Недетские игры

      Хенджин со стоном перевернулся на живот и уткнулся лицом в подушку. Не думать! Не думать! Забыть! Он со злостью отшвырнул подушку и сел, угрюмо оглядывая погруженный во тьму номер. Густые тени притаившиеся по углам номера, заставляя его особо остро чувствовать собственную беззащитность. Он со вздохом раздражения откинулся на спину и уставился в потолок. Феликс! Хенджин до сих пор ощущал мягкость и податливость губ Ликса. До сих пор видел резко расширившийся зрачок, затуманенный взгляд, зачастившую на шее жилку. Ох, Феликс! Его откровенная чувственность так беспокоила Хенджина. Выбивала из глубин наглухо закрытого сердца какие-то болезненные росчерки эмоциональных молний, которые пробивали его тело насквозь. Заставляла признаться в собственной уязвимости перед обаянием Ликса и это пугало. Это пугало, раздражало и заставляло держаться подальше, насколько это возможно, от причины его беспокойства. Он упрямо закрыл глаза приказывая себе спать. Завтрашний день он как-нибудь переживет, а потом они вернутся и концентрация шарма Ликса не будет так предельно точно бить по его нервной системе. Хенджин с силой потёр лицо ладонями, его руки едва заметно, но все ещё пахли помадой Феликса. Хенджин подлетел на кровати и рванул в душ. Немедленно смыть! Чтобы ничего не напоминало, не запечатлелось на подкорке мозга, не зарифмовалось раз и навсегда с Парижем. Горячие струи воды упруго ударили по шее, окатили плечи и он опять с безысходной четкостью вспомнил, как остро выпирает седьмой позвонок на шее Ликса, как резко дёргается его кадык от прикосновений пальцев. Нет! Хенджин выкрутил холодную воду на максимум смывая и вымораживая этот горячечный бред. Уснуть удалось только под утро, когда в окна отеля уже начало заглядывать ещё скромное серое городское утро.       Телефон раздражённо тренькал под ухом, сбивая невнятный тяжёлый сон. Хенджин не открывая глаза нащупал его рукой. — Слушаю. — Хриплым со сна голосом недовольно буркнул он. — Ты почти проспал завтрак, — бодрый голос Феликса совершенно не обрадовал Хенджина, — ещё полчаса и не видать тебе лучших в этом бренном мире круассанов. — Сейчас буду, — если что и раздражало Хенджина больше Феликса, то это ранние подъемы. А уж сочетание этих двух факторов совершенно не добавляло счастье этому утру. Ещё и вчерашний вечер… Эта нелепая ситуация…       Хенджин рухнул в кресло не поднимая глаз на Феликса, поглубже натянул кепку и совсем зарылся в кардиган. — Доброе утро, — наконец соизволил выдавить он из себя. — Не такое оно и доброе судя по тебе, — насмешливо фыркнул Феликс, — ты вчера кое-что забыл. Хенджин опасливо покосился на коробку придвинутую Феликсом. — А клубничку…— пробормотал он. — Клубничку, — чуть помедлив отозвался Феликс, — приложил столько усилий, а сладкий бонус забрать забыл. Все это звучало как-то двусмысленно. Хенджин завис размышляя может ли прямолинейный Феликс вложить какой-то другой контекст в эту неоднозначную фразу. Наконец он решил, что зря себя накручивает и додумывает то, чего нет. Выбрав ягоду покрупнее с удовольствием надкусил ее. Ягоды были и в самом деле отличные, сладкие капли скатывался по пальцам, заставляя Хенджина ловить их губами. — Я заказал тебе американо. — И так низкий голос Феликса вдруг просел ещё на пару октав. — Феликс, тебе нужно записываться с утра, — тут же отреагировал Хенджин не отрываясь от ягод, —голос такой, что мурашки по спине. Феликс поперхнулся кофе, засуетился и уткнулся в собственный телефон. — Я тут маршрут составил, — постучал он по экрану гаджета, — посмотришь? Если начнем прямо от Луара и двинем по центральной оси к Триумфальной арке… Феликс воодушевленно тыкал в смартфон пролистывая одну достопримечательность за другой. Хенджин с любопытством наблюдал за его воодушевлением и невольно подзаряжался от бьющей через край энергии. — А закончить предлагаю на площади Трокадеро. Там интересно: сады, фонтаны, выставки и лучший вид на Эйфелеву башню… — Ты постарался, — Хенджин улыбнулся, невольно сдаваясь напору Феликса. — Пошли? — Феликс тут же с готовностью подхватил рюкзак, телефон и наушники. Хенджин вздохнул, мысленно попрощался с так и недопитым кофе, хвалеными но нетронутыми круассанами, остановить хоть на секунду стремительного Ликса было всегда непросто, да и не хотелось.