Он также говорил!

— Чувствуй себя как дома. — приглашающе сказал Кроули, махнув рукой, пересек комнату и развернулся к Азирафелю. У демона квартира холодная и резкая — впрочем, как и он сам. Интерьера мало, все только по нужде — довольно неожиданно, поскольку ангел всю жизнь (больше шести тысяч лет — не шутка!) думал, что жители Ада живут в страшном беспорядке и грязи; получается, не все. На фоне общих серых тонов выделялся золотой с бордовым трон и точно такой же стол перед ним. Широкие окна под потолок заливали комнату бледными лучами заката, которые скоро перетекут в глубокую звездную ночь. Ангел сделал пару шагов в сторону и, сложив руки за спиной, принялся разглядывать эскиз Моны Лизы. — У тебя тут довольно… Мило. — задумчиво вынес вердикт Азирафель, кивнув для надежности головой. Он почти что затылком почувствовал, как демон недовольно скривил губы на такое замечание и зашипел себе под нос что-то колко-обидное. Да-да, он же демон и не может быть никак связан с «хорошими вещами». — Ты никогда раньше не приглашал меня к себе. — В этом не было необходимости. — отмахнулся Кроули, на ходу забирая полупрозрачный зеленый пульверизатор со стола. Со дня несвершившегося конца света прошло, кажется, недели две, но восстановленные библиотеку и машину они получили уже на следующий день, будто бы ничего серьезного и не происходило, будто бы произошли просто «мелкие неполадки», которые обычно случаются с людьми. И им обоим очень хотелось в это верить, закрыв при этом глаза на правда серьезное происшествие: учесть хотя бы то, что ангел и демон «больше не принадлежали ни одной из сторон». Ссоры с Вельзевулом и Гавриилом темными пятнами плесневели в душах. Зато было весело смотреть на их лица, полные ужаса, когда демон не умер от святой воды, — и при этом еще смел требовать резиновой уточки, каков нахал! — а ангел не сгорел в адском пламени. Азирафель отвел взгляд от картины и размеренным шагом проследовал за Кроули. Ему казалось, что после всех событий, произошедших за очень короткий срок, они не смогут больше разговаривать — да что разговаривать, даже находиться в компании друг друга так же, как и раньше. Опасения, впрочем, были напрасны и быстро получили успокаивающий для него ответ: если демон и упоминал произошедшее, то только с ядовитой ухмылкой и какой-то странной нервной усмешкой. И тем более единожды сказанная фраза: «Что было, то прошло, про яблоко мы ж не вспоминаем», — полностью рассеяла весь туман и позволила Азирафелю выдохнуть. От главной комнаты было два прохода по разным сторонам, и один из них вел в помещение, которое буквально светилось зеленью. Таких ярких и здоровых растений не было видано, наверное, нигде в целой Англии! Цветы получали тщательный уход и особую заботу — к этому суждению мог прийти даже тот, кто не может отличить здоровое растение от больного. Ни один из них не был похож на другого: кто-то был большим, кто-то маленьким, у кого-то были широкие листья, а у кого-то узкие, и многое-многое-многое. Прелесть, не иначе. Азирафель провел рукой по одному из цветков, пока Кроули обходил другой ряд с пульверизатором. Растение довольно вздрогнуло и чуть наклонилось вперед, подставляясь под ласки. — Никогда бы не подумал, что у тебя есть цветы. — восхищенно пробормотал ангел, расплываясь в улыбке. Да уж, кто меньше всего выглядит, как домашний садовод, так это точно Кроули. У Азирафеля в мыслях не укладывалось, что вечно недовольный чем-то Кроули, гоняющий с бешеной скоростью по дорогам Лондона так, будто никого, кроме него, на свете нет, может бережно относиться к цветам. — Не заставляй меня жалеть о решение пригласить тебя в гости. Еще