Клубнично-банановый раф со льдом

      Жаркие летние дни всегда были мучительным временем для любившей прохладу Манобан. А последняя августовская неделя, которая выдалась ужасно душной, вообще стала кошмаром в жизни блондинки. Даже Рози, которая абсолютно всегда могла заставить выйти на улицу теплокровную Лису, на этой неделе была бессильна. На каждое предложение пойти в парк или в кино Лиса, лениво поднимая взгляд на жизнерадостную подругу, тяжело вздыхала, после чего открывала прогноз погоды, молча говоря, что тридцать градусов — слишком высокая температура для «ледяной» блондинки, которая могла растаять даже при двадцати пяти.       Спустя три телефонных звонка и двух личных встреч в квартире блондинки, Рози оставила идею вывести подругу на хоть и душный, но все ещё свежий воздух. Прекрасно зная, что в жаркие дни Манобан способна только на то, чтобы дойти до душа и холодильника, подруга, в свой последний приход к теплокровной блондинке, захватила с собой стаканчик с кофе, чтобы ее ледяная подруга не умерла от жажды.       — Я уже всё сказала, никакой улицы! — увеличивая обдув в кондиционере, сказала блондинка.       — Ну Лили, ты так весь август пропустишь, а потом осенью опять будешь жалеть, что ничего интересного не сделала летом. Сама подумай, скоро опять университет, занятия, подработки, так почему бы сейчас не развлечься? - падая на кровать сбоку от подруги, сказала Рози.       — Лучше я буду жалеть осенью, чем сейчас расплавлюсь. Всё. Ты знаешь, сейчас ты меня не уговоришь. Было бы двадцать шесть или двадцать семь градусов — я бы подумала, но тридцать два — перебор.       — Пфф, ну и ладно! — обиженно фыркнула Рози. Нет, конечно она знала ответ блондинки, но всё равно ведь обидно. Всё-таки они с Лисой не часто проводили время вместе.       — Ну Рози, не обижайся, было бы не так жарко, я бы пошла, — приподнявшись, сказала Лили.       — Ладно, я привыкла, — улыбнулась Рози, вставая с кровати. — Я тебе, кстати, кофе принесла, а то мало ли, умрешь ещё от жажды.       — Хах, от чего я точно не умру, так это от жажды. Только за сегодня я выпила два литра воды, — усмехнулась блондинка, беря из рук подруги холодный стаканчик. — Что за кофе?       — Бананово-клубничный раф, — беря жёлтый шоппер с диванчика, ответила Рози.       — Хм, никогда не пробовала, — сказала Лили, после чего сделала небольшой глоток.       — Как тебе?       — Необычно, но вкусно, — улыбнулась Манобан. — Где брала?       — «Ddong coffee» — прикольное место, зайди как-нибудь, тебе понравится.       — Угу. Спасибо, что зашла, — улыбнулась Лили уходящей подруге.       — Ты давай тут, не умирай, я завтра ещё зайду к тебе.       — Постараюсь! — сказала блондинка, когда дверь за подругой уже была закрыта.

