Дневник черепа Рихтера

      Сегодня у нас очень важный день. Мы с хозяйкой переезжаем. С одной стороны, очень радует, что мне не придётся больше прятаться от домомучительницы, а хозяйке её выслушивать. С другой — переезжаем мы к Лёхе… А вот тут всё неоднозначно, и я волнуюсь, как мы приживёмся на новом месте. Не будет ли Лёха обижать хозяйку на своей территории.       Вообще-то изначально съехать Лёха должен был сам. В тот день, когда он появился в нашей уютной квартире, он купил себе жильё и нанял бригаду. Оно нуждалось в срочном ремонте. Находиться там, пока шли работы, Лёха, конечно, не мог. Поэтому и попросил своего друга Макса переговорить с младшей сестрой, чтобы пару месяцев пожить у неё. Ну, о том, что моя хозяйка очень добра, ты, дорогой дневник, и так уже в курсе. Она согласилась.       Вчера ему вернули ключи, и он весь вечер собирался. Только вот делал он это как-то неуверенно, с неохотой, что ли… Кажется, хозяйка тоже была несколько расстроена его скорым отъездом.       А ночью, когда все уже собирались ложиться спать, он неожиданно зашёл в комнату хозяйки и, переминаясь с ноги на ногу, замер в проходе. Что-то не припомню я за ним такой стеснительности в прошлом… Мне это показалось подозрительным. А ну как, задумал навредить хозяйке? И саму хозяйку удивило такое поведение. Она села в постели, подтянув ноги к груди, чтобы он тоже мог сесть.       Лёха долго молчал, опустив голову, но вдруг посмотрел хозяйке прямо в глаза и предложил переехать к нему. Сказать, что мы с хозяйкой опешили — это ничего не сказать. Я потерял дар мысли и мог только пялиться на этого сумасшедшего. Хозяйка находилась в похожем состоянии, потому что ничего не могла ему ответить, просто замерла. — Ты не подумай ничего плохого… — Кажется, до него дошло, что предложение было, мягко говоря, неожиданным и странным. Обалдуй! Ну разве можно так, с бухты-барахты решать такие серьёзные вопросы? — Знаешь, я как-то привык уже, что рядом кто-то живёт. Сначала в казарме… Там и помимо Макса много ребят было. Всегда кто-то разговаривал, ходил или храпел ночью под ухом. Потом тут с тобой… Возвращаешься с работы и знаешь, что тебя встретят, выслушают. А там… зашёл вчера… Так тихо, пусто и тоскливо, что выть хочется. Отвык от одиночества. — Он с надеждой посмотрел на хозяйку. Почесал пятернёй затылок и вздохнул. — Какая тебе разница, где жить? Квартира всё-равно съёмная… А от моей и до работы ближе будет. Поехали, а? — Я призадумался. Да чего уж там, я и сам уже привык, что он постоянно крутится где-то поблизости. И вообще, с его появлением дома стало веселее, что ли. Да и за хозяйкой присматривает, кормит её, как положено, по дому помогает. — Лёх, я даже не знаю. Ты меня что-то совсем озадачил. И как это будет выглядеть? — Хозяйка сомневалась. Ну оно и понятно. А вдруг у него подружка заведётся? Что нам тогда делать? Похоже, мы пришли в одинаковым выводам. — Ты же не всегда один жить будешь… И я буду тебе мешать. — Ну, знаешь, я не планирую пока ни с кем встречаться… — Лёха как-то подозрительно покраснел и отвёл глаза. Что это с ним? Чуют мои зубы, он что-то задумал… Подозрительно… Хозяйка, ну его, не соглашайся. — И потом, если что-то подобное всё же случится, я даю слово, что сам найду тебе новое жильё и помогу переехать. Соглашайся. Пожалуйста… — Что за подлый приём?! Смотрит на неё своими щенячьими глазками, состроив печальную мордочку! Ждёт, что хозяйка его пожалеет? — Эм… Ну хорошо. Я подумаю. — Кажется, всё-таки разжалобил! Хозяйка! Не верь ему! Я точно знаю, что он что-то замышляет! — Давай спать? Завтра поговорим. Ладно? — Доброй ночи. — Лёха встал и улыбнулся. — Я очень надеюсь, что ты согласишься. До завтра. Буду ждать.       А утром, когда они завтракали, позвонил Макс, и они вдвоём уговорили хозяйку переехать… Так что… дорогой дневник, впереди неизвестность. Но я в любом случае буду рядом с хозяйкой, буду её защищать!