раз скажешь что-то подобное, и я выставлю тебя за дверь. — конечно, демон блефовал. Не смог бы он выгнать его: не из-за слабости духа, нет, но из-за искрящегося чувства внутри, которое становилось сильнее, стоило ангелу, этому надоедливому и вечно нравоучительному ангелу, просто показаться ему перед глазами. Кроули выдохнул — тем самым выпуская из себя весь оставшийся горячий пар — и, круто развернувшись, пшикнул водой прямо в затылок другу. — Кроули! — У меня они давно. — пожал плечами демон и как не бывало продолжил опрыскивать листья, даже не пытаясь скрыть нахальной ухмылки. — Купил квартиру, и их заодно. Чтоб нескучно, ну, понимаешь. — И… Они знают… Вернее, знали об этом? — Азирафель повернул голову в сторону и внимательно наблюдал, как демон ходит туда-сюда, не упуская ни один цветок. — Сомневаюсь. — Кроули приподнял один из листьев и нахмурился. — Они не любят сюда приходить, и я не обязан им отчетом о том, с кем беседую. По крайней мере, они не вызывали меня на выговор о растениях. — Постой, ты сказал «беседую»? С цветами? — Казалось, от одной только этой фразы весь внутренний мир Азирафеля перевернулся. Демон. Беседует с цветами. Ладно, даже если предположить, что цветы и умеют мыслить (очевидно, не без посторонней помощи), это все равно выглядит и звучит крайне уныло. Настолько уныло, что в представлении ангела Кроули теперь не злобный демон, рушащий его планы, а одинокий и скучающий, который из-за своего не самого простого характера не может ни с кем завязать стоящий диалог. — Би-Би-Си говорили, что с растениями говорить полезно. Ты даже представить себе не можешь, как трудно за ними ухаживать. — демон, даже не взглянув в сторону друга, осмотрел еще один цветок и, оставшись довольным, ушел. Ну да, может быть, и не ухаживает, а уничтожает, но кому какая разница, главное, что большинство все еще живы, ведь так?.. — И… часто ты с ними говоришь? — громко спросил Азирафель, все еще оставаясь на одном месте и боязливо оглядываясь на растения. — Каждый раз, когда прихожу сюда. — Кроули остановился позади него и оглядел все свое «богатство». Да, эти цветы — хорошая причина, чтобы гордиться собой. Не каждый сможет вырастить такие. — Хочешь, ты поговори. Им наплевать, главное, чтобы болтали подолгу, а ты такое умеешь. — Это неправда. Я всегда знаю… Когда стоит остановиться. — обиженно просопел Азирафель, перебирая собственные пальцы. Кроули лишь пожал плечами, тихо хмыкнув. — Эм… Ну, ха-х… Здравствуй? — неуверенно пробормотал ангел, глядя на одно из растений, словно у того вот-вот должны были отрасти глаза и рот, и оно просто обязано было бы с ним заговорить. Да уж, теперь почетное место «неловких моментов» может с гордостью взять на себя недо-разговор с цветком. На удивление, растение не заговорило, зато заговорил демон. — Хреновый из тебя собеседник, ангел. — насмехался Кроули, передернув острыми плечами, но Азирафель лишь вздохнул и покачал головой. — Поехали, отобедаем. Да уж, и чего он ожидал увидеть, когда упрашивался в квартиру Кроули? Демонические руны на стенах? Кучу хлама? Узнать, что никакой квартиры нет, и демон живет в канализации? Нет, абсолютно ничего из этого. Обычная квартира необычного жителя Лондона и ничего больше. — Хорошая идея. — слишком быстро согласился Азирафель, и они вместе вышли из комнаты с цветами, а после и из самой квартиры. — Но только… Можно я буду иногда заходить к тебе? — Ангел, нет. — демон отвернулся от него и лишь прибавил шагу. Нет раздраженно сведенных к переносице бровей, нет шипящего полукрика, нет резких движений худощавого тела: значит, все же да.

Не забыть: у Кроули есть растения, которые любят слушать.

