Lets better love, Diana.

Вы можете не знать, но мне, как никому, известно, кто такая Диана. Вдыхаю, чувствуя вроде бы легкий, но так дурманящий разум запах свежей земляники. Диана. Вновь она рядом, уничтожает меня одним лишь своим присутствием, очаровывает. Один миг, — и я уже в плену ее глаз, о Диана! Хочется целовать, целовать и еще раз целовать. Расцеловать каждую клеточку, каждый сантиметр ее тела. Диана любит. Всем сердцем порхает, словно охраняет бедную, грешную душу мою. Думать о ней — уже грех. Но тогда меня смело можно назвать великой грешницей. Раз за разом, миг за мигом и день за днем я совершаю одну и ту же ошибку. Я думаю о ней, о Диане. В моей душе она уже как родная. с легкостью падает в объятия мои, улыбается нежно, смотрит прямо в глаза. Смущает до жути, взглядом раздирает на тысячи кусков. Но даже если убьет она, то сопротивляться не посмею. Кто я, матушка небесная, чтобы противиться воле Дианы? Сладко, чертовски сладко. даже приторно. В ней я плавлюсь, ей я отдаюсь. На что я способна при Диане? Ни на что. По сравнению с ее прелестными, зефирными губами я — некто или никто. Лишь с ней понимаю я, каково зависимым. Пока одни зависимы от алкоголя, веществ или табака, я дышать не могу без нее. Диана! За что ты так со мной? Если ты наркотик, то тогда я самая ни на что есть зависимая от него наркоманка. Скоро я получу передоз и задохнусь, но я даже счастлива, ведь если уж так — последний мой вздох будет в твоих жарких объятиях. В твоих. Мне не нужны другие. С одними хочется страсти, огня в глазах и резвых движений. С другими — нежности, любви, слез счастья. Но ты опять выделилась. С тобой, моя Диана, хочется и первого и второго. Хочется сорвать с тебя одежду, толкнуть на мягкие облака и долго-долго целовать, не отпуская втягивать в себя сласть твоих прелестных губ. Тебе хочется подарить всю себя, от и до. Забирай все! Не оставляй и кусочка моей загнившей души… она возродится лишь по твоему приказу, лишь твое слово, лишь твое признание возродит во мне жизнь. Твои губы, также как и руки, заставят меня воскреснуть. Только тогда я обрету то, чего ждала все эти годы. О боги, как же прекрасен твой голос! То ли стон, то ли что еще, но тебе нравится. я чувствую вселенское счастье от того, что тебе хорошо со мной. Диана. почему же раньше я не могла испробовать твое тело на вкус? Почему же раньше приходилось мне метаться по миру, как грязная тряпка, в попытках найти ту самую, что была так близко, но так далеко?.. Но я счастлива. Ты вызываешь во мне трепет, что бы не делала. Укуси, поцелуй, проведи рукой. все понравится, Диана, только молю, не отпускай меня! Я не хочу уходить, не хочу покидать тебя. Твое тело пригрело меня, приковало невидимыми цепями к душе твоей прелестной, и я просто порвусь на тысячи мелких кусков, если ты покинешь меня. Так сильно ты зацепила меня, Диана. Так очаровала, пригрела и гвоздями души прибила к стенке. Рядом с Дианой, да, с тобой, я чувствую себя картиной в галерее. Мне хорошо. Нет, великолепно! Чувствам к тебе нельзя дать существующего слова, всё блекнет при виде тебя. Ты лучше даже слова, лучше любого языка этого мира, лучше литературы, лучше песни, лучше искусства. В чем же твой подвох, о Диана? Если и узница я, то только лика твоего. Не могу оторваться, смотрю на тебя, хоть и хочу отчаянно глаза закатить ввысь, ведь ты невыносима. Что же ты сделала со мной, Диана? Почему я мечусь по облачной постели от одних лишь твоих пальцев, почему мне хочется кричать даже с сорванным напрочь голосом, хочу молить тебя продолжать. До тебя не знала я удовольствия, не видала счастья, не желала остаться в кровати целую жизнь, подарить свою вечность кому-то. И ты, как всегда, изменила меня. До сего момента я считала себя самым ни на что есть атеистом, ведь в кого мне верить? Все в этом мире бренно и не вечно. Ты — моя религия, в тебе моя вера. Ты — смысл. Твое сердце принадлежит мне, пока мое неустанно бьется в твоих руках. Если и больна моя душа, то лишь тобой. Все заняла ты — мысли, душу, даже тело… Я