Лето

      Когда из Хогвартса уехала последняя партия учеников, преподаватели наконец смогли расслабиться. Мадам Трюк занималась инвентаризацией мётел, Помона Стебель и мадам Помфри готовились к совместной поездке в Бат, чтобы отдохнуть, а заодно поправить здоровье местными целебными водами. Даже Филч со своей кошкой собирался куда-то поехать, куда никому не было интересно, да он бы и не сказал. Дамблдор планировал часть лета провести в Шотландии в гостях у Минервы Макгонагалл. Лесник Хагрид отпросился на неделю съездить в Румынию. В общем все, кроме домашних эльфов и привидений были заняты строя приятные планы на лето. Все кроме одного человека.       — Ну, что Северус, вы как всегда проведете лето затворником? — поинтересовался директор, вызвав Снейпа к себе в кабинет. — Это вы зря, не желаете присоединиться с нам с профессором Макгонагалл? Шотландия летом особенно хороша.       — Благодарю, — кислым тоном ответил Снейп, про себя добавив, что скорее согласился бы провести лето с Филчем и его чокнутой кошкой, чем с этими двумя.       — Это вы зря, — повторил Дамблдор и пригладил белоснежную бороду. — Я понимаю, что этот год был для вас особенно сложным, у мальчика её глаза.       Снейп поджал губы, да её глаза, а вот мозги папашины, профессора зельеварения передернуло от отвращения. Дамблдор заметил это, поэтому не стал больше задерживать Северуса, в конце концов, было бестактностью напоминать о Лили. Директор уже сожалел. Снейп вышел в отвратительном настроении, которое усиливалось по мере того как он готовился к отъезду в «Паучий тупик». В вагоне Хогвартс-экспресса он ехал один чему был несказанно рад, дорогие коллеги за год успели порядком поднадоесть ему. Но мысли вновь сбились на Поттера-младшего, почему мальчишка не мог унаследовать хотя бы толику материнского благоразумия? Весь в своего бестолкового отца! Старая душевная рана никак не могла затянуться, он угрюмо смотрел в окно за которым мелькал знакомый до мелких деталей пейзаж. Выйдя на платформе 9 ¾ профессор Снейп трансгрессировал в свой дом, который встретил его наростами пыли и лохмотьями паутины по углам. Северус улыбнулся и не понятно чего больше было в этой улыбке боли или презрения.       

***

      Через неделю в уютной студии на окраине Лондона стартовали кулинарные двухмесячные курсы. Занимались по вечерам, небольшой компанией их десяти человек плюс преподаватель. Курс назывался «Базовый» и включал в себя простые и легкие в приготовлении блюда, рассчитанные на работающих людей с небольшим количеством свободного времени. В основном это были мужчины и женщины, которые страдая от одиночества в какой-то момент решили, что хотя бы вечера наполнят общением, совмещая так сказать приятное с полезным. Среди прочих выделялся улыбчивый светловолосый мужчина по имени Луис Принц. Это был чрезвычайно приятный в обхождении человек, который по его словам оказался в Лондоне по делам фирмы, и хотел по приезде порадовать жену и сына своими кулинарными навыками. Эта история расположила к нему всех.       Луис с хирургической точностью следовал рецепту, но благодаря тонкому вкусу и обонянию, умел где надо отклониться от предписаний, чтобы сделать блюдо ещё лучше. Вскоре он стал любимчиком у преподавательницы миссис Джеральд, она без устали хвалила Луиса, ставя его в пример остальным. После того, как заканчивали готовить очередное блюдо, следовала дегустация, для такого случая кто-нибудь из присутствующих обычно приносил бутылочку вина. Пили только те кто был не за рулём, Луис вежливо отказывался, но в в один вечер он удивил всех когда извлек из холщовой сумки пыльную бутылку.       — Ого! — присвистнул Стивен, скромный бухгалтер в квадратных очках. — А что это за вино?       — Из семейного погреба, — полушутя ответил Луис, сверкая белоснежной улыбкой.       Миссис Джеральд подала ему чистое полотенце, которым он обтер бутылку затем принялся её раскупоривать. Стоило сломать смоляную печать и вынуть пробку, как помещение окутал дивный аромат. Каждому чудилось что-то своё. Мечтательная Шарлота — уроженка Юга почувствовала запах спелых, напитанных солнцем яблок. Габриэль студентка по обмену из Португалии ощутила грушевый аромат. Кому-то чудились конфеты, жженная карамель, лесная земляника. Выпить изъявили желание даже те, кто был за рулем.       — Вызову такси, — решительно заявил рыжий Дэйв, протягивая Луису бумажный стаканчик.       На вкус вино оказалось просто волшебным, оно привело присутствующих в состояние редкого умиротворения. Правда, под конец вечера Габриэль разрыдалась, так как призналась, что скучает по родине, плакала она на плече у Стивена с ним же ушла после занятий. На следующий вечер они вели себя как пара. Луис не смотря на легкий нрав и привлекательную внешность, сближаться ни с кем не стремился, к тому же слишком значительно поблескивало на безымянном пальце массивное обручальное кольцо.       За два летних месяца их группа освоила традиционную английскую кухню и даже немного коснулась французской кулинарии. Они пекли, жарили, отваривали и парили разнообразные блюда от пастушьего пирога до рождественского пудинга. Луис был в числе наиболее успешных учеников, но особенно хорошо ему давали соусы. На последнем занятии он преподнёс миссис Джеральд скромный букет белых роз и с готовностью позировал для общего снимка. Всё же славным парнем был этот Луис, правда, видимо чем-то болел так как каждый час был вынужден принимать своё лекарство.       