***

— Кроули? Ты дома? — Азирафель открыл дверь (как же так случилось, что она оказалась незапертой?) в квартиру только спустя минут двадцать скучнейшего ожидания. Никто изнутри ему так и не ответил, поэтому ангел решил все же войти и проверить, вдруг что-то случилось. Нет, не случилось, хозяина просто не было. Сейчас квартира казалась еще мрачней, поскольку окна были закрыты, и солнечный свет не имел никакого доступа к комнате. Азирафель боязливо оглянулся по сторонам, словно Кроули мог на него выскочить из-за любого угла и начать кричать, и торопливо прошел вглубь. Было тихо, даже слишком: ничто нигде не жужжало, не щелкало, не шелестело, как иногда бывает в домах простых людей. Казалось, что здесь в принципе никто не живет. Азирафель, чтобы избавиться от осадка «мертвечины», по щелчку пальцев сдвинул шторы с окон, и те разъехались с почти что беззвучным шипением, заполняя комнату светом. Ангел поправил рукава пиджака и свернул в левую комнату, где стояли цветы; не забыл. Здесь тоже было довольно темно, но теперь он без промедления открыл окна — все тем же способом — и расплылся в слабой улыбке, когда все листья с удивлением шевельнулись на звук шагов. — Здравствуйте?.. — Азирафель неловко хихикнул. Да уж, ничего не изменилось: у растений все также не было ртов и желания с ним говорить. — Интересно, Кроули вас уже опрыскивал? Думаю, не будет хуже, если я тоже так сделаю… На всякий случай! Азирафель махнул руками, немо заверяя растения, что он отойдет на пару секунд, торопливо развернулся и направился в главную комнату. Но пульверизатора ни на столе, ни под столом, ни в столе не оказалось — ангел изучил все места возле стола, куда демон мог бы убрать разбрызгиватель, оползал весь периметр вокруг, но ни-че-го, будто бы никакого пульверизатора и в жизни у демона не было. — Ангел, ты ничего не путаешь? — Азирафель от неожиданности хотел поднять голову, но, забыв, где находится, с грохотом ударился о стол. Попытка сдержать вскрик в себе сделала только хуже, и он вышел даже слишком громким. — Да уж. — Кроули! Я не слышал, как ты вошел… — ангел поспешил подняться на ноги и отряхнуть колени от невидимой грязи. Теперь даже растянутая извиняющаяся улыбка не могла избавить его от неловкого осадка после неудачной встречи: а ведь стоило бы объяснить демону, что он не просто так по полу лазал! Но уверенности было слишком мало, поэтому пришлось просто отвести разговор в другое русло. — Куда ты уходил? — Да так, нужно было… Побеседовать с одним человечком. — Кроули небрежно махнул рукой, будто избавляясь от назойливой мухи, и скривил губы. — Пустяковые для меня дела. Правда, это уже скорее я для себя делаю, потому что… Понимаешь, я оттуда уже приказов не получаю… Ну а ты какого черта делал у меня под столом? — беспощаден: не дает воротить нос. — Я… Я искал твой пульверизатор. Ну, знаешь, я зашел, а тебя нет, а вдруг ты цветы забыл опрыскать? Сам же говорил, что их лечить потом трудно, и я… — со стороны это, кажется, звучало еще более неловко, взять во внимание хотя бы то, как удивленно расширились глаза Кроули. Под таким взглядом Азирафелю стало еще более неудобно. — Не смотри так на меня! Я же как лучше хотел сделать… — Я верю тебе, ангел, верю. — демон почесал затылок и тоже отвел взгляд: то ли в самом деле внимая просьбе, то ли от внезапно нахлынувшего смущения. Чтобы кто-то, кроме него, так волновался о цветах? Навряд ли бы нашелся на Земле (и за ее пределами) такой человек. Но вот ангел… — Так… Ты их… — Оу, нет. Я не успел. — Кроули широким шагом ушел в комнату с растениями, полностью уверенный в том, что Азирафель без лишних просьб следует за ним. Что же, раз ему так хочется поухаживать за цветами, то пусть. Все равно это точно будет одним единственным разом, а потом ангел и вовсе забудет об этих цветах. Демон выудил между цветов тот самый несчастный пульверизатор, ехидно улыбнувшись смутившемуся ангелу. «Дальше собственного носа не видишь», — смеялись его светящиеся желтым глаза. Азирафель забрал из холодной руки Кроули нужную вещицу, пробормотав одно лишь «спасибо» на выдохе. Стеснение отступало на второй план, пускай и довольно медленно. — Ну и чего ты мнешься? — нетерпеливо позвал демон, выводя ангела из оцепенения. — Я… Не мнусь.