***

      День длился мучительно долго. Не происходило ничего такого, что могло развеселить Лили, которая уже двадцать минут наслаждалась прохладными струями воды. Кофе, что принесла Рози, уже был выпит, так что блондинка могла сделать вывод, что это лучший кофе, который она когда-либо пила. Банан не перебивал, а наоборот дополнял вкус клубники. Естественная сладость фруктов необычно сочеталась с бразильскими зёрнами кофе.       До конца удовлетворив свои нужды в холодной воде, Манобан вылезла из душа. Делать было, откровенно говоря, нечего. Смотреть дорамы Лиса никогда не любила, а на танцы нет никаких сил. Поэтому блондинка не нашла ничего гениальней, кроме как пойти и лечь спать. Хоть часы и показывали три дня, но это никак не остановило Манобан. Поэтому, сделав кондиционер на максимум, Лиса легла на свою кровать и стала смотреть стеклянным взглядом на Сеул, который хорошо был виден из окна, находившегося справа от широкой кровати. Серо-голубое небо, яркое солнце и ни одного облака. Печально…       За окном всё так же ни одного облака, но небо сменило свой оттенок на лёгкий синий, а солнце превратилось в апельсиновый джем, который еле-еле размазали над верхушками зданий. Лили проспала почти весь день. Часы показывали восемь вечера. И как же она так долго летала во снах? Да, Рози была права, похоже, Лиса опять пропустит все интересные события лета. Но что она может поделать, если жара слишком любит Сеул?       Ещё раз сходив в душ, Лили поняла, что её организм требует прохладительного напитка. Поэтому, замотав волосы в полотенце, она открыла сайт кафе, в надежде найти строку «доставка». Но даже после пяти минут изучения сайта, блондинка не смогла найти никакого номера, только адрес самого кафе. Заметно погрустнев, Лили приняла сложное для себя решение — выйти на улицу за кофе.       Уличный термометр показывал двадцать семь градусов, настроение Лили немного улучшилось, ведь это не тридцать два. Отыскав в куче вещей любимые короткие шорты от адидас и белый, облегающий грудь с талией, топ, Лили отправилась в ванную, чтобы оставить там халат, в котором она прежде ходила. Надев выбранную одежду, блондинка собрала длинные, слегка мокрые волосы в низкий пучок и вышла в коридор, где обула белые любимые кеды. Не забыв про кепку и телефон, она покинула укрытие от жары и отправилась по адресу, который был указан на сайте.       Пройдя пять минут по сеульским улицам, Лили заметила эмблему кафе, которая находилась в пятнадцати метров от нее. Не веря тому, что, наконец, этот кошмар позади, она добежала до желанного места и быстро заскочила внутрь.       В кафе пахло прохладой и дорогим бразильским кофе. Очередь перед кассой была небольшой — три человека, поэтому Лили подошла и встала за миловидной брюнеткой, что стояла самая последняя. Мужчина, который сейчас делал свой заказ, ужасно долго выбирал какой круассан ему взять: с шоколадом или клубникой, а следующая женщина пять минут допрашивала брюнета бариста про состав улитки с кремом. Слава всем святым, милая брюнетка в считанные секунды сделала свой заказ, так что спустя десять минут ожидания в очереди, блондинка, наконец, оказалась у кассы.       Но как только Лили была готова сделать свой желанный заказ, брюнет улыбнулся и сказал, что его смена закончилась, снял с себя фартук и ушёл, оставив блондинку стоять в недоумении. Но как только бариста ушёл, за кассу пришла девушка. На вид ей было лет двадцать, может двадцать два — не больше. Шоколадные волосы были собраны в низкий хвост, чёрный фартук баристы изящно обтягивал грудь и показывал талию, которая была не более шестидесяти сантиметров.       — Здравствуйте, вы определились с заказом? — немного низким, но очень приятным голосом спросила девушка. Взгляд Лили сразу побежал к бейджику, на котором было написано изящным шрифтом имя баристы — Джису.       — Извините? — снова послышался голос девушки.       — А, да… Я хочу бананово-клубничный раф, — еле смогла из себя выдавить сконфуженная Лили.       — Ага, холодный или горячий?       — Холодный.       — С сахаром или без?       — Без.              — Какой размер?       — Медиум.       — Хорошо. Итак, холодный бананово-клубничный раф без сахара, размер медиум, верно? Желаете что-то ещё? — на автомате проговорила бариста, мило улыбаясь.       — Да, вас, — вслух произнесла блондинка, совершенно не думая о том, что это услышала не только бариста, но и стоящие сзади люди.       — Кхм, наверное, вы оговорились, — ни капли не растерявшись, продолжила говорить Джису. — Может быть круассан?       — Нет, спасибо... — краснея, ответила Лили. — По карте.       — Хорошо! - бариста улыбнулась и, дав чек, переключила внимание на следующего посетителя. Красная от стыда, Лили отошла от кассы в сторону.       "Какой кошмар!", — пронеслось в голове у блондинки. — "Такими темпами обо мне узнают во всем Сеуле не как о танцоре, а как о девушке, которая предложила переспать баристе. Ужасно стыдно!".       — Бананово-клубничный раф со льдом, — уже знакомый бархатный голос сообщил покупателям, что чей-то заказ готов.       — Спасибо, — забирая кофе из рук милой баристы, сказала девушка.       — Ваша последняя просьба всё ещё актуальна? — заглядывая в глаза и улыбаясь кончиками губ, спрашивает бариста.       — Только если вы сможете исполнить её в лучшем виде, — в блондинке резко проснулась уверенность в себе и своих действиях, поэтому, улыбаясь одним уголком губ, она ответила так, что могла услышать только девушка с шоколадными волосами.       На положительный ответ блондинки Джису просто развернулась и пошла обслуживать других гостей заведения. Поникшая Лили нехотя поплелась к выходу из кафе, вынимая из подложки под стакан сам стаканчик. Тут какая-то бумажка полетела на пол. Судя по тому, что в данный момент рядом с блондинкой никого не было, то бумажка могла упасть только из-за того, что Лили достала стаканчик с кофе. Блондинка наклонилась и взяла бумажку. Развернув листок, уголки губ Лили поползли вверх.       «в десять вечера тут», — гласила записка.       — Рози, привет! — тут же набрала подругу Лили.       — Привет, у тебя такой голос радостный, уже увидела погоду на завтра?       — Нет, а что с ней?       — Завтра дождь и двадцать четыре градуса, — сообщила Рози радостным голосом.       — Воу, похоже, мои молитвы были услышаны, — усмехнулась Лили.       — Ты как-то не сильно обрадовалась, что-то произошло? —с волнением спросила подруга.       — Ну, если вкратце, то я вышла за кофе, предложила переспать баристе, а она согласилась. Сейчас я жду конца её смены, — на одном дыхании выпалила Манобан, а проходящая мимо неё женщина неодобрительно цокнула языком.       — Это не прикол? — пребывая в шоковом состоянии, спросила Рози подругу.       — Нет, к сожалению или счастью.       — Офигеть… — тихо сказала Рози. — Я надеюсь, ты не будешь её ждать? Мало ли кто она, может болеет чем-то…       — Не, я хочу дождаться её. Для какой-то убийцы или тому подобное она выглядит слишком милой. Тем более, она в моем вкусе, — спокойно ответила Манобан, прикидывая, что на самом деле это выглядит максимально странно. Кто бы согласился вообще на такое? Только Манобан, которой скучно жить, ну или она просто словила теплак.       — Лиса, я понимаю, что она в твоём вкусе, но это очень опасно. Ты даже её имя не знаешь!       — Знаю. Джису — красивое имя, правда?       — Ага… — поникшим голом пробормотала Рози.       — Чеен, не волнуйся за меня, я занималась борьбой, если что, смогу отбиться, — воодушевляюще пообещала Лили.       — Ты ходила на борьбу год, прогуливая каждый четверг, — напомнила Рози блондинке, которая уже представляла, как она отбивается от коварной девушки.       — Ну, ничего страшного, — беспечно улыбнулась Лили.       — Ладно, делай что хочешь. Если что — звони, — устало сказала Пак.       — Ну Рози, не обижайся!       — Я и не обижаюсь, просто волнуюсь.       — Со мной все будет хорошо, — многообещающе сказала Манобан.       — Надеюсь, — коротко сказала подруга, после чего сбросила трубку.

