Дневник Змея, но не Сергея

      Дорогой…уважаемый…кто-то ещё ведёт бумажные дневники или все устремились в интернет? Я бы мог последовать их примеру, но не отношусь к теплокровным. Сенсорный экран не реагирует на мои попытки разблокировать его хвостом или языком.       Записывать голосовые на раритетный диктофон? Моё шипение слишком тихое, сам его почти не слышу. И как я пойму, что запись пошла, если окружающее пространство размывается перед глазами, а по запаху что работающий диктофон, что нет — одинаковы?       Итак, не отвлекаться! Я полз в одну сторону два часа и нёс дневник обратно столько же, доставал канцелярскую кнопку и трафарет Брайля* не для того, чтобы свернуться в клубок перед плотным листом бумаги и шипеть на него!       Имею честь представиться вам Воландом. Королевский питон, лишённый всякой знати в роду, но стараниями моего мудрейшего хозяина Валентина наделённый руной разума огромными знаниями о мире. И сегодня я собираюсь начать вести этот дневник, подгоняемый желанием задокументировать в нём действия некого человеческого существа.       Для меня осталось загадкой, зачем хозяин привёл в нашу тихую тёмную обитель хладнокровных теплокровного, постоянно пребывающего в движении. Если меня накормить, то он большой, я столько не переварю! И имя его вывел особыми символами. Я прочитал — Александр. От Александра не пахло едкими медикаментами, спиртом, бензином или свежесваренным кофе, как от хозяина. Дым, кровь, дезодорант с запахом цветов, запахи женщин. Александр ими прямо благоухал.       Хозяин работал сутки через трое. Когда он сам забывал себя разбудить, эта обязанность ложилась на…мои плечи?... у змей нет плеч! На меня! Реаниматологи — врачи ответственные, но приходят после работы и становятся пассивнее питонов, впадающих в спячку от холода, уж…ужи?.. Вы, поверьте мне! Ну, ничего, сейчас вся квартира задрожит, потому что у соседа сверху утренний ремонт. От той дрожи, что шла от стены, я последнюю неделю сваливался с толстой ветки-лежанки на камень для сна. Но сегодня сосед почему-то сразу прекратил. В квартиру, тихо крадясь, зашёл, что-то наматывая на руки, Александр.       Знал же, что планирует хозяину навредить!       Я немедленно представил план — выползу, доберусь до электронного будильника, пиликающего, если его переворачивать, и буду вертеть, будить хозяина… Александр взял будильник, повернул…тот пикнул. Александр замер, подождал, опасливо глянув на диван. Просыпайтесь, хозяин! И вытряхнул из будильника батарейки. От злости я влетел всем телом в стекло террариума. А что Александр? Приложил руку к лицу!       Время неумолимо неслось вперёд. С лестницы запахло свежей выпечкой и душистым травяным чаем. Значит, уже восемь, и соседка отправила ребёнка в школу. Час назад уже передача смены произошла! Страшно опаздывает! Заползал под закрытой крышкой, решив импровизировать. Александр предсказуемо направился ко мне. Иди, иди, покусаю, но потом, сначала вытащи! Я шлёпнусь на пульт, включится телевизор, и хозяин встанет! Увидит, какое мерзкое создание у него на шее охладиться вздумало! Никогда не опаздывал, а из-за него начал!       Получилось свалиться в аккурат на пропахший антисептиком пульт. Хозяин заворочался на диване. Его длинные волосы, обычно забранные в тугой пучок, разметались по подушке. Он вяло, непривычно расслабленно для человека, отдыхающего или день, или пять минут, прикоснулся ко мне, погладив. И обратно под одеяло. Как не волновался. Неужели график дежурств изменился…       Я повернулся к Александру. Он высунул язык и, кажется, изображал шипение.       Мои зубы вонзились в его ладонь.