***

Ожидания Кроули не оправдались: Азирафель не «попробовал один раз и забыл», а запомнил и начал приходить по большей части именно за этим. По утрам демон теперь просыпался от почти беззвучных шагов по своей квартире. Поначалу это даже пугало — ну конечно, кому будет приятно от осознания чужого присутствия в доме? — но со временем это вошло в привычку, к тому же Кроули и сам не препятствовал Азирафелю. Они почти не пересекались: ангел всегда старался уйти до того, как демон покинет свою спальню. А если и выходило так, что они все же пересекались, то все обходилось простым приветствием. И ничем более. Если не учитывать все те приглашения Кроули остаться на подольше и, может, обсудить что-то или посмотреть фильм по телевизору. Увы — Азирафель отвергал все. Кроме завтрака, конечно… Обычно ангел, приходя в квартиру, подходил к столу, на котором в последнее время всегда лежала записная книжка. В нее демон иногда записывал что-то важное, но чаще всего он писал точное местонахождение пульверизатора, чтобы «ангел не стал вновь ползать на коленях по его квартире». Сколько бы Азирафель не просил — и не ругался! — Кроули припоминал ему это в каждый удобный случай, и пусть, что он ползал только разве под столом. На удивление, сегодняшним утром в книжке было записано лишь: «Я все сделал». Ни слова о пульверизаторе, ни слова о прошедшей ситуации, ни слова даже о цветах. Три слова, три прогоняющих слова для Азирафеля. Его брови быстро взметнулись вверх и опустились. Он отвел взгляд в сторону, обдумывая, и уверенно двинулся к цветам. Мало ли, что там делал Кроули, ему нужно самому убедиться. Кто знает, может, он пил прошлым вечером и все ему почудилось? — Доброе утро. — улыбчиво прошептал ангел. Из еще одних основных изменений: Азирафель все же научился говорить с полуживыми растениями. К этому тоже быстро можно привыкнуть, главное: забыть, что вообще-то ни говорить, ни думать нормальные растения не могут. Но ведь это цветы Кроули, так что… — Неужели Кроули в самом деле все сделал вчера? Ангел подошел к одному из растений и нагнулся, тщательно оглядывая его листья на состояние гноения. Ничего. Впрочем, ожидаемо: не зря же он ходил сюда каждое утро и разговаривал с ними. Би-Би-Си не могло врать! Азирафель выпрямился и придвинулся к другому цветку, склонив голову в сторону. — Что же могло случиться вчера, что Кроули вдруг решил поухаживать за вами заранее. О-ох, или он вернулся только под утро и все сделал! Боже, если это так, то… — ангел задумчиво хмыкнул и отвернулся к другому ряду растений, сведя брови к переносице. — То это очень плохо. Это же в котором часу он мог вернуться… Азирафель торопливо выглянул в коридор — проверить, не разбудил ли своим монологом Кроули — и вернулся обратно. Эти растения были единственными молчаливыми слушателями и смотрителями того, как ангел волновался, восхищался, ненавидел, и чего только не чувствовал к демону. Одна из причин, почему ангел не забросил приходить в квартиру к цветам, была как раз возможность хоть кому-нибудь выговориться. Растения все же не Гавриил и, не дай Боже, не Михаил, или кто-то другой, кто не смог бы понять весь его спектор чувств к своему «заклятому врагу». С ними спокойно, с ними тихо, и это их преимущество. Они не осудят, даже если бы хотели этого. — Знаете, — вздохнул Азирафель, обеспокоенно переминаясь с ноги на ногу. — Может, Кроули и демон… Все же, он хороший. Мне… Нравится с ним работать, и сам он мне нравится. — ангел закрыл лицо руками и мотнул головой. — И как бы он не отрицал, он может быть хорошим. Он и есть хороший… Ну, порой. Конечно, он все еще демон, который существует для того, чтобы мешать замыслам Божьим. И мешать мне! Вот это он точно выполняет отлично. Азирафель хохотнул и вновь выглянул в коридор. В квартире по-прежнему стояла тишина, прерывающаяся разве только оживленным шелестом листьев и поверхностными шагами самого ангела. — Но… Ладно, вы правы, может, и не так часто мешает. И все же заставляет