Один кофе для сталкера, пожалуйста

Сегодня у Антона был выходной, после прошлой ситуации которая произошла две недели назад не хотелось абсолютно ничего. Хотелось остаться дома, укутанным в каком-нибудь мягком пледе, с книгой в руках. Было бы еще лучше, если бы сегодня его возлюбленный был рядом, но к сожалению, он уехал и будет не скоро. Парень стоял возле плиты, слыша за окном гром. На темном небе иногда была молния. Антон смотрел на небо, и когда там появлялась довольно большая молния, ему это напоминало сердце, которое было уже миллион раз разбито, но его постоянно заклеивали. Мешки под глазами очень мешают жить, особенно когда ты работаешь с людьми. До этого Шастун никогда в жизни не красился. Но сейчас пришлось откапать косметичку его подруги, чтобы пользоватся тональным средством..и что там еще девушки используют.. В нос ударил запах только что сваренного кофе, который тут же распространился по всей квартире. Находится одному не было страшно. Все же, дом моя крепость, верно? Вот и Антон так думал. А еще Антон думал, что Эд поехал на работу. По крайней мере, очень хотел в это верить. Конечно, прошлые измены не были доказаны, поэтому собственно они еще вместе. Если бы он узнал, что Выграновский ему изменяет, то точно бы ушел. У него вообще с доверием очень плохо. Шастун иногда посматривал на нож, а точнее, его любимый нож, который лежал рядом. Почему любимый? Мм..может потому,что именно этим ножом он пытался вскрыться как-то раз? Да. Скорее всего. Его преследовали навязчивые мысли, что если взять и пырнуть себя ножом, то будет просто прекрасно. И даже страдать не придется. А еще не придется прятаться от того незнакомца, который не успокаивается и продолжает преследовать Антона абсолютно везде. В очередях магазина юноша иногда чувствует на себе пристальный взгляд. И он прекрасно понимает, чувствует, что смотрят на него голубые как океан глаза, словно собираются прожечь дыру. На парковке, в примерочной, на работе. Да сука абсолютно везде он чувствует его присутствие. Даже дома иногда, но это скорее его паранойя. Так считал сам Антон. Его парень же вообще на это никак не реагировал. Ему было все равно. Думал, само пройдет, ничего не случится. А ведь Шастун хочет, чтобы его поддержали, обняли и поцеловали в конце концов. Хоть какая-нибудь нежность была бы для него уже праздником. —Эд, ты так рано вернулся? Неужели отпустили? — эти слова прозвучали после того, как дверь в квартиру открылась, и громко захлопнулась. Антон выключил плитку и пошел в коридор. — Знаешь, ты хотя бы предупредил бы. Я может успел бы еду сделать… Еще теть Марина заходила, проверяла сче... Его глаза уставились совершенно не на Эда. Перед ним стоял мужчина, мокрый из-за дождя на улице. На лице играла улыбка. Естественно Шастун перепугался не на шутку, особенно испугался того, что у этого мужчины в руках блестел кухонный нож. Тот самый, на который смотрел Шастун на кухне, думая о суициде. —Как, черт возьми, он попал сюда? Какого... У него в руках нож, который лежал на кухне? —Я знаю о чем ты думаешь, Антошенька. Он сглотнул ком в горле, видя как улыбка мужчины становится все шире. Глаза Шастун рассмотреть немог. Те словно были закрыты тенью. Антон стал медленно отходить назад, стараясь быть аккуратным, не делать резких и лишних движений. В один момент пока Шастун смотрел в сторону, совершая глупую ошибку, он услышал скрип половиц, тут же выкрикивая громкое "Сука! " И убегая в спальню, которая к счастью закрывалась на замок. Скатившись по двери спиной,послышался сильный стук, а после голос этого мужчины, который вызывал мурашки по телу. — Открой.. Все равно моим будешь Антон. Если не мой, так ничей больше... Откроешь дверь и я вырву твое сердце... Съем пока оно будет еще теплое,сука... Ты будешь моим, Антошенька... Открой дверь.. Тварь мелкая... Шастун встал и стал осматривать комнату, в попытках найти хоть что-нибудь для самообороны, пока ручка двери хаотично двигалась. Ее пытались вырвать вместе с замком, чтобы проникнуть внутрь. — Это не может быть реальностью.. Просто не может.. Он бы не вошел в квартиру.. Его не существует.. В дверь стали стучаться сильнее, кажется, даже были удары ногами, прямо по месту где замок. —Блять, я даже помолится не могу. Я же в Бога не верю... Хотя тут реально грех не поверить.. Антон прильнул к окну, стараясь открыть его. Открыв, он высунулся наружу. 6 этаж. Не вариант прыгать. Вообще не вариант. — Открой маленькая дрянь! Послышался финальный удар по двери. Замок сдался и в ту же секунду мужчина проник в комнату. Антон даже не успел на подоконник залесть, как его взяли за шкирку и швырнули на холодный пол,который морозил кости таза. Мужчина поднял нож над Шастуном, продолжая улыбаться даже не по человечески. Слишком пугающе. В одну секунду парень почувствовал холодное железо между своих ребер. Нож вошел всего наполовину. И как только шатен поднял взгляд на мужчину, тот стал наносить ножевые ранения дальше. Более глубокие и четкие. После первого же прыснула кровь, пачкая каплями кровя лицо самого мужчины. Второй удар прошелся чуть ниже другого, да еще и был глубже. Третий был воткнут куда-то вниз живота. Словно таинственный человек собирался после этого вспороть живот,проведя через три раны единую линию. Четвертый прямо под ребрами левой стороны. Пятый под ребрами правой стороны. Шестой воткнулся около пупка, даже проводя некую линию в другую сторону. Всего 6. Так мало. Но сука какие болезненные. Из рта хлынула кровь, багровая, она стекала струями по подбородку, шеи, попадала под футболку, которая и так была в крови. Антон чувствовал дикую боль, терял сознание, старался хоть как-нибудь вырваться, оттолкнуть мужчину. В глазах стало темнеть. И только тогда он заметил, что на него смотрели голубые глаза. Голубые, как сука океан глаза. —А… —дрожащая рука потянулась в щеке напротив, пока со рта продолжала течь кровь, которая никак не смущала парня. Мужчину тем более. — Антошенька.. Мальчик мой. Шастун старался приподняться, но было слишком больно. Он терял сознание. В один момент тело просто упало на пол, пока мужчина нанес финальный удар ножом. В сердце. Которое обещал съесть, чтобы юноша пренадлежал только ему. Это было 7 ножевое ранение. 7 и самое последнее. Финальное.

