We fell in love in October

Когда Томми впервые встретил Уилбура, это был не самый подходящий момент для знакомства, потому что Иннит замерз, устал, у него текло из носа и ему очень хотелось обматерить первого попавшегося человека, который осмелится заговорить с ним. Родители отказались подвезти Томми в новую частную школу, куда они его отправляли, так что ему пришлось сначала сесть на поезд – что уже было сущим мучением, потому что брайтонский вокзал, очевидно, задумывался архитектором как филиал ада – а затем пересесть на автобус, где Томми благополучно проспал свою остановку. Водитель разбудил его на конечной, и Томми вышел из душного автобуса в холодную осеннюю ночь, чтобы обнаружить, что он находится «посреди нигде», как сказала бы его мать, или «в заднице планеты», как сказал бы сам Томми. Кругом не было ни души, водитель автобуса успел слинять, пока Томми ошеломленно озирался по сторонам, впереди на много миль простирались вересковые пустоши, а интернет отсутствовал, отказываясь загружать Google Maps. Томми попробовал позвонить родителям, но никто из них не взял трубку, видимо, уже начав праздновать отъезд Томми из дома. Тогда Иннит пошел вперед по размокшей от недавнего дождя дороге, таща за собой чемодан, и надеясь встретить людей посреди этой глуши. Вот почему, когда Томми увидел две машины, стоящие на обочине, а также силуэты четверых парней, сидящих на капоте и передающих друг другу сигарету, он решительно направился к ним. Только когда Иннит подошел настолько близко, что от парней его отделяло всего несколько футов, он почувствовал отчетливый запах травки и понял, что парни затягивались не сигаретой, а косяком. Томми тут же остановился, потому что в родном городе он бы предпочел держаться от таких личностей подальше, но, во-первых, у него не было больше вариантов, кроме как спросить дорогу или замерзнуть насмерть в вересковых полях, и во-вторых, один из парней, самый высокий, уже заметил его и сделал шаг к нему. – Посмотрите-ка, кто у нас здесь, – насмешливо протянул парень. – Ты что, заблудился? Томми сразу не понравился его тон. Он не мог разглядеть лицо парня в почти полной темноте, но мог поклясться, что тот ухмыляется. – Нет, – жестко ответил Томми, уже передумав просить о помощи этого заносчивого засранца и его друзей. – Тогда что ты тут забыл? – Голос парня стал злее, и Томми неожиданно понял, что пятится назад, пока собеседник широкими шагами приближается к нему. Томми запнулся об чемодан и чуть не упал, когда парень грубо схватил его за руку выше локтя и удержал на ногах. – Родители не учили тебя, что гулять одному по ночам небезопасно? «Они вообще ничему меня не учили», – подумал Томми, чувствуя, как скопившееся за день раздражение готовится выплеснуться наружу. – Отъебись, – прошипел Томми, вырвав руку из хватки парня, который тут же вцепился в воротник куртки Томми. – Отвечай на вопрос, – приказал парень. Томми подавил желание ударить его головой в лицо. – Оставь его в покое, Клэй, – вдруг раздался другой голос, более глубокий и мелодичный, и Томми увидел, что еще один парень спрыгнул с капота и приближается к ним. Томми против воли почувствовал, как его захлестнула волна облегчения. – Не лезь, Уилбур, я сам разберусь с ним, – Клэй обернулся к другу, но все еще не отпускал Томми. – Он здесь что-то вынюхивает, и я узнаю, что. – Сбавь обороты, Шерлок, – фыркнул Уилбур и кивком указал на чемодан Томми. – Он новичок, вот и все. Томми не видел выражение лица Клэя, но ощутил на себе оценивающий взгляд, которым тот обшаривал его пару секунд, прежде чем разжать хватку. – Ну и какого хера ты шляешься в ночи, а? – спросил Клэй, и Томми не хотел отвечать на его вопрос, но второй парень, который вмешался в их перепалку, все еще стоял рядом, и, видимо, тоже ждал ответа. – Я проехал свою остановку, – неохотно признал Томми, и Клэй, черт бы его подрал, тут же разразился лающим смехом. – Слыхали? – Обратился он к двум