Свет колдовства(Ночной Мир Вампирш#9)

Они заполучили драконшу! Сердце Коннора бешено билось. Неизвестно, как и где обитатели Ночного Мира разыскали драконшу и разбудили её, а затем подкупили или завербовали, переманив на свою сторону. Коннору не хотелось гадать, что ей посулили взамен. Комок подкатил к горлу, он с трудом сглотнул. Драконшами назывались самые древние, могущественные и самые злобные оборотни. Тридцать тысяч лет назад все они погрузились в спячку — точнее, их усыпили ведьмаки. Коннор не знал точно, как они это сделали, но одно было известно точно: с тех пор мир изменился к лучшему — по крайней мере, так гласили легенды. И вот теперь одна из драконш пробудилась. Но, возможно, она ещё пребывала в полусне. Коннор заметил, что тело девушки почти не излучает тепла, остаётся холодным. А ещё она казалась вялой, какими бывают обычные люди, только проснувшись. Такой шанс выпадает раз в жизни. Коннор мигом принял решение. Обдумывать его было некогда и незачем. Обитатели Ночного Мира — их было великое множество: вампирши, тёмные ведьмы и привидения — издавна стремились уничтожить мир людей. А теперь Ночной Мир словно утроил свои силы, переманив на свою сторону драконшу. Её воины смогут без труда сокрушить Круг Рассвета и другие силы, стремившиеся уберечь человечество от надвигающегося конца света. Теперь Ночной Мир всесилен. И парня Ила, маленького ведьмака, Неукротимую Силу, призванную спасти человечество, прихлопнут как комара, если он не подчинится драконше. Этого Коннор не мог допустить. В мыслях продолжая искать выход, Коннор стал менять облик. Непривычно было делать это на виду, в людном месте. Такой поступок был явным нарушением правил. Но размышлять об этом было некогда. Как всегда, возникло приятное ощущение, перемежающееся с лёгкой болью, — так бывает, когда избавляешься от пут. Чувство освобождения. Его тело меняло форму. Миг Коннор чувствовал себя так, будто вовсе лишился тела. Он превратился в сгусток чистой энергии, колеблющейся, как пламя свечи, и стал абсолютно свободным. Затем его плечи сузились, руки стали тоньше и мускулистей. Пальцы укоротились, зато на них появились длинные загнутые когти. Ноги согнулись, строение суставов стало другим. А из чувствительного места внизу спины — пребывая в облике человека, Коннор всегда ощущал, словно там чего-то не хватает, — вытянулось нечто длинное и гибкое. Его спортивный костюм словно растворился. Причина была проста: Коннор носил одежду лишь из волос других оборотней. Даже его ботинки были сшиты из шкуры мёртвого оборотня. Теперь и одежда, и обувь превратились в шерсть, густую, тёмную, бархатистую, с чёрными пятнами на ней. В таком виде Коннор чувствовал себя гораздо удобнее. Его руки — вернее, передние лапы — коснулись пола, подушечки лап мягко спружинили. Лицо покалывало, на щеках проявились длинные тонкие волоски. Опушенные шерстью уши настороженно подрагивали. Грозный рык зародился в глубине его груди, силясь вырваться из пасти. Коннор еле сдержался. Пантера — лучший охотник среди хищников. Следующий его поступок был продиктован инстинктом. Он секунду помедлил, на глаз определяя расстояние до светловолосой девушки. Потом сделал два крадущихся шага вперёд, припадая к полу. И наконец прыгнул!.. Стремительно. Плавно. Бесшумно. Всё его тело пришло в движение. Это был высокий, мощный прыжок, цель которого — застать жертву врасплох. Он обрушился на спину девушки, вцепившись в неё острыми когтями. Так убивают добычу пантеры, нападая со спины. Девушка завопила от гнева и боли и упала, подмятая тяжестью тела Коннора. Но вырваться ей не удалось. Когти пантеры глубоко вонзились в её плоть, челюсти его сжались, угрожая раздробить кости. Коннор почувствовал солоноватый привкус крови во рту и слизнул её шероховатым, заострённым языком. Крик повторился. Краем глаза Коннор видел, что вампирши кинулись к нему, пытаясь откинуть в сторону, слышал крики охранников. Но это его не испугало. Ничто не имело значения, кроме жертвы в его когтях. Вдруг он услышал рык девушки, прижатой им к полу. Рык был низким, неуловимым для слуха человека, но не для Коннора. Сначала тихий, он вдруг стал пугающе громким. А затем всё вокруг будто взорвалось от боли. Драконша вцепилась в шкуру пантеры чуть выше левого плеча. Поток тёмной энергии обжёг его. Та же энергия отшвырнула назад Уилла. Коннор и драконша сцепились в схватке. Боль была жгучей и изнуряющей. Всё тело Коннора-пантеры словно вспыхнуло пламенем, плечо пылало. Мышцы его невольно сжались, во рту возник металлический привкус, но он не сдавался, а упорно стискивал клыки, пропуская через себя волны чужой энергии и стараясь не замечать боли. Страшнее всего была не боль, а энергия, которую излучала драконша. Коннора обдало пронизывающим холодом. Он содрогнулся от направленного на него безумного, слепого гнева и злобы, накопленных за многие века. Это существо было очень древним. И хотя Коннор не мог понять, что понадобилось ей в нынешнем времени, но чувствовал, чего она хочет в эту минуту — убить его. И конечно, она добьётся своего. Это Коннор знал с