Души моей тень

Волки снова возложили все обязанности по особняку на Донсика и уже отправляются в аэропорт на двух такси. Чонгук со своим омегой едет, рассказывает ему о достопримечательностях Оттавы, обещает в Ридо парня сводить, посетить вместе Королевский монетный двор. Омега завороженно слушает, устроившись на плече альфы. В следующей машине Намджун кулаки в ярости сжимает, видя в лобовое стекло нежущуюся пару.

***

Компания садится в самолёт до Торонто. Для Юнги всё это ново и необычно. Он очень нервничает, что не ускользает от альфы. Чонгук его ладонь из своей не выпускает, шепчет нежности, успокаивает. В Торонто они снова совершают пересадку уже прямиком до Оттавы. В аэропорту столицы их встречает тёплая компания — Чимин, Хосок и беременный и ворчащий Тэхён. Омега всю дорогу до пентхауса капризничал, а Юнги лишь грустно завидовал, вспоминая, как с трепетом и нежностью поглаживал собственный округлый животик.

Спустя полчаса езды автомобили тормозят на стоянке большого пентхауса. Юнги восторженно оглядывается вокруг. Здесь очень красиво. Да и вообще, весь город, словно сказочный. Архитектура Оттавы сразила омегу своей красотой. Юнги уже не терпится с Чонгуком посетить здешние достопримечательности. Пентхаус представляет собой современное стеклянное здание в пять этажей. Первый этаж — развлекательная зона, зона отдыха. Второй — кухня, столовая и бар — ресторан. Остальные — жилые квартиры. Апартаменты Чонгука находятся на третьем этаже. Альфа с омегой решают отдохнуть с дороги, поэтому молодые прощаются с остальными и поднимаются в квартиру. — Я в жизни такой красоты не видел… — Юнги завороженно разглядывает вид из окна. Чонгук подходит к омеге сзади и нежно обнимает за талию. — Нет никого и ничего красивее тебя в этом мире. Я люблю тебя очень, волчонок. — нежно шепчет омеге на ушко. По телу Юнги возбуждение лавиной проносится от дыхания альфы. Доселе он чувств таких ярких не испытывал, будто впервые в объятиях альфы оказался. Омега в кольце чонгуковых рук разворачивается, губами впивается в его губы. Сладко, до дрожи, до рваного дыхания. Альфа чувствует его возбуждение, руками по желанному телу блуждает, под ткань кофты проникает, гладит нежную кожу, сжимает бока, не отрываясь от опухших омежьих губ. Юнги отрывается первым, на альфьей рубашке пуговицы торопливо расстёгивает, одна не поддаётся, омега срывает ненужную ткань, пуговицы на пол падают, следом рубашка чонова. Юнги голодным зверьком к груди альфы губами припадает, дуреет от разгорячённого тела, целует, засасывает, оставляя алые пятна. Чонгук голову откидывает в наслаждении, терпеть больше не может, торопливо омегу одежды лишает, сам раздевается. Два горячих обнаженных тела на простынь шёлковую падают. Альфа нависает над омегой, ноги его сразу раздвигает, пристраивается головкой члена к уже истекающей смазкой дырочке и плавно погружается до основания. Омега за поцелуем тянется, дышит громко и рвано. Хочется больше, глубже, быстрее. Сам бедрами подмахивает, ритм задаёт. Альфа улавливает каждое движение под собой, ускоряется, углубляет толчки и уже наслаждается громкими омежьими стонами. Омега его имя как в бреду выстанывает, Чонгук дуреет от картины перед собой: парень голову на подушки откинул, глаза его прикрыты, лицо в испаринах, с приоткрытых припухших губ стоны с его именем срываются. Чонгук в юнгиеву шею чуть-ли зубами не вгрызается, покусывает, засасывает нежную солоноватую кожу, метку лижет кончиком языка. Омега от таких ласк ещё громче стонет. Чонгук ноги его на плечи кладёт, нежно целует каждую, продолжая рваными толчками врываться в податливое тело. Угол проникновения меняется, и омега уже кончить готов, он за поцелуем снова к альфе тянется, тот нагибается, впивается в манящие губы, не сбавляя темп. Омега мелодично стонет в поцелуй, чуть-ли не скулит, содрогается, изливаясь на собственную грудь. Чонгук ещё немного двигается и изливается внутрь, сводя толчки на нет. Альфа трясущиеся ноги парня отпускает с плеч, на вздымающуюся грудь его щекой опускается, слушает бешеное сердцебиение. Оба мокрые от пота и спермы, рвано дыша лежат, не двигаются. Омега чувствует набухший узел, расслабляется, пытается дыхание сбившееся восстановить. — Мне ещё никогда так хорошо не было… — шепчет. — Это ведь из-за обращения, да? — Угу. — раздаётся откуда-то снизу. Чонгук тоже впервые испытывает такие ощущения. Секс с оборотнями был у него и раньше. Но с этим омегой всё по-другому. Хочется больше, глубже, до самого дна. Сожрать его хочется.

