Помешательство

      Что такое любовь?       Многие люди относят к этому понятию физические и химические процессы, протекающие в теле человека. От любви перехватывает дыхание, от любви учащается пульс, от любви дрожь проходит по всему телу, от любви в низу живота скапливается желание, от любви подкашиваются ноги.       Но что такое настоящая любовь? Обычная любовь оканчивается прикосновением, поцелуем, соитием, зачатием. Настоящая любовь идёт дальше.       Настоящая любовь — это помешательство.       И Майки не псих, он лишь влюблён. Он не сошёл с ума, он лишь испытывает глубокие тёплые чувства к тем, кто ему дорог.       Он любит Эмму. Он ласково оберегает её от любых напастей. Он заботится о ней.       Только вот некоторые процессы необратимы после смерти. Например, разложение.       Майки терпел трупные пятна, что выступали некрасивыми кляксами на теле сестры. Трупное окоченение сохранило Эмму почти в той же позе, в какой Майки принёс её из больницы домой. Она сидит, привалившись на край спинки кресла, и спит.       Она спит.       Так почему природа решила сделать так, чтоб она начала разлагаться?       С появлением запаха появились и вопросы. Майки очень долго молча смотрел на Такемичи, что прикрыл нос, задав вопрос про вонь, а затем решил, что тот всё же ему поможет.       Такемичи всё ещё прихрамывал после того, как ему прострелили ногу, поэтому догнать его после раскрытия правды не составило труда. Майки заглядывал в его полные ужаса глаза и пытался понять, что его так сильно напугало? Неужели Такемичи боится насекомых? Это всего лишь мухи.       Губы Такемичи пытались произнести хоть что-то. Что это неправильно, что это омерзительно, что так не должно быть. Что Майки сошёл с ума. Окончательно тронулся. Но из него не вылетело ни звука до тех пор, пока Майки сам не заговорил.       — Она продолжает плохо пахнуть. Я не понимаю. Я мою её трижды в день, но она всё равно плохо пахнет, — он нежно погладил большим пальцем обратную сторону ладони Такемичи, с мольбой заглядывая в глаза. — Для неё это неприемлемо. Она расстроится, когда проснётся, понимаешь? Ты мне поможешь, Такемучи?       Что такое помешательство?       Безумие.       И любовь.       Такемичи брал книги в библиотеке про бальзамирование, про работы врачей из морга, про косметический уход танатокосметологов за их мёртвыми пациентами. Такемичи научился осторожно вырезать органы и не бежать тут же выблёвывать всё, что успел до этого съесть. Научился увлажнять тело и просушивать. Вывел при помощи множества экспериментов нужные пропорции для бальзама, что сохранит тело Эммы как можно дольше в том виде, в каком она будет походить больше на человека, чем на скелет. Купил аэрограф и красил подругу, чтобы когда она проснётся, ей не пришлось переживать из-за некрасивого лица.       Такемичи научился не бледнеть каждый раз при виде того, как Майки нежно касается волос сестры, как осторожно берёт её руки и ежедневно красит ногти в другой цвет, не в силах найти подходящий оттенок, что останется на них, когда любимая сестра откроет глаза. Научился улыбаться, когда Майки заводил беседы с ними обоими, глядя в пространство без смысла. Научился понимать логику Майки и отвечать так, чтобы больше не изводить его раненое сердце тяжёлой правдой.       Эмма мертва.       Такемичи сам убирал высохшие глазные яблоки, чтоб замедлить разложение лица. Под закрытыми веками лежали шарики ваты.       Эмма мертва.       Такемичи сам вынимал все её органы и знал, что без них даже тот, кто впал в летаргический сон, не сможет вновь проснуться.       Эмма мертва.       Такемичи сам видел, как влага покидает её тело, постепенно превращая кожу в кору дерева.       Эмма мертва. И этого уже не исправить. А Майки сошёл с ума, прихватив с собой Такемичи в качестве моральной поддержки.       Дракен об этом не знал. Майки рассорился со всеми, с кем мог, заставив себя ненавидеть. Он отчасти понимал, что принесёт боль тем, кто дорог, а потому ребята должны отдалиться. Но он их всё ещё любит.       А Такемичи нужен ему рядом.       Такемичи его друг.       Такемичи его солнце.       Такемичи его любовь.       