другим, которые продолжали курить и тихо разговаривали между собой. – Наш малыш проехал свою остановку. Кто-нибудь, успокойте его, а иначе он обоссытся от страха. Томми уже приготовился врезать ему, наплевав на последствия, но Уилбур опередил его. – Заткнись, Клэй, – рявкнул он, неожиданно посуровев. – Хватит вести себя как мудила. – Затем он перевел взгляд на Томми. Инниту показалось, что его снова разглядывают, но на этот раз ему не хотелось спрятаться. Томми почувствовал, что краснеет, только теперь не от злости, а от смущения. – Новичок, значит. Подбросить тебя до школы? Томми на секунду застыл от удивления, и этого хватило, чтобы Клэй ответил за него. – Ты что, прикалываешься, Уилл?! – завопил Клэй, кажется, оскорбленный тем, что Уилбур предпочел его обществу компанию Томми. При мысли об этом Иннит испытал тщеславное удовлетворение. – Скажи, что ты это не всерьез. У нас же были планы, забыл? – Планы можно перенести, – Уилбур равнодушно пожал плечами. – Наша главная задача – помогать новичкам. Ну, по крайней мере, моя. – Пусть едут, – вмешался третий парень, прежде чем Клэй успел вставить хоть слово. – А то если завтра в полях найдут его замерзший труп, и выяснится, что это произошло в наше дежурство, Ричардс нас с дерьмом сожрет. На секунду Томми опешил, услышав знакомую фамилию. Ричардс был директором школы, в которую направлялся Иннит, а значит, странная четверка, которую он встретил, состояла из таких же учеников, как и он. С той лишь разницей, что у Клэя гонора хватило бы на пятерых. – Спасибо, Таббо, ты как всегда очень добросердечен, – Уилбур усмехнулся, покачав головой. – Садись, – обратился он к Томми, указав на ближайшую машину и звеня ключами. – Как же ты поведешь, если ты обдолбан? – неуверенно спросил Томми. В поведении Уилбура не было ничего странного, но Томми не хотел рисковать. – Не обдолбан, а слегка покурил, – поправил Уилбур. – Конечно, ты сам мог бы сесть за руль… – задумчиво протянул он, и у Томми сердце чуть не подскочило к горлу. Даже его друзья в Брайтоне не доверяли ему водить их машины, впрочем, на то была веская причина. – Но права-то у тебя хоть есть? – Да, – ответил Томми, решив не уточнять, что на следующий день после получения прав он врезался в дорожный знак, после чего больше никогда не водил машину, потому что отец отобрал у него ключи. «Клянусь, я не был пьян, когда сел за руль», – сказал он отцу, пытаясь оправдать себя. «И это еще хуже! – Запальчиво выкрикнул его отец. – Я бы еще понял, если бы ты въехал в этот чертов знак, будучи бухим в стельку, но трезвым? Твою мать, Томми, ты что, слепой?!» – Тогда ты поведешь, – Уилбур бросил ему ключи, которые Томми поймал на лету. Парень, которого звали Таббо, удивленно присвистнул, пробормотав что-то вроде «малый не промах». – Чемодан можешь засунуть в багажник, – добавил он, после чего повернулся к своим друзьям: – Увидимся завтра на химии. – Я просто охреневаю с тебя, Уилбур, – убитым тоном произнес Клэй, когда Уилбур сел на пассажирское сиденье. «Не ты один», – мрачно подумал Томми. Неожиданная доброта Уилбура шокировала его, и теперь он не знал, что ему делать. Когда Томми забросил чемодан в багажник – четвертый парень, представившийся как Ранбу, помог ему и даже пожал ему руку на прощание – и наконец сел за руль, вдыхая запах кожаной обивки салона, Уилбур развернул перед ним бумажную карту, светя на нее фонариком телефона. Томми быстро повернул ключ в замке зажигания и выехал на дорогу, боясь, что Клэй в последний момент выпрыгнет перед машиной, как пугало в фильме ужасов. – Мы – здесь, а нужно нам туда, – объяснил Уилбур, беспорядочно тыкая в карту указательным пальцем. – Понял? – Удивительно, но да, – фыркнул Томми. – Пожалуйста, скажи, что ты не собираешься становиться экскурсоводом. – О, пошел ты, я устраиваю лучшие экскурсии, – Уилбур, казалось, ничуть не обиделся. Томми не рискнул оторвать взгляд от дороги, чтобы посмотреть на него, но, судя по его