ᘛ∎✠∎ᘚ
«Твои действия спасут весь Тамриэль,
и я всегда буду ценить тебя в своей жизни»
Языки пламени, извивающиеся на каждом шагу. Горячие пески, бьющие по лицу. Охрипшие от криков голоса мучеников... Это всё, что (Т/И) видит во снах со злополучного дня прорыва осады Кватча. Ему страшно. До смерти. Столько лет сиротства не окупаются ничем, и, кажется, с каждым днём всё становится лишь хуже. Кулаки с яростью громят манекен, добавляя лишь больше ссадин на и так побитые косточки. Он уже не первый день безвылазно проводит за тренировками в своих покоях. Бесконечный поток ударов стихает, как только по комнате раздаётся скрип половиц. — Будь аккуратен, сын мой. Очень хорошо видеть, как ты тренируешься, чтоб выместить боль и волнения, но так ты вредишь себе. Позволь взглянуть на твои руки. Лицо (Т/И) выражает горе и страх, наблюдая за тем, как Мартин, его отцовская фигура, подходит ближе и рассматривает раны на его кистях. — Что такое, сын мой? Что тебя волнует? Несмотря ни на что, ты получишь мою поддержку. Мартин смотрит на него с беспокойством, но без навязчивости, на что (Т/И) глубоко вздыхает и собирается с мыслями. — Мне страшно, Мартин. Мне страшно подвести тебя, страшно подвести Уриэля, страшно подвести весь Тамриэль. Всё это... Так утомляюще. Я-Я боюсь, что не справлюсь... — Сын мой... – Мартин трепетно продолжает держать ладони (Т/И), стараясь не причинить большей боли. – Я никогда не разочаруюсь в тебе. Ты очень молод, но уже показываешь громадную смелость и силу... А эта задача не для каждого. Я верю, что ты станешь могучим героем и победишь ужасы Обливиона. А когда тот момент настанет, мы принесём конец этому кошмару раз и навсегда. Тот уверенно улыбается. — Т-Ты в этом уверен? (Т/И) с приятным удивлением глядит на Мартина, который всё рассматривает кровавые раны. Его прикосновения и внимание наконец дарят (Т/И) ту отцовскую любовь, которой у него никогда не было. — Да, сын мой. Пока ты веришь в себя, и пока мы стоим вместе против этих кошмаров, победа определённо настигнет. – тот недолго молчит. – Ты обязан позволить мне вылечить руки. Больно не будет, обещаю. — Да, пожалуйста... Вылечи. – говорит (Т/И) и изнурённо садится на пол. Мартин садится рядом и подготавливает целебные мази для применения, достав из набедренной сумки. Взглянув в лицо молодого героя Кватча, тот старается обнадёживающе улыбнуться, чтоб хотя бы на толику поднять настроение, и принимается наносить мази. (Т/И) резко вдыхает сквозь стиснутые зубы от лёгкого, но неожиданного покалывания в ранах. — Твои чувства более чем естественны, (Т/И). Бояться битвы — это не слабость, и это уж тем более не делает из тебя труса. Трус бы сбежал, но ты продолжаешь бороться... В конце концов, какой же герой без страхов? – тот ненадолго замолкает. – Я верю в тебя, сын мой. Я в тебя верю. — Спасибо, Мартин. Ты слишком добр. Боли вскоре исчезают, и Мартин прекращает лечить раны, но продолжает душевно улыбаться, что заставляет (Т/И) улыбаться в ответ. — Не благодари. Я лишь стараюсь помочь. Чувствуешь себя получше? (Т/И) кивает, и внезапно обнимает Мартина, прижимаясь крепко-крепко. — Я не хочу, чтоб с тобой или с Сиродилом что-то случилось... Крепко обнимая в ответ, Мартин чувствует горячие капли, опадающие на спину. — Спасибо, что так заботишься о нас. – Он слегка отстраняется и смотрит в наполненные слезами глаза (Т/И). – Что бы ни происходило, всегда помни, что тебя любят и ты никогда не окажешься один. Мы переживём столь тяжёлые времена в истории Тамриэля. Я чувствую сердцем, что переживём. Тебе не о чем беспокоиться, сын мой, ведь ты понимаешь мир лучше многих и, несмотря на свой возраст, проявляешь зрелость рыцаря-ветерана. Сила и мужество — твои самые большие достоинства, и я очень тобой горжусь. Твои действия спасут весь Тамриэль, и я всегда буду ценить тебя в своей жизни.ᘛ∎✠∎ᘚ