***

—Эй.Антон! Какого черта?! Раздался крик Выграновского, который вернулся домой лишь ближе к 23 часам вечера. В руках были пакеты с продуктами, которые он тут же уронил, увидев парня лежащего на полу. Только.. Крови там не было. Одежда Антона была абсолютно чистая, он просто лежал на полу, словно спал. —Ты чего? Тош. Не пугай меня. —Паника внутри нарастала с каждой секундой больше, появилось неприятное чувство в животе. Эдуард прильнул к телу парня, начиная трогать его пульс, чтобы убедится что тот вообще жив. Пульс есть. Слабый. В такие ситуации он не знал что стоит делать. Выграновский немного приподнял того, начиная тормошить, в надежде что тот очнется. —Антон.пожалуйста.—Слезы стали накапливаться на глазах, но плакать особо не хотелось. А также не хотелось показывать свою слабость. Мало ли шастун очнется и увидит его зареванного? Этого Эд явно не хотел. Он посмотрел на щеку парня, решая что стоит ударить его, чтобы при очнулся. Где-то Эдуард видел такое в фильмах. Удар прошелся ровно по бледной щеке, оставляя красный след от ладони. Парень отстранился от возлюбленного, начиная смотреть с надеждой. Голова Антона стала буквально раскалываться от этого удара, эмоция на лице выражала легкую боль, а ослабленная рука еле как стала поглаживать собственную щеку по которой ударили. Глаза приоткрылись лишь через минуту, а словно мутный взгляд уставился на лицо полное тату. —Тош.. Ну и напугал ты меня. Что случилось то блять? Как мертвый лежал.. Бледный еще такой.. Даже сейчас как котенок белый. —А.. Ты.. Когда домой то вернулся?.. — глаза направились в сторону, а если быть точнее, в дверной проем, наблюдая там некую тень, которая ходила туда сюда, ища себе место. В руках этой тени сверкал холодный металл, А на рукоятке был желтый пластик. Теперь Антон запомнит этот нож на всю свою гребанную жизнь. —Эд.. Обними меня. Пожалуйста. Без лишних слов и вопросов парня тут же заключили в объятия, которые были крепкими и теплыми, стараясь таким образом хотябы немного успокоить Шастуна, который покрылся мурашками и холодным потом от этого всего. —Эд.. Мне страшно. —Он плотно зажмурил глаза, вжимаясь в своего возлюбленного сильнее. —Он тебя не любит, Антошенька... Маффин мой прекрасный. Открой глаза.. — голос был внутри самого Антона, он летал в мыслях, хоть и не принадлежал шатену, который из-за этих слов еще сильнее стал переживать. — Анто-о-он… Любопытство стало выше страха, вцепившись короткими ногтями в лопатки Выграновского, тот немного приоткрыл глаза, смотря опять же в дверной проем, где стояла высокая фигура, уже без ножа в руках, взгляд был наполнен жалостью и даже некой обидой. Жалостью потому что мужчина сам довел своего Антона до такого состояния. Обида, —потому что Антон сейчас обжимается с другим. Человек медленно поднял руку и словно протянул ее шатену, который стал ощущать некое покалывание в тех местах, где у него были удары ножом. Взгляд мужчины вызывал доверие. Но ему верить было ужас как опасно. —Эд.. Я умираю..

Все это пройдет. И все снова будет хорошо..