тону, Уилбур улыбался. – Завтра покажу тебе школу и территорию. Отбой в десять, но, как видишь, всем наплевать. В принципе учителя смотрят на нарушения сквозь пальцы, главное, чтобы ты сдавал тесты. Но даже не думай списывать у миссис Грин, а то она вцепится в тебя, как горгулья. В прошлом году на экзамене у одного парня шпоры из трусов выпали, так она заставила его дописывать тест без штанов. Томм рассмеялся. – Ну и лузер. И что, его выгнали за списывание? – Не-а. – Уилбур зевнул. – Этим парнем был я. Томми в шоке уставился на него, пока Уилбур не схватил руль, который Томми чуть не выпустил из рук. – Следи за дорогой! – Черт, извини… – Пробормотал Томми, теплая ладонь Уилбура на пару секунд задержалась на руле поверх его собственной, прежде чем Уилбур убрал ее. – Извини. – Все в порядке, – заверил Уилбур. – Ну а тебя когда-нибудь исключали из школы? Томми мысленно выругался. Он мог бы солгать, но у него никогда не получалось делать это правдоподобно. – Да, – признался Томми после секундной паузы. – Чего?! – У Уилбура вырвался удивленный вздох. – Реально? Чувак, теперь мне нужны подробности. Томми тяжело вздохнул. Он помнил разочарование в глазах родителей, когда это произошло. Он не хотел вспоминать об этом. – Я пел в хоре, – начал он. – И ненавидел это. Так сильно ненавидел, что мне хотелось орать, но не было никакого способа выйти из хора, потому что только так мои родители могли оставить меня в покое. Однажды мы выступали на конкурсе против хора из Лондона, и я просто физически ощутил, что с меня хватит. И тогда я выкрикнул: «Отсосите, ублюдки» прямо во время исполнения второго куплета, потому что знал, что меня все равно никто не услышит. – Действительно, что же могло пойти не так, – пробормотал Уилбур, когда Томми замолчал. – Кажется, я был единственным в хоре, кто не знал, что время выступления сократили. – Продолжил Томми, невольно сжимая руль сильнее. – Не было никакого второго куплета. Только я, орущий залу, что они могут у меня отсосать, под финальный аккорд органа. Пару секунд в салоне стояла тишина, после чего Уилбур мягко рассмеялся. Его смех не был издевательским, как у Клэя, даже наоборот. Его смех был приятным и заразительным, и у Томми потеплело в груди. – Окей, значит, вычеркнем тебя из всех песенных конкурсов, – подытожил Уилбур. – У меня однажды на соревнованиях по теннису из руки вылетела ракетка, – неожиданно добавил он. – Моему сопернику наложили пять швов на лоб. Ты, по крайней мере, никого не покалечил. Томми несколько секунд провел в замешательстве, прежде чем до него дошло, что Уилбур рассказал историю своего провала, чтобы Томми не чувствовал себя плохо. – Ну, а тебя, по крайней мере, не исключили, – пробормотал Томми. – Вообще-то исключили, – возразил Уилбур. – Все решили, что я кинул в него ракеткой специально. Это было мое второе исключение за полгода. Родители были в бешенстве. – Второе? – Заинтриговано переспросил Томми. – А что насчет первого? – Да так, херня, – отмахнулся Уилбур. – Выгнали из католической академии для мальчиков, когда застукали меня с парнем. Томми показалось, что он ослышался. Уилбур не мог иметь в виду то, о чем подумал Томми. Конечно же, нет, и если Уилбур узнает о том, что пришло в голову Томми, то назовет его извращенцем. Уилбур был не таким, и его определенно оскорбило бы то, что Томми предположил такое о нем. – Застукали… за чем? – уточнил он, стараясь сделать так, чтобы его голос звучал ровно. Томми кожей ощутил на себе тяжелый взгляд Уилбура и почувствовал, как влажные от пота ладони скользят по рулю. – Ну, знаешь, – Уилбур несколько раз встряхнул в воздухе кулаком в безошибочно узнаваемом жесте. И, будто этого было мало для беспокойного рассудка Томми, добавил: – За дрочкой. Томми срочно нужно было открыть окно, чтобы холодный воздух остудил его покрасневшее от смущения лицо, а еще лучше – сунуть голову под струю ледяной воды. Что это все означало? Уилбур был геем? При