ровным голосом задаётся вопрос, ответ на который уже и так знали оба. — Вы хотите, чтобы я доказал невиновность Портовой Мафии в этом деле? — Да, именно так. — Мори устало глядит на Накахару, пальцем лежащей на столе ладони постукивая ритмичные удары. — А мы и правда невиновны? — губы сами растягиваются в кривую и натянутую ухмылку, а глаза с каждой секундой все сильнее разочарованно поблёскивают. Что за тварь! Конечно, умер! По дороге мафиози видел труп дворняги около мусорных баков, не он ли это был? Вот это достойная смерть для тебя — быть сбитым машиной какой-то прекрасной девушки! Новый способ самоубийства? Не верится даже, ха! Глобальный розыгрыш Портовой мафии! Да ты постарался, ублюдок! Занавес! — Мы не пересекались совершенно. Наших людей хотят подставить. — Огай тяжело поднимается с места. Его осунувшееся бледное лицо выражает лишь вселенскую усталость. Сколько он опять не спал? — Хорошо, Мори-сан, я вас услышал и беру дело. После этих слов парень резко развернулся, стараясь быстрей дойти до двери. Его плащ исчез в дверном проёме уже через несколько секунд. Мори внимательно наблюдал за действиями своего подопечного. Накахара за все свои года в мафии набрался огромного опыта и добился небывалой силы, да такой, что в какой-то мере мог заменять Дазая, пусть и другими методами. Он расколет, сможет отыскать и убить любого человека, на которого отдали приказ. Этот парень и правда был готов на все ради организации. — Иногда я не понимаю, чего ты хочешь, Чуя Накахара, — опустил голову Мори, рассматривая красный ковёр, — Но я прекрасно знаю, что ты яро желал убить Осаму Дазая сам, хотя никогда не сделал бы этого. После этих слов Огай развернулся к столу, беря в руки ручку. Несколько движений, сопровождающихся скрежетом по бумаге, и на тусклом лице расплывается улыбка, больше похожая на оскал. — Прости, мальчик мой, что не дал тебе этого сделать.