желаю тебя каждый день, минуту, секунду… Я хочу тебя всегда. Каждую ночь я провожу в раздумьях о тебе, руки сами тянутся вниз… Как же прекрасно и ужасно, я на грани. Лишь на грани я в полной мере осознала, как хорошо было в середине. Сейчас же я готова упасть в пропасть, исчезнуть посреди мрачного дыма, травящего легкие, лишь бы никогда из моей головы не уходила ты. Ты и только ты. Боже, как же я желаю тебя. Зачем мне тригонометрия, если запомнить я могу каждый твой вздох, запечатлеть каждый след, что в дурмане оставлю на твоей бархатной коже, изучить каждую родинку, искусать каждый сантиметр, каждый миллиметр твоих чертовых губ? Скажи честно, Диана… ты думала обо мне? Одна ли я так страдаю, мечтаю о счастье подле тебя или хоть раз в жизни я смогу повидать тебя? Могу ли я считать, что ты моя и вне облаков? Отдашь ли ты мне свое тепло, если я хоть на миг вырвусь из под жаркого пледа, что сливал нас воедино не хуже жаждущих кульминации тел? Если нет. то я никогда не уйду. Всегда буду с тобой, пусть ради этого мне и придется умереть от твоего же тепла. Кто же даровал мне ту любовь к тебе, Диана? Как я из трепета перед детством ушла в бездонный океан чувств? Почему раньше я была непорочна, невинна словно ангел во плоти, а сейчас без презрения совести отдаюсь твоим губам, беспощадным пальцам, что решили окончательно добить меня, считая, что моей дрожи снаружи не хватит и нужно вызвать ее еще и внутри? Почему я думаю только о том, как вновь притяну тебя к себе дрожащими руками и глубоко поцелую, позволяя нашим губам соединиться, а языкам сплестись в жарком танце, в прелестном танго… Как вскрикну, вкушая взрыв эмоций, чувств, удовольствия. О да, тебе принадлежит все. Мое тело, сердце, душа… все твое! Каждая слезинка, каждый рваный вздох, все отдам тебе. Все подарю, даже если ты попросишь у меня целый мир. Ни на минуту не пожалею, ведь время с тобой — самое чудесное, что могло только произойти. Твое имя произношу чаще, чем что-либо еще. То ли молюсь, то ли зову тебя, непонятно. Пусть меня считают ненормальной, пусть величают умалишенной, но мне плевать. Я продолжу думать о тебе, я посвящу каждый свой вздох тебе. Даже если все это сон, то он так сладок! Не хочу просыпаться, не вынесу потери тебя… Ты мое лекарство и ты моя отрава. Тобою я исцелюсь и тут же убью себя, проколю твоими шипами свое любящее сердце. Суждено мне стать марионеткой в твоих руках… В моих словах нет смысла, если в них нет упоминания о Диане. Боги, кого же мне благодарить за тебя? Кто же создал твою светлую душу? И какая же она светлая, если толкает меня на такие темные вещи? Кто ты такая, от чего же я гордо зову себя зависимой? Мысли от тебе ровно такие же, как взрыв сверхновой, неописуемы и необычны. Тебя легко величать звездой, ведь куда не гляну — везде ты. Я нахожу тебя даже во сне, бесконечно тянусь ввысь, но не достаю. Ты слишком высока, недостижима, но так желанна! Хочу тебя во всех смыслах, что только могут существовать. Хочу тебя рядом, над собой, под собой, близко и никогда далеко. Чувствую себя астматиком, лекарство которого только одно — ты. Что же будет со мной, если ты уйдешь? Я не вынесу, не смогу пережить потерю тебя. Прошу, нет, молю, Диана! Не бросай меня, не убивай меня ядовитыми речами, не обрекай на вечные страдания! Не смогу я перенести твоего ухода, поверь мне, убью себя тут же, даже не жалея. В чем заключается любовь? Кто она, что она, зачем она? Любовь губит людей, словно русалка — манит к себе ласково, приятные речи льет из уст, убеждая свою жертву в своей сладости, а после безжалостно убивает, не давая шанса возродиться. Сладка эта любовь лишь снаружи, но как только клыки протыкают оболочку, так сразу тело распирает ядовитая горечь. Человек умирает, посвящая себя любви. И я, как самая несчастная крупица этого мира, конечно же попалась на удочку страстной ведьмы. Неизвестно, то ли ты меня сразила, моя Диана, то ли любовь сама толкнула меня в твои руки. Но я точно не здорова! Я больна. Больна тобой. К черту все, Давай лучше займемся любовью.