мысли об этом Томми почувствовал себя ужасно. Были две группы людей, которых он старался избегать в Брайтоне: торчки и геи, и, надо же, в первый же вечер в новой школе он получил два в одном. Его родители были бы так разочарованы. Вслед за этими мыслями пришла другая, еще хуже: что имел в виду Клэй, когда сказал, что у них с Уилбуром были планы? Неужели Уилбур встречается с этим мудаком? Томми ощутил прилив гнева и отвращения. Кто-то настолько добрый как Уилбур заслуживал лучшего, чем этот придурок Клэй. – Эй, приятель, ты вообще в этом мире? – Уилбур щелкнул пальцами перед лицом Томми. – Я же сказал, следи за дорогой. Томми вздрогнул, на секунду выпустив руль из рук, и на мгновение машину занесло, прежде чем ладонь Уилбура снова оказалась на руле поверх руки Томми. На этот раз Томми дернулся от его прикосновения как от удара током. Ладони Уилбура были большими и шершавыми, с длинными тонкими пальцами. Томми не хотел думать о том, что еще Уилбур мог сжимать этими руками. Томми понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что машина не двигается с места, несмотря на то, что он давит на газ. – Ты загнал мою машину в яму, – произнес Уилбур таким тоном, будто не мог поверить в это. Затем он расхохотался, и Томми подумал, что наркотический приход, вероятно, наконец-то догнал его. – Извини, – неловко произнес Томми. – Надо было сразу сказать тебе, что в Брайтоне я в основном ходил пешком. Мы можем позвонить в службу эвакуации? Или твоим друзьям, чтобы они забрали нас отсюда? – После каждой сказанной им фразы Уилбур смеялся все громче, и в конце концов тревога Томми достигла предела. Он схватил Уилбура за плечи и встряхнул его: – Уилбур, скажи, что мне, блядь, делать?! – Чувак, – выдавил Уилбур, задыхаясь от смеха, – здесь нет связи, так что мы можем максимум отправить записку, привязанную к какой-нибудь птице, и ждать, ну не знаю, примерно пару веков, пока нас не спасут. Или, – продолжил он, – я могу выйти из машины и толкать ее, а ты будешь давить на газ. Томми быстро кивнул. Он боялся, что Уилбур рассердится на него, но тот целиком и полностью был занят решением проблемы, забыв, что ее причиной был Томми. Они попробовали следовать плану Уилбора, но никаких заметных изменений не последовало, разве что штаны Уилбура теперь были почти так же покрыты грязью, как колеса машины. – Чувак, ты точно давишь на газ, а не на тормоз? – в конце концов спросил Уилбур, измученно прислонившись к машине. – Сам ты тормоз, – огрызнулся Томми, но на всякий случай перепроверил. После еще одной бесплодной попытки Уилбур сдался и сел на капот, закуривая сигарету из пачки, которую он вытащил из бардачка. – Уилбур, – тихо позвал Томми, устраиваясь рядом. – Мне очень жаль. Теперь при свете фар он мог видеть, что Уилбур был одет в темный свитер поверх рубашки, а на его шее висел сбившийся набок форменный галстук. Он снял пальто, чтобы не запачкать его в дорожной грязи, и закатал рукава. На его руках выступали вены, и Томми изо всех сил старался не пялиться на него. – Ты уже говорил это, – отозвался Уилбур, и Томми потребовалась секунда, чтобы понять, о чем именно он, черт возьми, говорил. – Я имею в виду не только за то, что я загнал твою машину в яму. – Томми засунул руки в карманы, нервно прогуливаясь вокруг машины. – За все. За то, что помешал тебе тусоваться с Клэем и ребятами. Уилбур усмехнулся. – Это отстой – тусоваться с Клэем, когда он в таком настроении. – Уилбур едва заметно нахмурился, и Томми снова почувствовал, как в его груди поднимается волна ненависти к Клэю. – Обсуждать по десятому кругу девушек, учителей и новости от родителей. Так что, полагаю, я должен тебя поблагодарить. Если бы не ты, я бы сейчас помирал со скуки. – Можно подумать, сейчас тебе очень весело, – хмыкнул Томми. – Черт, нет, – Уилбур рассмеялся. – Это худшая ночь в моей жизни с тех времен, когда мне было десять и меня закрыли в школьной библиотеке. Но я чувствую себя