Истории

- Возьми себя в руки, это просто ветер. Да, всего лишь ветер, - - Фииииииииии! – рёв, от которого мутнело в глазах, заставил жженоземца ещё сильнее вжаться спиной в камень. Но звук стих так же неожиданно, как и появился, теперь только гудящая голова напоминала об этом. - Да успокойся ты! Уже вмятину в камне оставил, - немного повертев головой, он увидел Луда, что вылез из ближайшей ямы. - Чё это ты такой нервный, Ребро, самурая увидел? - широко улыбнувшись, он тяжело плюхнулся возле костра. Ребро мысленно проклял старика и, наконец-то, выдохнул. - Проще надо к жизни относиться, проще, мой друг, - ловким движением он сделал две дырки в банке грога. - Иногда, даже через чур, - фыркнул Ребро и сел напротив него. - Не нравиться мне это место, слишком пусто здесь, - - А оно и не должно тебе нравиться или ты хотел, чтобы тебя тут фанатики продырявили или может, съели заживо? Лучше уж пару ночей не спать, чем рудники разрабатывать, - он пару раз приложился к банке, и устало посмотрел на костёр. - Знаю я пару историй про это место, - он с особым рвением вылакал остатки и бросил банку в костёр. Пламя выстрелило вверх, осветив черты Луда. Он был худ, а волосы его жидки и неухожены. Лицо было тёмным и застывшим с серыми глазами, которые смотрели в никуда, казалось, он умер и обрёл покой. - Фиииииииии! - ещё раз зазвенел мрачный свист, Луда зажмурился и даже пламя, пытаясь спрятаться в брошенной банке, почти затухло. спустя пару минут Ребро осторожно спросил - Проще? ты гово...– - Таааак, вот. История про эти чёртовы земли, - он прокашлялся и достал свою любимую трубку. - Проговаривать про безумный мир не имеет смысла, так что сразу к сути. Эти земли когда-то процветали и были уютным местечком... когда-то давно, - Луда выпустил первое кольцо дыма и прикрыл глаза от наслаждения. Ребро уловил сладковатый запах, но лишь закатил глаза и недовольно посмотрел на него. - Представь! Здесь был сад, всякой живности тут бегало и куча свободных городов, по-настоящему свободных. Никакого рабства, агрессии на пустом месте или другого безобразия, - он вздохнул, будто рассказывал о собственной жизни. - Но мы имеем, что имеем. Всё началось с рыбы. Она всплыла на поверхность и лежала, точно мёртвая, только ртом шевелит, будто сказать что хочет. Дальше была скотина и посевы, они заболевали и перестали всходить, как ты не вертись, ничего не менялось. Дальше были люди, - на минуту он затихает и курит трубку в раздумьях. Лицо его посерело ещё больше. - Люди постоянно стали слышать странный вой. Днём, ночью, спишь, работаешь - вой, и только он был в голове. Сумасшествия стали обычным делом, как и убийства, драки. Земля пустела, люди бежали отсюда, а кто не уходил - сходил с ума. После характер "болезни" изменился. Ребро нервно слушал ночную тишину, то ли надеясь услышать вой, то ли просто был настороже, но он точно знал, что сегодня не уснёт. - Люди собирались в толпы и шли безумным потоком, только им известном направлении. Лилась кровь. Горели города. На этой земле ни осталось ничего. А люди, а люди, а... - он посмотрел вверх, куда тянулись искры от костра. Тишина растянулась на долгие минуты и переросла в странное ожидание. - Так что было дальше, - с нетерпением спросил Ребро, пеняя на характер Луды. Старик посмотрел на него и поднял правую бровь. - О чём ты? - он с недоумением посмотрел на него и выпустил пару колец. - Я имею в виду историю этих земель, - - У тебя проснулся интерес к историям? Удивительно, разве ты не "слептик", - усмехнулся старик. - История, так история. Спроси бы ты меня про что другое, эх. Знаешь, кто такой глазной сосальщик? Это маленькое шустрое существо с длинным языком, которое любит высасывать глазницы путников и оставлять их бродить так по Пепель... эээ, нет, не то, - с пару секунд он дёргал свои редкие седые волосы и энергично хмурился, переставляя трубку во рту. - Нет, я не знаю ничего такого, видно память уже не та. Вопрос в голове Ребра "что?" не давал покоя. - Погоди, а как же "Рыба, вой, горящие города, люди идут потоком", - Он аж подпрыгнул со своего места и чуть не вцепился в Луду. Тот лишь безразлично смотрел на него и курил трубку. Вдруг его глаза расширились, и он поднял дрожащую руку и указал за спину Ребру. Тот быстро крутанулся и принялся шарить глазами, но там была лишь темнота и камни. Повернувшись обратно с непониманием, он встретился вплотную с лицом Луды. - Бу!- Он отшатнулся от неожиданности и чуть не упал в костёр, Старик глупо улыбался своим неполным рядом зубов, - Ладно, хватит сказок на сегодня, - он вытряхнул трубку на землю и пошёл от костра. - Ты куда это? - - Грог просится наружу. Можешь сходить со мной раз так беспокоишься, - Ребро сплюнул на землю. - Осторожнее там, - Старик усмехнулся. - Я две войны пережил, а с грогом не справлюсь? Ох, мои рааааааны... - протянул он строку песни, которую когда-то знал и скрылся во тьме. Томительное ожидание и настороженность окружили Ребро и с каждой секундой нарастали. Секунды переросли в минуты, а настороженность в умеренную панику. Наконец он не выдержал и пошёл искать Луду. Темнота мешала, и приходилось напрягаться и щуриться, чтобы увидеть хоть что-нибудь. Оглядев несколько похожих на людей коряг, он так и не смог найти его. - Сквозь землю что-ли провалился, - оглядев ещё пару раз округу, он думал уходить, как он застыл на месте. - Фииииииииии, - казалось, этот вой звучал прямо из-за спины Ребра, но страх не давал даже волосам встать дыбом. - А люди, а люди единым потоком шли в пещеру у огромной горы, что стояла здесь, - заунывный голос, который точно принадлежал Луду, доносился, будто прямо над головой и звенел в голове яснее, чем луна перед глазами. - Десятки тысяч, они вошли внутрь горы. Пламя и дым повалил из её вершины, и она поднялась в небо. Земля дрожала от страха и трепета, пока синие языки пламени и дыма сжирали землю на многие мили вокруг. Гора исчезла в небе, а от былой жизни остались лишь воспоминания и одинокий рёв... - последнее слово он едва услышал из-за поднявшегося ветра. Ещё долго он стоял и смотрел на желтоватый диск луны, пока поднявшееся солнце не успокоило его. Вокруг не было ни души и ни следа чего-то, лишь трубка Луды лежала у его ног. Он обтёр её об рукав и положил в рот, на ней всё чувствовался сладковатый запах травы. И как он хотел, чтобы это всё было лишь его фантазией.