Первый опыт

Ты покрываешь содрогающееся под тобой тело влажными поцелуями, которые начинаются у ключиц и теряются в районе впалого живота, параллельно размазывая вкусно пахнущий ванилью лубрикант по нежно-розовому страпону, закусывая нижнюю губу. — Притормози немного... — Хэйдзо выдыхает нервно, упираясь вспотевшими ладошками в плечи девушки, кусая и без того кровоточащие губы. — Ты уже надела его? — Спрашивает шёпотом и опускает взгляд на твой пах, нервно выдыхая, когда видит дилдо меж своих разведенных ног, гулко сглатывая образовавшийся в горле ком. — Слушай... Я ведь никогда не пихал что-то в свою задницу. — Голос слабо дрожит и Хэйдзо поднимает взгляд на любимую, жалобно заламывая брови. — Поэтому... Пожалуйста, будь нежна со мной. — Так я у тебя первая? — Твои губы трогает нежная улыбка и ты наклоняешься к лицу парня, оставляя очередной десяток поцелуев-бабочек на чужом покрасневшим от смущения лице, под его тихое хихиканье и попытки поцеловать в ответ, забавно вытягивая губы вперёд. — Да... Да, это первый раз. Поэтому будь нежнее... — Мямлит он неуверенно и, заметив твою вопросительно изогнутую бровь, краснеет ещё сильнее, комкая в ладонях светлые, ещё ничем не опороченные простыни. — Нет, не первый-первый... То есть я не девственник, ты знаешь... Это первый раз, когда меня страпонят. Ты поняла меня... Под конец предложения становится трудно понимать речь Сиканоина, так как она превращается в бессвязный бубнёж, сопровождаюшийся, частыми вздохами смеси смущения и возбуждения. Твой мальчик такой красивый, лежит под тобой, такой открытый, тихо боромоча себе под нос что-то, пытаясь утихомирить разбушевавшееся в груди волнение. — Не переживай, я буду аккуратной. — Крайний раз прижавшись к раскрасневшимся губам Хэйдзо ты аккуратно разводишь его бёдра в стороны, подставляя головку фаллоимитатора ко входу и толкаешься вперёд, вводя игрушку на половину одним слитным толчком. — Ох! — Детектив, распахивает глаза и прогибается в спине, хватается пальцами за плечи девушки, звонко вскрикивая. — Я ведь сказал тебе быть медленнее, мх... — Произносит он с обидой, кусая внутреннюю сторону щеки. — И даже не смей называть это "максимально медл..." Договорить парню не позволяет очередной твой толчок, выбивающий воздух из лёгких. Хэйдзо жмурит глаза и откидывает голову на подушки, поджимая пальчики на ногах. Дыхание сбивается окончательно, а ранее опавший из-за волнения член вновь встаёт, пачкая бледную кожу живота вязким предэякулятом. — Большой... Он просто огромный... — Говорить ужасно сложно из-за срывающегося на стоны голоса. — Ты заказала самый большой..? О, Господи! Очередной толчок и дилдо задевает бугорок простаты, заставляя бёдра Хэйдзо мелко задрожать, распахивая рот в немом крике. — Всё хорошо? — Ты заправляешь прядь лиловых волос за ушко парня, свободной рукой поглаживая внутреннюю сторону его бёдра в успокивающем жесте, и, кажется, это помогает, потому что детектив начинает дышать глубже, восстанавливаю сбитое дыхание. — Да... Да, бэйб, я в порядке, ты можешь продолжить... — Сиканоин облизывает пересохшие губы, прекладывая ладони с твоих плечь на талию, нежно оглаживая мягкую кожу, слабо улыбаясь. Но эта улыбка сползает с губ как только ты шёпотом произносишь: "это ещё не весь". — Что? — Детектив, удивлённо вскидывает брови и приподнимается на локтях. — В смысле не весь? Блядство... — Он тихо хнычет, заламывая брови, опуская взгляд на свой пах, понимая, что правда вошла лишь половина. А ведь с первого взгляда дилдо казалось не на столько длинным. — Хорошо, ладно... — Хэйдзо зажмуривается, убирая с лица взмокшую чёлку. — Входи, ну же. Надави сильнее. — Он слабо двигает бёдрами навстречу игрушке, не сдерживая поток матов и обращений к всевышнему, заламывая брови. А девушке остаётся лишь подчиниться этой просьбе-приказу и, покрепче сжав чужую талию пальцами(возможно останутся следы), войти до основания, прижимаясь ремешками страпона к чужой мошонке, замирая в таком положении, чтобы дать привыкнуть, наблюдая за эмоциями на чужом, исказившемся в наслаждении лице. — Ох, боже, блять... — Голос срывается на неконтролируемый скулёж и парень сжимает свой член у основания дрожащей ладонью, закатывая глаза. — Это... Вот так ты это ощущаешь? — Он, все ещё тяжело дыша, поднимает влажные глаза, бегая ими по твоему лицу, закусывая нижнюю губу. — Больно? — Спрашиваешь аккуратно и склоняешься