живым, понимаешь? – Да уж. А еще грязным, потным и растрепанным, – Томми замолчал, осознав, что произнес его рот, но Уилбур, казалось, не обратил никакого внимания на его слова. – Это точно, – Уилбур затушил сигарету и зевнул. – Поскорей бы принять душ и лечь спать. К счастью, Томми не успел представить, как Уилбур принимает душ, потому что в этот момент на дороге появилась другая машина, такой же Корветт, как у Уилбура, только не красный, а черный. Когда машина поравнялась с ними, стекло со стороны водителя опустилось, и Томми увидел, что за рулем сидит Таббо. – Эй, придурки, вы чего тут застряли? – выкрикнул Таббо, высунувшись из окна. Из-за его плеча выглядывал Ранбу, с любопытством осматривая место происшествия. Клэя рядом не наблюдалось, и Томми был чертовски рад этому. – Мы въехали в яму, – сообщил другу Уилбур, когда Томми уже приготовился к тому, что Уилбур расскажет Таббо о фатальной ошибке Иннита и его постыдном неумении водить машину. Томми удивленно уставился на него, и Уилбур подмигнул ему, намекая, что он будет хранить тайну Томми. Иннит быстро отвернулся, чтобы никто не заметил, как его губы сами собой растянулись в улыбке. – Может, если бы вы вышли из машины и помогли толкать… – Еще чего! – возмутился Таббо. – Нам, по-твоему, делать нечего? – Но ведь… – начал Уилбур. – До встречи, неудачники! – Таббо резко вывернул руль и, объехав машину Уилбура, помчался дальше по дороге, пока Уилбур и Томми ошеломленно смотрели ему вслед. – У меня, кажется, где-то был домкрат, – вдруг произнес Уилбур так тихо, будто обращался к самому себе. – Точно! – обрадовался Томми. – Черт, если бы я вспомнил об этом раньше, мы уже давно вытащили бы машину. – Что? – Уилбур на секунду нахмурился в замешательстве. – Нет, мне нужен домкрат, чтобы расколотить им все фары в машине Таббо, когда мы вернемся в школу. Хотя твоя идея тоже ничего. Томми понятия не имел, шутит Уилбур или нет, и он предпочел не спрашивать, к тому же домкрата поблизости все равно не оказалось. Уилбур перерыл весь багажник и разразился потоком ругательств на нескольких языках, что впечатлило Томми настолько, что он даже не стал протестовать, когда Уилбур велел ему толкать машину, а сам сел за руль. Спустя некоторое время, когда Томми показалось, что от усилий у него скоро лопнет аорта, машина наконец поддалась, а Уилбур что-то закричал, нажав на газ и обдав Томми лавиной грязи из-под колес. – Твою мать, ты что, издеваешься?! – заорал Томми, когда Уилбур выпрыгнул из машины с таким довольным лицом, будто он только что выиграл приз. – Я же кричал тебе: «Отойди»! – надо отдать Уилбуру должное, у него хватило совести выглядеть виноватым. – Я думал, ты просто так кричал, – пробормотал Томми, отчетливо понимая, как глупо это звучит. – Я же тебе не чирлидер какой-то, – Уилбур мягко улыбнулся, и Томми уже хотел было возмутиться, но Уилбур вдруг сделал нечто странное, что заставило мозг Томми зависнуть: он лизнул большой палец и провел им по щеке Томми. – Какого хрена ты делаешь? – Томми испуганно отпрянул, почувствовав, как его сердце сделало кульбит в груди. Если бы он вспомнил об этом позже, то убедил бы себя, что причиной его реакции была неожиданность, а не то, как приятно было ощущать прикосновение Уилбура на своей коже. – У тебя грязь на лице, – пояснил Уилбур, снова положив свою теплую ладонь на щеку Томми. – Да, и кто же в этом виноват? – Томми нервно усмехнулся, когда Уилбур коснулся его скулы. Иннит встретился взглядом с Уилбуром и быстро отвел глаза, потому что Уилбур опять разглядывал его. Он смотрел на Томми так, будто тот был чем-то удивительным, и его рука находилась на щеке Томми явно дольше положенного. – Ну что, теперь мы можем ехать? – Предложил Томми, сглотнув ком в горле. – Да, – Уилбур убрал руку и отстранился медленно, будто не хотел это делать. – Теперь я поведу. – Добавил он с ухмылкой, от которой Томми раздраженно закатил глаза, что заставило Уилбура рассмеяться. Томми