***

      Время прошло незаметно. Все два часа ожидания Лили гуляла по вечернему Сеулу. Даже пару раз встретила знакомых, которые очень удивились, увидя блондинку на улице. Во время прогулки Манобан успела обойти большой парк три раза, съесть два шарика клубничного мороженого и выпить стакан алкогольного мохито. Когда же время на телефоне показывало 21:54, Манобан направилась к уже знакомой кафешке, где недавно она пила вкуснейший кофе. В 22:06 блондинка стояла перед закрытыми дверьми «Ddong coffee». На вывеске были написаны часы работы «с 8 до 22». Простояв у закрытого кафе минут пять, Лили собралась было уходить, как двери здания открылись изнутри.       — Привет! Извини, что заставила ждать, надо было до конца убрать кафе, — сказала девушка с шоколадными волосами.       — Ничего, я недавно пришла, — улыбнулась Лили.       — В качестве извинения за ожидания кофе за мой счёт, ты какой будешь? Как сегодня? — пропуская внутрь здания блондинку, сказала бариста.        — На твой вкус, — проходя внутрь, сказала Манобан.       — Как знаешь, — улыбнулась Джису, закрывая дверь изнутри, после чего направляясь к месту, где баристы всегда делают кофе. — Как тебя зовут?       — Что? — не расслышав вопрос, спросила Лили.       — Твоё имя. Как тебя зовут?       — Лиса, Пранприя Лалиса Манобан, — вставая напротив Джису, сказала Лили.       — Тайка.. — удовлетворенно качая головой, улыбнулась бариста.       — Откуда знаешь? — удивилась блондинка.       — Пранприя — не корейская, японская или, тем более, не китайская фамилия. Да и внешность у тебя не как у кореянок, — улыбнулась Джису, насыпая зёрна кофе в специальное приспособление.       — А ты?       — Ким Джису, коренная кореянка, двадцать четыре года. Тебе, кстати, есть двадцать один?       — Да, а если не было бы, выгнала? — усмехнулась Лили.       — Ну почему же сразу выгнала, просто никому бы не рассказывала про то, что поимела несовершеннолетнюю, — пошло усмехнулась Джису, поливая уже готовый кофе каким-то топпингом.       — Хах, а так расскажешь всему миру?       — Только подруге, — Джису поставила стаканчик с кофе перед блондинкой. — Ваш бананово-клубничный кофе с карамельным топпингом и арахисом.       — Хмм, звучит завораживающе, — задумчиво проговорила Манобан. — Кстати, извини за прямоту, но когда ты меня собираешься отыметь?       — Так сразу? — усмехнулась Джису, выходя из-за своеобразной барной стойки. — Могу прямо сейчас, а могу через час.       — Вкусный кофе, — глотнув горячую жидкость, прокомментировала Лили.       — Как мы умеем тему отводить, — дерзким, немного пошлым голосом, сказала Джису, подходя все ближе к блондинке.       — Знаешь, я никогда не думала, что мне когда-то предложат переспать в кафе, — наклоняясь к лицу Манобан, медленно проговорила бариста. — Но ещё больше меня поразило, что я согласилась, — уже быстрее, чем первую фразу, сказала Джису, после чего накрыла губы блондинки своими.       От Лили пахло арахисом, а когда Джису углубила поцелуй, то почувствовала вкус карамели, что осела на языке Манобан. Шатенка, на удивление, пахла не кофе, а свежими пионами. А на вкус онни была сладкая. Да, определенно, Лили как будто попробовала сахарную вату на вкус.       Бескостный орган старшей взял власть во рту блондинки. Язык то проходился по ряду белых зубов, то гладил верхнее нёбо, заставляя волну мурашек пробежаться по коже Манобан. Тайка, в свою очередь, примостила руки на голове старшей, и каждый раз, когда волна мурашек пробегала по ее телу, Лили запускала свои длинные пальцы как можно глубже в волосы старшей.       Руки Ким схватили блондинку за заднюю часть ляшек и подняли, прижимая к туловищу. Манобан одной рукой обхватывая онни за шею, а второй зарываясь в шоколадные волосы, спустилась от губ к шее, где начала кусать за всевозможные места: рядом с мочкой уха, за ней, за пульсирующую венку сбоку шеи. Джису возбужденно выдохнула, образовав тихий стон, что сильнее завёл младшую.       