***

Парни задремали. А на втором этаже уже во всю подготовка к вечеру идёт. Повара готовят блюда, напитки. Чимин лично за всем следит, всё пробует. До этого Тэхён кухней руководил, но сейчас находиться на ней он не может. Различные запахи тошноту вызывают. Вечеринка на первом этаже пройдёт. Хосок с парнями зал готовят, устанавливают аппаратуру и места для отдыха.

***

— Нам в душ нужно. И я кушать сильно хочу. — Бурчит проснувшийся Юнги. Альфа нехотя разлепляет веки и слезает с парня. Они вместе душ принимают, моют друг друга мочалкой с душистым гелем для душа. Пара уже оделась, как на мобильный Чона раздаётся звонок. — Да, Чимин. — Спускайтесь, поужинаете. А через пару часов вечеринка. — сообщает бодрый и радостный голос альфы. — Хорошо, спасибо. Юнги чуть-ли не бегом на второй этаж спускается. Он по запаху столовую находит. Чимин провожает молодых до их столика. К ним уже спешат официанты с подносами. — Надеюсь твой омега не привередлив в еде? — улыбаясь спрашивает Чонгука Чимин. — Нет. Я не привереда. — отвечает сам омега, смотря мужчине в глаза. — Тогда приятного аппетита. — тепло улыбается им альфа и уходит к своему столу. Официанты водружают на стол пары разные вкусные блюда. Среди них рыба, мясо птицы, рис, кимчхи и пара тарелок с салатами. Вскоре почти всю столовую занимают люди, и омеге не по себе становится. — Они… Все… Оборотни? — спрашивает Чона, ковыряясь в тарелке с рисом и кусочками мяса. — Да. Нас не так мало, как кажется. — А персонал? Они ведь люди. — Да. Персонал — люди. — улыбается Чонгук. — А они знают о вас? — омега испуганно на альфу смотрит. — Нет. Не знают. — Чонгук руку Юнги своей накрывает, сжимает легонько, успокаивая. — Они просто выполняют свою работу и уходят. Дальше второго этажа они не поднимаются. Кушай уже. — Ясно… Жутко как-то. — омега оглядывается по сторонам. Со всех столов на него с интересом смотрят альфы и омеги. Взглядом он встречается с Суёном и Тисоном, кивает им и получает тёплые улыбки и кивки в ответ. Намджун в их сторону не смотрит даже. Он с Чимином за столом сидит и о чём-то с ним беседует. Юнги наконец то принимается за ужин. Все блюда довольно вкусные. Голод взял своё и омега уже уплетает за обе щёки, а альфа тепло улыбается, наблюдая за милым мычащим от удовольствия парнем. В дверях появляется фигура Тэхёна а следом понуро плетётся Хосок. Юнги улыбается этой картине. Он решает познакомиться как следует с обращённым омегой. Пара направляется в сторону соседнего с их столика. — Приятного аппетита. — с милой квадратной улыбкой желает Тэ. — Спасибо. — отвечает Юнги. — и вам приятного.