не стал протестовать и сел на пассажирское место. Оказалось, что до школы оставалось совсем немного, и через пятнадцать минут вересковые поля по обе стороны от дороги вдруг сменились ухоженными лужайками, а вдали показались остроконечные башни школы, делающие ее больше похожей на викторианский особняк, чем на учебное заведение. – Значит, так, – начал Уилбур, припарковавшись на подъездной аллее. – Ворота уже закрыты, поэтому мы перелезем через забор. Томми встревоженно уставился на кованую решетку ворот. Если честно, ему не хотелось порвать штаны или сломать себе что-нибудь при падении с высоты, но предложение Уилбура прозвучало как вызов, и уклоняться от вызова было совершенно не в духе Томми. – Отлично, тогда как мы это сделаем? Уилбур хитро улыбнулся, и Томми мог поклясться, что ему польстила готовность Томми следовать его указаниям. – Я тебя подсажу. Идем. Они вышли из машины и направились к воротам. Томми на несколько секунд почти позволил себе расслабиться, глядя на редкие тусклые звезды, пробивающиеся сквозь облака, и прислушиваясь к хрусту листвы под ногами. Затем его взгляд упал на очертания здания школы, и Томми внутренне поежился, потому что в лунном свете все выглядело немного зловеще. Ну, все кроме Уилбура, помятого, испачканного грязью и по какой-то причине настолько знакомого, что Томми вдруг захотелось обнять его. Но Томми этого не сделал, потому что, к счастью, его мозг, перегруженный потрясениями этой ночи, не настолько вышел из строя, чтобы кидаться на шею парням, которых Томми знает максимум два часа, даже если у этих парней была потрясающая улыбка и восхитительный дерзкий блеск в глазах. – Ну что, готов? – спросил Уилбур, вырвав Томми из его мыслей. Томми кивнул, и Уилбур ободряюще улыбнулся. – Встань мне на плечи, – проинструктировал Уилбур, присев на корточки. Томми хотел было возразить, но вдруг отчетливо осознал, что доверяет Уилбуру. Томми сделал, как ему было сказано, после чего Уилбур медленно выпрямился, поддерживая Томми за бедро. – Не трогай мою задницу! – возмутился Томми, цепляясь за решетку ворот и стараясь найти устойчивое положение. – Это стратегическая необходимость, – раздался снизу приглушенный голос Уилбура. Томми задохнулся от негодования, но не успел ничего сказать, потому что Уилбур вдруг с силой подтолкнул его и отправил Томми в полет за забор. Томми с треском рухнул в куст живой изгороди. От силы удара у него вышибло весь воздух из легких, все его тело болело, и он злорадно надеялся, что у него что-нибудь сломано, чтобы заставить Уилбура заплатить за такое ужасное обращение. Еще несколько секунд он лежал, глядя в небо и осознавая, что завтра у него появятся синяки, пока с другой стороны ворот не раздался странный шум, будто кто-то толкал продуктовую тележку, после чего Томми запрокинул голову и увидел свой чемодан, летящий ему прямо в лицо. Томми сжался в клубок и откатился в сторону, прежде чем Уилбур успел превратить его в легенду среди патологоанатомов, сделав его единственным в мире человеком, убитым собственным багажом. Томми откинулся на спину, пытаясь оправиться от испуга, но не успел это сделать, потому что следующее, что он понял, это то, что Уилбур собственной персоной падает прямо на него, и на этот раз Томми предпочел просто закрыть глаза и встретить свою судьбу. Через несколько секунд Томми приоткрыл один глаз и обнаружил, что он, вопреки своим ожиданиям, все еще жив, а Уилбур приземлился в полуметре от него в такое позерской позе, как будто он был персонажем фильма Марвел, пришедшим на спецзадание. Это разозлило Томми еще больше, потому что, конечно же, Уилбур не мог упасть как любой смертный человек, ему обязательно надо было выглядеть идеально с этими растрепанными мягкими волосами и вызывающей ухмылкой. – Ты просто сумасшедший! – произнес Томми яростным шепотом. Теперь, когда они оказались в непосредственной близости от школы, он не решился кричать, чтобы не привлечь