Наконец Ким посадила блондинку на барную стойку, где прежде делала самый лучший в жизни Манобан кофе. Тёплые пальцы старшей в одно движение стянули белый топ, оставив Лили в бесшовном бюстгальтере, который вскоре был расстегнут и брошен на пол. Джису не спешила раздевать младшую полностью, но и сама не давала снять с себя одежду, которую уж очень упорно пыталась снять младшая.       Бариста прильнула губами к возбужденным соскам и стала нежно и аккуратно их целовать, иногда облизывая. Из губ младшей вырвался первый стон лишь тогда, когда Ким укусила правый сосок, слегка оттянув вперёд. Продолжая покусывать младшую за сосок, Ким не забывала про свой язык, который временами проходился по ореолам Лили.       — Джису, — успевая уложиться в один выдох, ведь сердце колотилось с бешеной скоростью, а кислорода критически не хватало, сказала Лили. — Я хочу тебя раздеть!       — А я хочу тебя, — на мгновение оторвавшись от грудей младшей, ответила Ким, после чего достаточно резко уложила Манобан на лопатки так, что ее ягодицы, спина и голова лежали на столе, а ноги судорожно обхватывали саму Ким за бедра. Джису медленно провела рукой от шеи до коленок Лили, проходясь по каждому сантиметру тела: рёбра, талия, живот, бедра — всё было во власти шатенки.       — Жестоко... — снова успела сказать Лили на выдохе.       — Жестоко будет, когда я не дам тебе кончить два раза, а на третий ты будешь умолять меня закончить начатое. Но это наша первая встреча, так что сегодня я работаю для тебя не только как бариста, — шёпотом сказала Джису, после чего её тёплые пальцы, отодвинув бежевые стринги младшей, стали изучать анатомию половых органов Манобан.       — Знаешь, никогда бы не подумала, что трахать кого-то настолько приятное занятие, — улыбнувшись, предвещая следующие события, сказала Джису.       Следующее действие баристы осталось в памяти Манобан, как пик наслаждения. Джису медленно ввела указательный палец внутрь девушки, проверяя готовность тела. Со следующим движением Лили чувствовала в себе указательный и средний пальцы, а Джису смогла наблюдать прекрасную картину, которой художники дали бы непристойное название. Манобан изогнулась в спине, выпячивая на обозрение старшей возбужденные груди, и запрокидывая назад напряженные руки, которые пытались найти предмет, за который можно схватиться.       — Умоляй, — твердо сказала Джису, но до затуманенного разума Лили не доходили никакие слуховые сигналы, поэтому Ким повторила ещё раз. — Умоляй меня.       — Нет… — смешивая слово со стоном, сказала Манобан, которая ненавидела, ненавидит и будет ненавидеть умолять людей о чем-то.       — Нет? Хорошо… — тихо сказала Джису, добавляя третий палец, окончательно растягивая младшую изнутри. Изо рта Манобан тут же вылетел чистый стон без единой фальшивой ноты.       — Умоляй, — в очередной раз повторила Джису. Лили сильнее выгнулась в спине и крепче сжала бедра своей баристы, которая сейчас вместо кофе готовила ее. В какой-то момент глаза Манобан стали мокрыми, а зубы больно прикусили нижнюю губу. Нет, Лили не было больно или неприятно, наоборот, она была возбуждена, а Джису делала с ней такие вещи, которые ни один парень не делал раньше.       — Агхр, умоляю! — когда Джису сделала очередное медленное движение пальцами, простонала Манобан, и Ким тут же уловила её слова.       Бариста ускорила темп пальцев внутри младшей, который окончательно заставил кричать Манобан. Тело блондинки ритмично дёргалось, напоминая конвульсии, а старшая осыпала поцелуями живот Лили.       — Это был лучший день из всего лета, — прийдя в себя, прошептала Лиса, после целуя пухлые губы своей баристы, которая вместо кофе приготовила ее.