***

После ужина персонал убирает столы, а все волки готовятся к вечеру. — Вот, примерь. Это Тэ передал. — Чонгук зашёл в спальню к омеге и протянул ему большой бумажный пакет. — Ух-ты… — Юнги сразу достаёт содержимое и раскладывает на постели. — Всё белое… Перепачкаю же. — он ладонью оглаживает белые джинсы и белую шёлковую блузку. — Не страшно. Завтра съездим по магазинам, приоденем тебя. — Чонгук с шкафа чёрную выглаженную рубашку достал и чёрные кожаные брюки. Вскоре весь пентхаус оглушает современная клубная музыка. Альфа с омегой заходят в зал и Юнги вздрагивает от огненных взглядов в свою сторону. Его глаза сами невольно вспыхивают и толпа восторженно охает и аплодирует новообращённому. — Будешь что-нибудь пить? — кричит ему на ухо альфа. — Да уж пожалуйста… Немного расслабиться не помешает. — отвечает Юнги. Альфа ведёт его через толпу к бару. — От спиртного ты не опьянеешь. — улыбается омеге. — Как это… А как же расслабиться? — омега облокотившись спиной на барную стойку стоит, вопросительно глядя на альфу. — Кит, дай пару бризов. — тот к бармену обращается. — Секунду. Омега смотрит в толпу и не видит, как готовится коктейль. — Пожалуйста. — бармен поставил перед парой бокалы. Омега отпивает напиток и морщится. — Горячо. Что это? — альфу спрашивает. — Капля аконита не вредит нам. Лишь временно туманит рассудок. — Чонгук залпом опустошает бокал и следит за поменявшимся в лице омегой. Юнги повторяет за альфой, до дна выпивает бриз и уже через минуту чувствует изменение состояния. По телу жар проносится, в глазах будто фейерверки взрываются. Омега чувствует прилив адреналина и готов уже в пляс пуститься. Он от стойки отрывается, плавно двигается в сторону танцующей разгорячённой толпы. Альфа глаз с него не сводит, глаза его вспыхивают, ведь омега уже танцует плавно, в такт музыке. Он изящно телом двигает, прикрывает глаза и отдаётся ритму. В голове Юнги лишь музыка звучит, и хочется двигаться, двигаться и двигаться. Тело лёгким становится, будто невесомое. Омега открывает глаза, а перед ним кровавый омут. – Развлекаешься, волчонок? – спрашивает Намджун. – Как видишь. – отвечает омега, и хочет уже уходить, как альфа его за талию хватает, прижимает к себе. Вокруг них в ту же секунду толпа расступается, потому что от омеги снова агрессия исходит. Мощная, чудовищная, заставляет всех вокруг сжаться в страхе. Чонгук не шевелится стоит. Смотрит за ними, кулаки сжав, ждёт действий омеги. Юнги со всей силы отталкивает от себя Намджуна, рычит сквозь зубы, кулаки нервно сжимает. Альфа не упал, но на месте стоит, не подходит. Юнги теряет контроль. Он обращается белым волком и рычание громкое издаёт. Музыка замолкает. Зал тишина поглощает. Все взоры лишь на белого волка устремлены. Никто не шевелится, слова не произносит. Чонгук глаз от волчонка своего не отрывает. Тот прав был. В обиду он себя не даст. Но обращение перед вожаком - это вызов. Будь Юнги альфой, его бы уже разорвали, но он омега, поэтому вожак не должен обидеть его. Но Намджун обращается. Вся толпа к стенам отходит в ужасе. Никто даже представить не может, что произойдёт сейчас между этими двумя. Серый волк рычит, медленно на волчонка наступает, подавить пытается, но тот не поддаётся. Он издаёт громкое рычание и на вожака бросается, вгрызаясь моментально в его шею. У толпы глаза загораются. Тисон с Суёном в ужасе за руки хватаются, Хосок глаза Тэхёну прикрывает. Чимин сразу к Чонгуку срывается, за плечи мужчину хватает. – Чонгук, останови его, его же убьют. – Не убьют. Никто его теперь не посмеет обидеть. – Чонгук к Чимину поворачивается а тот отступает в ужасе. – Чонгук. Твои глаза. Цвет изменился. Белый волк не размыкает клыков, глубже их в плоть вожака вонзает. Глаза серого потихоньку меркнут. Он на пол животом ложится, издавая скулёж. Волчонок отпускает жертву, выпрямляется, скалясь и издавая победный рык. Все оборотни на одно колено опускаются, склоняют головы перед новыми вожаками. Чонгук подходит к волчонку, в шерсть его пальцами зарывается, в глаза смотрит и видит в отражении свои. Такие же как у него. Кроваво-красные.