к себе лишнее внимание. – Понятия не имею, чему вас тут учат, но швырнуть в человека свое тело – это не лучший способ завязать знакомство. – От сумасшедшего слышу, – парировал Уилбур отряхивая свое пальто. – Ты первый задал тон, когда опрокинул нас в яму, а я просто пытался соответствовать. Кстати, я даже не знаю твоего имени. – Он протянул Томми руку, чтобы помочь ему встать, и Томми машинально принял его помощь, но это не означало, что он перестал злиться. – Большое упущение с твоей стороны, – съязвил Томми. – Конечно же, по этикету нужно сперва узнать имя человека, а уже потом окатить его грязью и попытаться убить его, рухнув ему на голову. – О, перестань, я уверен, что твоя чугунная голова выдержала бы, даже если бы на нее рухнули все столпы мироздания, – ответил Уилбур с необъяснимой мягкостью в голосе. – Очень остроумно, Уилбур. – Томми скрестил руки на груди, но ему было все труднее злиться, потому что Уилбур закусил губу, чтобы сдержать улыбку. – Это так оскорбляют друг друга ученики частной школы? Может, вы еще называете друг друга «сэр», прежде чем послать на хер? Уилбур рассмеялся, а затем вдруг поднял с земли охапку сухих листьев и швырнул их в Томми. Иннит увернулся и ответил тем же, пока их перепалка не превратилась в настоящее сражение. Томми спрятался за деревом, но Уилбур вдруг налетел на него сбоку и повалил на землю, в результате чего он оказался над Томми, сидя на нем верхом и прижимая его запястья к земле. – Сдавайся, – приказал Уилбур, и по телу Томми прошла дрожь от того, каким низким и властным был его голос. – Ни за что! – выкрикнул Томми, извиваясь на холодной земле и пытаясь укусить Уилбура за руку. Вдруг его блуждающий взгляд случайно наткнулся на одно из школьных окон за спиной Уилбура, и Томми показалось, что он увидел чей-то силуэт на верхнем этаже. Он не знал, был ли это ученик или учитель, но он быстро представил, как они с Уилбуром выглядят со стороны: Томми лежит, придавленный к земле, а Уилбур ерзает на его бедрах, стискивая его запястья, и его лицо так близко к лицу Томми, что их дыхание смешивается. При мысли об этом Томми ощутил неожиданный прилив возбуждения и, тут же устыдившись, забился в хватке Уилбура еще сильнее, что только ухудшило его положение, потому что он только сейчас почувствовал, как идеально ощущался вес тела Уилбура и трение его бедер. – Отпусти, – взмолился Томми, и Уилбур, кажется, увидел страх на его лице, потому что он сразу слез с тела Томми. – В чем дело? Я напугал тебя? – спросил Уилбур, обеспокоенно нахмурившись, и Томми почувствовал, как у него неприятно кольнуло в сердце при мысли о том, что он расстроил Уилбура, оттолкнув его. – Мне просто… показалось, что за нами наблюдают, – Томми ограничился этой полуправдой, надеясь, что по его лицу не очень заметно, что он что-то недоговаривает, потому что лжец из него был так себе. Томми ненавидел лгать. Он был самым худшим лжецом в мире. Он даже не смог притвориться трезвым перед своей матерью, когда впервые напился с друзьями и пришел домой после полуночи. «Томми, ты что, пьяный?» – испуганно спросила его мать, встретив его в гостиной. «Нет», – неразборчиво промычал он, сразу после чего его вырвало на пол. Именно эта ситуация стала причиной того, что его отправили в частную школу, находящуюся у черта на рогах. – Блять, – к удивлению Томми, Уилбур перевел взгляд на то самое окно, в котором Томми видел силуэт. – Идем. Нам обоим нужно поспать. Томми повиновался, вытащив свой чемодан из обломков живой изгороди и направившись вслед за Уилбуром. Они поднялись по ступенькам на крыльцо, и Уилбур толкнул тяжелую дубовую дверь, после чего они оказались в просторном холле. Томми старался издавать как можно меньше шума, но его шаги по мраморному полу, пока они пересекали холл, все равно вызывали эхо. – Мистер Сут, – вдруг произнес вкрадчивый голос за спиной Томми, заставив его вздрогнуть. Иннит оглянулся и увидел невысокого мужчину лет