Истории для Ночи Сказок

Жил был на свете принц Эрик. Он был молод и силён, как доблестный воин, но нежен и красив, как бутон только что распустившейся белой розы. Замок его стоял под самым солнцем в богатой и счастливой стране. Жители ее торговали вином, хлебом, овощами и фруктами, да и сами не знали голода, ведь солнечных дней было каждый год столько, сколько требовал хороший урожай. Горожане и крестьяне любили своего принца, а принц любил своих подданных. Каждое утро смотрел Эрик с балкона на кипящую городскую жизнь, но не радовало его благополучие страны своей. Тяготили юного принца заботы правителя. Уж год как пропал их король, со злобным огнедышащим чудищем сражаться отправившись. Королева год не снимает траурных одежд, не принимает гостей и не спит ночами, проливая слёзы. Невыносимо юному принцу смотреть на свою скорбящую мать. Охватила его злость на радость жителей, на яркое солнце, на большой и пустой их замок. Взял он скакуна из королевской конюшни, меч, лук со стрелами и направился отца искать. Кинулась к нему королева, стала просить: «Не ходи в лес, не вернёшься, как и батюшка твой. Одна я останусь и от горя умру». Не послушал принц матери своей и, снарядившись, отправился в путь. Лес тот пролегал не близко и не далеко. Грозно чернел рядами ёлок на границах полей. Местные сторонились леса, а за деревом посылали самых смелых и осторожных. Поговаривали, что стоит зайти чуть глубже в лес, как мигом деревья за спиной становятся в ряд, и не видно сквозь них ни неба, ни обратной тропинки. А жили в том лесу нимфы-обманщицы. Манили заплутавших они своей красотой и пением, уводили в самую чащу, из которой очарованные так никогда и не возвращались. Живые ли они там, мертвые ли, одному господу известно. Принц Эрик покинул замок на рассвете и уже к сумеркам добрался до края леса. У самого подножья один за другим – пеньки, оставленные лесорубами. Тропинка, широкая поначалу, делалась все уже, а пеньков виднелось все меньше. Но не оробел принц, все дальше гнал коня своего. Острые ветки лезли ему в глаза, деревья с пути сбивали. Опустилась ночь, и совсем черно вокруг сделалось. Луна сквозь кроны не светила, дорогу назад не найти. Куда идти? Где подмогу искать? Вспомнил Эрик слова матери, пригорюнился. Вдруг из чащи лесной, из-за деревьев, вышла девица, светом небесным объята. Волосы длинные, глубокой рекой по плечам струятся, глаза чёрные, ониксовой бездной в душу смотрят, кожа – белый снег. И вся тонкая, словно веточка, легким ветерком по высокой траве ступает. Увидал ее принц и вмиг об отце, о матери, о доме родном забыл. Девица певуче за собой зовёт, рукой изящной манит. Оставил принц коня и вслед за нимфой пошёл. Та меж деревьев петляет, смеётся звонко, играется. «Идём в дом, к сестрицам моим. Коли им понравишься, замуж за тебя пойду», – говорит, да все глубже в лес заводит. Вышли они на поляну, а посреди неё – пруд, луна в зеркальной воде отражается. «Где ж дом твой?», – спрашивает Эрик, – «И сестрицы?». Ещё звонче рассмеялась нимфа. Пошла босыми ногами по воде, словно по льду и поёт: «Нырнёшь в пруд, вынырнешь с другой стороны, там и дом мой». Совсем от любви принц голову потерял. Идёт в пруд на погибель верную. А нимфа над водой порхает и смеётся, глазами своими дурман наводит. Упал в воду Эрик, а пруд бездонный – не выбраться. Бьётся принц, на берег выплыть хочет, а вода не пускает – заколдованная. Последние силы потерял он, стал тонуть. Смотрит на принца сквозь воду луна безликая. Подивилась она красоте его, локонам золотым, губам алым да глазам лазурным. Жалко ей стало Эрика, дотянулась она лучами своими сквозь воду дурную, окутала светом морозным. Закипел пруд зеркальный. Вырвался с его поверхности дракон белой чешуи и синих глаз. Взлетел над лесом, над полями, в облака. Облетел дракон весь свет видимый, посмотрел на людское горе, на радость, любовь и предательство, на жизнь и смерть и на поляну возвратился. Нимфы той уж не было, как и коня верного, и меча острого. Но была луна. Она говорила с драконом, как не говорила ни с кем. Даровала ему способность обращаться драконом, каких больше нет на свете, и ночами по землям странствовать. Принц Эрик вернулся в замок. Там ждали его счастливые подданные и королева. Стал Эрик править страной своей днем, а по ночам поднимался он в высокую башню, обращался драконом белым и летел в дальние края, познавать жизнь человеческую, да с луной говорить. Однажды, спросил дракон у лика небесного: «Не знаешь ли ты, что сталось с королем моей страны?». Ответила луна: «Король тот был зол и беспощаден. Жаден и алчен до крови чужой. Захотелось ему последнего рождённого дракона убить, да чешуей его славу королевству своему добыть. Дракон защищался, но не ранил человека, сгинул от клинка подлого. Тогда заманила я короля на пруд и утопила. А дракон тот пылью звездной рассыпался». Так узнал Эрик, что погиб отец его не за дело ратное, а за кровь невинную. Сделались тогда глаза дракона печальными, точно всю боль мира в себя впитали. Так и пошла легенда о том, что в особенно темную ночь можно увидеть средь облаков белую тень, сияющую лунным светом. Тень эта заглядывает синими от грусти глазами в окна, где случилось великое горе, и боль у людей из сердец забирает. Чтобы никогда никто на свете не печалился так горько и так безутешно.