меня менять планы работы! — признаваться кому-то в таком, пусть и растениям, все равно очень и очень стыдно-непривычно. Разве может быть такое, чтобы ангел признавал демона хорошим напарником (!), хотя они должны быть по разные стороны друг от друга? Боже, а как бы отреагировал Кроули, услышав все это!.. Он бы точно пришел в ярость. Слишком активное и громкое движение со стороны цветов очень насторожило Азирафеля. Он боязливо обернулся через плечо, сложив брови домиком, и оглядел всех по очереди. — Да что же с вами! — тихо воскликнул ангел, подойдя к ближайшему и по привычке протянув руку вперед. Но вместо того, чтобы смиренно пригнуться, растение отбросило свои листья в сторону, словно защищаясь от огня или чего-то более опасного. — Что случилось? — Он сказать что-то хочет. — хриплый сонный голос со спины испугал ангела настолько, что тот чуть ли не свалился прямо на несчастный цветок, едва успев восстановить опору. Кроули выглядел взлохмаченно и раздраженно, потирая затекшую шею. — Кроули, я понимаю всю твою демонскую сущность, но, умоляю, прекрати меня так пугать. Из-за тебя я могу умер-… Потерять свой физический облик! — смело воскликнул Азирафель, даже всплеснув руками. Мысль о том, что демон мог слышать весь его монолог, пугала до чертиков. — Говорил бы потише, совсем бы не пришел. — буркнул Кроули, обходя Азирафеля и вставая перед растением, озабоченно осматривая все еще дрожащие листья и будто бы не замечая вмиг ставшим виноватым взгляд друга. — Что же ты им такого наговорил тут, а? — Ничего особенного, обычная рутина! О, если бы я знал, что их так пугают скучные серые будни… Ты мог бы предупредить! — ангел осторожно вышел из-за спины демона и пристроился рядом, сложив руки перед собой. — Их никогда не пугала рутина. — задумчиво ответил Кроули, запуская пальцы в неряшливо-лежащие огненные волосы. А цветок все еще продолжал трястись и отказывался смириться даже перед протянутой рукой «хозяина», который лишь пожал плечами. — Раз хочет сказать, то пусть говорит. Он щелкнул в воздухе пальцами, и ангел в ожидании уставился на растение, думая, что у него вот-вот появится рот. Но он не появился, зато появился голос: четкий и звонкий, звучащий не от одного места, а отовсюду сразу. — О, мистер Азирафель, мистер Азирафель, мистер Кроули говорил точно также! — радостно вскрикнул голос. Если бы у него была человеческая физическая оболочка, то, Азирафель уверен, он бы запрыгал на месте от счастья. — Все-все-все, что говорили и вы, говорил и он! Почти что слово в слово. И про работу, и про ваше сотрудничество, и что ему это тоже нравится… Азирафель покраснел, кажется, с головы до пяток. Еще секунда, и он точно сгорел бы от жара, который неожиданно быстро прилил к лицу. Пришлось заставить самого себя сдерживаться, только чтобы не застонать от почти раскрывшегося секрета. — Не стоит, тише, я понял! — жалобно попросил ангел, выставив руки вперед в защищающемся жесте. — Прошу тебя… Вас… Пожалуйста! Не стоит, я понял. Голос в ответ не сказал ничего: то ли сам в самом деле замолчал, то ли Кроули отобрал его возможность говорить обратно. В любом случае, растения затихли и больше не дрожали от нетерпения. — Ангел… — удивленно пробормотал демон. — Видимо, ты в самом деле рассказал им про рутину. — Я же говорил… — буркнул ангел, пытаясь скрыть румянец на лице руками. — Прошу тебя, давай сделаем вид, что ничего не было, хорошо? Это… Слишком долго объяснять, к тому же сейчас точно не подходящее время. — Да, без проблем. Кроули развернулся на пятках и удалился прочь, оставив Азирафеля наедине со своими мыслями. Конечно же демон ничего не забудет и будет просто держать это в себе и ждать момента, когда можно будет вернуться к разговору. А сейчас он точно этого не сделает. — Он сказал, что тебе нравится со мной работать! — прокричал Кроули из соседней комнаты, заставив Азирафеля подавиться воздухом. … Ну, или сделает.

Напоминание: никогда не рассказывать сокровенное растениям Кроули!!!