пятидесяти в очках и строгом костюме. Впрочем, кем бы он ни был, Томми был уверен, что он не тот человек, который наблюдал за ними из окна. – Вам уже давно пора находиться в постели. Уилбур развернулся на сто восемьдесят градусов, нацепив на лицо маску такой раболепной учтивости, что Томми чуть не расхохотался. – Статус старосты не дает вам право блуждать по ночам где заблагорассудится, – продолжил мужчина, и Томми не сразу успел осмыслить то, что он произнес. – Староста? – Вырвалось у него. Он удивленно уставился на Уилбура. – Ты – староста? Мужчина вскинул брови, а на лице Уилбура промелькнула тень недовольства. – Я привел новичка, сэр, – гордо сообщил Уилбур. Эффект важности его заявления был подпорчен оценивающим взглядом, которым мужчина одарил их обоих и их грязную одежду. – И я полагаю, что вам пришлось спуститься за ним в глубины ада, другого объяснения вашему внешнему виду я подобрать не могу, – резюмировал мужчина, и Томми заметил, как Уилбур сжал челюсти от злости. – Мы столкнулись… с некоторыми трудностями, – Уилбур замялся, и Томми с ужасом осознал то, в каком положении они оказались: ни он, ни Уилбур совершенно не умели лгать. Разница между ними заключалась лишь в том, что Уилбур даже не пытался, поскольку, в отличии от Томми, он был честным человеком. Кроме этого, Томми осознал еще две вещи: во-первых, мужчина, который стоял перед ними, по какой-то причине терпеть не мог Уилбура, и во-вторых, Уилбур не просто самовольно покинул территорию школы, он курил травку, и если подойти к нему достаточно близко, то можно было почувствовать ее запах, а тогда Уилбура наверняка исключили бы. Иными словами, Томми понимал, что он плохой лжец, но у него были веские причины сделать то, что он сделал, а именно: открыть рот и позволить самой невероятной лжи вылететь оттуда, как пушечное ядро. – Это моя вина, сэр, – быстро заговорил Томми, заработав полный ужаса взгляд Уилбура и очень стараясь его игнорировать. – На меня напали, меня хотели ограбить, когда я шел по дороге, и Уилбур случайно оказался рядом и помог. Их было больше, чем нас, – Томми чуть не сказал «их было семеро», но в последнюю секунду передумал. – Нас били! – добавил Томми, вложив в эту фразу весь свой артистизм, который он мог наработать за те два месяца, когда он ходил в драмкружок, чтобы у него была причина прогуливать хор. Затем он закатал рукав и показал то место, где он ушиб локоть, когда Уилбур перекинул его через забор. – Но все обошлось, сэр, потому что Уилбур был там со мной, потому что он считает, что его долг – помогать новичкам. Томми силой заставил себя замолчать, когда понял, что Уилбур и поймавший их мужчина выглядят так, будто соревнуются, кто выше поднимет брови. – Это правда, Сут? – требовательно спросил мужчина, и Томми подавил рвущийся наружу вздох облегчения. Уилбур посмотрел на Томми так, словно тот швырнул ему в лицо гранату, но все же ему хватило выдержки не испортить все старания Томми: – Да, мистер Паркер. – Тогда отведите новичка в медицинское крыло, покажите ему его комнату и немедленно возвращайтесь в свою спальню, – мистер Паркер поджал губы и еще раз смерил их сердитым взглядом. – Но для начала примите душ. Марш отсюда! – Доброй ночи, мистер Паркер, – вежливо отозвался Уилбур, но как только удаляющиеся шаги мистера Паркера стихли в коридоре, Уилбур зажал себе рот рукавом, а его плечи затряслись от беззвучного смеха. – Боже, ты просто нечто, – восхищенно произнес Уилбур, положив руку Томми на плечо, и Иннит почувствовал, как в его груди разливается тепло. – Ты спас мою задницу, а я даже не знаю твоего имени. – Я Томми, – неловко представился Иннит. Его имя не было оригинальным, но обычно его это не волновало. – Томми… – Уилбур произнес его имя так, будто пробовал его на вкус, и внезапно Томми захотелось, чтобы Уилбур повторял его чаще. – Что ж, Томми, – Уилбур вдруг вновь стал серьезным, – иди за мной, наша экскурсия начинается прямо сейчас.