самого начала. «Но прежде я уничтожу тебя», — решил он. Нужно было торопиться. Наверняка где-то поблизости скрываются и другие обитатели Ночного Мира. Вампирши могут позвать подкрепление, и оно прибудет незамедлительно. «Но… со мной не так просто справиться», — подбадривал себя Коннор. Он изо всех сил сжал челюсти. Но девушка-драконша оказалась живучей. Челюсти пантеры способны раздробить череп молодого бизона, и сейчас уже трещали рвущиеся мышцы, но его противница была ещё жива. Ещё чуток… ещё… Острая боль… ослепляющая… Он отключался. Вдруг силы вернулись к нему. Боль вдруг тоже отступила. Коннор, не разжимая челюстей, тряхнул головой, чтобы сломать жертве шею. По телу драконши прошла судорога. Коннор почувствовал, что оно становится вялым, слабеет, и это значит, что смерть её уже близка. Его охватила неистовая радость. Но вдруг произошло то, чего он никак не ожидал. Кто-то сильный старался оторвать его от драконши. И не так неловко, как это делали вампирши. Кто-то умело нажал на болевые точки, заставив его втянуть когти, даже сунул ему палец в пасть под короткими передними зубами. Нет! Коннор сопротивлялся, из горла пантеры вырвался короткий и сдавленный рык. Он вскинул задние лапы, пытаясь разодрать противнику живот. «Нет…» Этот голос Коннор не услышал — он прозвучал в его голове. Женский голос. Неизвестная ничуть не боялась его, хотя Коннор по-прежнему скрёб задними лапами, силясь вспороть ей живот. Она была озабочена, встревожена, но не испугана. «Прошу, прекрати! Ты должен остановиться». Она снова нажала на его болевые точки. Коннор обмяк. В его глазах вспыхнули искры. Он почувствовал, как втягиваются когти и разжимаются лапы, отпуская драконшу. А затем его резко рванули назад, и он упал. Тёмная пантера весом в сто десять фунтов тяжело рухнула на спасительницу драконши. У него закружилась голова, тело стало ватным. Ему еле хватило сил, чтобы повернуть голову и взглянуть на незнакомку. Кто она такая? Кто? Он увидел прямо перед собой пронзительные зелёные блестящие глаза. Почти как у леопарда. Коннор невольно вздрогнул. Но более ничем девушка не походила на хищницу. Светловолосая, бледное напряжённое лицо с классически правильными чертами. Человеческое лицо. Её взгляд был пристальным, но в глазах застыло беспокойство, а не звериная злоба. Мало кто из людей способен вот так смотреть на разъярённую пантеру. В голове Коннора вновь прозвучал уже знакомый голос: «С тобой всё нормально?» Он не ответил, поражённый новым впечатлением: между ними словно рухнул невидимый барьер. Коннор не только услышал голос незнакомки, но и ощутил её тревогу, уловил её мысленную речь: её зовут… Галия, она рождена повелевать… Она понимает животных. Ещё одна оборотень? Только осталось непонятным, в какое животное может превращаться Галия. Кровожадной она вроде бы не была. Коннор не понимал, кто она такая, да мозг пантеры и не создан для размышлений. Как хищник, он жил минутой и теперь хотел лишь одного — завершить начатое. Он перевёл взгляд с Галии на драконшу. Та была ещё жива, но опасно ранена. Из горла Коннора вырвалось ворчание. Вампирши тоже оказались живы; одна из них пыталась поднять раненую драконшу и увести её. — Пошли скорее! — кричала она, вне себя от ужаса. — Скорее, пока этот кот не опомнился… — А как же мальчишка? — напомнила вторая вампирша, оглядываясь. — Где он? Ил по-прежнему стоял возле витрины с ноутбуками, бледный и грациозный. Две руки он прижал к горлу, — очевидно, увиденное повергло его в шок. Вторая вампирша направилась к нему. «Нет», — подумал Коннор, но не смог даже пошевелить лапой. Лёжа неподвижно, он беспомощно смотрел на вампиршу горящими глазами. — Нет! — послышался знакомый голос. На этот раз Коннор услышал её. Галия вскочила и заслонила собой Ила, преградив путь вампирше. Вампирша презрительно ухмыльнулась: — Не тебе со мной тягаться, красавица! «Она не права», — подумал Коннор. Галия не красавица, он красивая, она по-настоящему красива. Светлые волосы и необыкновенный цвет лица делают её похожей на принцессу из волшебной сказки. Совсем молодую и неопытную принцессу. Галия не сдвинулась с места, её лицо стало мрачным и решительным. — Я не позволю тебе увести его, — твёрдо заявила она. «Кто она такая, чёрт возьми?» — удивился Коннор. Бледный Ил уставился на Галию с широко раскрытыми глазами. И тут Коннор заметил, что парень… оттаивает. Очертания его напряжённого лица смягчились, губы приоткрылись. В глазах замерцали искры. Когда вампирша шагнула к нему, он попятился, но был вполне спокоен. И правда, Галия была похожа на отважную защитницу больше, чем Коннор. Прежде всего, она была чиста. А на шкуре Коннора запеклась его собственная кровь и кровь драконши. Мало того, ему не удавалось сдержать себя и время от времени он издавал хриплый рык гнева и отчаяния, оголяя окровавленные клыки. Жаль, если Галия погибнет. По натуре она не воин. Коннор заглянул в её душу и увидел, что ей недостаёт звериных инстинктов. Вампирша запросто расправится с ней. Вампирша шагнула вперёд. В это мгновение от двери магазина раздался приказ: — Ни с места!