Его безумие.       Майки жил словно в сказочном сне. Он больше не чувствовал неприятного запаха, он не видел неприветливых грубоватых стежков Y-образной формы, не замечал бледности под слоем стойкой косметики, не придавал значения худобе рук и ног, игнорировал молчание в их диалогах с сестрой. В его сне она была всё такой же прекрасной. Яркой и живой.       Такемичи, который вот уже вторые сутки был только рядом с ним (без возможности выбраться), тоже не был бледным и измождённым — он был полон сил и радости.       Майки видел вместо с усилием приподнятых уголков губ яркую улыбку в тридцать два зуба. Майки видел невероятный блеск сотни морей вместо холода потрескавшегося асфальта в глазах. Майки видел их бурное обсуждение всего на свете, говоря сразу за троих.       Эмма за всё время не произнесла ни слова.       Такемичи последние сутки отвечал изредка мычанием, опустив глаза в пол.       Что такое безумие?       тяжёлое             психическое                   расстройство       Спустя две недели Эмма окончательно зачахла. Майки осторожно гладил её фарфоровую высохшую щёку и нерешительно смотрел на Такемичи.       Она не проснётся.       Она мертва.       Всё было зря.       Майки помотал головой. Нет, ничего не было зря. Эмма смогла уйти от них, окружённая лаской и любовью (безумием). Теперь где-то там её дух будет счастлив. Майки верил в то, что его сестра найдёт себе светлое будущее.       Такемичи в молчании сидел на выходе из комнаты Майки в сад и смотрел, как тот в последний раз целует лоб, руку, обнимает. А затем придаёт сестру огню. Больше у него не было никого. Ни Шиничиро, ни Изаны, ни Эммы.       Грустные глаза встретились с пустыми и нашли в них утешение. Майки бесшумно приблизился к Такемичи и сел перед ним, опуская голову на колени. Тонкие пальцы опустились на его волосы и заправили за ухо прядь.       — Я не останусь один, — Майки поднялся и остановился в сантиметре от чужого лица. — У меня всё ещё есть ты. Мой Такемучи.       Моё солнце.       Моя любовь.       Моё безумие.       Майки нежно касался щёк, шеи, таза, ног. Губы порхали по лицу и горлу, даря обманчивое ощущение лёгкости.       Майки медленно давал Такемичи всё прочувствовать. Насытиться. И насыщался сам их неспешным танцем.       Такемичи не был ленивым и сломленным. Он был отзывчивым и горячим. Майки видел жизнь в его глазах. Майки сам дарил Такемичи жизнь. Всю ночь.       Майки дарил любовь и получал её в ответ.       И утром он чувствовал вовсе не холод, а жар.       Такемичи горел в любви. В их помешательстве. В безумии Майки.       из раза в раз             снова и снова       Майки не замечал глубокого рассечения кожи запястий столько, сколько позволяло его любовное помешательство.       До момента, пока не появился запах.       Но что значит плохой запах любимого человека? Сущие мелочи. Майки умеет заботиться о тех, кто дорог. Тем более, Такемичи принёс ему книги и знания, а Эмма — опыт. Майки им благодарен.       Он с лаской заправил прядь за белое ухо и поцеловал серые губы.       Такемичи не был твёрдым и синим. Он был мягким и желанным.       Разве Такемичи не хотел его так же сильно, раз так плотно сжимал в себе?       трупное             окоченение       Такемичи был также полон любви (мёртвого семени), как и Майки. Майки ему благодарен за это. За то, что Такемичи его понял и не оттолкнул. Такемичи ни разу его не отталкивал за всё это время. Значит он дорожит Майки так же сильно, как и он им.       Может им стоит стать ещё ближе? Ещё ближе, пока Такемичи не присвоили себе насекомые. Майки не хотел ни с кем делиться своей одержимостью.       Нож с лёгкостью рассекал кожу. Майки вынимал органы. Мышцы.       Запах жаренного подгнившего мяса от небольшой жаровни рядом с ним щекотал ноздри. Майки складывал кусочки на тарелки, продолжая работать, и запихивал в рот, наслаждаясь тем, что больше никто не сможет отнять у него его солнце, его любовь, его милого Такемичи, который скоро откроет глаза, после чего Майки даст в ответ ему попробовать себя, закрепляя их союз безумного помешательства.       Совсем скоро.       Обязательно.