***

      Люциус Малфой рвал и метал! Он требовал, чтобы в Министерстве магии вплотную занялись его делом! А всё после того, как в «Ежедневном пророке» опубликовали репортаж о том, что Малфой оказался гораздо более дружелюбен к маглам, чем привык это показывать. В анонимной статье говорилось, что представитель древнего волшебного рода был замечен на групповых занятиях в кулинаркой студии. В доказательство были приведены магловские снимки, где неподвижный и абсолютно счастливый Малфой стоял в обнимку с низенькой женщиной в белом переднике. Люциус тогда бросил газету в камин и распорядился выкупить весь тираж, пока он не дошел до читателей.       — То есть это не вы? — недоверчиво хмурился министр магии, ткнув толстым пальцем в улыбающуюся физиономию на фото.       — Нет, — процедил сквозь зубы Малфой.       — Но сходство поразительное! — затем министр взял палочку и сделал пасы над фото. — Хм, похоже это и правда вы.       — Нет, это не я! — возмутился гордый волшебник расправив плечи и вздернув подбородок. — Меня вообще летом в Англии не было.       — Да? — министр недоуменно посмотрел на Малфоя. — А где вы были?       Люциус, который провел время в лесах Румынии разыскивая следы оставленные Квиреллом и Темным Лордом, и которого чуть удар не хватил от случайной встречи с Хагридом, на мгновение замолчал.       — Неважно где я был! — резко выпалил волшебник. — Я требую, чтобы вышло опровержение.       — Может быть лучше не заострять на этом внимания? — осторожно осведомился министр. — Тем более, если вы не готовы поделиться с публикой тем, где провели это лето.       Малфой ушёл в ярости, которую позже излил в разговоре со Снейпом, для этого он даже изменил собственной брезгливости и наведался в «Паучий тупик». Северус принял старшего товарища сдержанно, хотя и достал для такого случая пыльную бутылку эльфийского вина. Малфой оценил букет и выдержку, после второго кубка принялся жаловаться на постигшие его беды. Снейп сочувственно слушал, изредка подливая вино в кубок гостя. От жалоб на автора статьи Люциус перешел к нытью по поводу Румынии, о том, что его ждала полная неудача в деле обнаружения присутствия Темного Лорда. Но! И тут Малфой многозначительно усмехнулся у него имелся один важный артефакт, который мог в будущем пригодиться.       — Что за артефакт? — как бы невзначай поинтересовался Снейп.       — Нет, мой друг, ничего не скажу, — с ленцой произнес Малфой, вино не совсем затуманило его разум. — Но я бы на твоём месте смотрел бы в оба, в Хогвартсе грядут небезынтересные события.       Закончив пить Малфой хлопнул в ладоши, мгновенно на ковре материализовался востроносы эльф.       — Добби, домой! — велел ему хозяин и эльф почтительно взяв его за край мантии переместил Люциуса в Малфой-мэнор.       Оставшись один Снейп сидел задумавшись, что еще придумал этот бледный павлин? Следовало написать Дамблдору, хотя при мысли, что директор может объявиться на пороге его дома, Северуса передернуло. Ладно, новости подождут до начала учебного года. Пока же Снейп вылил в раковину остатки оборотного зелья и махнув рукой на грязную посуду направился спать. Уже перед сном, перебирая события этого лета он пришёл к выводу, что со стороны Малфоя было верхом идиотизма забыть свою серебряную щетку в «Паучьем тупике». На расческе сохранилось достаточно белых волос, чтобы Северусу хватило на два месяца занятий в классе миссис Джеральд. Ему даже понравилось притворяться кем-то другим, беспечным иностранцем Луисом, который любит своих жену и сына. Когда Габриэль как-то попросила показать фото жены он показал магловскую фотографию Лили.       — Это мы ещё в школе учились, очень люблю этот снимок, — сказал он со смехом.       Габриэль сделала Лили комплимент, вообще португалка очень милая девушка, Северус надеялся, что олух Стивен не подкачает. Приятные были вечера, чрезвычайно.       

***

      Вернулся он в Хогвартс всё такой же мрачный, не следовало выходить из образа. В первый же вечер Дамблдор зазвал его к себе в кабинет и, угостив лимонными дольками принялся пытать рассказами о красотах Шотландии. Северус еле выдержал, он только надеялся, что в этом году всё будет спокойнее. Но потом Поттер и Уизли опоздали на Хогвартс-экспресс и о спокойствии пришлось забыть.