Интервью

Гарри Поттер, как всегда, был в своём репертуаре. Только он мог назначить встречу в месте, где только что приключилась какая-то очередная вселенская бяка местного разлива и крутилась журналистка. Эта братия, которую уважать было трудно из-за любви к передёргиванию фактов, осмелевшая в относительной безопасности, снова оказывалась так, где пахло жареным. Аргус вздохнул, подошел посмотреть, что же произошло — ничего нового, просто очередной прилёт ракет на сработавшую магию — встретился взглядом с девочкой, ищущей сенсацию, и приготовился к очередному приставанию. А место было хорошим — слегка запущенный парк, тропинка, мощенная брусчаткой, лавочка неподалёку. И воронка от взрыва, которая портила пейзаж. — Мистер Филч, это газета «Новости магии». Вы дадите интервью? — Не думаю, что… — Мистер Филч, пожалуйста. Вы точно знаете всё о выживании. Расскажите нашим читателям. Журналисточка была хорошенькая. Блондинка с большими чёрными глазами и маленьким ротиком бантиком. Невысокая, точёная, хрупкая и вся из себя девочка, такая, что Аргус вначале даже удивился про себя: как такое чудо пережило апокалипсис, устроенный магглами? Но потом вспомнил, что из себя представляет газета «Новости магии», и скривился. Помойка. Почему-то вышедшая в тираж помойка. Невинных девиц там точно не было — только одни пираньи, претендующие на звание акул. — Вряд ли я могу рассказать вам что-то новое, мисс… —- Эвил. Дебора Эвил. — …Мисс Эвил, о чём вы сами не знаете. Через попытки выжить, разобраться с тем, что происходит, и понять, как жить дальше, прошли все без исключения маги. Это было нашей общей задачей. — И всё же вы отличаетесь от многих других, мистер Филч. Вы сквиб, пожилой человек и ранее не имели почти никакого авторитета в Хогвартсе, где вы работали завхозом. Как вам удалось стать лидером среди молодых, сильных магов и провести свою группу через череду испытаний на прочность почти без потерь? Она его так разозлить пытается и тем самым вывести на откровенность? Аргус фыркнул про себя. Нет, сравнив Дебору с пираньей он, пожалуй, погорячился — она щурёнок, маленький будущий хищник, и он ей не по зубам точно. Не с его прошлым завхоза в школе магии. Скользнув взглядом по прикрытым тканью рукам, тщательно замазанной магической косметикой левой половине лица, он заметил намёки на шрамы. Интересная она девочка. Очень интересная. Пожалуй, он ошибся, когда посчитал, что она отсиделась в самое жуткое время апокалипсиса. Что ж, Аргус Филч умел признавать ошибки. Пришлось научиться. — Ну, совсем без потерь нам обойтись не удалось. Пришлось приспосабливаться и учиться всем вместе. Это был мой первый постапокалиптический год, и я должен был выяснить, что делать и как спасти детей, попавших под мою ответственность. Не сказать, что я когда-то об этом мечтал, но жизнь подчас не оставляет выбора. Полагаю, вам знакома подобная ситуация, мисс Эвил. — Дебора, пожалуйста, мистер Филч. Да, мне это мне знакомо. Но откуда вы узнали? — Я просто знаю куда смотреть. Присядем? Лавочка была деревянной и чуть влажной от вечернего дождя. Дебора посмотрела на неё с подозрением, но всё же решилась сесть. С начала апокалипсиса магию старались по пустякам не тратить — выяснилось, что в нынешней зараженной атмосфере она легко отслеживается и привлекает ненужное внимание. — Мне было двенадцать, когда началась катастрофа. Моим домом были барсуки, и мне казалось, что мы были сплочённой командой. Увы, мне так только казалось. Расскажите мне вашу историю, мистер Филч. — Апокалипсис-то вы помните? — улыбнулся Аргус. Дебора кивнула. — Конечно! Тогда всё взрывалось и страшно было до дрожи. — Вот и я помню. На вторую германскую войну похоже, только её страшнее. Маги могут сколько угодно говорить, что их магические войны жуткие, да только магглы убивать друг друга умеют гораздо лучше и качественнее, что уж говорить. А уж что там послужило причиной, а что следствием — дело десятое. Та война незабываема, девочка, хоть мне тогда было совсем мало лет, но голод, холод и бомбёжки забыть невозможно. Я всегда недолюбливал детей, тут признаюсь как на духу, но когда всё вокруг начало взрываться, а меня окружили растерянные дети, не знающие, что делать, я просто не смог пройти мимо. Детей было пятеро. Первогодки с нелюбимого Аргусом факультета Гриффиндор, всегда шумные, наглые и совершенно не считающиеся с ним, что заставляло его сожалеть о запрете на розги, они тогда были притихшими и почти робкими. И как назло поблизости не было ни одного взрослого мага, которому можно было их перепоручить. Замок мог выдержать взрывы, в конце концов, его строили для обучения детей-магов с их нестабильным магическим фоном и выбросами, но вот подземелья с их озером никак не являлись безопасными, и Аргус повел своих будущих подопечных наверх в маленькую комнату на первом этаже. Где немедленно занавесил окна — как потом выяснилось, он был прав: замок выдержал, а вот стекла в Большом зале нет. Было много раненых. Несколько учеников осколками стекла ранило серьёзно. А у них были Шекспир, керосиновая лампа, печенье и взрывы где-то вдали. Их окно, кстати, тоже выбило. — А потом? — Потом? Взрывы повторялись и повторялись, потом в Хогварсте стало небезопасно, потому что магия фонила, привлекая внимание озлобленных людей, заклинания стали получаться через раз, и Хогвартс решено было оставить. Вот только организованно уйти не удалось — пришлось бежать и… Раздавшийся хлопок аппарации заставил Дебору дёрнуться. Ну да, аппарацией теперь пользовались редко — магия была слишком нестабильной, чтобы так рисковать. Но, конечно же это не касалось Гарри Поттера, слишком героя, не представляющего свою жизнь без риска. —- Мистер Филч, извините за опоздание, но… — Вы идиот, мистер Поттер. Разве можно так рисковать из-за того, что вам просто лень прогуляться? Вы хотите чтобы нам на головы прилетела очередная ракета? неужели нельзя назначить место встречи где-нибудь, куда вы можете дойти ногами?.. — Потом доворчите, мистер Филч, а пока некогда. Нас раскрыли, деревня в руинах. Уходим отсюда. Девушка? — Я думаю, девушка с нами, — усмехнулся Аргус, взглянув на притихшую Дебору. Гарри кивнул, схватил Аргуса за плечо, притянул к себе растерянную журналисточку и начал серию аппараций.