над любимым, опираясь на локти с двух сторон от его головы, коротко целуя в висок. — Да, это пиздец больно, но... Так приятно... — Буквально пара минут уходит на то, чтобы детектив немного пришёл в себя. Постанывая при малешейм движении он произносит: — Ты можешь продолжить двигаться, но, ради бога, бэйб, медленнее. — Парень усмехается, но снова скулит, комкая в пальцах простынь. — Начинай медленно хорошо? Ты киваешь, выпрямляешься, сжимая в ладонях чужие ляжки, и начинаешь толкаться в узкое нутро, на этот раз следя за спектром эмоций на чужом лице, чтобы не причинить лишнюю боль. И, похоже, это получается. Хэйдзо наслаждается: начинает надрачивать себе в такт неторопливым движениям внутри и закатывает глаза. Каждое поступательно движение сопровождается важным шлепком кожи о кожу и стонами-вскриками парня, между которыми иногда мелькает надрывное "чёрт, бэйб". — Да... Да, прямо вот здесь. — Ранее смущенный предстоящим пеггингом парень теперь подмахивает бёдрами навстречу толчкам в попытке насадиться сильнее. Девушка не сдерживает счастливой улыбки, когда понимает, что приносит лишь удовольствие и, наклонившись к чужому лицу, влажно целует Хэйдзо, проталкивая язык в его рот, а после выцеловывая шею, на коже которой тоже появился румянец. Но чем дольше ты двигаешься, тем беспорядочнее становится дыхание парня. По его подбородка стекает ниточка слюны, а по щекам скатываются первые капли слёз. На вопрос о самочувствии Сиканонин, в перерывах между стонами отвечает: — Я смогу выдержать, ты можешь ускориться, бэйб. — Он жалобно хнычет, сжимая пальцами твою ладонь, которую нащупывает возле своей головы, переплетая пальцы. И ты слушаешься, начиная двигать тазом резче и быстрее. Юноша снова стонет, приподнимая подрагивающие бёдра чуть выше, что позволяет протолкнуть игрушку глубже. — Ох блять, давай же, трахни меня- Ах! — Стон срывается на крик, когда дилдо, кажется уже в сотый раз проезжается по набухшей от стимуляции простате. — Трахни меня так сильно, как можешь. И это звучит как вызов. Толчки становятся беспорядочными. Сначала девушка толкает страпон, практически не вынимая его из содрагающегося тела, а после выходит почти полностью, оставляя внутри лишь головку, чтобы в следующую секунду засадить по самое основание одним грубым толчком. Хэйдзо закатывает глаза до белков, крепче сжимая своей ладонью чужую, не в силах перестать стонать. — Это так приятно..! Мы должны будем повторить... — Детектив возобновляет движения свободной рукой на члене, уделяя особое внимание головке. — Я так близко, бэйб... Заставь меня кончить, прошу, я так хочу... Заставь меня, ну же, бэйб... Его голос становиться непревычно тонким с каждым толчком. Девушка стонет от столь возбуждающей картины, совершая особенно сильные толчки, вытрахивая из любимого долгожданный оргазм, который, кажется, оказался слишком сильным для и без того чувствительного Хэйдзо, у которого в миг расслабляется всё тело. Ты аккуратно вынимаешь резиновый член из парня, который, тяжело дыша, пальцами стирает обильное количество густого семени со своего живота и груди. — Боже, бэйб... Я кончил так сильно. Я думаю... — Нервный смешок срывается с его губ и он поднимает взгляд на тебя. — Думаю, ещё никогда столько не кончал. — Так тебе понравилось? — Девушка хихикает довольно, ослабляя ремешки на своих бёдрах и талии, чтобы после снять страпон. — Да, это было очень приятно! — Сиканонин приподнимается, чтобы в следующую секунду притянуть тебя к себе, нежно целуя. — Было больно, но чёрт... Ты так хорошо справилась. — Хвалит парень, укладывая ладони на талии любимой. — Только вот теперь я не могу двинуть своей задницей. Оба смеются, перебираясь на чистую половину кровати. — А ты даже пробовать не хотел сначала. — Напоминаешь, из-за чего парень давится вздохом, возмущённо вскидывая брови. — Не хотел, но... Сейчас я совсем не против повтрить. О, и... Не разноси мой зад в щепки в следующий раз. Я ведь... — Парень, смеётся, откидываясь на подушки, обнимая девушку крепче. — Я ведь сейчас даже пошевелиться не могу... Ну теперь-то ты довольна? Умоляла меня об этом столько дней. Хотя я рад, что попробовал. — Буду довольна, когда мы приберёмся. — Произносишь, оглядывая тот беспорядок, что вы успели навести за этот час. — Что-о? Я слишком устал для уборки, мы можем поменять простыни позже. А сейчас спать. — Шепчет, прикрывая глаза под твой недовольный вздох.